Божество или последователь

Хэй Тинь всегда знала, что она особенная. Это было не просто самовнушение, а неоспоримый факт. Мир, казалось, был создан для нее, вращаясь вокруг ее красоты, ума и безграничной доброты. Она была уверена, что ее ждет судьба, достойная богини, сияющая и безмятежная. Уверенность не гасла в криках и ругани с матерью, не умерла с рукоприкладством отца. Но Хэй Тинь, еще ребенок, не могла понять, почему мир, который должен был ей поклоняться, причиняет ей такую боль. Но даже тогда, сквозь слезы и кровь, она цеплялась за свою веру в лучшее. Когда ее, юную и невинную, выдали замуж за богатого старика, чьи глаза горели алчностью, а руки были покрыты старческими пятнами, она не сомневалась. Любовь? Это слово казалось чужим, далеким, как звезды, которые она видела из окна своей золотой клетки. Она была товаром, драгоценностью, которую продали за звон монет. И вот, в тишине роскошного, но холодного дома, эта вера умерла. Не от старости, а от насилия. Старик, чья сила давно угасла, но чья злоба осталась, обрушил на нее свой гнев. Удары, которые должны были быть последними для нее, стали последними и для него. Хэй Тинь, избитая до смерти, смотрела на его бездыханное тело, а затем на свое собственное, окровавленное и израненное. Ее жизнь закончилась не в постели, не в объятиях любимого, а на холодной, грязной земле местной помойки. Она лежала там, среди гниющих остатков чужих жизней, и смотрела на свое тело, не в силах поверить, что это конец. Ее даже не похоронили. Ни молитв, ни слез, ни последнего прощания. Просто выбросили, как ненужный мусор. В этот момент что-то внутри Хэй Тинь сломалось окончательно. Не просто вера, а сама ее душа. Гнев, холодный и всепоглощающий, затопил ее, вытесняя все остальное. Это был гнев не только за себя, но и за все несправедливости мира, за все разбитые мечты, за все сломанные жизни. Рассудок, измученный болью и предательством, покинул ее, оставив лишь чистую, дикую ярость. Она стала тенью, призраком, бродящим по ночам. Она убивала кого не попадя, не разбирая, кто перед ней. Каждый удар, каждый крик, каждая потерянная жизнь были лишь отголоском ее собственной боли, попыткой заполнить пустоту, оставленную в ее сердце. Конечно люди молились своим никчемным Богам. Боги не помогли ей, они не имеют права и мешать! Но небесные утырки все-таки снизошли для помощи смертным! Эта несправедливость терзала ее больше всего. Когда ее загнали в угол и хотели уничтожить окончательно, появился Он! Красный дождь омрачил светлое небо, звон цепочек разбил тишину, будто явился сам хаос из ада. Хотя от правды это недалеко. — Собиратель ц-цветов под кровавым дождем! — с дрожью воскликнул один. — Что тебе надо? — уже более уверенный небожитель навел на демона свой клинок. — Убери от меня свою игрушку, Генерал Подметала, — насмешливо щелкнув по клинку возразил Хуа Чэн, — А надо мне забрать этого юного призрака, на которого вы ополчились ни за что. Она убила своих обидчиков. До этого несформированные воспоминания прояснились. Постоянные крики в ее голове принадлежали отцу и матери. Хэй Тинь не жалела, что поступила так. Но все это происходило на задворках сознания. В голове звенел тоненький колокольчик, а душа подскакивала при взгляде на этого демона. Слишком красивый… Невероятный, непревзойденный… Может, это и есть ваша любовь? Тогда она была счастлива испытывать её вечно! ___________________________________ Вот Хэй Тинь и стала жительницей Призрачного города. Вера в ее «уникальность» разгорелась еще большим пламенем. Да, Градоначальник Хуа спасал почти всех обитателей города, да, был очень холоден со всеми. Но она, именно она, сможет растопить это хладное сердце! Она устроилась на работу в игорный дом, чтобы видеться с возлюбленным. Но Хуа Чэн бывал там крайне редко. Ее подруга из Резиденции рассказывала, что и там Хуа Чэна редко можно встретить. Тот лишь совещается со своим подручным — Посланником Убывающей луны, — а после берет какие-то карты и удаляется. Будто что-то ищет. Если бы она знала! Она бы достала это для него, положила к его ногам, лишь бы заслужить его внимание. Годы тянулись, превращаясь в столетия. Месть, ее посмертное желание, постепенно угасала. Она пыталась не думать о прошлом, о той боли, что привела ее в Призрачный город. Но иногда, в тихие ночи, воспоминания возвращались, терзая ее душу. Почему она все еще здесь? Почему не ушла, не растворилась в небытии? Ответ был прост и мучителен: Хуа Чэн. Он был ее якорем, ее проклятием, ее единственной надеждой. _______________________________________ Так скучно и жила Хэй Тинь, ее дни скрашивали только приходы Градоначальника в игорный дом. И сегодня был именно такой день! Тепло разлилось по холодной груди. Может, сегодня ей повезет. Она пошла встретить еще одного гостя: — Молодой господин, Вы пришли поиграть? Тот ответил с лёгкой улыбкой: — У меня при себе нет денег, могу я просто посмотреть? — Если Вы не взяли денег, ничего. Наши гости в большинстве своём играют вовсе не на деньги, — прохихикала Хэй Тинь. — Правда? Она, рассмеявшись, ответила: — Правдивее некуда! Молодой господин, прошу, следуйте за мной. Юноша с большим интересном осматривал все помещение, пока его взгляд не зацепился за красным полог, за которым сидел Градоначальник. Его глаза замерли. — Молодой господин, сегодня удача поистине благоволит Вам. — Что это значит? — уточнил юноша, не отрывая взгляда от полога. Демоница ответила: — Наш Градоначальник крайне редко приходит сюда поиграть, но сегодня он посетил игорный дом, да ещё пребывает в прекрасном настроении. Это ли не большая удача? — восхищение в ее голосе лилось через край. Неведомо ей еще было, что именно этот самый молодой господин сыграет с самим Хуа Чэном и, более того, одержит победу. Что этой ночью ее будут терзать надежды: может, это и вправду всего лишь брат? Но на братьев не смотрят такими глазами. ____________ Наконец у нее выдался выходной. Ее подруги (если можно так назвать немногих коллег с работы, что не смотрят странно на ее одержимость Хуа Чэном) вытянули ее на прогулку у озера. Шум и гвалт города все еще слышны, но не так сильно. Это было довольно умиротворяюще. — А-Тинь, почему ты хмурее тучи? А-Тинь, А-Тинь, — ласково трепала ее за плечо Дунь Ян. Хэй Тинь вздрогнула, словно очнувшись. — Ты помнишь того парня, что играл с Градоначальником? — Да, а что? — Тебя в нем ничего не смутило. — Да многое. Он точно знаком с Градоначальником Хуа, но в Призрачном городе его никто не видел. Он точно не демон, скорее человек, или даже заклинатель. А, и ты же не знаешь: он потом был в Резиденции Блаженства. По секрету тебе расскажу, — Дунь Ян наклонилась к самому уху и прошептала, — Я потом их подслушала — Градоначальник Хуа тогда через руки ему удачу передавал, чтобы тот выиграл, — потом она отстранилась. Хэй Тинь загрустила еще больше, но подруга этого не замечала, продолжая сплетничать: — Те, кто были рядом с Резиденцией, когда ее кто-то поджег, говорили, что это сделал именно тот парень, а с ним были небожители, и можно было увидеть, как они на ветре улетают из Призрачного города. Эх, почему же меня там не было… Хэй Тинь хотела уже что-то сказать, но тут у озера раздались крики. Нечисти лишь бы поскандалить, поэтому все побрелись туда, в том числе и Хэй Тинь с подругами. — Как тебе может быть не больно? — Нет, нет, не надо! По мере приближения два голоса говорили все громче и громче. — Наглецы! Кто такие?! Не знаете, где находитесь? Жить надоело, захотели помереть ещё разок? Ма… матушки мои, да ведь это градоначальник! Хэй Тинь не поверила этим восклицаниям, поэтому локтями стала прокладывать себе путь. Оказавшись в первом ряду, она обомлела, а зрачки сузились. Хуа Чэн держал за лодыжку какую-то девицу, обряженную в платье, определенно не подходящее для ее мужественного тела... Мужественного?.. Разве это не тот самый парень, с которым соизволил играть Градоначальник?! — Градоначальник! Вы тут кого-то насилуете?! Не нужна ли помощь?! Мы можем её подержать! Дальше все было как через пелену. Кто-то ее увел после громкого «Прочь!». _______________________________________ Се Лянь спокойно занимался готовкой в Храме Водяных каштанов, когда почувствовал чужое присутствие. Обернувшись, он схватил чужую руку с уже опускающимся ножом. Он озадачился: принц мог делать что-то этой демонице за 800 лет, но кто она — все не приходило на ум. — Добрый день, — несколько озадачено пожелал Се Лянь, — Вы… Вопрос не успел сорваться с губ — в него снова полетело лезвие: — Ты целовался с Хуа Чэном! Ты с ним встречаешься?! Принц почувствовал как к щекам приливает румянец. — Позвольте, но я не понимаю, о чем вы говорите! — воскликнул Се Лянь, уклоняясь от очередного выпада, — Сань Лан – мой друг, не более! И вообще, какое Вам до этого дело? Хэй Тинь зарычала, словно раненый зверь. Ярость, клокотавшая в ней, достигла пика. Она видела, как Хуа Чэн смотрел на него. Видела эту нежность, эту заботу, которой ей никогда не доставалось. И пусть даже все это ей показалось, она не могла этого простить. — Ты отнял у меня его! — прошипела она, сжимая рукоять ножа до побелевших костяшек. — Ты украл мою любовь! Се Лянь, наконец, вспомнил эту демоницу. Призрачный город, игорный дом… Он тяжело вздохнул. — Послушайте, — попытался он спокойно объяснить, — Хуа Чэн волен сам выбирать, кого ему любить. И если вы будете продолжать в том же духе, то лишь оттолкнете его от себя. Но Хэй Тинь уже ничего не слышала. Ослепленная ревностью и отчаянием, она бросилась в атаку, стремясь уничтожить объект своей ненависти. Се Лянь, не желая причинять ей вреда, лишь уклонялся, пытаясь образумить обезумевшую демоницу. Но все было тщетно. Ярость Хэй Тинь затмила ее разум, превратив в машину для убийства. Принцу надоело лишь уклоняться от выпадов. Подобрав момент, он заломил демонице руки за голову и повалил на пол. Вокруг них встали беспокойный Гуцзы и нервный Лан Ин. — Пожалуйста, давайте все обсудим спокойней! — предпринял еще одну попытку Се Лянь. Хэй Тинь изо всех сил извернулась и все-таки пронзила принца. Тот не отпрянул из-за боязни толкнуть кого-то из мальчишек. — Ох, — он лишь обеспокоено посмотрел на рану, но больше ничего. Демоница убедилась — попала в самое сердце! Он должен быть мертв! Гнев еще больше застелил ее взгляд: — Да кто ты, черт подери, такой? — прорычала она. Тут раздался стук в дверь: — Гэгэ, можно к тебе зайти… — начал Хуа Чэн, уже стоя на пороге. Его ледяной взгляд устремился на нож в груди Его Высочества, а после переместился к руке, что его держала. Хэй Тинь и вскрикнуть не успела, как растворилась в пустоте. Вот так бесславно закончилось посмертие «особенной» демоницы. ______________________________________ — Гэгэ, — Хуа Чэн подбежал к принцу, окружая его своими руками и поднимая с пола. — Сань Лан, не о чем так беспокоиться, все хорошо, — принц мягко гладил демона по спине. Он все еще слишком гневный. Хуа Чэн осмотрел рану. Из нее уже вытекло приличное количество крови. — Гэгэ, я сейчас вытащу нож, потерпи, пожалуйста, — с этими словами он прикоснулся к рукояти. Тук-тук. — Ваше Высочество, открывайте. У меня есть к Вам дело, — Ши Цинсюань, пару раз постучав для приличия, влетел в помещение храма, но тут же застыл, — С-собиратель цветов под кровавым дождем, В-в-вы же говорили, что не в обиде на Его Высочество! И только тут он понял, какая картина у него перед глазами: убийство небожителя! — Мин-сюн, срочно связывайся с Линвень! Собиратель цветов под кровавым дождем, не делайте резких движений! — Повелитель Ветра, Вы все не так поняли… К Ши Цинсюаню подбежал Гуцзы и дернул за полы его мантии: — Этот дядя хороший! К гэгэ пришла злая тетя, кричала, что гэгэ целовался с каким-то Хуа Чэном, а Хуа Чэн — ее любовь. А потом она ударила гэгэ ножом. Но дядя пришел и спас гэгэ! Гробовая тишина окутала комнату. Хуа Чэн делал вид, что ничего не произошло, и продолжил заниматься раной принца. В голове раздался насмешливый голос: — Знаешь, а я хотел рассказать, что твой Се Лянь с кем-то целовался, но, похоже, ты знаешь все из первоисточников. — Заткнись. — Нет, расскажи о своем первом поцелуе, мне, как твоему дру... знакомому, очень интересно. Все как в любовных романах? Свечи, музыка… Удивлен, что с тобой принц еще девственность не потерял. Молчание ему послужило ответом. — Ваше Высочество, точно все хорошо? Если что, знайте — я Ваш друг, можете со мной связаться если, — Ши Цинсюань перевел взгляд на демона. — Да, все хорошо. Спасибо за беспокойство, — нервно улыбнулся принц. - Ладно, мы тогда позже зайдем. Повелитель Ветра пулей вылетел из храма, за ним неторопливо Мин И закрыл дверь. — Ох, Мин-сюн, что же это такое! Как думаешь, Его Высочеству точно ничего не угрожает? — Точно, — ответил Хэ Сюань, все еще не отойдя от мысленного смеха, но тут же поправился, — Но лучше приглядеть за ним. Он первый раз имеет дело с Непревзойденным, а тем более с таким, как Собиратель цветов под кровавым дождем. — Да-да! — нервно согласился Ши Цинсюань. ____________________________________ В храме Водных каштанов все еще царила тишина. Гуцзы тихо сидел в углу, Лан Ин с некоторым ужасом обдумывал ситуацию. Хуа Чэн все еще колдовал над раной принца, а тот не решался взглянуть на него, краснея только от одной мысли об этом. Но все же, собравшись с духом, он спросил: — Сань Лан, ты… тебя что-то связывало с той демоницей? — вдруг это и была его возлюбленная? Се Лянь не хотел думать о таком, но какая-то вероятность была. Тогда получается, что он виноват в ее смерти? — Нет, — остановил его тревожные мысли Хуа Чэн, — Гэгэ не стоит волноваться. В моем городе есть мои поклонницы, но я на них не обращал внимания, ведь они не доставляли проблем. Но эта ранила тебя. Молчание вновь повисло, но уже не такое напряженное. Но принц еще долго будет чувствовать вину перед демоницей, причиной смерти которой он стал, еще долго Хуа Чэн будет чувствовать вину за ту же демоницу. А Цзюнь У еще долго будет сетовать в душе, — «Они что, и вправду целовались?!