Кот и метла

🎃🕷️🎃🕸️🎃🦇🎃🧹🎃🐈‍⬛🎃

      — Сладость или гадость! — обрушились на Клементину Олдбрум звонкие детские голоса, стоило только распахнуть дверь на стук. Уже с десяток раз за вечер.        Мисс Олдбрум оглядела пёструю стайку ряженых ребятишек и в притворном испуге прижала руку к груди.       — Ох, напугали! Какие же вы жуткие! Милые мордашки маленьких Дракулы, Джокера и пары ведьмочек расплылись в довольных улыбках. Лица Джека-потрошителя, Вервольфа и привидения наверняка тоже, но их не было видно — кого за маской, кого за простынёй.       — Ну-ка, держите конфеты за то что нагнали такого ужаса, — и Клементина насыпала в подставленный мешочек из своего кулька.       — Спасибо, мисс Олдбрум! — пискнуло привидение в простыне голосом соседского малыша Майки. А Дракула, в котором угадывался Бобби, живший на другом конце улицы, снял цилиндр и элегантно — на самом деле уморительно забавно — поклонился.       — Спасибо, мисс Олдбрум!       — Весёлого Хэллоуина, дети! То есть, я хотела сказать, кошмарные монстры!       Уже закрыв дверь, Клементина услышала ворчливое:       — Что-то маловато эта старуха дала нам конфет, может на всех не хватить!       — Не жадничай, Стиви, — ответил бойкий девчачий голос, — нормально она дала, мы и до этого хорошо насобирали. А тебе бы поменьше есть сладкого, а то и так в костюм оборотня еле влез!       — Эй, не вздумай меня обделить, Джилс!       — Это когда я кого обделила? Я всегда всё делю честно, и не таскаю из мешка конфеты тайком, в отличие от некоторых! Именно поэтому мешочек теперь у меня!..— детские голоса затихли, удаляясь.       Мисс Олдбрум выждала ещё с полчаса, выглянула в окно: становилось поздно, и дети, да и взрослые тоже, разошлись по домам на праздничный ужин, улица опустела.       Она подошла к зеркалу, поправила на носу очки в роговой оправе, нацепила элегантную старомодную шляпку, такое же древнее(но очень удобное и красивое!) пальто, подхватила в руки трость, стоявшую возле двери, и вышла из дома.       Ночь была прекрасна. Ясное небо, чёрное, бархатное, с россыпью сияющих звёзд и Луна. Полная, огромная, поднималась из-за леса, освещая верхушки деревьев. Отличная ночь, подумала Клементина. Кряхтя спустилась с крыльца и оглянулась на дом.       Окна украшены искусно сплетённой паутиной — Элоиза, Хлоя и Линда трудились несколько часов, не покладая всех восьми лап, а теперь сами замерли на своих творениях в качестве украшений. А под козырьком крыльца терпеливо застыли вниз головой, расправив кожистые крылья, Маргарет и Трис. Клементина залюбовалась. Вот бы оставить эту красоту насовсем. Но, к сожалению, даже в современном, довольно терпимом, мире пауки и летучие мыши не вызывали восторга у большинства людей. Приходится считаться с общественным мнением, если не хочешь жить где-нибудь в глухой лесной чаще без водопровода, канализации, электричества, супермаркетов и интернета.       — Девочки, вы все большие молодцы, всем спасибо! Теперь можете отдохнуть и повеселиться как следует. Ещё раз с Хэллоуином вас, мои дорогие! — мыши сорвались со своих мест, покружили над Клементиной и унеслись в сторону леса, играя на фоне восходящей луны. Паучихи сползли на землю и скрылись в траве.       — Бернард! — позвала мисс Олдбрум. Тот час от стены дома отделился белый силуэт. — Меня не будет до рассвета, дом на тебе. Защиту я активирую, но если что-то произойдёт, дай мне знать немедленно, — затем она щёлкнула пальцами, и уже было погасшие огни в тыквенных головах по обе стороны от крыльца вновь вспыхнули ярче прежнего. Призрак слегка склонился и исчез в стене. Клементина удовлетворённо вздохнула, кивнула и посеменила вниз по улице.       Во многих домах горел свет, слышалась музыка, голоса — люди веселились до упаду, и никому не было дела, что пожилая леди в одиночестве бодро шагает, постукивая тростью, в сторону, где заканчиваются строения и начинается лес. Клементине тоже не было дела до их веселья, но тем не менее она пристально всматривались в мелькающие в окнах лица, а также в тех, кто вываливался наружу подышать воздухом или покурить. К сожалению, эти наблюдения не приносили нужного результата, из-за чего мисс Олдбрум раздосадованно поджимала губы.       Миновав последние дома, старушка устремилась по дороге к надвигающимся мрачной стеной деревьям, как вдруг заметила шевеление в ближайших кустах.       — Ну наконец-то, — произнесла она недовольно, — ты чуть не опоздал! Где тебя святые носили, Руфиус, скажи мне на милость?       — Клементина, дорогая, не гневайся, я всё объясню! — из кустов на дорогу выбрался высокий темноволосый красавчик.       — Я бы ни в коем случае не пропустил отбытие, ты же знаешь. Просто захотелось начать веселье пораньше, вот я и развлёкся на славу, — Руфиус сладко потянулся и зевнул, обнажая острые клычки. — Кстати, дорогая, ты сегодня просто обворожительна!       — И кто же та глупышка, которой ты задурил голову на этот раз? — не купилась на дешёвый трюк мисс Олдбрум и продолжила путь. Мужчина пошёл рядом. — Надеюсь, ты хотя бы предпринял меры. Знаешь, я хотела бы провести праздничную ночь несколько иначе, чем подчищая за тобой возможные последствия.       — Ну что ты, звезда очей моих, «последствий» совершенно точно быть не может, — томно протянул Руфиус, — потому что моё сегодняшнее развлечение — совсем не девушка.       — Вот как? — изумилась мисс Олдбрум. — Неожиданно. Ты соблазнил парня, греховодник?       — Кто кого ещё соблазнил, — с деланным негодованием возразил Руфиус. — Ты сама посуди: глаза как небесная лазурь, губы пухлые и сочные, золотистые кудри, шея длинная и изящная, так и тянет вцепиться зубами в нежную кожу, сам весь гибкий и сладкий как смертный грех — как можно было тут удержаться? Да и потом, дорогая, ты же прекрасно знаешь — соблазнить можно только того, кто хочет соблазниться, — растянул он губы в довольной улыбке.       — Вот только раньше за тобой подобных пристрастий не наблюдалось, Руфиус. Ты никогда не интересовался мальчиками, — приподняла бровь старушка.       — Клементина, сегодня особенная ночь, и мне захотелось чего-то особенного. А чтобы узнать подробности, существует гугл.       — А имя у этого порочного ангелочка есть? — поинтересовалась мисс Олдбрум и свернула на едва приметную тропинку в чащу, покрепче перехватив трость.       — Разумеется, есть. Да ты его знаешь — это Том Шеппард, его отец держит пекарню через две улицы.       — Томас? Который поёт по выходным в церковном хоре?       — Звуки, которые он издавал сегодня, были гораздо лучше пения, — ухмыльнулся Руфиус и глаза его сверкнули жёлтым блеском.       — И что же дальше? Всё как обычно — поиграл и разобьёшь мальчику сердце? — прищурилась сквозь стёкла очков мисс Олдбрум.       — Ты не поверишь, Клементина, но мне не хочется «как обычно». Чувствую, что совершенно не насытился этим лакомым кусочком — хотя крутил его во все стороны пару часов. Ласкал его, входил в дрожащее от страсти тело, насаживал на свой горячий член, сцеловывал стоны и крики с губ, слизывал пот с кожи, довёл нас обоих до пика трижды — и мне мало, я хочу ещё!       — Ты похотливое животное, Руфиус, — восхищённо выдохнула мисс Олдбрум.       — Кто бы говорил про похоть, дорогая! Мне напомнить, как ты отрывалась на последнем шабаше? — многозначительно поиграл бровями Руфиус.       — Обязательно напомни — если вдруг память начнёт мне изменять, — негромко засмеялась мисс Олдбрум. — А пока что эти события незабываемы… Впрочем, сегодня я собираюсь погулять с не меньшим размахом. Думаю после шабаша отправиться в ночной клуб.       — Ты же никогда не интересовалась ночными клубами, Клементина, — округлил глаза Руфиус.       — Что ж, сегодня особенная ночь, и мне захотелось чего-то особенного. А чтобы узнать подробности, существует гугл, — усмехнувшись, вернула она ему его же слова. Оба рассмеялась от этой незатейливой шутки.       — Мы на месте, — объявила старушка, окинув взглядом утопающие во тьме стволы, — пора.       Она сунула в рот пальцы и тишину леса разорвал пронзительный свист. От этого свиста воздух словно уплотнился и пошёл рябью, а с мрачных деревьев посыпалась листва и закрутилась вихрем вокруг мисс Олдбрум и Руфиуса.       Когда резкие звуки стихли, на небольшой полянке осталась стоять стройная молодая женщина в остроконечной шляпе, из-под которой свободно ниспадали огненно-рыжие волосы. В руке зеленоглазая красавица держала метлу, а у её ног сидел большой чёрный кот.       — Да, ночной клуб, — продолжила Клементина, седлая метлу. — Вот только не решила, в каком виде пойти: в кружевном и на шпильках или в обтягивающем латексе и в берцах?       — Выбиррай с меховой оторрочкой — беспрроигррышный варриант! — промурлыкал кот, взобравшись рядом.       — Тебе бы только с мехом, Руф! — рассмеялась ведьма. — Ладно, возможно я перепробую всё. Ночь только начинается! Но для начала — официальные корпоративные мероприятия. Посмотрим, что на этот раз устроил Совет ведьм. Только бы не тимбилдинг как в позапрошлый раз — жуткая скукота.       — А по-моему, было забавно, — ответил Руфиус, — особенно задание пррыгать голыми в муррравейник, — на его морде появилось ехидное выражение.       — Да? А что же сам не попробовал?       — Клементина, ты же знаешь — это не по прравилам, — ловко увильнул хитрец.       — Нужно уговорить Совет изменить правила в отношении фамильяров — вот тогда точно Хэллоуин будет весёлым! — заявила ведьма, взлетая. Над тёмным лесом далеко разнёсся звонкий женский смех.