Невинность

      День, хоть и был выходным, начался отвратительно: глядя в зеркало, Ангелус обнаружил у себя на голове седой волос. Сначала попытался быть оптимистом: подумаешь, один седой волосок, ничего страшного, седина украшает мужчин, и вообще – надо радоваться, что седеешь, а не лысеешь. Едва он успел об этом подумать, как ему показалось, что пробор у него шире, чем был раньше. Неужели волос поубавилось?!       В панике Ангелус бросился к компьютеру и принялся искать в Сети возможные причины облысения и способы борьбы с оным. Почти сразу отмёл варианты с возрастом и генетической предрасположенностью, ибо они не устраивали его своей безапелляционностью. Но и всяческие опасные скрытые болезни ему тоже не нравились - даже анализы на выявление этих болезней были дорогущими и не входили в его простенькую медстраховку, не говоря уже о лечении. В конце концов Ангелус остановился на причине «стресс и переутомление». Ему хватило ума не вылавливать в Интернете советы по приёму лекарств, он сосредоточился на альтернативных методах. Помимо прочего, попалась то ли научная, то ли неплохо замаскированная под научную статья, в которой утверждалось, будто исследования показали: с появлением кошки в доме у владельцев настолько снижается уровень стресса, что прекращаются или затормаживаются многие негативные процессы в организме, включая алопецию (облысение).       Когда Ангелус предложил Баффи завести кота, она удивилась, но не отказалась. Поинтересовалась, готов ли Ангелус сам ухаживать за животным. Скрепя сердца и поскребя макушку, Ангелус ответил, что готов.       - Я подумаю, - пообещала Баффи. – Может быть, съездим в приют…       - В приют?! – Ангелус брезгливо скривился. - Там же непонятно какие животные. Вернее, понятно какие – никакие. Зачем нам беспородный кот?       - Пф, - Баффи закатила глаза на миг, - можно подумать, ты у меня породистый. Дарла тебя чуть ли не в канаве подобрала. Как бы ты потом ни выделывался и какие бы аристократические замашки ни приобрёл, ты, по сути, дворняга. И зачем ты мне, такой беспородный? – Она смешливо изогнула бровь.       Ангелус сердито прищурился, но на провокацию не поддался. Спокойствие, только спокойствие. Приличное жильё на свою зарплату он не снимет (если и снимет, на еду денег уже не останется), а спать на улице неудобно и холодно.       - Тебе самой не обидно говорить такое? – вкрадчиво поинтересовался он, выдавая самоуверенно-похабную полуулыбку.       - Почему мне должно быть обидно? – Баффи непонимающе нахмурилась.       - Я был твоим первым мужчиной. – Ангелус действовал, как правительство: приписывал себе все заслуги предшественника и открещивался от всех его неудач. Иными словами, когда было выгодно, Ангелус без проблем отождествлял себя с Ангелом. – Разве не обидно осознавать, что лишилась невинности с беспородным парнем?       Баффи хмыкнула.       - Не льсти себе. С тобой я лишилась девственности, а невинность потеряла задолго до тебя – ещё в двенадцать лет, когда впервые увидела своими глазами счёт за коммунальные услуги. Кстати, надо будет и тебе показать.       О плате за электричество, газ, воду, содержание общедомовой и придомовой территории Ангелус впрямь знал мало. Он просто отдавал Баффи часть – немалую – заработанных денег «на еду и на квартиру», а Баффи уже сама распределяла, что куда. Да, он на всякий случай периодически интересовался съёмом жилья, но в объявлениях обычно указывали стоимость именно аренды, в конце скромно и таинственно прибавляя: «Плюс оплата коммунальных услуг». Ладно вам, не может же всё быть так страшно, правда?..       Ангелус собрался продолжить игривый словесный поединок, но заметил, что Баффи помрачнела. Совсем чуть-чуть и совсем ненадолго – буквально на секунду-другую; и всё же он успел увидеть.       Ему не требовалось спрашивать, в чём дело. Он прекрасно знал, про что ей напомнила тема невинности.       - Слушай, если это до сих пор тебя беспокоит, я могу извиниться.       Баффи попыталась притвориться, будто не понимает.       - В смысле?       - Брось, мы оба знаем, что ты до сих пор обижаешься из-за того, что я сказал на следующий день после твоего Дня Рождения. Ну, что ты мало знаешь о мужчинах.       На сей раз притворяться Баффи не стала.       - Я обижаюсь, - признала она, - но не на тебя. Ты сделал то, чего от тебя и следовало ожидать. А вот Ангел мог бы это исправить, но не стал.       - То есть ты обижаешь на него?       - Да, - ответила Баффи просто.       - За то, что сказал я?       - Да.       Вообще, Ангелус горячо приветствовал разочарования Баффи в Ангеле, но иногда прямо чувствовал, как Ангел, падая ещё ниже в её глазах, тянет его, Ангелуса, за собой. А Ангелусу это не было нужно.       - Ты что, хотела, чтоб он извинился за меня?       - Да. Ну, не обязательно извинился, но дал мне понять, что не согласен с тобой. Что не так уж я была нехороша.       Ангелус вздохнул.       - И всё-таки тогда я был прав, Бафф. Ты многого не знаешь о мужчинах. Открыть тебе страшную тайну? Мужчины не придают большого значения разговорам. Это вы, женщины, обожаете выражать чувства словами, обсуждать что-то, перемалывать тему снова и снова. А мужчина сказал – и забыл, уже через несколько дней точно не вспомнит, кому и что он там наговорил. – Хотя, если честно, Ангелус не представлял, как можно было забыть то пришибленное выражение лица Истребительницы, ту боль в её глазах.       Сейчас это воспоминание не доставило ему удовольствия. Он не любил её, совсем, вовсе, однозначно, категорически не любил. Ни капли. Ни грамма. Но…       Солнечный свет, пение птичек и прочая дневная дребедень нисколько не привлекали Ангелуса. Возможность завести детей не воодушевляла от слова «совсем». Человеческий секс, по его мнению, был не лучше вампирского. Человеческая еда при человеческих вкусовых рецепторах, надо признать, зачастую весьма хороша, но, как правило, от вкусного приходилось воздерживаться, потому что чем вкуснее, тем вреднее; в итоге от еды было больше расстройства, нежели радости. Иными словами, Ангелус не находил преимуществ в своём нынешнем существовании.       И лишь когда Баффи прижималась к нему в поисках тепла, Ангелусу хоть на мгновение казалось, что в человеческой жизни есть что-то стОящее. Это случалось, например, когда они спали в одной постели; такие ночи редко, но бывали. Или когда они сидели где-нибудь на улице вечером. Или когда в квартире было холодно, и Баффи попросту подходила и обнимала его, называя своим личным обогревателем (Ангелус ворчал, но не возражал).       - Ну, забыл и забыл, - Баффи пожала плечами. – Какая теперь разница?       - Большая, если ты всё ещё расстраиваешься. – Ангелусу не верилось, что он говорит такое всерьёз.       - Я не расстраиваюсь, - ухмыльнулась Баффи. – Я и не должна была тогда быть особенно хороша, это был мой первый раз. А мастерство приходит с опытом.       При мысли о её опыте Ангелус едва не зарычал. Придурка-студента, которого в глаза не видел, и обычного человека Райли Ангелус мог стерпеть. Но вот наличие Спайка и Бессмертного (а может, и ещё кого-то аналогичного уровня) в «послужном списке» Баффи его настораживало. Перед глазами всплыли довольные физиономии Дарлы и Друзиллы после рандеву с Бессмертным. А в ушах зазвенели дикие стоны и крики Друзиллы, развлекающейся со Спайком. Разумеется, Ангелус не боялся конкуренции, вот ещё. Однако ему было не по себе.       - Кстати, раз уж мы об этом заговорили, - продолжила Баффи. – У тебя есть жалобы?       - Какие жалобы?       - На меня, в плане секса, - пояснила она, не моргнув глазом. – Не стесняйся, говори. Обещаю не устраивать репрессий за честный ответ. – Она впрямь хотела знать. И впрямь даже близко не боялась расстроиться из-за того, что мог сказать Ангелус. У неё теперь было более чем достаточно уверенности в себе, причём небезосновательной. – Ну? У тебя есть жалобы на секс со мной?       - Нет, - Ангелус мотнул головой. – Жалоб нет. – В кои-то веки инстинкт самосохранения и честность сошлись. – Но есть предложения.       - Предложения? – Баффи вытянула шею, приготовившись внимательно слушать. – Конструктивные?       - Нет, но интересные.       Баффи заинтригованно стрельнула глазками.       - Рассказывай.       - Здесь нужно не рассказывать, а показывать, - заявил Ангелус, в следующую же секунду подхватил Баффи на руки и понёс в спальню.       Баффи нисколько не возражала.

***

      Баффи и Дон сидели в гостиной, пили чай со сладостями, болтали о том о сём. В разгар беседы мимо них, направляясь из спальни на кухню, прошёл Ангелус. Взгляд у него был абсолютно пустой, и, похоже, за пустотой скрывались остатки недавнего шока.       - Что с ним? – спросила Дон, беря конфету из вазочки, стоявшей на журнальном столике, недалеко от вскрытых конвертов со счетами.       - О, - Баффи улыбнулась, - он сегодня потерял невинность.

Конец

(30-31 октября 2025 г.)