Со|страдание|

‎Сегодня Лэмбтон толкнул Линча плечом. ‎ ‎Когда-то он не делал подобного, был поблизости, но не настолько физическим. ‎ ‎Мурашки прошлись по телу и сразу же пропали. ‎ ‎Седовласый улыбается. ‎ ‎Линч проходит дальше, отойдя от легкого шока. ‎ ‎Седовласый плетется следом. ‎ ‎Лэмбтон постоянно придумывает что-то новое, но в последнее время это не вызывает даже раздражения. ‎ ‎Сами попытки олицетворяли собой что-то похожее, они все были разными но что-то в них было одинаково плоским. ‎ ‎ ‎ ‎Этот день Линч провел в предвкушении других своих дел. Скучная и достаточно тихая совместная работа прошла без лишних слов. ‎ ‎За все это время Лэмбтоном было произнесено около десяти рабочих фраз и около двухсот тот поправлял свои волосы. ‎ ‎Было проигнорировано даже столь редкое явление как град. ‎

***

‎ ‎В очередной проредившийся в плане, рабочий денек, на Линча как-то раздраженно взглянули эти пустые глаза. Тогда он осознал что Лэмбтон никогда на него не смотрел, он постоянно смотрит мимо, в спинку стула за спиной Егора, или на его волосы... ‎ ‎Так... Нужно быть повнимательнее к деталям. ‎ ‎Все было тщательно перепроверено, никакой слежки, ничего особенного, сервис в заведениях как раньше, самый обычный. ‎ ‎К чему был этот угрожающе грустный вид? ‎ ‎Измениться успел за это время только Лэмбтон и его кабинет. Оказывается он кудрявый... Волосы уложены не так идеально как было. ‎ ‎Носит тот... Лэмбтон сам назвал бы это крайней неразборчивостью. В его гардеробе теперь меньше сложных образов. ‎ ‎Стоит отдать должное, некоторые заскоки Лэмбтона реально вызывают ахуй. Он изменил сам себе, чтобы что? Но знать этого уже не хочется. ‎ ‎Молчит, игнорирует и даже не пытается выбесить. ‎ ‎Отстраняется. ‎ ‎Веселится. ‎ ‎Злится. ‎ ‎Веселится. ‎ ‎Снова ингорирует, поправляет одежду, вытягивает из нее нитки. ‎ ‎Пожалуй, раз такое дело, и Лэмбтону на него всеравно, не стоит на этом зацикливаться. ‎

***

‎ ‎Свобода не окрыляет, пусть смирение с грядущей возможной бурей уже накатило, расслабиться трудно. ‎ ‎Иногда хочется чтобы Генри припомнил тот случай с разбитой кружкой и уроненной картиной... Не то чтобы это доходит до драматизма... ‎ ‎Но Генри ходит сонный и ожидает его ухода, чтож, возможно для Линча это точка. Отравят и вывезут в лес. ‎ ‎Поживем, увидим. ‎ ‎Все нормально. Линч обнаружил в себе некую независимость, в реальности помощь Генри требуется крайне редко, Генри просто навязал ему эту нужду. ‎ ‎Все нормально? Сейчас у него даже есть отдых и достаточно сил на жизнь. ‎ ‎Чувство принадлежности посредством висящего долга имеет свой вес, но кто сказал что Линч пойдет на его поводу полностью. ‎ ‎Непривычное личное время он сжигает как может даже не думая уделять внимания Генри больше чем нужно, как делает и сам Генри. ‎ ‎Иногда пробивает нервяк от любого его движения. ‎ ‎Иногда нервяк пробивает самого Генри. ‎

***

‎Кристина направлялась домой с работы по новому для себя маршруту. ‎ ‎Ветер дует в лицо, руки слегка покраснели. ‎ ‎После смерти отца нужно было еще отдавать долги за неудавшееся лечение. Нужно прокормить себя и помочь матери. ‎ ‎Проходя по плохоосвещенной улице, почему то возникла иллюзия знакомого ей голоса. ‎Нет желания даже вспоминать о нем. ‎ ‎Однако подняв взгляд тут же забыть уже не получилось. ‎ ‎