Как вычислить формулу счастья?

Этот учебный год словно разделил жизнь Лии на «до» и «после». Она всё реже виделась с Беллатрисой — прежние тёплые беседы сменились короткими, натянутыми репликами. Пропуски уроков, вынужденные отлучки, таинственные задания… Доверие Беллы таяло с каждым днём, и Лия чувствовала эту трещину, но не могла — *не имела права* — объяснить причину. Мир вокруг будто покрылся паутиной подозрений. Каждый знакомый, каждый однокурсник теперь воспринимался сквозь призму вопроса: *«А не он ли? Не она ли?»* Пожиратели смерти могли скрываться за любой улыбкой, за любым взглядом. Даже в коридорах Хогвартса, некогда казавшихся неприступной крепостью, теперь чудился холодный сквозняк предательства. Однажды, когда они с Регулусом сидели в укромном уголке у озера, Лия вдруг подняла на него взгляд — серьёзный, почти тревожный. — Рег, покажи руки. Я, конечно, тебе доверяю, но… мне надо проверить. Регулус не удивился. Без колебаний он вытянул ладони, развернул запястья — кожа была чистой, без единого следа тёмной метки. — Я так понимаю, это из‑за моей матери? — тихо спросил он. — Я с ней не общаюсь. Даже не сомневайся: я никогда тебя не предам. Лия опустила глаза, чувствуя укол вины. — Прости. Глупо было не доверять тебе. У меня уже паранойя из‑за всех этих группировок в школе… В этот момент к ним подлетел запыхавшийся Том. Его лицо светилось от возбуждения. — Лия, поздравь меня! Я теперь официально Пожиратель смерти! Мама меня наконец‑то похвалила! Он с гордостью закатал рукав, демонстрируя татуировку — череп, из пасти которого извивалась змея. Лия и Регулус переглянулись и одновременно вырвалось: — Зачем?! — Да все адекватные люди уже там! — с энтузиазмом продолжил Том. — Регулус, тебе тоже надо присоединиться. Я там даже твою маму видел. — Не, спасибо, он отказывается, — резко ответила Лия, схватила Регулуса за руку и потянула прочь. Тем временем занятия с Грин‑де‑Вальдом подходили к концу. В один из вечеров, когда лес окутала густая синева сумерек, призрак произнёс: — Ты изучила все руны, что знал я. Теперь ты готова. Ты можешь победить Волан‑де‑Морта. Его голос звучал торжественно, но в нём сквозила тревога. — Но помни: ошибка может стоить тебе жизни. Руну заключения используй только тогда, когда будешь уверена, что у врага не осталось сил. Частое применение рун истощает тебя — тебе понадобится время на восстановление. Сказав это, он растворился в воздухе, оставив после себя лишь лёгкое мерцание, похожее на угасающие искры. Через пару дней пришла весть, от которой сердце Лии будто сковало льдом: её отца убили. Он работал в Министерстве магии, и его смерть стала ещё одним звеном в цепи потерь. А мать… Мать перешла на сторону врага и оборвала все связи с дочерью. Лия стояла у окна спальни, глядя на серые облака, и понимала: тянуть больше нельзя. Война должна закончиться до конца лета. Она направилась в Министерство магии. В кабинете министра, где полгода назад её впервые посвятили в тайну, теперь звучали иные слова. — Мы собрали команду — Орден Феникса. На днях мы напишем тебе, куда приходить. Можешь взять кого‑то из друзей, если уверена, что они не в отряде Волан‑де‑Морта, — сказал министр, тот самый, что приезжал в Хогвартс. А потом пришло письмо: встреча Ордена в Запретном лесу. — Да что за прикол — все вопросы решать в Запретном лесу? Мест в мире больше не нашлось? — ворчала Лия, перечитывая послание. В назначенный час они пришли на поляну. Там уже собрались несколько человек — разных возрастов, в разной одежде. Рядом с министерскими чиновниками стояли и школьники, такие же, как Лия и Регулус. Среди толпы она заметила Сириуса и Римуса. Те сразу направились к ним. — Регулус, как я рад тебя видеть! — воскликнул Сириус, обнимая брата. Лия удивлённо вскинула брови: — Вы… вы нормально общаетесь? — Да, помирились ещё полгода назад, когда он дал отпор матери, — гордо заявил Сириус. — Я его просто победил на ринге, — усмехнулся Регулус. В центре поляны поднялся мужчина лет пятидесяти, в одежде, напоминающей министерскую форму. — Внимание всем! Мы здесь ради одной цели — победить Волан‑де‑Морта. Для этого нам предстоит колоссальная работа. Сейчас я раздам вам бейджики — они дадут доступ во все отделы Министерства. Он вручил каждому именную карточку с лентой. Все надели их на шею. — Кто‑то уже нашёл полезную информацию? — спросил другой волшебник. Девочка из толпы подняла руку: — Пересмотрев все видео, что он записывал, я заметила: его облик меняется. Сначала он был волшебником, а на последнем ролике будто превращается в чудовище. — Это может быть следствием того, что он разделяет душу, — вмешалась Лия. Все повернулись к ней. — Что это значит? — спросил волшебник в центре. — Его невозможно убить обычным способом. Чтобы закрепиться в этом мире, он делит душу на части и заключает их в предметы. Крестражи, кажется, так они называются. Тишина повисла над поляной. — Значит, наше первое задание — узнать, сколько всего крестражей и где они. Я распределю обязанности, а вы пока познакомьтесь, — объявил главный. Ребята из Хогвартса собрались в кружок. — Меня зовут Марлин, 6 курс, Гриффиндор, — начала девушка с яркими рыжими волосами. — Андромеда, 7 курс, Слизерин. — Тед, 7 курс, Пуффендуй. — Лия, 5 курс, Слизерин. — Регулус, 5 курс, Слизерин. — Сириус, 6 курс, Гриффиндор. — Римус, 6 курс, Гриффиндор. — Лили, 5 курс, Гриффиндор. — Все так официально, — рассмеялась Андромеда. Смех разлился по поляне, снимая напряжение. Они говорили о страхах, надеждах, мечтах — о том, что обычно остаётся за кадром великих сражений. Затем главный раздал листочки с заданиями, и все начали расходиться. Апрельский ветер был холодным. Лия невольно вздрогнула. — Ты не замёрзла? — спросил Регулус. — Нет, всё нормально. Но он видел, как её плечи подрагивают. Снял куртку и накинул на неё. — Ты же замёрзнешь, возьми обратно. — Я тебе говорил теплее одеваться. А ты опять в лёгкой кофте. Вот заболеешь — лечить не буду. — Моя тёплая кофта выглядит странно. Я в ней как снеговик, — попыталась оправдаться Лия. Они шли по территории школы, впитывая последние мгновения покоя. Каждый луч солнца, каждый камень, каждый коридор — всё казалось драгоценным, будто прощалось с ними навсегда. За этот месяц затишья Лия и Регулус успели сдать СОВ. Результаты оказались блестящими: у Лии — 12 баллов, лучший результат потока; у Регулуса — чуть ниже, но достаточно для поступления. *Пару месяцев назад…* — Кем ты мечтаешь стать после Хогвартса? — спросил Регулус. — Рег, это не самый лучший вопрос в данной ситуации. Думаю, моя единственная мечта — просто дожить до конца 7 курса и не потерять близких людей. *Настоящее время…* Они сидели на полянке, наблюдая за младшими курсами, сдающими экзамен по полёту на мётлах. — Ты раньше был в школьной команде по квиддичу. Почему бросил? — спросила Лия. — Мама сказала, что лучше учиться, чем пропадать на тренировках. Еле отговорил её запретить мне ходить на бокс. — Знаешь, мне всегда казалось, что ты как‑то особенно ко мне относился. С первой встречи ты никогда не грубил, всегда волновался. — Ты мне нравилась. И сейчас нравишься. Даже если ты влюблена в другого, мне неважно. Я всё равно буду любить тебя — тихо, незаметно, оберегая. Лия замерла. — Я думала, признания происходят в романтической атмосфере, а не на поле для квиддича. — Ты сама спросила. Мне что, врать?" Ты мне по‑настоящему ценна как друг! " — Но встречаться я с тобой не буду. Я убеждена… была, по крайней мере, что никаких отношений до 18 После разговора на квиддичной поляне Лия и Регулус долго шли молча, впитывая последние лучи майского солнца. Воздух был пропитан запахом свежескошенной травы и далёкой грозы — будто сама природа колебалась между спокойствием и бурей. — Знаешь, — наконец нарушил тишину Регулус, — я всё думаю о твоих словах про отношения до восемнадцати. Лия покосилась на него, но не ответила. Она знала: он ждёт не оправданий, а искренности. — Я не пытаюсь тебя переубедить, — продолжил он. — Просто… если когда‑нибудь ты передумаешь, я буду рядом. Не как рыцарь в сияющих доспехах, а просто как человек, который видит в тебе не только героиню, но и девушку, которая устала. Она остановилась, глядя на него. В его глазах не было ни тени давления — только тихая уверенность. И это тронуло её сильнее, чем любые пылкие речи. — Спасибо, — прошептала она. — За то, что не требуешь от меня больше, чем я могу дать. На следующий день Лия отправилась в школьную библиотеку — в запретную секцию. Сердце колотилось, пока она пробиралась мимо стеллажей, окутанных паутиной тайн. Ей нужно было узнать всё о крестражах: как их найти, как уничтожить. Часы сливались в один бесконечный поток страниц. Она листала фолианты с потрёпанными корешками, выхватывала строки о древних ритуалах, ядах, проклятиях. Наконец, в пыльном томе с выцветшим заголовком *«Бессмертие: мифы и реальность»* она нашла то, что искала. > *«Крестражи уязвимы лишь для трёх вещей: адского огня, яда василиска и заклинания Авада Кедавра. Однако каждое из этих средств несёт риск не только для предмета, но и для того, кто его применяет. Огонь пожирает душу, яд отравляет тело, а убийство… убийство оставляет след, который не смыть».* Лия взяла книги из библиотеки, затем аккуратно переписала ключевые моменты от руки. Уже в сумерках она отправила письмо в Орден Феникса, чувствуя, как в груди разгорается смесь тревоги и решимости. Ответ пришёл на рассвете: > *«Мы получили информацию. Сообщаем, что Министерство любезно предоставит вам комнату для летнего проживания. Вы больше не останетесь без поддержки».* — Ну хотя бы я теперь не бомж, — усмехнулась Лия, но в голосе не было радости. Только усталость. После уроков Лия медленно шла по коридорам Хогвартса. Она прикасалась к каменным стенам, словно пытаясь запомнить их холод, их шёпот. Каждый поворот, каждая статуя, каждый портрет — всё казалось живым, всё прощалось с ней. У окна она замерла, глядя на озеро. В его зеркальной глади отражались облака, похожие на рваные паруса. Где‑то там, за горизонтом, ждала неизвестность — война, крестражи, смерть. Но сейчас, в этот миг, мир был тихим. Регулус подошёл неслышно. Он не стал говорить, просто встал рядом, разделив с ней молчание. — Ты знаешь, — тихо произнесла Лия, — я боюсь не за себя. Боюсь, что мы не успеем. Что кто‑то из нас… Он взял её за руку. Его пальцы были тёплыми, твёрдыми. — Мы успеем. Потому что мы не одни. На следующее утро они собрались у ворот Хогвартса — восемь человек, восемь судеб, сплетённых одной целью. Марлин сжимала в руках карту Министерства, Андромеда проверяла защитные амулеты, Тед тихо переговаривался с Римусом о стратегии. Сириус подмигнул Лие: — Готова к приключениям, мисс «я‑не‑верю‑в‑романтику»? — Только если ты перестанешь меня так называть, — фыркнула она, но улыбнулась. Лили протянула ей небольшой флакон: — Эликсир бодрости. На всякий случай. Они обменялись взглядами — в них смешались страх, надежда и упрямая решимость. Затем, не говоря больше ни слова, шагнули в сторону станции, где их ждал поезд до Лондона. За спиной остался Хогвартс — крепость, дом, убежище. Впереди лежала дорога, где каждый шаг мог стать последним. Но пока они были вместе, пока верили друг в друга, у них оставался шанс. Шанс победить. Шанс выжить. Шанс вернуться домой.