happy halloween

Неделя выдалась слишком напряженной. Целые города зараженных не давали продыху. За все это время я поспал от силы часов десять, что все-таки сказывалось заторможенной реакцией и отсутствием концентрацией. Убивать, разрезать кожу, ночами дежурить и снова по кругу. Меня менял генерал, осторожно касался плеча и кивком указывал, что мне пора передохнуть. Сегодня я едва дополз до кровати, рухнул прям в одежде и уснул. Было тревожно от такого спокойствия, ведь спустя несколько часов я всегда просыпался от криков умирающих людей. Бывших людей. И я моментально срывался наружу, зная, что этот идиот один дерется там. Иногда с Дмитрием на пару. Выносливость бессмертного не могла не удивлять, на нем не было ни единой нотки усталости, хотя был уверен, что внутри все иначе. Белобрысый меня снова закинул в игнор. Но и я держался подальше после произошедшего на заброшенной базе. Стыдно за поведение, стыдно за продолжение. Хотелось одновременно все забыть, так же, как и вернуться назад, чтобы испытать снова. Сонно разлепив веки, я испуганно осмотрелся. Тишина била по ушам, от чего тревога ударила, и, покинув комнату, выбежал в гостиную. На столешницах были расставлены незажженные свечи, по углам распиханы всякие игрушки, где они их только откопали. Ноа и Лестер явно что-то замышляли и, завидев меня, лишь радостно махнули рукой, приветствуя. — Где все? — Щурясь сонными глазами, я пытался разглядеть, что делали эти двое. — Тише ты, — противно протянул язва в лице Ноа, — все вроде как спят. — Зараженные отступили, генерала Пилеон отпустил и дежурит за него, а мы, — заговорчески ухмыльнулся Лестер, в то время как я недоверчиво выгнул бровь, — хотим предложить всем сегодня расслабиться! Хэллоуин все-таки. Пока ты дрых незнамо сколько часов, мы уже сделали вылазку в город, откуда лезли зараженные, и там был тако-о-ой улов! — Лестер поднялся с места и открыл ящик, в котором лежало разнообразное обилие алкогольных бутылок, спирт, марля, сигареты и какие-то еще коробки. — Каин сказал, что мы всех перебили и опасности ближайшее время не будет, неужели мы не заслужили?! Я обреченно вздохнул и закрыл глаза. — Меня почему не разбудили осматривать город? — Каин сказал тебя не трогать, — ответил уже Ноа, и мои закрытые веки слегка дрогнули, — сказал, что нет нужды тащиться всем, мы все устали. — Ясно. — Закатил глаза и, сложив руки на груди, продолжил: — А сами бессмертные где? — Каин в своей церкви сидит небось, наверно, тоже спит, Пилеон, повторюсь, дежурит, Анхея небось кружит вокруг своего ненаглядного, ну ты сам понимаешь, любовь-морковь, все дела, не то, что мы! Ну так что, Ян, ты за? — Весело произнес Лестер. — Расслабимся, поиграем во что-нибудь. Тыкв нет, но свечей завались, ангел сам нам их принес. — Теперь понятно, почему гостиная оборудована как новый склеп. Мне все равно, почему нет? Рыжий радостно протянул «сво-о-о-ой». Я вернулся в комнату, а после принял душ. Чистым я чувствовал себя еще лучше и, проведя болезненный ритуал иглой, намотал бинты покрепче. Переоделся в свободные спортивные штаны да черную безрукавку и, вернулся к парням. Они уже расставили алкоголь, Ноа даже снизошел и самолично приготовил что-то съедобное, сдвинули столы, в общем банкет был готов. Потягивая мышцы рук, я осмотрел комнату и врезался взглядом с сидящим неподалеку ангелом. Точнее я поймал его взгляд на себе. Гордо выпрямившись и прокрутив плечи вперед-назад, сел в кресло на довольно отдаленном расстоянии от бессмертного. Не смотри, не обращай внимания, не дай ошибке повториться. Прочел как мантру и позволил себе не напрягаться. Сегодня уж точно. Ноги не умещались между столом, недовольно буркнув, развел по бокам и, закинув руки за голову, стал ждать остальных. Генерал оказался не в восторге от идеи парней, но по итогу сдался, и уже спустя несколько рюмок расслабился, и мы решили по кругу делиться смешными историями из бывшей жизни. Девушки подтянулись спустя час, на фырканье Лестера, почему так долго, они ответили, что Анне необходимо было сделать хэллоуинский макияж. Уверен, Анна заставила Лэйн под дулом пистолета. В такие моменты мы все невольно сближались. Спустя еще час охмелевший Лестер, распотрошив остатки роскоши Романова, нашел старый проигрыватель и, вставив кассету, тот откликнулся, и хоть какая-то музыка разбавила обстановку. Местами я невзначай поворачивался в сторону, где сидел скучающий бессмертный. Но за эту мимолетную секунду запоминал все, что он делает. Перебивался лишь легкими закусками, пить не пьет. Просто сидит, слушает, возможно, отдыхает по-своему. — Музыка говно, — прожужжал Ноа, и Лестер показал ему средний палец. — Пой сам, умник. Мы рассмеялись и осушили стаканы, настойка обожгла горло, пить я не любил, но иногда это и правда расслабляет лучше всего. Самый последний пришел Пилеон. — А давайте поиграем, — слегка шатаясь, но все же встав на тумбочку, сказал Лестер, — в бутылочку! Я бы с радостью поцеловал тут нескольких людей! — Кого? — Подначивала Анна рыжую бестию к откровенности. Лестер принялся загибать пальцы, но остановился лишь на двух. Дмитрий фыркал все больше. — Первым обязательно был бы Ноа, ты вредоносный очкастый файл, но… — Фу, замолчи! — Забрыкался Ноа. — Ну и зря. Так, обещайте, что я не получу сиюминутно по своему невинному лицу, если еще назову еще одно имя! — Говори, — ухмыльнулась Анна, и на секунду мне показалось, что у Дмитрия хлынул пар из ушей. — Я бы хотел поцеловать Яна! Дмитрий поперхнулся алкоголем. — Чего? — Не понял я. Анна практически уже раскрыла губы, как из дальнего угла послышался голос Каина. — Лестер сказал, что хочет, чтобы ты его поцеловал, ну или он тебя. — Прекращайте, — огрызнулся генерал, — я от Анны еще не отошел, вы тут еще со своими гомофобными мыслями. Ян, чего ты встал как вкопанный, я же знаю, что ты точно не такой. Конечно, не такой. Ну вроде как. Наверно. Или не точно? — Ян! — Да чего надо? — Разозлился. — Чего и кому ответить-то? — Что ты не хочешь целовать Лестера, — смеясь в стакан, пробубнила Лэйн. — Не хочу, конечно. — Эх, ты многое упускаешь! — Лестер выпил очередную партию напитка и рухнул на диван. — Ян! — Снова позвал генерал. — Позже, генерал. — Недовольно фыркнул и услышал смешок ангела, который соизволил присоединиться к отряду. — А ты чего смеешься? Иди тоже сюда. Каину было весело смотреть на пьяневших людей, которые в обычные дни до одури кажутся серьезными. Пока Дмитрий переключил свое внимание на ангела, я под шумок отсел подальше и решил, что лучше пообщаться с Грегом, умнее буду. — Ты не обращай на них внимания, — отозвался Грег, и я махнул рукой, — ребята все неплохие. — Все нормально. Грег намешал самодельный коктейль и протянул. — М-м, недурно. — Ага, поэтому я трезвее всех. Музыка резко притихла. Лестер теперь залез на диван и, постучав вилкой о стакан, призвал слушать его. — Ну ладно, давайте без поцелуев, а на желания, действия, не знаю, что-нибудь! Сначала все фыркнули, сочтя за детский сад, но парень не успокоился и, расчистив территорию, заставил всех сесть и играть. — Смотрите, кручу первый я, раз придумал такую шикарную идею, на кого показывает горлышко, тому загадывают желание или задают вопрос, все просто! Нам же нечего скрывать, да? — Я пас, — ответил ему Дмитрий, — пойду спать, отдыхайте. Грег попытался его остановить, но он, посчитав себя замечательным лидером, оставил подчиненных развлекаться. Каким стало мое удивление, когда напротив меня показалась знакомая обувь. Тяжело сглотнув, прошелся взглядом по бессмертному вновь. Белая классическая рубашка, практически расстегнутая наполовину, и черные брюки. На его фоне я выглядел хуже наркомата из подворотни. — А ты не пьешь? — спросила Анна у Каина, допивая, по всей видимости, что-то вроде вина. — Если хотите перевести просто так, — на удивление спокойно ответил ангел, а у меня все сжалось внутри от его монотонного голоса, — то могу выпить, а так на нас он не действует. — Вообще? — свистнул опьяневший Лестер. — Какое кощунство! Вы на небесах вообще не пьете?! Пилеон! Ты же демон! Ладно эти, — он махнул на двух ангелов рядом, — но ты! — Пьют все, — огрызнулась оскорбленная Анхея. — Глифт. — Кто придумал такое идиотское название? — Воскликнул притихший Ноа. Пилеон пожал плечами. — Ладно, все! Играем! — Отозвалась Анна. Как бы ни отрицали идиотскую идею рыжей бестии, игра оказалась недурной. Грег выполнял какие-то дебильные трюки, загаданные ему от Ноа, Лестер рассказывал самые позорные свои истории, от которых хочешь — не хочешь, будешь смеяться. — И я ей говорю: «Бабуля, любой каприз за твои деньги!» Лэйн издала тошное мычание, но все же внимательно слушала озабоченного Лестера. Спустя полчаса, когда даже у меня стали плыть глаза и развязываться язык, рыжеволосое тело прикурил сигарету и угостил меня целой пачкой. На смог никто не стал противиться, докуривая, горло бутылки указало на меня, и обреченно вздохнув, ждал от Лэйн желание, либо очередной рассказ прошлого. — Хм, — задумалась девушка, — отожмись тридцать раз! — Слишком легко, — фыркнул Ноа, — он же служил у Дмитрия. — Тогда сорок! Комната залилась свистом, и посчитав, что отделался легким испугом, встал и молча приняв упор лежа, невольно поняв, что все-таки это будет тяжелее, чем казалось. Глаза слегка мутило, движения тела размазывались. Вытянувшись на ровных руках, принялся опускаться вверх и вниз. — Пять, — крикнул Ноа, — шесть. Девушки тоже сопровождали считанием вслух. — Двадцать, офигеть ты мощь! — Завопил Лестер. — Посмотрите, как мышцы перекатываются! Видимо Ноа все же треснул ему, издав протяжное «ай», он умолк и лишь считал со всеми. Уши звенели, адреналин выбрасывался с невероятной скоростью, сердце заходилось, мышцы забились, ну давай, еще немного. Волосы падали на лицо и прилипали к вспотевшему лбу. — Тридцать! Тридцать один… Тридцать девять… Сорок. Все! Сделав вид, что совсем не устал, сел обратно и отдышавшись убрал волосы назад. Наткнулся на острый, ухмыляющийся взгляд Каина. Он показывал свое удовлетворение в увиденном или же понял, что было тяжелее, чем я показывал. — Каин! — Голос демона заставил нас разорвать взгляд и посмотреть на идущего Пилеона, держащим в руке два бокала. — Держи. Хоть что-то пить, хоть за компанию. Взяв бокал, бессмертный поставил рядом, но не прикоснулся к нему. Пилеон обреченно нахмурился и прошептал мне на ухо, что если надо заставить его выпить этот чертов бокал. — Что там? — Глифт. — Ухмыльнулся демон. — Откуда? — Ну мы же здесь давно живем, неужто думаешь у нас нет парочку бутылок алкоголя? Да и когда сильно болят раны, мы пьем его как болеутоляющее. Игра продолжилась. Звонкий смех Анны заставлял смеяться всех, я никогда не видел всех такими… живыми? Каину выпадали лишь скучные рассказы, да и сам он не задавал ничего сложного. Ну что за скучный бессмертный! Пилеон вон Анхею заставил кувырок сделать, а Анне пятьдесят раз присесть! Изрядно опьяневшие, мы крутили, загадывали всякий абсурд, снова крутили, пили. Окончательно расслабившись, бутылка предательски показала горлом на Каина, а обратной стороной на меня. — Ян, задай ему! Давай! Голоса слились, а в ушах стоял звон, но я смотрел ему в глаза с вызовом. Невольно вспомнил, что попросил сделать Пилеон минут двадцать назад. Демон смотрел на нас.. Ангел хищно ухмыльнулся, я ответил так же. — Каин, — заговорил я, а сердце бешено отдавало внутри, — осуши бокал полностью, могу поддержать тем же. — У-у-у, — завопил демон, хлопая в ладоши, поддерживая. — Пф, — закатил глаза ангел, — ты же в выигрыше останешься. — Отказываешься? — Улыбнулся. — Нет. Мы взяли бокалы и в один глоток выпили все до дна. Догадка пришла ему после. Глаза бессмертного вспыхнули алым, и он гневно посмотрел на демона. — Что это? Но выполнив желание, все продолжили и перестали обращать внимания на нас. Пилеон пожал плечами и перевел взгляд на меня. Ебаный предатель. Так и знал, что демонам не верят. Как и всем этим небожителям. Резко поднявшись, Каин встал, а я сделал вид, что ухожу курить. — Остановись. — Прошипел ангел, и пришлось подчиниться. Обернулся, хмель делал движения увереннее. — Да? Каин, ты понял все правильно, это ваш небесный алкоголь. — Откуда? — Не знаю, демона спроси, притащил, сказал всем загадать тебе это желание, но выпала удача мне. — Ясно, зря пытаетесь. Он ухмыльнулся, а я разозлился. — Мне плевать, просьба Пилеона, его и спрашивай. Пилеону ты явно не безразличен. — Как и тебе. — Ха! — Дернулся так, словно приложился пальцами к оголенным проводам. — Может вы и необычные для нас, людей, но это не делает вас особенными. Отсалютовав ангелу двумя пальцами, я быстрыми шагами выскочил на улицу. Морозный воздух обжег легкие, стало легче дышать. Зажав в зубах фильтр, поднес зажигалку и громко затянулся. В мышцах предательски кольнуло. Тело завтра спасибо не скажет. Собрать мысли в кучу не удалось. Зачем Пилеону нужно было заставить ангела выпить? Как же они заебали строить из себя высокомерных личностей. Вернувшись, уши снова стало закладывать от шума слияния голосов и свиста Лестера. Пробежав уже более трезвыми глазами, я не приметил этих двух вечно ссорящихся бессмертных. — Где Каин с Пилеоном? — спросил у Анны. — Не знаю, я не следила за ними. Девушка потеряла ко мне внимание и принялась снова спорить с Грегом. Лэйн тоже пожала плечами. — Если найдешь, дай знать, — прошептала Анхея, появляясь буквально из воздуха. Снова накинув плащ, я ринулся на улицу. Просто так они бы не ушли, Каин явно был разозлен поступком демона. Хотя им даже повода давать не надо для стычек между собой. Добежав до монастыря за несколько минут, дернул массивную ручку на себя, но двери не поддались. Несколько глухих стуков по двери тоже не принесли удачи. Разрази их отродье! Пилеон спровоцировал, но Каин специально небось начал выводить демона из себя. За стенкой послышался шум разбивающихся предметов, что подтвердило мои опасения. Обладая странной силой от пришитой кожи отродий, я уже не в первый раз карабкался по выступам кирпичей и спустя минуты четыре уже спрыгнул внутри церкви. Каин был замечен сразу, он сидел сверху на демоне, придавливая того к полу. На крыльях ангела проступала кровь, глаза горели лавой. Мне стало не по себе. Неужели это всё виноват этот самый глифт? Следом глаза упали на руку Каина, сжимающую горло Пилеона. Метка на руке полыхала. Дело плохо. Обойдя их по периметру, собирая остатки силы, я со всей силы пнул дверь в храм, и та раскрылась, создавая грохот. Каина это сбило, и Пилеон, наконец-то воспользовавшись, скинул с себя ангела. — Конченный придурок! — прошипел демон, потирая горло. — Кто ж знал, что это не нравится твоему папочке! В этот момент мне уже примерещились похороны Пилеона за его слова. К счастью, бессмертный пропустил слова мимо ушей, его глаза были прикованы ко мне. — Вы чего тут устроили? — пришлось подать голос. — Все нормально, — проворчал Пилеон, стирая кровь с носа или с губы. — Тогда расходитесь нахрен. — Ты тоже завались, — огрызнулся демон и, не обернувшись, покинул церковь. Каин выглядел пугающе. Свечение метки ослабло, но она все еще красовалась ровными полосами на руке ангела. — А ты, — заговорил ангел, тыкая в меня пальцем, — думай головой в следующий раз, когда соберешься послушать демона. — Но ведь это я согласился, почему ты не рассчитался со мной? Бессмертный угрожающе двинулся ко мне. Пальцами он размазал кровь по губам, темнота не давала до конца оценить масштабы их стычки, но на них заживает всё как на собаках, поэтому Каин не заострял внимание на ссадинах. — Я бы тебя убил, ну это если в двух словах. Пошел бы к своему дружку Павлу. — Заткнись. Не смей произносить его имя. Бессмертный вышел на освещаемую свечами часть. — Наблюдая за тобой весь вечер, я прочел тебя как раскрытую книгу, Ян, ты настолько предсказуемый, что я удивляюсь, как ты один скитался все это время? Всю мою жизнь со мной вдобавок жила моя темпераментность, мой враг, я слишком быстро мог вспыхнуть и неоднократно вступал в бессмысленные драки. Но тогда я что-то пытался себе доказать, в то время как сейчас на драку с бессмертным у меня и вправду не было шансов. Однако это не остановило меня в несколько шагов сократить наше расстояние и ударить ему по лицу. Очевидно, что завтра утром отряд найдет тут труп амбициозного парня, посягнувшему на святыню святых. — Пошел ты на хер, Каин. Отшатнувшись, ангел вновь провел рукой по губе, стирая кровь, и, сплюнув на пол, посмотрел на меня алыми глазами. Схватив мое лицо в ладонь, он внутренней силой вынудил меня встать на колени и, присев, спокойным тоном прошептал: — Ты совсем отмороженный, раз зная, что, может, сдохнешь в следующую секунду, позволил себе сделать это. Попытавшись вырвать лицо, ангел лишь отшвырнул меня в стену. Удар был такой силы, что со стены посыпалась побелка. Боль прошлась по всему телу. — Пришел в себя? — снова подойдя, ангел заставил посмотреть на него. Затравленным взглядом я взглянул на бессмертного. Окровавленные губы, ссадины в области скул, головы, шеи. Протерев губы уже от собственной крови, рассмеялся. От собственного безумия. — Ты чертов мазохист, — продолжал ангел, — не лезь туда, откуда не сможешь выбраться. Я продолжал улыбаться, скобы от шрама больно натянулись от сжатия пальцев на лице. — Ты совсем отбитый на всю голову. — Белоснежные волосы щекотали лицо. — Сколько комплиментов, чем заслужил? Приложив усилия поднять руку, я приложил пальцы к его руке на своем лице, пытаясь смахнуть их с себя. Но хватка ангела была настолько мертвой, что я почувствовал, как укол унижения растекался по телу. Каин не сводил с меня взгляда. — Успокоился? — Я спокоен. В одно движение руки он притянул меня и поцеловал. От резкой смены расположения я даже не понял, что произошло, поэтому продолжал смотреть на ангела. Он должен был убить меня прямо сейчас. Стиснув челюсть, нахмурился, нет, Ян, ты строил этот фундамент с такой тяжестью, он не должен его сломать. Надавив еще сильнее, шрам на лице отозвался болью, что ослабило лицо, и язык бессмертного усилил напор, проникая глубже, так глубоко, что его зубы чувствовались на окровавленных губах. Бессмертный отстранился и прошептал, цепляя зубами скобы на щеках: — Заставь почувствовать боль, которую чувствуешь ты. Заставь ненавидеть. Тяжело сглотнув кровь вперемешку со слюнями, я наблюдал за его движениями. Он целенаправленно ломает всю мою броню, трещины которой расползались с каждой секундой все шире и шире. Я закрыл глаза, тяжело вздохнул. Отстранился и с трудом, но все же поднялся. Ангел поднял взгляд, но остался на прежнем месте, то, чего я так желал, я смотрю на него сверху, холодные мурашки покрыли тело, мозг получил свою дозу, которую я запрещал все это время. Мы смотрели друг на друга безотрывно, глаза спустились ниже и задержались на припухших, кровавых губах. — Грехи, что совершаем, видны лишь нам, — бессмертный наконец поднялся и подошел вновь, — мы обманываем мозг, заставляя его думать в противоположном направлении, пока сердце, — резким, таким же жестким движением он скинул пыльную куртку со своих плеч и, накинув ее на меня, пальцем очертил зону колотившегося от адреналина сердца, — бьется, разрывается на части, и пока мы не сознаемся себе, что грешны, что виноваты во всем сами, ничего не изменится. Ты просто умрешь от переизбытка. Я задыхался, три из четырех стен уже рухнуло, не оставив и следа, осталась последняя, злость. — Злись, — продолжил бессмертный, — ненавидь, возможно, это правильное решение, но если это лишь иллюзия? Я не понимал, что происходит, что с ним случилось. Это не было похоже на уязвимость, больше на уверенность в своих словах. Каин видел, знает, что сопротивляться у меня не получается. И он пользовался этим, давил на самые больные точки. Вынуждал тянуться к нему. Чаша весов наполнилась, и четвертая стена рухнула, я сломался. — Я все еще здесь, — отозвался бессмертный на мою внутреннюю борьбу. Это было последнее, что смог в нынешнем положении услышать. Сердце екнуло от слов бессмертного, и я притянул его в поцелуй уже сам. Впервые. Жадно, но нежно, опасаясь отказа, которого не последовало. Губы горели от прошлого поцелуя ангела, но именно он выступал как самое сильное обезболивающее. Это был второй поцелуй, но первый был не такой. Он был аккуратный, странный, лишь подтверждающий абсурдность ситуации. Тогда мы были уверены, что это ошибка, которую стоило закрыть, запечатать навсегда и никогда больше не раскрывать. Мы сочли, что оба в моменте сошли с ума, от нехватки в мире чего-то нового. Каких-то ярких ощущений. Этот же походил на нечто новое, что-то неизученное. Руки бессмертного забрались под водолазку, изучая напряженное тело. Черт возьми, остановись, идиот, я же с ума сойду сейчас. Он притянул меня ближе, заставляя прикоснуться телами, очертил пальцами скулы, продолжая блуждать языком внутри. Разорвав поцелуй, затуманенным взглядом посмотрел и примкнул к шее, пробежавшись кончиками пальцев по оперению белоснежных крыльев. Монстр и ангел. — Я сейчас задохнусь. Получилось слишком рвано, меня тянуло к нему как к блядскому магниту. Руки добровольно спустились ниже, убеждаясь в том, в чем не должен был. — Нет, — на выдохе прошептал бессмертный. Я ослышался? Он снова отталкивает, значит, все было показухой. В одно движение я убрал руки от бессмертного и отошел. — Не здесь, — продолжил ангел, и я посмотрел на него. Проведя рукой по волосам, слегка приводя их в порядок, ангел молча направился к выходу, приглашая идти за ним. Сердце заходилось, температура на улице опустилась градусов на десять, и кашляя от удара морозом по легким до меня дошло, что в церкви было едва теплее. На выбросе адреналина я даже и не почувствовал, но бессмертный почувствовал даже с учетом того, что он поддерживает температуру тела. Куртка Каина, свисавшая с плеч, тоже больше не грела. Молча мы обошли здание с другой стороны, чтобы отряд не привлек нас к себе с расспросами. Вдыхая никотин вперемешку с морозом тело слегка приходило в себя. Сейчас я запретил себе думать о чем-либо и просто двигался за ангелом шаг за шагом. Ключ провернулся, и открыв дверь в свою комнату, я жестом пригласил его войти, а сам облокотился о дверь. — Считаешь, что все-таки церковь не подходит для таких, как я? — Не совсем, просто лечить тебя потом никто не будет. А отряду ты нужен. Каин обернулся через плечо, осматривая мое растерянное лицо. — Хорошо, — промычал бессмертный в знак проигрыша, — только избавь от своего кошачьего взгляда. Я готов выслушать скучнейшую лекцию о неправильности и вообще ты не такой, это мы все идиоты, я ничего не упустил? Лучше поведай, как правильно, а кто вообще вам рассказывал о правильности? — Ну это же мир. — Ян, — бессмертный отодвинул штору и указал рукой на вид за окном, — какой мир? Разве что его остатки. Я вижу тебя насквозь и лишь покорно исполняю твои желания. Пытаюсь. — Неправда. — Правда. — Скажи, что ты чувствуешь? Бессмертный рывком оторвался от подоконника и, резко обхватив затылок, поцеловал, не оставляя даже намека на дыхание. Свободной рукой скинул свою же куртку с меня, затем плащ отправился следом. Если он возьмет весь контроль на себя, я же не прощу себе. Бинты на руках ослабли от прошлых поцелуев, я вцепился в его волосы и притягивал к себе ближе, чтобы не уступать бессмертному. Не хочу отпускать. Меня всегда тянуло ко дну. Сейчас я сгорал, добровольно вступил в плен чувств. Мысли о том, что между нами никогда ничего не будет сжирали, прожигали дыру. Сильным рывком бессмертный толкает мое тело на кровать, придавливая своим. Отпустив волосы ангела, пробежался по оперению прекрасных крыльев, вынуждая его шумно выдохнуть мне в губы. Чувство контроля над ситуацией отзывается вкусом крови во рту, но ненадолго. Каин попросту не давал себе проиграть. Все это походило на борьбу. Ангел жадно припадает губами к шее, вдавливая в бездушную кровать, опускается все ниже, пока ловкие пальцы стаскивают лишнюю футболку, а после его зубы оставили собственнический укус возле ключицы. Поверх ангел прошелся кончиком языка, и это только подстегивало пройтись пальцами по рельефному телу. Руки Каина спускаются ниже и ухватываются за бедра, прибивая к себе словно гвоздь. Возбуждение витает в воздухе, мы заходим слишком далеко. Поцелуй за поцелуем, укусы, а затем ласковые касания языком сводили с ума. Видимо ощущая мои мысли, ангел положил ладонь на мои губы, явно показывая, что, если он захочет что-то ему сказать в знак протеста, он надавит сильнее. — Я признаю твое поражение. Помотав отрицательно головой, бессмертный только сильнее удерживает мое лицо. Каин нарушает все границы, стирая их навсегда, и отрывая руку с приспущенных штанов, победно вторгается снова в губы, которые лишь молили об этом. Но ангел не останавливался, выводя пальцами узоры на моем трясущемся теле. Подняв последний взгляд на меня, он спустился ниже, позволяя отдышаться. — Могу ли я это воспринимать за ответ про чувства? — Нет, — отозвался бессмертный, впиваясь губами в бедро. — Тогда ты прав, я проиграл. — Как долго ты это отрицал. Ладонь бессмертного провела по всей длине члена. Прикусив губу до крови, я попытался ухватиться за ангела в последний раз, позволяя еще отказаться. Он откинул мои руки и угрожающе перевел взгляд на меня. Запрокинув голову, уперся затылком о изголовье, видимо в надежде прийти в себя. Но бессмертный не останавливался. Спустившись до самого низа, он прошелся влажными от поцелуев губами вдоль основания члена. Ангел напрягся. Даже я, сходящий с ума, это почувствовал. Безумие. Кончиком языка подразнил обезумевшего от возбуждения и резким рывком подался глубже. Глухой стон отозвался эхом по комнате. Открыв глаза, я пытался перевести взгляд, чтобы поймать зрительный контакт, но этот ненормальный ангел рукой обхватил в тугое кольцо, двигаясь в такт голове. Не выдержав, ухватился за пепельные волосы и, натягивая то вверх, то вниз, не давал ни на секунду прервать этого темпа, а лишь ускорял. Бессмертные очень выносливы, и я это понимал. Он добивался, чтобы я изнемогал от желания, хотел его. И у него это получилось. Сейчас мне хотелось продать ему не только свое тело, но и душу, только не вздумай оставлять меня. Я одержимый придурок, но ты обязан стать моей дозой. Я умоляюще посмотрел на него. Взгляд бессмертного был тяжелый, жадный, чертовки желающий продолжения. Но остаток рассудка взял вверх, и я поднял его за волосы, заканчивая на все, что было поблизости. Руки бессмертного, собственное тело, простынь. — Я ответил, — ангел взял кусок чистого покрывала, вытирая свои руки и мой живот, — а ты дополнил. Мышцы горели огнем, я попытался собрать ноги, но сейчас они отказали мне в подобной роскоши. Ангел упал на кровать, запрокидывая руки за голову. Совладав с ногами, я накинул штаны, рухнул рядом и повернулся боком, рассматривая профиль Каина. — Ты же понимаешь, что это все когда-то закончится? Ангел закатил глаза и повернулся. — Все когда-то кончится, как минимум ты умрешь раньше меня. — Ха! — Приподнялся. — А ты начнешь скучать. — Пусть так. Резкий рывок за ручку, и в комнату вваливается тело пьяного в лоскуты Лестера. Ошарашено смотря на нас, он ткнул пальцем. — Не пойму, Ян, ты то ли двоишься в моих глазах, то ли… — Каин, — бросил я через плечо, смотря на Лестера в упор, — выруби его. Придерживая штаны рукой, он поднялся и приложил руку к голове парня. Тот мешком повис на руке ангела. — Это безопасно? — Закатил глаза. — Ну не навредит ему? — Нет, я просто воспоминания стер. Проспится и отойдет. Я поднялся и перехватил рыжего демона, дожидаясь, пока Каин накинет рубашку. Закинув Лестера на плечи, уложили в его комнате. Этот Хэллоуин я запомнил на всю жизнь.