Ад Томино

      Меня зовут Шан Цинхуа, мне 19 лет. Родом я из маленького города. Город был самым обычным, дома, дети, школы, подростки, уставшие родители, все как и у всех. Но оказывается наш город построен на очень кладбище... А по городу ходит легенда..       Раньше где-то в двадцатом веке, был писатель с довольно хорошей репутацией, популярными работами, что продавались в нашем и нескольких городах, но спустя некоторое недолгое время умер... Перед смертью он написал роман, где был стих, который называют в нашем городе «проклятым» и что был написан как раз на кладбище, ведь он связан с адом и сам чертовски жуткий. Говорят, что пока этот писатель сочинял этот стих, то читал его вслух, а если это стихотворение прочитать вслух, то ты привяжешь к своей судьбе смерть, что заберет твою душу в ад, за то что ты прочитал этот стих. — О чём думаешь? — спросил Юань, смотря на меня.       Шэнь Юань — мой лучший друг, он выручает меня в самой любой ситуации и с нем очень легко говорить, хоть он и притворяется язвительной змеёй. Друзья мы еще с самой начальной школы и никогда не ссоримся. Я его очень люблю, как друга, и сильно доверяю. — Да, ни о чем, — ответил я, прикусив губу и отведя взгляд от своего критика, что уже чуть нахмурился, видя мое поведение. — Нет. Рассказывай, я же вижу, что что-то стряслось, — сказал он серьёзно, обняв меня за плечо. Было немного не удобно, так сидеть на скамейке, но в груди разлилось тепло от такого маленького и почти незначительного поступка. — Просто мне до сих пор не дает покоя та самая легенда, которую рассказала Ша Хуалин... — произнес тихо я. — Да тьфу ты! Это же всего лишь легенда с глупым стихом! Я уверен, что она, просто ее рассказала нам, чтобы напугать, а ты повелся! — возмутился Шэнь, щелкнув пальцем меня полбу. — Ай! За что? — растерянно посмотрел я на него, чуть нахмурившись. — Чтобы не велся на всякую чушь, — закатил глаза Шэнь Юань.       Я промолчал... Я не особо хотел рассказывать Юаню о своих чувствах, не потому что не доверяю, а чтобы он волновался за меня.. Я прикусил губу. — Кстати, не хочешь пойти сегодня ко мне на ночёвку? Родители уехали в другой город в коммандировку, так что дом весь наш, — улыбнулся мой критик, уже в голове представляя планы на эту ночь. — Ммм. Это слишком заманчиво, так что давай, только тогда мне нужно сбегать домой и взять с собой все вещи, — кивнул я, написав быстренько маме, что ночевать я буду у Юаня.

◈◈◈

      За весь вечер мы успели посмотреть в обнимку фильм, посплетничать, перекусить, Шэнь снова раскритиковал мои черновики к предстоящей главе, а я я лишл фыркал на его недовольство.       Наступил час ночи. Так что было довольно поздно, за окном была кромешная тьма, так как фонарчатый столб недавно перегорел, даже звезд было не особо видно на этом темном полотне. Я пил медленно какао с маршмеллоу, как тут Юань выдаёт: — А давай прочитаем тот стих из легенды? — предложил он, затем продолжил: — Как там его.. Ад Тонима? Ад.. То.. Нина? — Ад Томино, — сказал я, прекратив его мучения и с ухмылкой посмотрев на него. — Точно! Спасибочки! Чтобы я делал без твоих замутденных слов! — улыбнулся Шэнь Юань, открывая Браузер на своем телефоне. — Огурец... — Тихо произнесл я. — Может не надо..? — с опасением тихо произнес я. — Да, давай! Что тут страшного. Это всего лишь стих. Ничего не случится обещаю, — положил он телефон на стол, затем отошёл в другую сторону.       Спустя несколько минут мой критик принес в руках парочку красных свечей и спички. — Зачем это? — спросил я с непониманием. — Для атмосферы, — произнес Шэнь, зажигая свечи, а затем выключая свет. В комнате теперь была кромешная тьма с небольшим источником света от красных свечей, что освещал наши лица и стены. Почувствовался небольшой запах плавления воска, а небольшие огоньки поддрагивали. Шэнь Юань открыл вкладку со стихотворением и ухмыльнулся. — Начнем? — в улыбкой произнес он, посмотрев на меня.       Я нервно сглотнул, неуверенно кивнув. Мне совершенно не нравилась эта идея.. Я подсознательно чувствовал, что даже начинать не надо.. Но отговаривать огурца было уже поздно, он начал читать...

Как старшая сестра рыдала кровью,

Как младшая плевалася огнём —

Так Томино идёт, судьбе покорный,

Плюётся по дороге, всё стеклом.

И умер Томино один и без возврата,

И в ад попал, где цветов не растёт,

Где тьма, и ужас, и хлыста удары.

Не старшая сестра его ли бьёт?

А красные рубцы на теле ноют...

Пороть не перестанут никогда.

Смирись — навек потерянных изгоев

Здесь ждёт всё та же жалкая судьба.

Попасть сюда один есть только способ,

Ад принимает лишь особых жертв.

Молись, чтоб в темноту ты был введённым,

Имея лишь овцу и птиц в мешке.

Готовься к вечности в Аду и здесь скитаньям,

Пока весна заменит зиму сотни раз.

Семь поворотов на тропе Ада,

Пройти их не получится тотчас.

В клетке соловей, певец природы,

В корзине — златошерстая овца.

И плачет Томино, его печали слёзы

Кропят долину, где покоится сестра.

И плачет соловей, его слезинки —

Как дождь для леса, поля и долин.

А Томино кричит, и эхо крика

Расходится от гор и до низин.

Пока кричал он, слёзы проливая,

Цветок, кроваво-красной масти, взрос

И распустился в час, благоухая —

Последствие воды солёных слёз.

Семь гор и семь долин кровавых Ада —

Мой Томино, мой милый, он один.

Приветствием его гора встречает —

На ней мерцающие, длинные шипы.

И в плоть втыкает Томино себе их,

Пытаясь искупить свои грехи.

Он видит пред собой через помехи

Отметины на теле у сестры.

      Началось все хорошо, Юань спокойно читал проклятый стих, но к середине он чуть побледнел... Мне стало страшно, но вроде все было нормально.. Во время чтения последних двух четверостиший он, как будто начал читать не своим голосом.. А тем самым адским... Его капилляры лопнули, а из глаз пошла кровь. Я закричал. Телефон огурца выпал из его рук... А он начал ухмыляться, дрожа в припадке... Кровь из глаз перекрыла полностью цвет белка и радушки, стекая по щекам и падая на белую пижаму с подбородка..       Я застыл от страха.. Я не могу даже пошевелиться, настолько сильно оковал меня ужас... Шэнь Юань с ухмылкой снова читал этот стих.. А м моей голове, как будто начал кто-то смеяться... Тихо..

Хи.. Хихи.. Хихи... Хи...

Хихихихихихихихиххии...

      Этот смех, шепот огурца... Были просто не выносимы... Я схватился с болью за голову, а затем почувствовал, как из носа пошла кровь... — Хватит... Хватит... Хватит! — кричал я на Юаня, чтобы он перестал... Это сводило меня сума.... — Цинхуа, ты сгоришь в аду! Твоя спина будет гореть от следов плети! Язык отрежут! Ты пройдёшь все двенадцать кругов ада!!!! — смеялся демон, что был в теле огурца... Это было не выносимо... Я посмотрел на Юаня, что уже вплотную стоял ко мне... — Ци.. Цинхуа, мы отлично повеселимся с тобой... — произнес Шэнь голосом из ада, а я потерял сознание...

Темнота... Темно... Я вижу лишь темноту.... И чувствую адскую боль..... И больше... Ничего...