WRITOBER2025

День 1 и 2. Жертва и шёпот.

«Записки Колпака. М.К.»

В ночи слышен громкий шёпот, будто бы кто-то читает толи молитву, толи заклинание. Звук издаётся из обветшалой церкви, в которой не горело ни ламп, ни свечей. Дверь её открыта. Она непомерно громко скрипит, а петли её трещат вибрацией, что протекает по дереву до ручки. Душу сковывает странный страх и трепет. Ни одного человека поблизости, а ноги трясутся. Ничего не видно в потёмках церквушки, но перед глазами движется тень в глубоком поклоне. Дыхание перехватывает и двинуться просто невозможно. Остаётся лишь в молчании наблюдать. Я знаю, что готов. Я знаю, что должен делать, но… Это завораживает. Темнота мешает. Рука тянется к демоническому оружию. Оно отблескивает, наполняясь энергией моего бренного человеческого тела. «Сраные культисты!» — думается мне, но я всё ещё стою на одном месте. Выглядит интересно. Времени у меня много. Я же знаю, что его не слышат. Наконец я двинулся. Захотел. По прошествии нескольких минут, происходящее ни капли не будоражило. Я тихо, не привлекая внимания, дабы не прерывать происходящее, приближался. И вот я уже в шаге от поклоняющегося. Молитва громче затекает в уши, балует мелодичностью. Наконец я раскрыл себя. Палец поднят. Пламя освещает стол для приношений. Лежит небольшое тело. Потроха заполняют много пространства, свисают с краёв. Запах свежей крови наполняет пространство. Голова животного, по видимому козлёнка, лежит во главе. Мои глаза бегают, осматривают расставленные во главах углов конечности. И тут в голове ответ: «Молитва Чёрному Богу. «Смерть придаст мне сил». Глава четвёртая, книга наложения печатей очернённых душ». Я сжимаю рукоять сильнее. Рука моя замахивается. Свист. Тяжёлый хруст. Стук слепой, как оказалось, головы об пол. Тело навсегда предано молитве. Я понимаю пустое запястье. Огонь перекидывается на стол. Жертва сожжена.

День 3. Расплата.

«Записки Колпака. М.К.»

Магия — искусство непомерно опасное, но при этом притягательное. Не каждая ведьма по рождению остаётся в своей стези и не каждый ведьмак выбирает классическое колдовство и становится магом. Назовём всех их отступниками. У меня тоже была такая возможность, но магия оказалась для меня более привлекательной, нежели ведьмовство, от которого отказалась даже Она. А теперь я вам расскажу интересную легенду об отступнике: Жил на свете маленький мальчик. Он воспитывался в полной любящей семье, в окружении братьев и сестёр. Ему дарили любовь, внедряли в жизнь парнишки магию, но он чувствовал себя лишним, незаметным. Он имел большую душу и сильную связь с природой, она тянула его к себе. Мальчик хотел познать её, но магия не казалась ему удобной для этого. Стоило ему повзрослеть, как он взял в руки ведьмовские справочники и выбрать себя. Он не стал заключать контрактов с демоном, как того велело ведьмовство. Его выбором было стать природным созданием, следить за её чистотой и оберегать. Он привык к своему одиночеству, к своей незаметности. Он исчез. Стоило ему пересечь порог 28 лет, как его семья больше не могла с ним связаться. Он связал себя оковами ведьмовства и сросся с природой, не оставив ни частички себя.

День 4. Гниль.

Сначала было все хорошо, я радовался жизни, кутил, посещал милых дам в местном доме, что украшен яркими алеющими в ночи фонарями. Радость и наслаждение закрывали мне глаза, я наслаждался своим бесстыдством и свободой. Свобода исчезла, когда я, в благоухании порока не заметив маленькие язвочки не проигнорировал их, пока не обращал внимания на ежедневный кашель. Я ведь курил сигареты и не только. Ничего необычного так ведь? Потом я оброс пятнами, что были пусть и заметны, но казались просто сыпью. От меня отказались ночные танцовщицы. Тогда я почувствовал себя прокажённым. Мне закрыли дверь в публичный дом. Потом я слонялся по улицам в поисках вертепа, где меня могли угостить укольчиком. Да, я знал, что это поможет мне, заменит ласковые женские руки. И я нашёл его. Меня околдовали чары дурмана, он растёкся по моему телу и не дал заметить то, что грудь моя с каждым днём давилась все сильнее, я не мог долго ходить, оно было и не нужно. Мама больше не отвечала на звонки, мой телефон разбили, я остался без денег. Благо молоденькая Мая каждый раз помогала мне лечить голод, принося разные порошки, да сигаретки с ментолом поджигая. Она спасала меня в тяжелые периоды. Я верил её слегка грубым ладоням. С её помощью я не заметил, как начал кашлять кровью, оставляя лёгкие кусочками около своего спального лобби. Она укрывала меня перед сном. Она поставила мне последний укольчик благодати. До этого она не делала подобного. Она ошиблась, вколола в ногу. Не заметила черноты. Я сладко пах остальные дни. Очень вкусно. Словно ванильное пирожное или что-то похожее. Пусть и не скоро, но Дурман меня отпустил. Сердце моё забилось, я закашлялся, испачкав жёлтое от курева одеяло алой мокротой. Я откинул его и ужаснулся. Чёрные ноги медленно пульсировали, они скрипели и откровенно воняли. У пальцев ползли личинки, на пахе вынырнули отвратные бородавки. Мой торс тоже был осквернён. Я вспомнил что это. Гангрена. Она пожирала меня. Не долго я мог наблюдать за своим превращением в суп. Меня парализовало. Я упал. Я не мог кашлять. Моя грудь вздымалась, в попытке это сделать. Ко мне подбежал худенький дядька. Он занервничал. Снова взялся за иглу. Это он мне казался Маей? Он занимался со мной… Значит его ждёт тоже самое. Я постепенно угасал. Не мог двинуться, тихо плакал и уже не просил в голове больше не ставить мне инъекций заряженной иглой. Я умирал. Я гнил заживо. Я умер.

День 5 — 6. Портрет — Ритуал.

«Я долго изучал магию. Она казалась мне чем — то запретным. Я хотел ей обладать, хотел внедрить в свою жизнь и исправить все ошибки прошлого. Демонология тоже заполняла мой разум. Сначала это было просто увлечение, словно я читал обычную художественную книжку, с задором поправляя очки, но потом я узнал множество случаев у людей, которые заключали контракты и не умирали, как слагали легенды. И жизнь их была прекрасная и яркая. И вот случился последний вечер моей нищеты. Я наскрёб оставшиеся гроши, закупился холстом, кистями и чёрной краской. Вместо палитры у меня был старый желтоватый чехол. К краске пришлось примешать пару капель крови, я начал творить. Я смешивал свои черты с чертами выбранного мной демона, имя которого называть я права не имею. Кисть будто бы двигалась сама, вносила ровные штрихи, а после… пришло время деталей. Я вскрыл вену. Ненадолго. Быстро перевязал. Сцедил, что получилось в заранее подготовленную чашу и продолжил. Красные, постепенно темнеющие мазки, завершали моё творение. Я чувствовал волнение, руки мои тряслись, я начал шептать, молиться, но не богу, а получившейся картине. Голос мой срывался, слёзы наворачивались. И тут всё почернело. Голова загудела. Я упал со стула и не в силах подняться, отключился. Я проснулся на следующий день. Тело было лёгким. Глаза видели ясно. Я был вдохновлён. Я начал рисовать чаще. У меня пошло в гору моё дело. Люди вновь брали заказы на картины маслом. Ощущение, что они покупали их лишь у меня. Деньги лились рекой. Это продолжалось десять лет, двадцать и даже через тридцать всё было хорошо. Я повстречал прекрасную женщину, что стала моей почитательницей и скупала множество работ. Она вошла в мою жизнь, стала самой тёплой для меня семьёй. Родила мне прекрасную принцессу. Всегда прекрасно выглядела и одевалась в мой любимый красный свет. Но всё рано или поздно заканчивается. Так ведь? Вчера я вновь нашёл тот легендарный портрет. Он был покрыт плесенью, холст в некоторых местах отсутствовал. Моего лица я уже не видел. Вновь мондраж. Потеря сознания. Сегодня он уже следует за мной. Я напомнил о себе. Забыл последнее условие. ОН НАШЕЛ МЕНЯ.»

«Записки Колпака. М.К.»

Вы прочитали предсмертную записку повесившегося художника, что провёл последние тридцать лет своей жизни в богатстве и переодическом безумстве. Вы могли наблюдать адаптированную дьяволоманию. Человек искренне верил в демонов (и был прав, но не осведомлён). Он искал информацию в интернете, а так же в недостоверных книжных писаниях, и нашёл проклятие собирателей душ. Он навлёк на себя беду тридцать лет назад и привязал к себе ведьму, что служила демону на картине. Он выполнил все условия и на самом деле никогда не забывал последнее правило. Уже давно спрятал портрет в подвале, но женщина в красном заставила его забыть, заполнив жизнь своим образом. Она достала портрет. Она заставила его увидеть гниющий образ. Она забрала его душу. Она завершила свой ритуал. Осознали урок? Никогда. Слышали? НИКОГДА не верьте буквам на просторах сети. Не очаровывайтесь запретным. Вы будете обречены на страх. Потеряете власть над жизнью. Утратите душу и исчезнете и даже ваши «картины» не будут никому нужны. Заботьтесь о себе, дорогие души. До свидания.

День 8-9. Больница — колыбель.

«Я сижу на маленькой кроватке. Больничные стены выкрашены в приятный бежевый цвет, а передо мной сидит медсестра лет двадцати пяти, читая интересную сказку. За окном бушует гроза, порой заполняя слабо освещенную комнату своим синеватым светом. Ветер бьёт огромными каплями по стеклу, создавая отвлекающую мелодию. Меня клонит в сон. Добрая медсестра это замечает, кладёт меня под одеяло и исчезает в потёмках коридора. Гроза отвлекает меня от сна, пугая грохотом. Я замечаю, как течёт время, а сознание никак не покидает меня. Постепенно из коридора нарастает крик. Жалобный, детский, просящий. Я встаю с кровати и медленно двигаюсь к выходу, хочу успокоить малыша. Он кричит всё отчаяннее, пищит. Я в коридоре. Стены дышат в такт молниям. Дыхание моё сбивается. Я вижу маленькую колыбельку. Мамы ребёнка нигде нет. Только медсестра. Я подхожу ближе. Колыбелька с красными одеялами внушает напряжение. Взгляд мой размылен. Я в шаге от них. Ребёнка нигде нет. Плачь стих. Медсестра спиной ко мне, поёт колыбельную, меня трясёт. На губах привкус железа. Я поднимаю глаза на стену. Распятие. Малыш на стене. Голова моя поворачивается, медсестра смотрит на меня и укачивает… пустой свёрток. По моим щекам текут слёзы. Я ухожу в палату. Сон. Шум ветра за окном. Неспокойная ночь»

«Записки Колпака. М.К.»

Как думаете, чего из этого не было? Да, не было младенца. Только девочка и медсестра. Что же случилось? Это пространство, созданное некоторым недоброжелателем. Не удалось выяснить кто это сделал и зачем, но уничтожить пространство не составило труда. Девочке, что рассказывала историю выдали направление на лечение у психолога, а медсестре — путёвку в лечебницу. Подобное нельзя предугадать. Вы можете в любой момент попасть в пространство. Следите за окружением. Лампа не должна мигать в такт сердцу. Берегите себя, души.

День 10. Яд.

«Глаза я открыл в странном доме. Выйдя на улицу, я осмотрел его от основания до кончика крыши. Он был абсолютно чёрным, с подгнившей крышей и… отсутствующей дверью. Я был удивлён и решил — мне надо бежать. Рядом был лес, где можно спрятаться среди стволов и переждать это невозможное чувство тревоги, что засело у меня в груди. Стоило мне подойти ко входу в живие лабиринты, я обернулся. Лучше бы я этого не делал. Сущьность увидела меня. Она взглянула на мою душу и ринулась, заполняя всё пространство странным серым туманом. Я закрыл себе рот, хотелось кричать, но я держался. Лёгкие сводило и я прибавил газку, вложив духовную силу в ноги. Ножны моих мечей давили на спину, мягкая осенняя почва прогибалась под весом, снижая скорость, которую я так старательно пытался набрать. Оно буквально дышало мне в спину. Сильное оказалось. Я чисто на тревожности смог вовремя ретироваться из того дома. Надо было вывести его в местную полянку. Надо было справиться с ужасом, что оно наводило. Хаха. Вижу твой взгляд. Нет, я не трус. Сам уже должен был понять. Это его воздействие. Такое же как и в квартирах с пространствами, только в этот раз в образе существа. Да, я только в путешествии узнал о наличие таких существ. Как создаются? Так же как и квартиры, да и обычные пространства. Из эмоций, скоплений душ, да и из легенд. Узнал я потом, что легенду детишки городские придумали. Съездили в те края на экскурсии. Приехали домой. Написали в интернетик истории. Место популярным стало. Приезжали туда, сказку эту травили. А потом… пропадать стали. Вот и отправился я туда. В момент меня усталость сложила и я задремал и уснул в паре километров от дома. Кто меня туда притащил? Не знаю. А теперь дай продолжить, пап. Хаха. Постепенно я перестал замечать сколько я уже пробежал. Показалась полянка. Цветы на ней тёмные, вялые. Видимо часто оно туда приходило. Энергия у растений была та же. Я остановился. Глубоко вдохнул. Снова посмотрел ему в глаза. Оно стояло за пол километра от меня. Тряска в теле прекратилась. Я стал намного лучше чувствовать себя. Сонливость совсем испарилась. Ножны опустели, а в руки приземлились рукоятки. Их увесистость добавляла мне бесстрашности. Всё равно умереть мне будет трудновато, я ведь твой сын. Я ринулся на него. Один клинок чёрным лезвием ударился в голову монстра, а второй, вслед за движением руки, отрубил ему ноги. Протянув правую руку вперед, я притянул меч. С ран и отрубленных конечностей существа начала сочиться чёрная жидкость. Она издавала резкий запах. Я понял, что должен перестать дышать. Пара зелий и я снова в бою. Существо теперь казалось потерянным. Оно постепенно теряло конечности, растворялось и умирало. Его «аура» редела. Надо было добивать быстрее, ведь зелья имели кратковременные эффекты. Ну и вот, оно повержено. Я поплёлся в мотель и ещё дня три проспал. Вот такие пироги.»

«Записки Колпака. М.К.»

Вот вы и познакомились с одним из моих мальчиков. Пока не скажу имя. Надеюсь ничего объяснять не надо. Мой придурок сам справился. Просто предупрежу. Будьте аккуратны. Некоторые истории реальны. Из-за вас, реальны. Берегите себя, души.

День 11. Кукла.

«Записки Колпака. М.К.»

Дверь стояла передо мной залепленная странными азиатскими бумажными аммулетами. Я, конечно же, поинтересовался причиной. Защита. Странно, но ладно. Я решил аккуратно их отклеить и передать владельцам. Зачем добру пропадать? Наконец я ступил на порог тёмной комнатой. Даже когда я включил свет, стало понятно, что-то не так. Это не похоже на раннее описанные мной пространства. Даже на сущьности. Меня передёрнуло. Я глядел на небольшой стеллаж со старинными фарфоровыми куклами. Лампа странно мигала, будто бы ещё секунда и она перегорит, настолько часто пропадал свет. Само расположение лампы тоже вызывало вопросы. Направлена была на сам стеллаж, а остальное пространство лишь слегка виднелось, настолько была густа тьма. Со мной заговорили. Мой меч предупредил, что чувствует демоническое влияние. Толи что-то здесь сделано при помощи адского пламени, толи само существо поселилось в помещение. Я приказал закрыть дверь. Нужно было создать своё пространство. Оно не сможет сбежать и так я найду его быстрее. По спине пробежал холодок, когда я присел на пол в позе бабочки. Она смотрела. Одна из кукол. Я предположил, что это та, что стояла по середине. Она была самая большая и ухоженная, пусть и фарфор чуть осыпался. Я закрыл глаза, чтобы сосредоточиться. Пусть эффект и отвлекал, но наученности у меня было в запасе. Дыхание моё оставалось ровным, умеренно глубоким и сознание вместе с ним. Что-то начало метаться по комнате, предположительно в попытке меня отвлечь. У куклы этого не получилось. Начало тошнить. Собраться стало тяжелее, но приготовления практически закончились. Было не время сдаваться, тем более, я считаю себя профессионалом. Со мной стали говорить. Теперь тембр казался мне незнакомым. Мужской голос смешался с женским. Просил остановиться, не трогать его. Он будто начал исповедоваться, рассказывать свои грехи. В ответ я лишь игнорировал. Серьёзность моя была запредельная. Я понял, с кем связался. Демоны — переселенцы. Ими могут стать только младшие и средние ранги. Я столкнулся со средним. Если оно может говорить — это очень плохо. Нельзя вслушиваться, интересоваться и поддаваться на уговоры. Я закончил. Наконец бы оказались в серости и свете. Я был прав. Крупная ухоженная кукла смотрела на меня. Она не улыбалась, но голос её казался задорным. Наигранным. Я понимал — далее он попытается меня разговорить, а после подчинить и уговорить отпустить. Я был готов и не хотел затягивать. Она молила, просила и вопрошала. Главное оружие — молчание. Игнорирование собственного интереса. Захочешь узнать — расскажешь сам. Правда в равновесии. Оно же и главное оружие. Ножны мои опустели и рука отвела клинок в бок. Я вдохнул и посмотрел на маленькое фарфоровое нечто, что неимоверно сыпалось. Само пространство поглощало её. Спасибо владельцам, что разрешили порчу имущество. Оно замолчало, когда я с задором улыбнулся. Секунда и я в другом углу пространства. Осколки закрепляются в стенах. Поглощаются ими. История окончена, владельцы расстроены, но спасены от ужаса, ведь рано или поздно оно бы вырвалось и никакие бумажки их не остановили. Мораль истории какова? Поумерьте пыл и интерес. Ответы могут стоить души и жизни в принципе. Наблюдайте за странностями. Забодьтесь о себе, душеньки.

День 12. Обет.

«Записки Колпака. М.К.»

Магия бывает самая разнообразная. Кто-то черпает силы через душу, как я, кто-то через молитвы дьяволу, буквально отправляясь прямиком в ведьмовское ремесло, а некоторые дают обеты богу, дабы стать абсолютно светлым магом. Последнее требует огромной силы воли и обета, что практически равноценно. Вот и один из моих знакомых, что уже давно вознёсся на небеса, дал таковой. Он обещал своему богу вечность оставаться нетронутым грехом, поэтому мы не часто проводили время вместе, но я достаточно часто связывался с ним и слушал истории его совершенствования. Он совсем не походил на меня, был правильным, но никогда не прогонял, помогал и держал своё обещание богу. Он был целителем, обрёл высшие умения в этом ремесле. Я ровнялся на него, ведь тоже пытался постичь это искусство. Он не любил много говорить, но не мешал следить за его добрыми деяниями. Я запоминал, записывал воспоминания, которые не имею права разглашать из-за уважения к приятелю. Он был показательным человеком, творил добро без вознаграждений, жил скромно, и как — то раз приютил меня, в своём, к сожалению, захудалом домике. После подобной помощи, я тоже решил отплатить ему добром. Он старался отказаться, но я не такой хороший человек… Я создал ему тоже небольшой домик, одноэтажный, просто утеплённый и хорошо скроенный. Я должен был знать, что такой несомненно добрый человек будет переживать зимы в здравьи и покое. Его никогда не посещали злые существа, с ним дружили ведьмы и ведьмаки. Маги просили помощи, как и я. Он умер в старости, ведь не желал долголетия. Он лишь пытался помочь страждущим. Его хоронили самые неравнодушные. Близких уже не было. При жизни он молился за райское упокоения их душ. Я нечасто плакал, но его потеря… вызвала душевный раздор внутри меня. И я рыдал. Не понимал почему. На его похороны я не принёс свой осквернённый проклятием меч. Я был одет в белое, а его хоронили в домашнем. Он не разрешил себя переодеть. Оставил записку на случай смерти. Он не желал её, но понимал, что она стучится в окно. Оставляю эти записи в память о самом прекрасном и редком человеке. Покойся с миром, мой великодушный друг. Забодьтесь о себе, душеньки.

День 13. Пропасть.

«Я прибывал там 3 раза по три дня. Пропасть была бесконечной. Это было большое пространство. Это была тюрьма. Меня наказывали за молчание. Я сам был виноват. Случилось так, что я стал участливым свидетелем. Дал обещание и был слишком напыщенным, не хотел рассказывать, даже зная, что смогу спасти людей. Меня околдовала женщина своей красотой и рассказала планы, которыми интересовался Он. Он не умел уступать, как и я, но в его руках была магия, которая могла разговорить меня. Он спросил по хорошему, я молчал. Я оказался в пустоте. Падал неимоверно быстро. Мечтал не разбиться. Я не мог думать, лишь погружался в собственный страх. Он меня выпустил оттуда, накормил, напоил и попросил рассказать. Я молчал. Снова три дня без еды и воды в сковывающем страхе. Я путался заснуть, чтобы унять появившуюся фоном скуку. У меня получилось, пусть и не сразу, пусть и ненадолго. Я проклинал его. Он снова меня выпустил через три дня. Накормил и напоил. Спросил. Я молчал. Снова отправился в пространство. И мысли начали меня правильно направлять. Я понял, на сколько пропал. Понял, насколько любовь обманчива и жестока. Она ведь меня не искала. Он бы рассказал. Сквозь мысли я осознал появившиеся к нему доверие. А он… всплывал образом в голове. Стало совестно. Я понял, что рассказом могу кого-то спасти. И наконец мучения закончились. Я оповестил его. Получил вознаграждение и свободу. Время подаренное мне на мысли развеяло розовые очки. После пропасти я учился заново ходить. Держать телефон. Я вернулся домой и остался там на пару недель. Она приходила, проклинала. А после пропала. Я вздохнул как никогда легко.»

«Записки Колпака. М.К»

Вы услышали рассказ моего пленника. Иногда правильно молчать, но лучше понимать перед кем ты распинаешься, а перед кем держишь рот закрытым. Всегда знайте кто стоит перед вами. Хорошего дня, души.

День 14. Голод.

«Меня забросило туда в момент отпуска. Я совершенно не располагал информацией об этих местах, меня просто привлекал пляж и небольшое количество съёмных домиков. В один из таких на побережье я заселился. В то время я носил тёмные волосы, прибыл из холодной Канады, выглядел как бледный высушенный мальчишка и оттого хотел понежиться в тёплой воде морского побережья. Соседи показались мне странными, но я просто-напросто не хотел работать, отпуск, как отпуск. Они бодрствовали преимущественно ночью, как и я из-за сбитого режима. Мы весело пили алкоголь, они буквально гнались со мной в количестве выпитых рюмашек. Это было странно, ведь они были небольшими, сухими и некоторые казались измождёнными. Я тоже мало от них отличался, ведь за время странствий мне не удавалось взаимодействовать с людьми и собирать души. Я больше был охотником, а ты должен понимать, что это истощает душу, если ты владелец проклятого оружия. Я так же мало ел и некоторое время страдал анемией. Мы были очень похожи, они приняли меня за своего, если ты понимаешь к чему я веду. Я каждый день просыпался и понимал, что запасённой еды всё меньше и меньше. Рядом не было ни магазинчиков, ни курортных мест, ничего. Меня часто тошнило, но алкоголь мешал этому чувству. Я часто забывался и это помогало не думать об одиноких путешествиях. Я просто спал, плакал, пил и очень редко ел. Их за едой я никогда не видел. Ночью некоторые просто сидели в домиках, на их верандах и читали. Плавали тоже многие. Но их становилось всё меньше на верандах, свет в домах всё реже появлялся, а море окатывала водой лишь половину к середине моего отпуска. Они выглядели всё хуже и хуже, но потом… я понял. Место было не туристическим. Выбраться из него можно было лишь по истечению договора, за редкими исключениями. Мой байк стоял за огромными воротами с шипованной цепью. Я думал об этом, когда выходил на улицу в предпоследний день своего пребывания на пляже. Я подошёл к одному из домов, где жили мои новоиспечённые друзья. Я услышал разговор. Женщина, имя которой не скажу, кричала, что хочет есть. Хочет не рыбу, а кровь, что течёт в жилах прекрасного внешнего мира. Она молила о продолжении жизни. В окно я увидел, что она, в одном халате, сидит на коленях перед мужчиной, снимает халат и я вижу сильно выперающие лопатки. Она рыдает, а он лишь смотрит на неё потухшим взглядом, садится рядом и говорит слова, которые мне удалось прочитать по губам: я тоже умираю. Ты была самой активной в нашем решении сдохнуть тут. Он взял ее за подбородок, поднял левую руку и ударил так, что она улетела в стену. Кричала, чтобы он убил её, но он лишь покинул он, заметив меня. Предложил упиться в хлам и, прямо-таки в секунду, обгорая на солнце, повёл меня в сторону пляжа. Мы израсходовали весь мой запас. Солнце село и ни один дом не зажёг огни. Он лежал у меня на руках и рассказывал историю. Я понимал, что у меня ещё есть время, а у него нет. «Знал бы ты, как я хочу твоей крови», — оповестил вампир, — «но я дал им обещание. Будет плохо, если они выполнили обещание умереть от голода, а я сорвусь. Ты был самым большим испытанием для нас» Он обмяк у меня на руках, пока я вливал в него свою последнюю бутылку виски. Я трясся, будто он — кто-то из моих братишек. Смерть мамы даже не пугала меня так сильно. Солнце вновь взошло, когда тела собранных мной оставшихся в домах вампиров лежали на песке, пока их омывали светлеющие волны. Пепел, что от них остался, утонул в прозрачной воде. В месте, что их радовало перед мучительными страданиями. В домах я убрался, оставил каждый ключ в гостиных на столе и сам уехал. Голод — поистинне страшная вещь. Мне повезло больше, ведь перед отъездом я израсходовал всё, что только мог, а так же прекрасно поспал. Слава богу я быстро перестал грустить по поводу вампиров. Сон и еда оказались более действенными.»

«Записки Колпака. М.К»

Вот такую интересную историю рассказал мне сынишка. Когда он с ним столкнулся, Ленинградская блокада давно утекла в глубокое прошлое и многие даже не знали о том, что же это такое, пусть сравнение ситуаций сильно неправильно. В высоко цивилизованном мире подобное бывает практически невозможным. Некоторые имеют возможность оказаться в такой же ситуации, как и герой моего рассказа, мой драгоценный сын. Так что лучше выбирайте куда поехать, какая там местность и кто в ней обитает, а так же следите за собственным состоянием, не доходите до изнеможения. Берегите себя, души. Помните о болезненной истории. Помните о том, что голод помнит о человечестве.

День 15. Зеркало.

«Записки Колпака. М.К»

Дело начиналось от простых экспериментов. Я любитель создавать пространство, ну, по крайней мере у меня хватает на это сил. Хотите немного поговорить о пространствах. Да, сегодня я расскажу о них. Пространства — это места, которые вы можете сделать какими хотите, по крайней мере, на это влияет лишь умение создателя и широта души. Для своих детей я создаю комнаты в маленьком домике, чтобы сделать их шире. Подобные эксперименты создаю не часто, ведь есть вероятность пропадания другого пространства. Что же я сделал с зеркалом? Для начала очень долго строил его проекцию у себя в голове, а после принялся вливать в неё энергию, ведь в отличие от обычной комнаты, которую ты заполняешь находясь в ней, зеркало не имеет тех же исходных данных. К примеру, изначально войти в него нельзя, а в комнату можно. Далее я создал некоторое впечатление, которое охарактеризовало то, в чём мы будем находиться при попадании в пространство. Там я расположил зеркальный лабиринт в котором нет никакой пользы. При попадании туда, я осознал, что выбраться очень тяжело. Найти правильное зеркало тяжко. Оно ничем не отличается. Ещё более страшно то, что в этом пространстве может поселиться сущность. Как? Это просто возможность, ведь сущности ещё не до конца изучены, так как появились лишь 50 лет назад. С одной такой я и столкнулся при 10 попадании в пространство. Оно было большим, когда я попал в пространство половина зеркал стояли разбитыми, оно в виде неприятного, похожего на высокою женщину, существа, лежало на полу. Как только оно почувствовало мою душу, побежало на меня. Оно было голым, его присутствие ощущалось словно липкая субстанция. Я сразу вытащил меч, ударив по её руке. Сразу рубить голову было глупо, поэтому я начал ощупывать его прочность. На удивление оно было мягким, я начал сжимать пространство и наносить по нему удары. Оно кричало и пыталось меня схватить. Я лишь сделал пару ударов и оно не могло за мной гоняться. Медленно восстанавливалось, схватчивая себя собственной слизью, что текла из его тела. Я быстро сделал последний удар по его голове, а после выстрелил по нему пламенем, что быстро поглотило его, заполнив пространство чёрным дымом. Я принялся быстро бежать к нужному зеркалу, которое было слегка подсвечено, ведь медлить было опасно, пространство продолжало сжиматься и поедать монстра. Оказавшись в реальном мире, я сразу разбил зеркало. Меч был рад завершить последний штрих. Пространства более не существовало. Эксперимент оказался интересным. Больше его повторять не стану. Не балуйтесь с магией, если вы не можете с ней справиться. Берегите себя, души.

День 16. Цена.

«Записки Колпака. М.К»

Всё в нашем мире имеет цену. Равновесие — ещё одно из главных правил мира, в котором я живу. Берёшь что-то — обязательно заплати. Капиталистический мир давно показал нам, как это должно работать. Есть у меня на примете история, которая поможет вам осознать как это работает. «Я очень долго жила с мыслью, что удача просто так наблюдает за мной. Все задумки исполнялись легко. Я не понимала почему мне не даётся обращение с огнём, но вот вода… она любила меня. Как и любой подросток, я хотела стать прекрасной ведьмочкой и познать магию. Я нашла у мамы пару залежавшихся книг и сотворила первое в жизни волшебство. Я начала часто им пользоваться. Постепенно заметила, что начали выпадать волосы, я бледнела и постоянно хотела спать. Я нипонимала, что именно меня истащало, но вот мама похоже поняла. Она спросила меня о правильном: о книгах, о моих практиках и о их длительности. Тогда я практиковалась уже год, что и ужаснуло её. Тогда я и узнала о заключении контракта с демонами. Она научила меня всему и сказала о том, что за магию надо платить душами. У нас, в отличие от вас магов, души собираются годами. Демоны разрешают одну душу на год, а то и на два. Я сама выбрала покровителя. Он казался добрым. Прямо безгранично добрым. Я была маленькой и глупой, не исполняла условия контракта, который не стану разглашать. А потом… оказалась в осознанном сне, который он создал для меня. Мы встретиись лично, что повлияло на меня не очень хорошо. Почему? Его голос был оглушающим, потоками воздуха меня сносило. Я тряслась, когда он говорил со мной. Образа он не раскрывал, как разъяснил — чтобы не напугать. Он внушал мне невозможный страх. Пояснил, что если подобное повториться, я умру. Плача, я открыла глаза. В тот же день души лишился маленький мальчик, больной лейкемией. Я убила его, когда он пришёл на лечение к моей матери. Она ругала меня, но я не боялась. ОН был страшнее» Не верьте доброй улыбке, не бегите за силой, знайте её цену. Не забывайте о выплатах.Берегите себя, душеньки.

День 17. Проклятие.

«Записки Колпака. М.К»

О проклятиях можно говорить безсомненно долго. Это очень растяжимое понятие в мире, в котором я живу. Есть те, которые на вас могут наслать ведьмы и тёмные маги, а есть и те, которые возможно получить по неосторожности. Но о них я вам не расскажу, потому что они очень сильно затрагивают моё прошлое. НО! О том, с чем вы можете столкнуться при конфликте в ведьмами, рассказать всё-таки стоит. «Я сильно заболела. В то время мама часто отрицала обычную медицину и не доверяла врачам. Да, это было глупо, но я ничего не могла сказать. Не смогла перечить. Мы пришли в большую квартиру. Только повзрослев я поняла, что тогда оказалась в пространстве. Не знаю, как ей удалось его создать, но, видимо, она якшалась с магами. Она осмотрела меня, дала подышать травами и в конце концов мне стало лишь хуже. Тётушка попыталась объяснить, что всё нормально, пока меня рвало ей на ковёр. Мама яростно спорила с ней, обещала проклясть. Они не обращали внимания на то, что я сгибалась на полу уже минут 15. Я уже не слышала их спора. Уши заложило, а я уснула на полу. Открыла глаза я только дома. Всё плыло перед глазами, мама сидела рядом, глаза её были на мокром месте. Но не смотря на слабую дымку, я уже чувствовала, что мне на порядок легче. Не чувствовалась ни температура, не головная боль и даже тошноты не было. Мама, что сидела рядом наоборот казалась мне до страшного хворающей. Она бледная, явно похудевшая, не сразу заметила, что я проснулась. Как только это случилось, она обняла меня и снова зарыдала. Я обняла её в ответ и поняла, что она через чур холодная. Я не стала надеяться на авось. После не долгого разговора, я узнала, что проспала лишь два дня. Она не должна была так иссохнуть. Это было опасно. Первая мысль — скорая, вторая — поощь интернета. Я думала, что её прокляли или наслали порчу за то, что она натворила в квартире то, как я поняла, ведьмы. Скорая приехала через полчаса. Маму уговорить на проверку здоровья я смогла. Мы узнали страшное. Рак крови. Мы долго её лечилди, ей становилось всё хуже. Некоторые симптомы были не типичны. Жизнь её тоже стала рушиться. Потеря машины, работы и любви. Её бросил мой отец. Он просто уехал, не забрал меня, украл деньги и в итоге проиграл их, да умер, нарвавшись на пьяного боевого петуха из покер клуба. Когда маме стало слишком плохо и химия не помогала, я позвала какую-то странную бабушку из своего подъезда, которая подошла ко мне. Я тогда возвращалась домой в полном одиночестве. Она подошла, спросила, поддержала и попросила помощи. Она пришла в мамину палату. Она тогда всё время спала. Бабулечка полностью её осмотрела, сделала массаж и сказала, что времени у мамы больше нет. Проклятие уже текло по её венам, притворившись лейкемией. Я рыдала, меня успокаивали. В тот день я рассказала бабушке о том, что мне поведала мама на одном из сеансов химии. Она говорила, что когда я уснула, тётка — ведьма полоснула маму одним из своих ритуальных ножей и сказала: «Если твоей девочке станет лучше, то кровь твоя наполнится тем же ядом, что ты вылила на меня, а жизнь почернеет и пропадёт». 10-ти летняя я тогда не понимала, что значат эти слова. Я уснула на коленках у бабушки, а проснулась, узнав, что мама больше не откроет глаза. Я плакала днями. Меня сразу забрали в детский дом, а потом… У меня в жизни появился новый свет. Ты, папа. Я прожила там в одиночестве всего ничего, но ты подарил мне новый воздух. Я не забыла о маме, но приобрела новую семью. Нет. Я её не виню. Я понимаю, что она пыталась бороться за меня. А я даже побороться за неё не смогла. Зато отомстила. Долго мстила, но добилась своего. Проклятие обернулось простив ведьмы.» Не каждого можно уберечь от проклятия. Вы можете наложить его на себя по неосторожности, а можете накликать на себя гнев сильных миро сего. Будьте осторожны в словах. Берегите себя, душеньки.

День 18. Палач.

«Записки Колпака. М.К»

Я часто делал хорошие вещи, но больше в моём мире я запомнился при помощи моей охотничьей карьере, итоги которых сделали меня достаточно стойкой и омрачённой фигурой, если говорить с толикой хвастовства. И сегодня я здесь, чтобы рассказать маленькую историю моей деятельности душегуба. Вампиры не несут как таковой пользы обществу. Они являются одной из мер по очистке земли. Они, по запросу бога, были посланы на землю из чертогов ада и являются серой зоны в нашем равновесии. Они были воскрешены для истребления людей, но через 150 лет после начала моей жизни — стали огромной проблемой из-за глобального пожирания людской расы и преобразования жертв в упырей, то есть — низших вампиров. Это малость мешало балансу и в моей судьбе появилась задача по его восстановлению. С некоторыми вампирами всегда можно было договориться, а были и те, которые прямо нарывались на то, чтобы их нашли и научили как жить. Конечно же бывали случаи, в которых не выживал никто. О последнем и будет мой монолог. Я начал замечать, что в городе в геометрической прогрессии растут пропавшие без вести. Мы долго с моей подругой и детьми вычисляли кто же может быть причиной этому. Местных вампиров тоже пришлось допросить, но они были не причём. Я мог им доверять, ведь между нами был договор, заключённый, на тот момент, 50 лет назад. Мы просшерстили всё, где могли обитать приезжие, ведь остальные доказали свою непричастность. И мы нашли. Это было небольшое заброшенное здание, которое от пола до потолка было завалено огромной толпой упырей. Их уже невозможно было обратить обратно, так что оставалось лишь зачистить местность. Мы хорошо подготовились, я взял с собой пару детишек: Марата, одного из младших сыновей, и моих тройняшек. Моя машина быстро летела по ночному полупустому городу. Мы слушали музыку, пока я уточнял планы А и Б. Мы не знали кем является их Сламбрия — средний вампирский ранг или Умария — высший. Надо было осознать наши способности. Мы высадились за пару метров от здания и перебежками добрались до входа в здание. Первой частью плана было выманивание. Мы резко открыли дверь и закинули парочку дымовых шашек. В секунду оказались в паре сотен метров от здания. Они выбежали на нас, хорошо ориентируюсь при помощи классических чувств, что у живых мертвецов до невозможности обострены. Мои мальчики сразу же вступили в бой. Точнее тройняшки. На Марате лежала главная задача — подготовить почву для распятия главаря и мгновенное убийство небольшого количества упырей, а на мне его поиски и последние штрихи. Одного из тройняшек я оставил для его защиты, а двое других занимались зачисткой. Грязная душа старшего вампира наверняка очень понравилась бы моему оружие, тем более уже давно нужно бы его покормить. Я отправился в здание и, порыскав там пару минут, я увидел небольшой деревянный ящик, окружённый упырями. Через пару выстрелов из пальцев от них остался лишь пепел, удар ногой разорвал ящик в щепки. Я увидел до прекрасного красивое лицо. Стало ясно, что вампир далеко не высший ранг. Те обычно носили маски, чтобы скрыть уродство, а этот не стеснялся выставлять себя на показ. Он быстро проснулся, открыл глаза и прижал меня к стене. В физических силах мы были практически равны и я оттолкнул его, принявшись наносить удары огнём и кулаками. Он хорошо ставил блоки, стало ясно, что он не первый год живёт в своём амплуа. Я откинул его в окно и мы выбрались наружу. Тут я понял, что основные приготовления пошли крахом. Марата тоже внедрили в бой и я понял, что в распятии он мне не помощник. Он вовсю рубил упырей увесистым мечом, что был объят его темнеющей при поглощении чёрных душ аурой. Он справлялся с обычными упырями и это уже меня радовало. В любом случае, хорошо, что пока мелкотня меня не трогала. Я вновь вернул всё внимание своему молчаливому оппоненту, который тоже отвлёкся на своих детишек. Я ударил ему в челюсть, призывая продолжить бой и он ответил мне ударом корпуса о землю. Я быстро встал на ноги и выпустил в него самонаводящуюся огненную сферу. Она прилетела ему в живот, а моя нога ударила аккурат по голове. Он упал на земь, а я продолжил наносить удары ногами. Он пытался ухватиться за них, но я увеличил скорость, влив духовную энергию. Он пытался меня укусить. Благо, зачарованная одежда прекрасно предотвращало это. Моя главная задача сейчас — измотать его. Я вытащил меч из ножен. Разрез, разрез. Разрез. Он тяжело дышит. Разрез. Я задел артерию. Он стал быстро иссыхать. Мы долго танцевали эти танцы. Солнце стало постепенно всходит, но для него оно было лишь небольшой помехой. Он медленно, но верно начинал походить на старика. Мои мальчики к тому моменту отдыхали, а Марат подготавливался к штрихам. Теперь силушки у него было побольше и тени двигались к нам достаточно быстро. Когда одна из них уже была за моей спиной, я схватил вампира за волосы и подпрыгнул к странному столбу похожему на крест, что мы заметили при разведке. Зачарованные колья я воткнул в его руки, ноги, но голову оставил нетронутой. Зачарование в совокупности с серебром, что я примешал к древесине, не давали ему вырваться. После вхождения в плоть они утяжелялись и работали против сильных мира сего. Я улыбался, ведь видел, как тень окутывает Сламбрию. Он брыкался, выкрикивалчто-то на латинице. Я понимал её лишь отдалённо, для мальчиков его слова и подавно казались какофонией мелодично — красивых звуков. Громкий низкий крик Марата был мне командой для двух действий. Резким движением меч в моей левой руке проник в вампира словно в масло, пожрав его душу, а правой рукой я сжал его голову и объял пламенем. Секунда и он превращается пепел ещё одна и трупы упырей обратились в пыль. Мальчики мои выдыхают. Дом, пьянка — гулянка, избиение моего приятеля вампира, с которым у меня был договор. Я многого из латинского не понимал, но вот его имя я хорошо умел слышать. Его подчинённые ахали и охали, пока я бил его, а он лишь цеплялся на мои руки. Если вы замечаете, что ваши знакомые пропадают, а в окружении появляется красивый парнишка — не пытайтесь расследовать эти исчезновения. Этим всегда кто-нибудь озаботится. А если красивый полу — знакомый парнишка предлагает унять ваши переживания — подумайте дважды, прежде чем гулять с ним или говорить ему «да, конечно, проходи». Ни одно зло не войдёт в вашу жизнь, если вы его не позовёте. Помните об этом. Берегите себя, души.

День 19. Санаторий.

«Тогда я уже собирался возвращаться к вам. Я привык путешествовать верхом на байке, да на кораблях. Не лётным я оказался человеком. Да и освоил пару вещичек, которые помогли мне перебраться и без этого всего. Я, за год до моего возвращения, на пару недель отправился на встречу с поселением магов — ремесленников. Да — да, знаменитые по миру чуваки, делающие зачарованные вещи с огромной вложенной энергией души. За пару лишних баночек — светлячков, они подогнали мне небольшое количество телепортов. Было не приятно, когда я один из них использовал и оказался в непонятном Российском городке. Он был полузаброшен и единственное место, которое я нашёл для остановки — небольшой санаторий. Я выкрутился, нашёл билеты, подделал анализы и заехал. А заехать было зачем, ведь телепорт уж слишком сильно истощил магическую энергию. Тело ломило и хотелось лишь лежать около бассейна с баночкой пива и прекрасной дамой на месте рядом. Но у меня были только солевые комнаты, грязевые ванны и ингаляции. Сигареты под строгим запретом и алкоголь по национальным праздником. В итоге весь день я спал, а ночью гонял на байке по прекрасным далям маленького живописного российского городка. И как-то раз я так же остановился около медленно рассыпающегося здания санатория и, держа в руке пакетик со сладостями и приготовленным мясом. Я был слегка пьяненький и уже хотел понежиться в кровати. Я шёл по широкому коридору. Он был полностью пустой из-за глубокой ночи и времени года. Не многие видите ли любят греть кости, пока на улице начинают желтеть листья. Свет горел приглушенно, я свистел под нос, а впереди меня сгущалась тьма. Лампа замигала. Оно заметило меня. На поломанных ногах побежало в мою сторону. Печально, что своё проклятое оружие я оставил сумке, что уже пару дней пылилась в комнате. Пришлось зажигать огонь. Благо ты мне передал хорошие гены, отец. Оно было быстрым. Худым. Изломанным и страдающим. Стало жалко его ра мгновение. Оно встрепенулось в ту секунду, задрожало и застонало. Я оголил свои зубы в улыбке и вспомнил одно из побочных правил того мира. Никогда не жалей существо, никогда не плач по нему. Воспринимай как манекен для оттачивания навыков. Не дай ему напитаться. Всё — всё помню пап. Жду пахвалы. Я тоже двинулся к нему, быстрыми движениями сильнее выкручивал ему конечности, лишая подвижности и силы. Оно старалось укусить, а я попасть ему аккурат в глазницы. Мы бились о стены, я всё так же насвистывал песню, а оно выдавливало хриплые крики. В конце концов я добился своего. Пальцы мои, словно нож масло, проткнули его глазные яблоки, что были абсолютно чёрные. По моей руке растеклись чёрные струйки. Я подал огонь, чтобы сжечь его нутро изнутри. Так я предотвратил возгорание здания. Оно вырывалось, мучаясь в агонии, но хватка моя была слишком крепкой. Оно достаточно быстро истлело. Вечер мой закончился быстро. Я вырубился на кровати комнаты. Снились кошмары. Это существо, его тлеющие приспешники и дорога домой. Через пару дней я уехал, оставив в санатории парочку прекрасных оберегов. Слишком уж знаменательным стало это место. Как говориться — первая ступень к возвращению.»

«Записки Колпака. М.К»

Никогда не кормите страхами монстров. Будте смелее, как моя кровинушка и берегите себя, душеньки.

День 20. Наследство.

«На самом деле жизнь моя была не самая плохая. Папа и мама постоянно пропадали на работе, я училась, ехала домой на такси и садилась за планшет писать конспекты. Я привыкла к такому. Долгое время наслаждалась обеспеченной жизнью и не понимала, что есть какая-то другая. Всё вроде бы было хорошо, но жизнь омрачало лишь одно — тени под моими окнами. Они складывались из деревьев, из пробегающих собак и остального, что появлялось страшными узорами в неокрепшем подростковом воображении. Сначала я всё это воспринимала, как фобию маленького человека, который сильно впечатлителен. Но потом они пробрались в комнату. Сначала они всё приближались к окну, царапая его. С каждым месяцем они худели и их тусклые в свете ночника когти скреблись в окно, мечтая об их открытии. И как-то раз я проснулась посреди ночи, окно было открыто, за ним стояла бесконечная тьма, а в комнату заползали безглазые змеи, подбираясь к моей кровати. Я смогла отогнать лишь светом. Включила свет, ослепив привыкшие к темноте глаза, а как только их открыла, всё пропало. Я была одна и только открытое окно подтверждало, что произошло что-то плохое. Закрыв окно, я больше не смогла уснуть. Началось затишье. Годами ничего не происходило. Я жила обычную жизнь, родители постепенно стали появляться дома, а потом… уехали хоронить мою дорогую бабушку. Они не хотели, чтобы я видела смерть. Но не смотря на их заботу, в темноте пустого душного дома я погружалась в страшные мысли и билась в истерике, наполненная скорблю. Друзья были заняты, а темнота сгущалась. Вспомнились страхи, голова болела, а из дверного проёма напротив меня выглядывало белое улыбающееся лицо, оно уже было готово пробраться ко мне, царапая стену и обхватывая боковину двери. Я вжалась в стену, смотрела, как оно облизывает пасть, скалится и уже ступает на порог моей комнаты. Я начала метаться взглядом по комнате. Я поняла, что должна защищаться. Рука потянулась в сторону стола, что был рядом со мной. Нож. Он отблескивал сталью от света тусклой лампы, что в моменте мигала, как сумасшедшая. Оно уже вышло из-за угла и закрывало своим чёрным телом проход. Увидев нож существо захихикало. Я рыдала, ещё чуть — чуть и я бы могла броситься в истерику и умереть в душащих объятиях этого ужаса. Но я услышала голоса. Они были такими спокойными, знакомыми и тёплыми. Оно тоже их услышало, перебралось в середину комнаты и протянуло ко мне руки, но как только двери дома открылись — оно пропало. Я наконец смогла зарыдать, когда сестра и её парень оказались рядом. Они слушали мой рассказ сквозь истерику и они же отправили меня к вам. Теперь я наконец знаю, что это не правда, что это лишь моя больная голова.»

«Записки Колпака М.К.»

Вы услышали рассказ человека, пришедшего ко мне на приём. Мы видим испуганного жестокостью жизни ребёнка. Она увидела то, что видеть не должна и это уже причина обратиться ко мне. Она не имеет в роду ведьм и просто создала себе беду, которая оказалась реальностью, когда в наш мир пришли Существа. При помощи медикаментозной терапии с добавлением магии мы смогли обеспечить ей безопасность. Остальное осталось лишь за ней и её ответственностью. Пока она принимает таблетки — Существа её не найдут. Чем её случай отличается от других? Обычно, когда люди создают Существ сами, они делают по ним легенды и не дают себе возможности обезопасится, пока они находятся в близи мест дислокации Существа. В случае же моей пациентки подобного не должно было произойти, ведь душа одного обычного человека не способна на создание физического образа. В данном конкретном случае ведущую роль сыграло ослабление психики. Мораль истории проста — если вам кажется, что что-то страшное скрывается где-то рядом и вызывает сильные негативные эмоции — следует обратиться за помощью к врачам и психологам. Это вопрос не прихоти, а вашей же безопасности. Берегите себя, душеньки.

День 21 и день 22. Поезд — клетка.

«Ну, пап, ты же знаешь, что я тоже работаю на выездах. Привык сталкиваться за одно путешествие с парой тройкой проблем. В этот раз я ехал, чтобы посмотреть тот дом, который купила жена. Она дала точные координаты, которые были за пару — тройку часов езды на поезде от нашего городка. Это было совсем маленькое поселение, пусть и с хорошей инфраструктурой. Я совсем буднично занял своё место в пустом вагоне, которое со мной разделила лишь молодая девушка с грудным ребёнком. В нашей огромной семье я уже привык и к детскому плачу и к запаху младенцев, так что был совсем непротив. Была зима, так что людей было совсем мало, на улице резвилась сильнейшая метель Я разложил вещи, приготовил место и начал первичный разговор: спросил о ребёнке, о том, куда она держит путь и о себе пару фраз сказал. Она сначала была не разговорчивой, но через пару минут моих попыток стала общительной и активной. Она поведала, что недавно стала вдовой, что на наследство купила небольшой домик в тех же краях, куда направлялся и я. Я пару раз успокаивал её малыша, ведь, как она сказала, в последнее время у неё не было сил. Мне было не сложно, ведь я сам отец, думаю и ты тоже бы справился. Малышка на моих руках быстро убаюкивалась и мне оставалось лишь отдавать её маме. Мы ехали уже час с лишним, но неожиданно поезд остановился. Несколько секунд затишья и люди пошли закупаться на остановке, которую объявили по динамикам. На таких маленьких расстояниях я предпочёл не пользоваться магазинами с завышенными ценами. Соседка тоже не собиралась делать лишних телодвижений. Мы спокойно сидели, читали книги и слушали музыку из динамиков нового поколения вагонов. Всего через 10 минут мы снова начали разгоняться. Из-за изменений в расписании остановок больше не предвиделось и мы могли спокойно наслаждаться звуком шпал и рельс, а также прекрасным видом заснеженных деревьев. Меня постепенно начинало клонить в сон и я задремал, но об отдыхе не могло идти и речи, ведь я услышал крики. Пара вагонов перед нами были заполнены большим количеством людей и явно выл о помощи. Моя соседка тоже взбудоражила, прижала ребёнка к себе и старалась не отпускать. Глаза её было вытаращены, а дыхание сбилось. Она посмотрела на меня, уже поднявшегося с места. Даже если бы там и обычные террористы, то я с радостью воспользуюсь своим пистолетом. Она просила меня остаться в нашем вагоне, но я уже выбрал, что мне делать. Я подошёл к двери. Пусть ты меня этому и не учил, но Ева… Она рассказала, как мне поступать в подобных моментах. Я посмотрел в небольшое окно между вагонами. Я… я знал, что сраные упыри знают, что такое бесноваться. Пол и стены были обмазаны кровью, на сиденьях лежали люди с разорванными артериями, из разбитых окон выбирался снег. Твари поедали трупы, вылизывали стены и рыскают в поисках новых жертв. Мы буквально гнали на этом поезде и он постепенно превращался в тюрьму для тех, кто не смог бы справиться с упырями. Кстати, путешествуя по городам я понял важные вещи: персонал в подобных местах — опытные охотники и новички. Несмотря на всё сумасбродность нашей страны можно быть уверенным, что обычные люди всё-таки в безопасности. Как раз поэтому я и не страшился за первый вагон и водителя. Не смотря на всё это — охотники не пытались защитить второй вагон. Видимо, это осталось моей задачей. Это оставалось в моих интересах, ведь упырей было много и если они выберутся в мой город, стоит ждать беды. Я обернулся на даму с ребёнком и приказал быть тихой. И знаешь. Всё это время я не обращал внимания на одного мужчину в очках. Он казался обычном, но я подозвал его к себе, надо было убедиться. Он был с нами с самого начала. Но не смотря на это, оставался шанс, на то, что он Сламбрия. Надо было взглянуть на его глаза. Он оказался послушным, чуть похрамывая подошёл ближе и я снял с него очки. Он даже понять ничего не успел. Я понял, что он не вампир. На меня смотрели ясные голубые глаза, которые потом взглянули на маленькое окошко. Он закричал, чем и привлёк упырей. Краем глаза я заметил их приближение, сказал ему держать дверь, а после вышел за неё. Они сразу же бросились на меня, но пара выстрелов положили первых на землю, я пробился дальше и снял с руки перчатку. Всегда их ношу в общественных местах, после того, как нечаянно выстрелил в полицейского и чуть не загремел в тюрьму. Огонь вырвался из моей руки опалил множество монстров. Я смотрел на их падающие тела, наслаждаясь приливом адреналина. Медленно, но верно их становилось всё меньше, с последним я игрался довольно долго. Он был словно неуправляемый зверь, что пускает слюни под властью бешенства. Он пытался вгрызться в меня, но получал лишь удары в нос и потоки пламени. Когда я с ним закончил — посмотрел на дверь. Она… была открыта. Я забежал, увидел, как мужик лежит на полу, его медленно, но верно догрызает оставшийся в живых упырь, а женщина с ребёнком на руках вжимается в стену, прикрывая себя и малыша, что был на удивление молчалив, небольшим пледом. Я надеялся, что она не смотрит. Идиота на полу больше не спасти, поэтому остаётся лишь… убить тварь и спасти хотя бы даму с ребёнком. Коротким резким движением я оторвал ему голову, что в последний момент дожирала чужую плоть и захотела устремиться ко мне, но мозг вампира умер и голова окончательно обмякла. Я выдохнул и предупредил первый вагон. Если интересно, домик оказался раем. Ну, на этом с моим небольшим отчётом всё.»

«Записки Колпака. М. К.»

Вы послушали рассказ одного из моих тройняшек. Моих первых мальчиков. Они повидали много, почти столько же, сколько и я. Всегда надо полагаться на свои знания и оценивать риски, но если заиграетесь… Вы сможете потерять не только мужчину в очках, но так же женщину и ребёнка. Берегите не только себя, душеньки.

День 23. Жнец.

«Записки Колпака. М. К. »

Кажется ли вам, что мир полон страха и смертей? Верите ли вы, что за каждым человеком приходит человек с косой? Кто решает, куда отправится твоя душа, давайте поговорим об этом, углубимся в мой мир, так сказать. Разберём то, на что годиться ваша душа. На самом деле она разменная монета, валюта и просто дорогое украшение. Углубимся в это. Как вы знаете, в мире существуют ведьмы. Они не всегда страшные и уродливые. Часто они просто обычные женщины, чудовищно красивые и обаятельные. Они очаровывают вас взглядом и проникают в сердце комплиментами, душевными разговорами. Они не просто обворожительные, но и заботливые, всегда готовые помочь. Чем вы им заплатите? Частичкой души, обещанием или смертью. На самом деле дьявол никогда не подпишет с вами контракт. Он добьётся ведьмы, а она вас. Она выводит ваш срок жизни кровью, удлинняя свою. Рядом с ними стоят такие как я — маги. Они не обязаны приносить душу дьяволу, они работают на себя и ваши души нужны им для сделок, общения и для защиты. Проклятое оружие любит души. В мире магов не принято спрашивать у заказчика почему же он столько платит за душу. Мы не обманываем, не лицемерим в отношении душ и не боремся за них так, как это делают ведьмы. Душ много. И это плохо. Это мешает равновесию. Их надо забирать. Рынок большой, рынок вечный. За души борются не только люди, но и боги с демонами. Они не могут пробраться на землю, чтобы вести полноразмерную войну. Они используют нас, творений из зазеркалья, используют людей, в которых вкладывают веру. Одни хотят избавить мир от душ, осветив ими дорогу или же погрузив в адскую бездну. Вы можете верить мне или нет, но знайте… порой стоит оглядеться по сторонам и понять: вы — самое дорогое золото, что можно продать за дорого. Вы должны ценить себя, осознавать, что пусть вы и разменная монета в большой игре, но очень и очень важная. Берегите себя, душеньки.

День 24 и 26. Семья и искупление.

«Хочешь узнать, почему я создаю их? Всё очень просто. Мне не повезло с отношением родных ко мне. Я помню половину своего детства. Оно было опутано страхом и подарило мне силу. Моя душа с рождения была осквернена. А мама старалась не обращать внимания на странности, что творились в нашей семье. Она проводила со мной много времени, а папа постоянно пропадал на каких-то собраниях и работе. Я скучала по нему. Главный расцвет моих проблем начался в пять лет. Мама тогда рано укладывала меня спать, оставляла в тёмной комнате и тогда… ко мне пришёл мой большой и сильный друг. Он был молчалив, огромен и страшен, но он был со мной. Я росла, у меня появлялись страхи, а люди сторонились меня. Как-то раз мама пришла со мной посидеть перед сном. Я начала ей рассказывать, что у меня появились друзья, рассказала, как они выглядят. Она была уставшей, но кивала улыбалась. Она не верила мне. Я не понимала её, ведь вот, на меня смотрит десяток лишних глаз, а чёрный рот существа широко улыбается, веселит меня. Они были словно дети и их ребячество приносило мне задор, который вскоре должен был пропасть. Я указала маме на потолок и пыталась рассказать о существе, но она закрыла дверь с обратной стороны, оставив меня с ней одну. В тот же день существо попыталось меня задушит, когда я попыталась заснуть. Мама сказала, вбежав в комнату: «зачем ты себя бьёшь? Солнышко, успокойся!», — но это были не мои руки. Оно схватило меня за запястья и попыталась меня убить. Она отвела меня к психиатру, хотя папа говорил, что не следует. Мне поставили шизофрению. Папа говорил, что это бред. Впервые при мне приложился к бутылке. Я была готова поверить в диагноз, ведь таблетки мне помогли. Точнее помогали до поры до времени. Или я просто думала, что они работали. Мне впервые разбили сердце. Я рыдала в пустом доме, ведь родители развелись и мама пропала. Папа перестал пить, много работал и постоянно говорил со мной. Он подкидывал мне книжки со сказками, на которых были странные печати. Они выглядели интересно, но не брали за душу. Но так вот. Сидела и рыдала. Кто-то постучал в мою дверь. Я никого не увидела, открыла, а там… Мамочка. Ну вот, я снова рыдаю. Там была её голова. Только она. А оно смотрело из-за угла. Улыбалось. Думало, что это подарок. Хотело вернуться. Я чувствовала это. Я рыдала всё сильнее. Я вызвала полицию. Я не трогала голову. Была уже взрослая. Я вызвонила папу. Полиция забрала голову, начала искать тело, а папа… Он понял, что я достаточно взрослая. Он рассказал мне, что такое магия. Он рассказал, что пусть я и первая, но мне помогут обуздать силы, ведь магическое сообщество уже знает. С моих 5-ти лет. Он молчал, он бросил маму. Он мог спасти её...............Ладно. Напоследок буду честной. Её последний раз видели со мной. Мы гуляли в лесопарке. Но тогда было не лучшее время. Меня не принимали в школе. Я много раз поддавалась стрессу. Поэтому она решила, что я должна развеяться. Улыбка. Взмах тенистой руки в сумерках. Тело мамы на земле, я тоже, её голова в его руках. Существо пропало. Мамино тело пропало. Я отключилась. Я вспомнила об этом только через пару лет после нахождения головы. На своём выпускном, когда оно помахало мне из-за ели. Но время идёт. Прошло 30 лет. И я создаю этих монстров. Теперь они ломят головы вампиров, а не моих родных. Но лишь оно не слушается меня. Но оно боится. И знай, К., если он тронет кого-то, мои мальчики сожрут его. Они будут сильнее, продуманнее, быстрее. Да и той маленькой девочки нет. И он это знает, видя за моей спиной *******...................» Голосовая запись оборвана.

«Записки Колпака. М. К. »

В мире есть разное зло. Я тоже зло. И вы порождаете или же даже являетесь злом. Но добро тоже есть. Не стоит об этом забывать. Даже дьявол может быть милосерден, а бог порой карателем. Нкогда не смотрите на мир однобоко. Ведь даже зло, когда-нибудь захочет придать вам сил и взрастить стержень. Будьте внимательны, душеньки.

День 25 Цирк.

«Записки Колпака. М.К»

Я не часто ходил развлекаться и принципе отдыхать. Но в город приехал цирк. В первые в жизни я не был в составе проверок и собрался, взял своих малышей и отправился на одно из представлений большого цирка. Мы спокойно пришли и заняли свои места. Людей было мало, а я не увидел ни одного мага. Только пара охотников сидели по бокам шатра. Сначала всё было хорошо, звери резвились, поддаваясь командам и кнутам, выступали клоуны, а акробаты делали захватывающие кульбиты. Но потом вышел фокусник и лишь взмахом руки начал анархию. Не смотря на то, что он по началу казался обычным, вытаскивал кроликов из шляпы, распиливал милую ассистентку и сверкал яркими голубыми линзами. Мгновение перед окончанием представления и свет смолкает, оставшись лишь тонкой струйкой, что освещала мужчину на сцене. — Итак, сегодня будет представлена новая часть представления, дорогие посетители, — сказал он, хитро улыбаясь. В тот момент я прижал к себе своих мальчиков и продолжил слушать, но при этом быстро анализировал и пытался предугадать, что же произойдёт. На тот момент я уже понял — я жестоко ошибался. Маги были в здании. И я не про себя и детей. Он поднял руку в верх и щёлкнул пальцами. Я моргнул и помещение заполнили… упыри? Они огромными скоплениями накинулись на людей, а я, взяв детей за шкирку, ринулся к магу, который уже снял свои вычурные линзы и улыбался, наблюдая за учинённым бесчинством. Он заметил, как я приблизился к нему и ударил воздух, но было уже поздно. Мой сын Май создал Пространство и забрал с собой упырей, охотников и пару трупов, которых скопом пожирали низшие вампиры. Настоящий цирк остался чист, а на нас лежала задача избавиться от черни. Мы не могли сжать пространство. Мы взяли слишком многих. Охотники поняли, что происходит и достали оружие, начав рубить головы. Вампиров было 31. Обычные трупы и… Сламбрия. — Май, солнышко, дядя такая же помесь кровей, как и ты. Но вы по разные стороны. И папа покажет, что будет, если идти по такому пути, как это сделал он. Я никогда не умел поучать. Затянул рукава и достал свой меч, спрятанный в глубинах души. Облизнул засохшие губы и рванул вперёд, наложив на детей защитное заклинание. Он сражался хорошо, но на моей стороне был опыт, а он оказался новообращённым. Но не смотря на это, по прошествии 10-ти минут охотники уже развлекали моё потомство, а я лишь изматывал нарушителя. — Ладно, мне надоело, — я протянул руку и решил покончить со всем побыстрее. Руку мою обдало пламенем, оно перекинулось на клинок. Раскалённое железо проткнуло грудь вампира и заставило всю остальную плоть сгинуть в памяти. — Слишком много их в последнее время. Пространство быстро пожрало угли и трупы. Люди тоже пропали. Мы вернулись в реальность только вшестером. Шатёр бил пуст, даже циркачи исчезли. Всегда нужно быть бдительным и готовым. И нужно понимать — быть наготове главная задача каждой живой души в этом тёмном мире. Берегите себя, душеньки.

День 27. Метка.

«Записки Колпака. М.К»

Знаете, душеньки. Если некоторые истории я не могу вам рассказать, ведь они напрямую связаны с моим прошлым. Но я могу рассказать о сути, поэтому садитесь, начинается лекция. Метки бывают двух видов. Они зависят от равновесия и ставить их могут лишь боги, что происходит в большинстве случаев, и демоны, что зависят от богов в этой стезе. Поговорим о значении этих меток? Богам нет возможности влиять на мир людей. Демоны же находят ведьм и работают с ними в паре, собирая души. Богам души не нужны, они к ним попадают в любом случае. Ведьмы дают этому произойти, но при этом, даже не знают о своей роли. Мы все привыкли, что демоны и боги постоянно враждуют, хотя на самом деле взаимовыгодно работают во благо равновесия. Так для чего же все-таки это нужно богам? Метки позволяют не дать душе уйти. Делают так для того, чтобы те выполнили их волю, она может быть разной: разовая работа, продвижение религии и даже разрушение мира, да становление богом. Зачем людям становиться богами? Все просто. После разрушения мира, а они происходят регулярно, нужны новые боги, так как старые не могут править вечно, каждый может устать. Метка не даёт умереть человеку, пока он не выполнит поручения. Как только это происходит, человек отправляется в «рай». Но это не касается «наследников» божественности. Но да ладно. А в чем же роль демонов? Поддержание равновесия. Метка служит как смерть для ада. Человек после истечения метки попадает в рай? Чёрная метка должна забрать другого в ад. Только для равновесия. Итак, наша лекция окончена. Осматривайте себя. Наблюдайте за собой. И просто надейтесь, что вас не посетят. Иначе вы можете умереть сегодня, завтра или жить вечно. Возможно вы убьёте человека, а возможно просто будете превозносить какого-нибудь известного бога. Все может быть. До связи, душеньки.

День 28 — 29. Личинка — склеп.

«Последние пару лет я много думал о смерти. Даже желал. Я всегда понимал, папа, что тебе каждый раз тяжело переживать смерти своих детей. Когда в первый раз умер Арсений я увидел, что тебя гложет это. Ты был серым. И я не хочу стать следующим твоим ребёнком, который ляжет под тугую крышку деревянного ящика. Но так вот. В один пасмурный день я решил приблизиться к смерти максимально близко. И нет, не пугайся. Я пошёл на большое кладбище. Я тогда закончил задание и был на порядок уставшим. Тем более тогда от меня ушла жена, на сколько ты помнишь и это усугубило моё состояние. Я начал надеяться, что когда мир начнёт падать, меня заколотит камнями. Знаешь. Меня иногда пугает то, что ты молчишь, доктор М.К. Но не смотря на это, я продолжу. Я пробрался в достаточно большое здание с крестом на входе. Оно было каменным, полу — заброшенным, ведь за ним никто не ухаживал. Это был старинный склеп, как я понял после его посещения. Церковь — далеко, кладбище — огромно. Я — в окружении странных настенных камней и надписей на латыни. Её я бы узнал из тысячи, как ты меня и учил. Некоторые слова подсмылись и история была потеряна. Но не смотря на это там были рисунки. Красивые, готические и они придавали антуража. Их освещала луна, приближающаяся к зениту, что показывалась из дыры на потолке. Моей старой душе было тяжело удивляться, но вот склад ума тяготел к искусству. Из-за этой моей особенности я не сразу заметил гробы. Они были… странными. Такими же каменными как и само здание. И только один, самый большой, был обит тканью, что натянули на дерево. Это был семейный склеп. И самое странное, что гробы были расставлены очень не ясным мне образом. Два больших, вероятно взрослых, гроба — родители, а вот все остальные, разложенные по кругу — детские. Совсем маленькие. Младенческие. И знаешь, пап. В тот день я узнал, что есть призраки. Я даже сделал записи. Потом передам, составишь запечатку. Они проявились через час моего присутствия. Открылись серединные гробы, трупы в которых до сих пор кишели личинки, что было странно, ведь мертвы эти люди были точно парочку веков. На полу, будто галлаграмы, предстали Дама и её супруг. Она держала его на руках, по бетону разливались и наполняясь струйками лужи крови. Она рыдала и срывалась на крик. В его руке был нож, а она пыталась закрыть руками продолговатую рану. Он убил себя, но это было ещё не всё. Она продолжала биться в истерике, но в момент успокоилась. У меня появилось мерзкое, сжирающее изнутри ощущение. Локация сменилась. Она стояла в свете луны, что уже минуту находилась в зените. Рядом с ней располагались малыши. Каждый в своей небольшой люльке. Они мирно спали и она решила сделать великое зло. Дама протянула руки к малышке в розовом коконе. Они сжались на шее и начался мой персональный ад. Каждый из четверых младенцев умирал в недолгих, но муках. Она была хладнокровна, шла к цели. Она истребила детей и сцена сменилась. Передо мной оказались взрослые. Синий труп уже разжал ладонь и нож оказался рядом, в паре сантиметров. А потом в её руках. Лезвие коснулась шеи и свет луны окрасился в бардовый, а затем исчез. Я остался наедине с гробами. Раскрывшимися. Остался с личинками, что выползали из гробов и падали на пол с хлюпающим звуком. После этого зрелища я вернулся домой. Встретился с братьями. С тобой. Было тяжело избавиться от мыслей, что съедали меня до и после пребывания в странном склепе. Но я наконец смог тебе рассказать. Я понял, что своим уходом я могу загубить жизнь многим. Показать плохой пример младшеньким. Но я устал. Мне стало легче. Спасибо, что выслушал. Поеду на задание. Заеду в домик, увижусь с детьми. Там мой персональный рай. И не забывай, твой Антоша сильный малый.»

«Записки Колпака. М.К»

Итак. История, которую я выложил вам тяжёлая для меня. Тяжело молча слушать, когда твой сын говорит подобное. Он прожил со мной больше веков, чем моя мать. Но и тут я должен показать вам урок. Вы не просто дорогая душа. Вы — сын или дочь для своих родителей, вы друг, вы отец или мать для своих детей, а может сестра или брат для других родственников. Вы можете быть важной частью, а может и центром чьей-то жизни. Вы не должны забывать, что не только ваш труп может съесть жирная личинка, а ещё и будущее самых важных людей для вашего сердца. Не забывайте, что есть те, кто любят вас. Берегите себя, душеньки, даже если и ради других.

День 30 — 31. Бдение — Тишина.

«Записки Колпака. М.К»

Я знал, что верования это нечто непонятное. Я знал, что боги существуют, но даже не представлял, для чего же им служить и поклоняться. Я был далёк от церкви, как от православной, так и католической. Моя семья не увлекалась подобным, но при этом была связана с магическим миром. И вот, я зашёл в мир магии и стал охотником, многое посмотрел и много где побывал. И наконец жизнь меня привела в храм. Он был небольшой. Отвлечённый от классической церкви. Они стали сектой, убивали людей и мне пришло задание — избавиться от фанатиков. Я поселился в небольшой деревне. Она была совсем крохотной. Я купил потрепанный дом за счёт заказчика и, по совместительству, моего друга. Сначала меня сторонились, потом знакомились. Для этого задания я выучил пару молитв и принялся читать их перед не зашторенным окном каждый вечер, изображая верующего. Жил по постулатам, дарил подарки со своих посевов и наблюдал, выжидал. Я понимал, что они придут по мою душу, чтобы затащить к себе и перевоспитать. Прошло пол года. Они уже ходили ко мне в гости, читали мои книги, приглашали к себе. И я начал ходить. Молился перед едой. Помогал по хозяйству. Постоянно носил длинные рукава и штаны. Не стоило показывать татуировки. Они рассказывали мне о своём веровании, зазывали, а я косил под дурочка, которому папа купил домик в соседней деревне и оставил набираться опыта о жизни в уединении. А им на руку, что ещё один маленький и глупенький ягнёнок, который пополнит их стадо. И наконец случилось оно. Великий день. 31 октября. Их ежегодное служение. Мы вошли в самый большой дом деревни. Он был самым богатым, вычурным и детализированным. Нас привели в подвал. На его середине стоял низкий небольшой алтарь. Люди начали рассаживаться кругом и я последовал их примеру. Послышался низкий женский голос. Перед нами предстала дамочка, которую я раньше не видел. Она была старенькой бабулькой, похожей на Пугачеву, что жила ещё при моей матушке и похороны которой я наблюдал в свои юношеские вечные годы. Она давала указания: закройте глаза, дышите реже. Она подожгла благовония. Я перестал дышать в принципе, лишь делал движения как при лёгком вдохе. Она читала молитву на латинском, я услышал деский плачь. Мой меч внутри завибрировал. Казалась, что душа жертвинника очень нужна клинку. И да, сегодня я его порадую. Я почувствовал, что кого-то положили на алтарь и началась молитва уже на русском. Мы открыли глаза по команде. Все замолкли, а дамочка начала танцевать с ритуальной саблей. Я видел чем она являлась. Проклятым оружием. В руках у человека… Глупость. И тут танец кончился. Сабля полетела в сторону. Мой изнывающий меч разбил низшее по рангу оружие, а после разорвал сердца дамочки и ребёнка. Его душа осталась оружию, а мне отошла дамочкина. Пара секунд и по подвалу разносятся вялые мычания. И наконец я подтвердил свою мысль, их одурманили парами какого-то старинного растительного наркотика. Их сердца насадились на лезвие меча непомерно быстро. Я итак потратил на них слишком много времени. Деревня опустела за одну ночь. Я написал рапорт, отправил и оставил за собой выжженную землю. Рассвет встретил меня атмосферным воссоединением с семьёй. Я выпил тёплого кофе и принялся заполнять бумажки. Вдохнул знакомый воздух пространства и уснул, так и не выбравшись из — за рабочего стола. Знаете, порой мы слишком сильно верим не себе, а случайности. Знайте, что всё только в ваших рука и заботьтесь о себе душеньки. До нескорых встреч.