звёздочки

Вечер после раунда. Почти все выжившие устроились в главной хижине, отдыхая. Лишь пара выживших отдыхали в своих хижинках, а один стоял на улице, дыша свежим воздухом, прикуривая сигарету. Шанс — вот кто вновь после раунда курил. К большому счастью, раунд не был тяжёлым, чтобы вновь нанести себе вреда, но был достаточно утомительным, чтобы захотелось просто закурить. Эллиот сидел на диване в главной хижине, поглядывая на открытую входную дверь, где было видно плечо Шанса. Доставщик немного переживал за владельца казино, особенно после той недавней ситуации. Но заметив, что тот спокойно выбросил сигарету в мусорку и пошёл в свою хижину, Эллиот смог выдохнуть: Шанс с собой ничего не сделал. Но за него всё ещё было тревожно. Вдруг он и там что-то сделает? Ах, эти тревожные мысли убивают... Поэтому Эллиот, чтобы точно проверить друга, решил пойти к нему. Шанс, сидя в своей хижине, спокойно снимал с себя пиджак с галстуком, а после и федору, оставив ту лежать на столе. Через время он и рубашку снял, так как в хижине было тепло, а после потного раунда хотелось бы сходить в душ. Не успев снять очки, он услышал стук в дверь. Он немного удивился: кто наведался к нему после раунда? Поправив очки и сняв наушники на шею, он всё же подошёл к двери и немного неуверенно открыл её. За ней стоял его близкий друг Эллиот с лицом, что явно показывало: тот переживает за Шанса. Это заставило сероволосого улыбнуться. За него переживают — заслуживает ли он это? Вряд ли... — Эллиот? Что-то случилось? Прости, что в таком виде, хе-хе... — смущённо сказал Шанс, глядя на беспокойного друга, что никак не смутился, увидев Шанса в одних штанах и очках. — Шанс, не беспокойся, меня это не волнует. Меня волнует твоё здоровье и... — говорил Эллиот, но тут заметил старые ожоги на правой руке. Да, вся левая рука, левый бок, щека и немного шея Шанса были так же в старых ожогах от взрыва пистолета после раундов, но правой рукой он не стрелял, а по недавней ситуации он точно знал — это уже ожоги от сигарет. Это невероятно его беспокоило. — Я могу войти? Я ненадолго... — Конечно! Заходи, не переживай. У меня, может, немного неубранно, но не думаю, что это сильно плохо... — ответил Шанс, почти не задумываясь. Эллиот был его лучшим и близким другом, как Шанс мог ему запретить? Особенно когда владелец казино любил доставщика. Пройдя в небольшую хижину, они сели на кровать к Шансу. Но перед этим Эллиот незаметно для сероволосого схватил чёрный маркер с его стола. Присев на кровать рядом с Шансом, Эллиот сначала не знал, как бы сформулировать вопрос, но решил сделать так, как получится. — Шанс... можешь дать мне твою правую руку, пожалуйста? — без давления спросил Эллиот, глядя на друга с лёгкой, успокаивающей улыбкой. Шанс же немного удивился неожиданной просьбе, но всё же протянул Эллиоту правую руку с молчаливым вопросом на лице. Ответ он получил действиями, а не словами. Эллиот нежно взял его руку в свою и открыл маркер с помощью зубов, так как вторая рука была занята. Выкинув колпачок рядом с ними и взяв маркер покрепче, он сначала посмотрел на Шанса с молчаливым вопросом: «Можно?». И, получив от владельца казино кивок, Эллиот начал медленно и аккуратно рисовать маленькие звездочки маркером на старых шрамах Шанса. Шанс в своём случае смотрел на движение руки Эллиота со смущением на лице. Эллиот, человек, которого он любит, ужасно беспокоился о нём, а ещё и рисовал на его запястьях звездочки... это ли не показатель любви? Эллиот рисовал всё больше и больше звездочек, даже затрагивая старые случайные шрамы от ран. Он делал всё осторожно, даже взяв не ручку, а маркер, ведь ручка может причинить боль. Эллиот ужасно беспокоился о Шансе, казалось, что даже больше, чем о себе. Как и Шанс беспокоился об Эллиоте больше, чем о собственной жизни. Закончив рисовать звезды на запястьях и, в конце, закрыв маркер, Эллиот взял руку Шанса и поцеловал в середину запястья. Он взглянул на Шанса с лёгкой улыбкой, глядя на смущённое лицо владельца казино. Ему было немного смешно наблюдать за расплывающимся румянцем по лицу Шанса. Он же в свою очередь отвернулся от доставщика пиццы. Это заставило Эллиота засмеяться, лицо Шанса было ужасно милым. Нежный смех желтоголового заставил Шанса начать смеяться вместе с ним и повернуться к лицу друга. Смотреть, как тот так приятно смеётся, несмотря на то, что каждый день выживали в раундах, было просто ужасно мило, и это заставляло Шанса влюбляться всё больше и больше. Эти моменты с Эллиотом были самыми лучшими в его жизни. Хотелось просто притянуть его в объятия и разцеловать его лицо. Но Эллиот, казалось, хотел этого так же, как и Шанс. Неожиданно для Шанса, Эллиот резко притянул того к себе в объятия. Поглаживая сероволосого по голове, он тихо сказал: — Шанс, знай, что я ужасно беспокоюсь за тебя. Прошу, больше не делай так, хорошо? — Эллиот посмотрел на лицо Шанса, который был смущён действиями друга. Он ответил не сразу, но всё же несвойственно себе тихим голосом: — Да, да, конечно. Я постараюсь ради тебя, Эллиот. — ответил мужчина и обнял друга в ответ. Владелец казино хотел просто остаться с Эллиотом в объятиях, забив на всех остальных выживших и убийц. Ему ужасно хотелось просто разцеловать доставщика, но если он сделает это, он может потерять их дружбу, если его чувства не взаимны. Но, кажется, Эллиот сам хотел этого. Взяв в руки лицо сероволосого, доставщик пиццы улыбнулся, а после поборов себя, поцеловал его ожог на щеке. Это действие заставило Шанса покраснеть ещё больше. Эллиот улыбнулся и заметив, что владелец казино, казалось, вовсе был не против и наслаждался этим, поэтому Эллиот вновь и вновь целовал лицо Шанса. Это был, казалось, самый лучший день Шанса, который просто сидел и смущался. Он даже слова сказать не мог, так как его буквально целовал человек, которого он любит. Это продолжалось до того момента, пока сам Эллиот не устал, и они оба просто не легли на кровать в объятиях. Лежа в них, Шанс, казалось, был на седьмом небе от счастья. Это было так приятно, так неожиданно... Он всё же не смог сдержать этих глупых слов и пробормотал: — Я люблю тебя... — сказал Шанс, поправляя очки на лице. Эмоций у Эллиота не было предела. Да, они буквально лежали сейчас в обнимку, и перед этим доставщик целовал Шанса по всему лицу, но услышать подтверждение вопроса в голове Эллиота было... чудесно. Будто давно завявший цветок наконец разцвёл и теперь никогда не умрёт вновь. Он сначала промолчал и лишь сильнее сжал в объятиях старшего, спрятав своё лицо в плече собеседника. Губы Эллиота разошлись в широкой улыбке, и он всё же так же, как и Шанс, тихо пробормотал: — Это взаимно, Шанс. Я тоже тебя люблю.