Protos love

С отъездом Кайроса тренировочный блок будто бы вымер. Строгого ритма ударов ботинок по металлическому с утра полу, больше не слышалось, в прочем, как и тренировочных будней для Тэхёна, лишь до возвращения Наставника, хоть тот и предупреждал его совсем о другом. Остался лишь монотонный шум вентиляторов, шаги дежурных, рабочего персонала и редких новобранцев из других отрядов. Коридоры уже с самого утра были заполнены людьми. Отсутствие какого-либо напряжения и строгих приказов оставило после себя странное чувство свободы, смешанное с растерянностью, неужели за 2 неполных дня он так быстро к этому привык? К интенсивным и жестким тренировкам? Вряд ли можно привыкнуть к тому, насколько ломит мышцы прямо сейчас. Сегодня Тэхён поднялся чуть позже положенного времени, так как сегодняшний день будет связан с его основной работой. Он уже стоял перед закрытой дверью лаборатории, крепко сжимая в руках планшет с личным перечнем заданий на сегодня. Несмотря на собственные знания и уверенность в своих силах, впервые за долгое время он встал в полный ступор не понимая, как ему действовать дальше, промежуток времени, который раньше занимали бы интенсивные и строгие тренировки, следуя их общему с дядей и наставником плану. Теперь на неопределённое время будет полностью посвящены привычной лаборатории. Испытывая из-за в данный момент неясное беспокойство, Тэхён понял для себя, Кайрос его действительно запугал за этот короткий промежуток времени. Это рабочее время казалось угрожающим. Отсутствовали ограничения, обязательные ежедневные нагрузки, ощущение цели и пристальное наблюдение. Но едва переступив порог лаборатории, Тэхён ощутил знакомый аромат химикатов и едкой чистоты, смесь стерильного воздуха и дезинфекции, всё это окружило его с ног до головы. Пока свет тёплых и холодных вперемешку ламп — мягко ложился на поверхности столов, создавая уютную, но не менее строгую и важную рабочую атмосферу. Этот ритуал обычного осмотра помещения, знакомства с новым рабочим местом, придавал уверенности и контроль над будущими непредвиденными ситуациями. Городская лаборатория стала для него вторым домом за эти годы, местом, где разум обретал гармонию и спокойствие. Однако раньше он и подумать не мог что старая и привычная ему родная лаборатория сменится на что-то подобное, масштабное. Конечно, место, где он сейчас находился — это был в основном офисный корпус, где они отдельно обсуждали различные несостыковки в проектах и разговаривали о чём-то новом, пока настоящая лаборатория и по совместительству огромная мастерская, находились совсем в другом месте. Но пока что, его знакомить с самым интересным не хотели. Его никто не гнал, и было много времени чтобы полностью проснуться и ознакомиться с местом. Именно поэтому, когда он прошёл внутрь то сразу же занял свое рабочее место, которое оказалось возле знакомого ему недавно Минги. И стоило только подумать о нём, как он вдруг материализовался из мыслей и зашел в лабораторию следуя собственному привычному графику работы, с удивлением обнаруживая Тэхёна возле пустых рабочих мест. — Готов к нашей научной рутине, молодой ученый? Ты раньше всех тут, даже меня обогнал! — сказал альфа, попутно поднимая взгляд со своего стакана, наполненного крепким кофе на омегу. — Люблю стабильность и порядок, — признался Ким. — чем раньше встанешь, тем больше времени остаётся на себя и свою любимую работу. — Тэхён, привыкший сохранять невозмутимое выражение лица лишь улыбнулся в ответ. Его пальцы уверенно скользнули по клавише планшета и активировали нужную программу. И раз уж с Минги они оказались здесь первыми и единственными коллегами в лаборатории в этот час, они решили объединить общие усилия и начали подготовку материалов для работы, не забыли про проверку проверку инструментов, а затем перешли непосредственно к экспериментальным данным. Каждый их этап выполнялся автоматически, а это годами отработанные действия. Пробирки бережно перемещались из одной руки в другую и все эти манипуляции становились частью общего процесса, подобно легкой мелодии, звучащей внутри помещения для обычного фонового шума на короткое время, пока остальные сотрудники не придут. Однако внутренний покой нарушила одна деталь, выделявшаяся на фоне общей картины. Среди множества графиков, отображавших изменения концентрации веществ, появилась небольшая несостыковка, которую трудно было заметить невооружённым взглядом. Амплитуда увеличилась, на совсем крохотное значение, настолько малое, что казалось несущественным для тех, кто не в теме, однако Тэхён прекрасно осознавал важность каждой мелкой и подобной детали. Отойдя от своего рабочего места и приблизившись к соседнему, он осторожно протянул экран планшета Минги, показывая тонким указательным пальцем незначительное нарушение графика. — Взгляни сюда, это отличается от остальных значений. Возможно, дело в ошибочной калибровке прибора. Минги внимательно изучал изображение, всматриваясь в мельчайшие детали и старался оценить возможные причины возникновения такого отклонения, да и саму ошибку он не сразу заметил если бы ему прямо не показали. Только после непродолжительного размышления он утвердительно кивнул головой. — Думаю ты прав, нам обязательно следует повторно откалибровать тот аппарат, ты очень внимательный к деталям, а мы уже настолько замучились с ним что видимо никто больше не захотел его проверять. Проведенные проверки подтвердили опасения Тэхёна, спектральный аппарат действительно имел небольшую ошибку, возникшую вследствие замены фильтра накануне вечером. Эта ошибка привела бы к неверным результатам исследований, если бы не внимательность молодого ученого. Исправление заняло совсем немного времени, и вскоре прибор вновь функционировал идеально. Обновленные данные оказались гораздо точнее предыдущих измерений. Во время небольшого перерыва спустя пару часов рабочего времени, Тэхён достал кружку и пакетик зеленого чая, единственного элемента домашнего комфорта здесь, позволенного в лабораторных условиях. Налив в ёмкость из только что разогретого чайника кипяток, горячий напиток тут же стали пить маленькими глоточками, а параллельно с этим, Ким наблюдал за Минги, увлеченно рисующим диаграммы и чертежи в собственном планшете. — Интересно наблюдать, как из беспорядочного потока идей рождается строгая логика, — задумчиво бормотал альфа себе под нос, погрузившись в процесс построения схем с головой. — Важно уметь различать сигналы среди шума. — Словно полоса препятствий, — высказался Тэхён решив ответить на его бормотания. — Необходимо увидеть путь сквозь препятствия, сохраняя равновесие и концентрацию чтобы добиться успеха. — хах… верно подмечено, — не сдерживая лёгкой усмешки от приведённого в пример сходства, Минги явно согласился с его высказыванием. — Но отличие лишь в том, что здесь нет риска получения физической травмы. Впрочем, наши испытуемые приборы порой ведут себя весьма коварно, стремятся усложнить нам жизнь…даже убить могут если захотят. Их разговор плавно перетекал в обсуждение последних проведённых экспериментов и полученных результатов. Каждый новый вывод раскрывал общую картину происходящего, позволяя глубже погрузится в суть исследуемых процессов. И уже вечером, завершив очередной этап работы, Тэхён покинул лабораторию с чувством полного удовлетворения. Перед глазами стояли лишь яркие моменты сегодняшнего дня, чистые стекла микроскопа, безупречные линии диаграмм, точные записи протоколов. Все это создавало иллюзию порядка, спокойствия и стабильности, столь необходимых в исследовательской среде. Оставляя позади себя сдвигающуюся дверь лаборатории, он вновь кое-что осознал, наука, несмотря на всю свою сложность и непредсказуемость, подарила лично ему нечто ценное, а именно понимание мира и собственного места в нем, добавляя хотя бы капельку логики в его существовании.

***

Пока одна из лучших команд ЦПУ всё ещё находилась на задании по перехвату наркокартеля, миссия неудачно затянулась до глубокой ночи. А база тем временем оживала по-особенному, приглушённые голоса ночных дежурных, мерный гул различных систем и пиликанье камер при поворотах. Пока в коридорах царил полумрак. В новостных сводках наконец‑то появился долгожданный репортаж. На заброшенном рынке в Корее, спецподразделение успешно блокировало отряд известных наркобаронов. Кадры с места событий мелькали на экранах, силуэты бойцов в тактическом снаряжении, перевёрнутые ящики, разбросанные пакеты с подозрительным содержимым, тусклый свет прожекторов, выхватывающий из темноты напряжённые лица задержанных. Дело, на первый взгляд, не выглядело масштабным — но перестрелка всё же случилась. Пули свистели среди ржавых конструкций и полуразрушенных заброшенных стен, эхо выстрелов разносилось по безлюдному пространству. И несколько бойцов точно вернутся на базу с ранениями. Кайрос не стал исключением. Одна из пуль, словно выбрав основную мишень, пробила плотную защиту и впилась в плечо. Металл бронежилета не подвёл — он сдержал основной удар, но не смог полностью нейтрализовать энергию снаряда. Однако боль не смогла затуманить разум командира отряда. Даже с ранением он сохранял ледяное спокойствие, координировал действия каждого и чётко раздавал приказы через передатчик. Его голос звучал так же ровно и строго, как и в штабных учениях, ни тени паники, ни намёка на слабость. Благодаря чему бандитов взяли всех до единого — ни один не ушёл, ни один не остался без наручников. По прибытии, теперь они все сидели в одной из подземных тюрем базы — мрачное помещение с глухими стенами. Холодный свет ламп бросал резкие тени на лица задержанных, подчёркивая их растерянность и злость. Кто‑то нервно теребил край рукава, кто‑то сверлил взглядом пол, а кто‑то бросал злобные взгляды на охранников — но все они были бессильны. Кайрос, несмотря на рану, лично проследил за перевозкой нарушителей. Он шёл, слегка прихрамывая, но старался держать спину прямо, словно не чувствовал боли. Его взгляд скользил по задержанным в камерах, холодный, оценивающий, будто он мысленно отмечал каждого, взвешивал степень их вины, просчитывал дальнейшие шаги если вдруг что случится. Но в медпункте, куда его наконец‑то доставили, воздух был пропитан резким запахом антисептика. Медики, не теряя ни секунды, приступали к осмотру покалеченных солдат. Рана на его плече не была критичной, возможно, но кровь продолжала сочиться, пропитывая ткань спец формы. Кайрос даже не вздрогнул, когда врач помог ему снят часть экипировки. Его лицо оставалось бесстрастным, лишь в глазах мелькнуло что‑то неуловимое, не боль, а скорее досада от будущей вынужденной паузы в работе, да ещё и медики кружились вокруг его напарников, те были ранены посерьёзнее чем он, про него не забыли, он сам отдал приказ о том, что больше помощи нужно им, а не ему. Но самой большой неожиданностью за сегодняшний день для него, оказался прибывший в палату и явной спешке гость, который, казалось бы, уже должен был видеть 5-й сон в своей комнате. Поднятый среди ночи Тэхён, звонками полной паники, бежал по коридору, где тусклые лампочки аварийного света указывали ему дорогу. Каждый шаг отдавался громким эхом в пустом коридоре, будто сам звук торопил его вперёд, заставляя ускорятся. Ноги сами вели его в нужную сторону, и он ни на секунду не замедлялся, пока спешка выжигала усталость и сон, оставляя лишь холодную ясность цели. В голове создавался чёткий алгоритм, вызубренный годами учебы, остановка кровотечения, оценка состояния, обезболивание, стабилизация. Он повторяет про себя пункты инструкции, чтобы не дать страху за раненых прорваться сквозь собранность. Дверь медицинского блока быстро раздвигается перед ним, и Тэхён без проблем врывается внутрь, где его окутывает типичный для этого помещения запах — антисептик, лекарства, бинты. Здесь царит напряжённая суета. Врачи и медсёстры перемещаются между койками, словно фигуры в хаотичном танце, кто‑то вскрывает упаковки с перевязочным материалом, кто‑то регулирует капельницы, кто‑то отдаёт короткие команды. Воздух гудит от шёпота, звона инструментов и приглушённых стонов. Среди пациентов в глаза сразу бросается Кайрос. Он сидит на краю кушетки, выпрямив спину и в его положении ни намёка на суету, ни тени паники. Его поза напоминает статую, неподвижная, будто вырезанная из цельного куска камня. Но детали разрушают эту иллюзию хладнокровия. Оставшаяся на его теле водолазка продолжала пропитываться кровью, тёмное пятно медленно расползалось от плеча по всей площади ткани, словно чернильное облако в воде. Кожа явно бледнее, глаза остаются ледяными — в них ни боли, ни растерянности, только сосредоточенность, будто он оценивает не свою рану, а произошедшую тактическую ситуацию на поле боя и думает о том, как было бы лучше если бы они пошли по другому пути собственной судьбы. Тэхён замирает на мгновение, впитывая происходящее, окровавленная одежда, стерильные салфетки, разбросанные вокруг, медик, склонившийся над плечом Кайроса с ножницами в руках, почему ничего не предпринимает? В груди сжимается тугой узел, не только от вида крови, но и от контраста, внешняя невозмутимость альфы против явных следов серьёзного ранения, ничего не делающий медик. Ещё и альфа в такой ситуации до сих пор сидевший в своей балаклаве. На мгновение даже промелькнула мысль, а не прирос ли мужчина к ней? — Что произошло? — Он делает шаг вперёд, и его голос звучит резче, чем ему хотелось бы. Кайрос поворачивает голову. В его взгляде мелькает то ли удивление, то ли тень усмешки. Но отвечает он спокойно, почти буднично пока его зрачки казались неестественно широкими из-за шокового состояния. — Не ожидал увидеть тебя здесь, — произнёс Кайрос ровным, почти будничным тоном, будто обсуждал обычный тренировочный день. — Ты что здесь забыл? Тэхён игнорирует это привычное раздражения от собеседника. Он подходит ближе, игнорируя жесты медика, пытающегося его остановить. Его взгляд скользит по всё ещё закрытой тканью ране, по рукам врача, по скрытому лицу Кайроса. Мысли работают с холодной чёткостью. «Пульсация — вроде есть, бледность — умеренная, сознание — ясное, пока не критично.» Но внутри всё равно скреблась тревога. Зная альфу всего 2 не полных дня, он уже понял чужой характер, и прекрасно понимает, и предполагает, как этот альфа умеет скрывать боль за маской безразличия, и обычной маской на минуточку. Слишком хорошо раз дослужил до этого момента. — Меня разбудили, позвали помочь обработать раны пострадавшим, я помимо учёного ещё учился кое-где на медика, так что знаю, что нужно делать — Тэхён шагнул ближе, устраиваясь уже возле застывшего медика. — Я помогу, — Бросает он твёрдо коллеге, уже обработав и натягивая на руки стерильные перчатки. Медик заметно приостанавливает свою мозговую деятельность, затем смирившись с тем, что сейчас он не способен на проведение операции, кивает и отходит, времени на споры особо не было. Беря в руки ножницы, Тэхён в первую очередь разрезает ткань водолазки снизу вверх, увы её придется полностью разрезать, снять и выкинуть, как он и поступил. Его движения были точны и уверенны. Он уже видел такие раны, понимал, как работать. Поэтому попросив Кайроса осторожно лечь на кушетку, Ким и сам смирился с тем, что альфа не позволит снять с него балаклаву, благо на счет водолазки тот не возмутился. — Пулевое, калибр точно мелкий, кость не задета, — склоняясь над раной и пристально её разглядывая уточняет сам для себя Тэхён. — Но нужно зашить, кровотечение пока не полностью остановлено, да и присутствуют другие раны, над которыми следует провести операцию. Тэхён машинально кивает, сосредотачиваясь. Его пальцы ловко подхватывают пинцет, аккуратно раздвигают края раны. Он чувствует, как Кайрос слегка напрягается, но не издаёт ни звука. — Только осторожно, эта часть тела слишком чувствительна, не навреди мне ещё больше своими культяпками. — Проронил Альфа намекая на что-то важное, что омега пропустила из-за своей через чур сильной сосредоточенности. Стоило альфе указать пальцем на темное пятно на своем плече, которое расходится по всей площади руки, как сразу же понял, что имеет в виду Инструктор. Тэхён замирает, пинцет невольно начинает дрожать в пальцах. Взгляд скользит по старому ожоговому шраму — бугристая, неровная поверхность кожи тянется от ключицы к шее, охватывает плечо и всю руку, уходит к груди, и явно доходит до лица. Шрам давно зажил, но выглядит пугающе, тёмные участки чередуются с бледными, будто память о боли застыла в рельефе тела. «Как я мог не заметить?» — мысль болезненно пульсирует в голове, будто кто-то пальцем тыкал прямо в лоб, при первой встрече Кайрос был в футболке. Неужели Тэхён просто не придал значения подобной ране? Или шрам тогда показался ему обычным? — Что, не ожидал увидеть такое на своём наставнике? — голос Кайроса звучит ровно, но в нём слышится усмешка вызванная точно не забавой. — Думал, я весь из стали состою? — Я… нет, ни чего такого…просто — Тэхён сглатывает, пытаясь собраться. — «Просто не заметил» да? Я особо и не показывал никому, — заканчивает за него Кайрос, слегка приподнимая бровь. — Люди обычно видят то, что хотят видеть. Или то, что им позволяют увидеть. — Вы бы могли носить одежду с длинными рукавами, чтобы скрыть это, — первым вырвалось у Тэхёна прежде, чем он вообще подумал, что следует сказать в такой ситуации, и лишь после произошедшей ошибки осознал, как он проебался. — Боже…простите я не поду… — Со стороны тут же послышалось кроткое, угрюмое рычание, которое заставило омегу переварить и снова осознать сказанные им только что слова. — Достаточно, но спасибо что напомнил мне как отвратно "это" выглядит со стороны. В палате между ними повисает тяжёлая тишина. Тэхён чувствует, как внутри разгорается смесь стыда и раздражения, в первую очередь на себя, за невнимательность, и на Кайроса, за эту его способность превращать любую слабость в оружие. — Это давно? — наконец спрашивает он, осторожно касаясь края шрама кончиком пинцета. — Достаточно, — уклончиво отвечает Кайрос, но по сжатым губам и угрюмому взгляду из-под маски видно, тема ему неприятна. — Не отвлекайся. Вытаскивай из меня уже поживее эту блядскую пулю. Глаза Тэхёна замерцали тревогой, когда он осознал, насколько долго он задерживал пациента с пулевым ранением, а когда он заметил ещё и обильное кровотечение, больше не сдерживаемое тканью, то и сам побледнел, растеряв всю свою уверенность. Столь быстрый поток жидкости свидетельствовал о глубоком проникновении снаряда. он начал готовить необходимые инструменты для операции, скальпель, зажимы, шовный материал. Каждый предмет занимал свое место на столе, готовясь стать частью сложной процедуры восстановления чужого организма. «Это всего лишь моя работа» — твердил себе Тэхён, пытаясь успокоиться. — «Все будет хорошо». Медик вздохнул по другую сторону от Тэхёна обращаясь именно к Кайросу. — В очередной раз повезло тебе. Сейчас обработают, зашьют, и через пару дней будешь как новенький. Но Тэхён уже не слушал их разговор. Его внимание было сосредоточено на ране, на ритме дыхания Кайроса, на мельчайших изменениях в его лице, точнее в морщина на переносице. Он видит, как тот сжимает кулаки, когда игла входит в кожу, как его дыхание становится чуть глубже, но не сбивается. Тэхён работает молча, методично, зная, что сейчас каждое его движение — это баланс между болью и исцелением. — куда делся ваш бронежилет? Насколько мне известно он располагается как раз в этом месте, но у вас тут пулевое. — Чтобы отвлечь альфу от боли и потери сознания, Тэхён решает подметить одну незаметную деталь, просто чтобы разбавить эту напряжённую тишину. — Он на мне был… Вот только пуля неудачно залетела и пробила его с краю, —произнёс он будничным тоном, будто рассказывал о незначительной поломке оборудования. Кайрос усмехнулся, коротко, почти незаметно. Его взгляд на секунду скользнул к омеге, осматривая сосредоточенность своего лечащего врача. — Бронежилет сработал, остановил основную энергию удара. Если бы его не было, рана была бы куда серьёзнее и меня бы насквозь пробило. — То есть ты… Вы… — он запнулся решив наконец подбирать слова, — Вы были в защите? И пуля пробила даже её? — Тэхён замер, переваривая услышанное. В голове мгновенно перестроились все оценки ситуации, значит, Кайрос всё‑таки соблюдал правила? значит, это не безрассудство, а несчастный случай. Но от этого не становилось легче. — Был, — подтвердил Кайрос сводя брови вместе из-за неприятных ощущений, пальцем он демонстрирует мелкие остатки бронепластины, торчащие из разорванной ткани. — И она спасла мне жизнь. Просто не всё можно предусмотреть. — Простите, — тихо произнёс Тэхён, продолжая зашивать рану дополнительно вытаскивая и торчащие осколки, после которых так же требовались наложить небольшие швы. — Я подумал, что… — Что я пренебрег собственными правилами? — Кайрос мягко перебил, снова заканчивая предложение вместо него, и в его голосе прозвучала не укоризна, а скорее усталая снисходительность. — Я не самоубийца. Я взвешиваю риски, всегда, даже когда действительно хотелось умереть. — Он прав, — вмешался всё так же рядом стоящий помощник, складывая не нужные инструменты в сторону. — Бронежилет действительно смягчил удар по его плечу. Без него мы бы сейчас не разговаривали в таком спокойном тоне. Но это не значит, что можно расслабляться. — У тебя будет три дня полного покоя, потом лёгкая активность. Никаких «оперативных решений» и «тактических манёвров», — он выделил последние слова с интонацией, явно намекая на характер Кайроса и бросил строгий взгляд, смотря тому прямо в глаза. — Понял меня? — на удивление Тэхёна, Кайрос почему-то позволял медику так с ним разговаривать, пока при нём частенько грубил всем проходившим мимо, точнее сказать — резко высказывался в чужую сторону. А тут он проявляет полную покорность и даже слова поперёк сказать не может. Он продолжал сохранять спокойствие, смотря прямо перед собой, как будто ожидая сигнала готовности встать с больничной койки. Рука, пораженная снарядом, лежала вдоль тела, напрягаясь лишь тогда, когда медик касался кожи вблизи места проникновения. Каждое движение становилось испытанием силы воли, каждое ощущение воспринималось остро, вызывая воспоминания прошлых операций. Альфу заставили лечь, чтобы Тэхёну было удобнее зашивать раны ровно под прямым ярким светом. Тэхён после первого осмотра понял, что потребуется гораздо больше усилий, чем предполагалось изначально. Время тянулось бесконечно долго, секунды превращались в минуты. Каждое действие омеги казалось идеально спланированным, направленным точно на спасение чужой руки. И несмотря на усталость, сонливость, страх и волнение, он продолжал не серьёзную операцию, пока напарник помогал убирать лишнюю кровь для его обзора. И вот, спустя 1.5 часа упорства и терпения, операция завершилась успехом. Раны зашили, наложили стерильную повязку, сделали дополнительный обезболивающий укол. У альфы осталась лишь слабая боль, отражающая пережитые страдания. И глядя на результаты своей работы, Тэхён ощутил облегчение и гордость за выполненную миссию, швы находившиеся под бинтом выглядели аккуратно, и были небольших размеров, так что рубцы после заживления будут небольшими. Кайрос всё это время не издал ни единого звука, даже когда игла входила в его кожу. Только тяжёлые вздохи выдавали напряжение. «Он всегда так? терпит, молчит, делает вид, что всё под контролем? Но кто тогда контролирует его?» Тэхён сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Холодная стена за спиной контрастировала с жаром, исходящим от Кайроса. В тишине Тэхён слышал чужое дыхание отчетливее — рваное, сбивчивое, и прекрасно понимал, за этой внешней невозмутимостью скрывается что‑то большее. Что‑то, о чём Кайрос не скажет ни слова, даже когда он мельком проговорился. Возможно, вина. Возможно, страх. Возможно, то самое «что‑то». И когда повязка была натянута, прозвучала команда о прекращении операции, Кайрос медленно поднял взгляд на Тэхёна и медленно, опираясь здоровой рукой, поднялся со спины снова присаживаясь на край койки. В его глазах больше не было усмешки как в начале, только усталость, которую он больше не мог скрывать. — Вы всегда такой… — Пытаясь подобрать хоть какое-то приличное слово, Ким на пару секунд замирает и молча разглядывает сидевшего перед ним альфу — неподвижный? — Это называется самоконтроль, ты тоже этому научишься. Если захочешь продолжить обучение у меня. Невольно сжав свои кулаки. Омеге по каким-то причинам хотелось сказать, что‑то резкое и колкое в ответ, но слова застряли в горле. Вместо этого он просто стоял, следил за каждым движением альфы напротив, и ловил малейшие признаки дискомфорта на чужой переносице. В комнате повисла тишина. Других пациентов увезли в другие палаты, ничего не сделавший напарник молча ушёл, оставив всю работу на младшем сотруднике, а Тэхён медленно присел на соседний край возле альфы, не решаясь посмотреть. — Ты не обязан был приходить. — Слишком резко прозвучало справа от него. — Но я должен был, вы ведь не позволили бы мне лежать тут без помощи, если бы я был ранен! — Ты прав. Не позволил бы. — На лице Кайроса под темной маской незаметно для омеги промелькнула лишь тень улыбки, почти незаметная. Они замолчали. Где‑то в соседних палатах монотонно гудели системы жизнеобеспечения, пульсируя ровным ритмом, а здесь, в этой маленькой палате, время будто остановилось, сгустившись в тягучую тишину. Свет ночника отбрасывал мягкие тени на стены, превращая пространство в уединённый кокон, где существовали только двое. — Думаю… вам нужно отдохнуть, — наконец произнёс Тэхён, поднимаясь с жёсткого стула. Его движения выдавали накопившуюся усталость, плечи слегка ссутулились, под глазами залегли тени. — Я вернусь утром. — Не нужно, — Кайрос прикрыл глаза, но Тэхён успел заметить в них отблеск благодарности, тут же спрятавшийся за привычной маской невозмутимости. — У меня есть лечащий врач, да и ты выглядишь так, будто сам вот‑вот упадёшь. — Я и есть ваш лечащий врач, но вы так долго были на задании, понимаю, устали очень сильно, и ранение ещё… Скажите, вы голодны? Я бы мог принести вам еды и прохладного чая, а потом вы бы уже отдохнули. — Нет, но спасибо за предложение, — уставший и басистый голос звучал ровно, и слишком упрямо. — Утром поем. Тяжело вдохнув, Тэхён собрав свою сумку с медицинскими принадлежностями к завтрашнему дню, направился к двери. Мужчина наблюдал за ним из‑под полуприкрытых век, отмечая, как омега машинально потирает переносицу перед тем как уйти. Они все устали. А Тэхён ещё и невольно проводил ладонью по лицу, словно пытаясь стереть следы бессонной ночи. — Я всё равно сейчас отправлюсь в свою комнату, я здесь не задержусь, — Бросил Альфа напоследок. Тэхён напоследок коротко кивнул и вышел, проследив чтобы дверь палаты за ним сразу же закрылась. В коридоре царила привычная для ночи тишина — лишь отдалённый гул вентиляционной системы напоминал, что база продолжает жить своей ночной жизнью. И сегодня Тэхён в этом убедился лично. Откинувшись на подушку, Альфа, прислушиваясь к затихающим шагам в коридоре продолжал жмурится. Боль в плече пульсировала приглушённо, обезболивающее делало своё дело, но не могло полностью стереть ощущение усталости и боли, пронизывающей каждую клетку тела. Он закрыл глаза, позволяя себе на мгновение отключиться от мыслей, но не уснуть в этом месте. Пока Тэхён медленно шёл по пустынному коридору спального этажа, уже успев выйти из лифта. Каждый его шаг отдавался тяжестью в ногах, а веки неумолимо слипались. Даже машинально проверил содержимое сумки — бинты, антисептик, шприцы, всё на месте. «Завтра будет новый день» — подумал он, подавляя зевок смешно жмуря всё своё лицо. До своей комнаты оставалось несколько метров, когда он вдруг остановился и обернулся в ту сторону откуда пришёл. В голове снова промелькнул вопрос: «Всё ли я сделал правильно?» Но ответа даже на собственный вопрос не оказалось, присутствовала только усталость и желание поскорее отключится. Прислонив ладонь к сенсору двери и едва переступив порог комнаты, Тэхён недолго думая прислонился к соседней стене, пока где‑то вдали, часы с раздражающим едким белым оттенком показывали 4 утра. «Ещё пара часов сна есть…», — мысленно отметил он опуская сумку на тумбу, и направился к кровати. Ким тут же сбросил с себя обувь, едва сдерживая облегченный стон. Каждое движение после той злополучной тренировки и прошедшей операции, отдавалось тянущей болью в мышцах — ноги, спина, плечи, всё тело ныло так, будто по нему проехалась гружёная тележка. Ничего подобного он раньше не испытывал, а тренировки к которым его готовили с детства, никогда не были настолько изнуряющими. Не тратя ценного времени, он с разбега плюхнулся на кровать, мгновенно укутываясь в теплое одеяло, словно в мягкий и вязаный кокон. Глаза слипались сами собой, сон навалился как тяжёлая волна, смывая остатки напряжения. «Спать. Только спать» — Он уснул почти мгновенно и проспал до самого утра, погружённый в глубокий, без малейших сновидений, сон. А Кайрос спустя 30 минут прибывания в пустеющей палате, наконец решил, что пора возвращаться к себе. Молча собрал вещи, вышел из палаты и грузно зашагал в сторону лифта. Каждое движение отдавалось пульсацией в левом плече. Силы почти иссякли, глаза слипались, а тело казалось на удивление тяжёлым — последствия кровопотери давали о себе знать. Но хуже всего была повышенная чувствительность с левой стороны его тела. Даже обычный вздох вызывал вспышку боли, которая волнами расходилась по всему телу, игнорируя все обезболивающие лекарства. Дверь за спиной тихо щёлкнула пиликнув, подтверждая полное закрытие на код. В полумраке он на ощупь добрался до стола, снял маску и небрежно бросил её на гладкую поверхность. Пальцы слегка дрожали, то ли от усталости, то ли от остаточного напряжения. Из ящичка он достал коробочку с сахарными кубиками, старый проверенный способ быстро восстановить силы, поднять сахар и просто прийти в себя. Не раздумывая, он положил один кубик себе на язык, ощутив, как сладкий вкус мгновенно пробуждает затуманенное сознание. В душ идти уже было поздно, свежие бинты нельзя мочить, а значит, сегодня придётся лечь спать прямо так. Движения были вялыми, но сознание автоматом подсказывало что ему делать — расстегнуть оставшиеся пуговицы, снять одежду, аккуратно сложить её на краю кровати. И уже в нижнем белье он приблизился к прикроватной тумбе включив ночник, тот отбрасывал мягкий, приглушённый свет, расслабляющий взгляд после холодной операционной. Осторожно опустившись на матрас и стараясь не напрягать своё плечо, облокотившись на большую подушку, мужчина в миллионный раз начал осматривать свою квартирку. Его комната и правда была крошечной, для такого альфы, как Кайрос, здесь особо было не развернуться. На постели тоже, можно было только полежать, а стены, казалось, давили со всех сторон. Но сейчас это даже успокаивало, будто пространство сжималось вокруг него, создавая защитную оболочку. Во входном зале виднелись другие предметы, шкаф с формой, небольшой телевизор, диванчик. Взгляд скользнул по ним, но сосредоточиться не получалось, мысли расплывались от боли, потери крови и лекарств. Он в моменте потянулся к телефону на тумбочке и еле коснувшись экрана, тот мгновенно засветился, высветив сообщение от генерала, пришедшее пару часов назад. «Все участвовавшие в сегодняшнем задании освобождаются от работ завтра и послезавтра». Кайрос замер, перечитывая текст несколько раз. Впервые за долгое время он почувствовал, как в груди распускается непривычное ощущение — облегчение. Он уже и не помнил, когда в последний раз просто отдыхал. Годы напролёт, работа, тренировки, миссии. Тело привыкло к постоянным нагрузкам, разум — к вечной гонке. Даже сон стал не отдыхом, а лишь короткой передышкой перед новым рывком. Он на полном серьёзе хотел ослушаться приказа своего врача и завтра выйти на работу, но видимо всё же передумает на этот раз. — Из зыбучих песков ещё никто не выбирался на моей памяти… — прошептал он самому себе, и эти слова повисли в тишине, словно эхо невысказанных вечно мыслей. Пока он размышлял, пальцы уже отыскали будильник в телефоне. Один за другим он отключил все сигналы впервые за долгое время позволив себе роскошь не просыпаться по графику. Затем откинув телефон обратно на тумбу, особо не заботясь о его целости, завернулся в тёплое одеяло, чувствуя, как его окутывает долгожданная тяжесть сна. Глаза закрылись сами собой. В последний момент, перед тем как сознание растворилось в темноте, он подумал. «Хотя бы два дня…». И это было почти счастьем для него.

***

Когда под ухом раздражающе начал трезвонить будильник, Тэхён медленно приоткрыл глаза, чувствуя, как тело всё ещё протестует против любого движения. Боль никуда не ушла, она просто стала фоном, привычным и назойливым. «Сегодня снова придётся терпеть». Собрав волю в кулак, он наконец поднялся, заставил себя умыться, привести себя в порядок и переодеться. Каждое действие требовало усилий, но он знал, что откладывать это было нельзя. Его уже должны были ждать в медицинском кабинете, и не только пациенты, но и Кайрос, которому сегодня предстояла первая перевязка. В кабинете Тэхён оказался раньше всех. Он методично разложил инструменты, проверил запасы антисептиков, перевязочных материалов, аккуратно расставил флаконы и коробочки на столе. За этой размеренностью скрывалась внутренняя борьба пока мышцы то и дело сводило, а в голове пульсировала мысль. «как я продержусь до конца дня?» Он взглянул на часы и на них было 9:47. До назначенного времени оставалось чуть больше десяти минут. Тэхён глубоко вдохнул, пытаясь сосредоточиться. Главное не показывать слабость. Наставник точно не оценит жалости к нему. Да и никто не оценил бы. Время шло, а Тэхён всё ждал и ждал. Очень долго. После вчерашнего Кайрос вправе задержаться, вправе пропустить завтрак, но полное отсутствие известий от него грызло изнутри. «Вдруг что‑то пошло не так? Вдруг он не проснулся? Или…» — мысли крутились в голове, словно математические расчеты. Пойти к его месту проживания казалось глупостью, не мальчик же, чтобы стучаться в дверь взрослого мужчины. Но Тэхён всё же пошёл и подобные мысли его не остановили, сегодня он врач, а не лаборант или солдат. Шаги каждого проснувшегося отдавались гулко в утреннем коридоре, где ещё недавно царила сонная тишина. Он остановился у двери, прислушался. Ни единого звука, хотя чего он ожидал от изолирующей двери? Постучал немного — сначала сдержанно, потом настойчивее. А ответа всё не было. Простояв ещё какое-то время, Тэхён решил отправится в столовую и подкрепится, возможно там он и обнаружил бы пропавшего мужчину. Однако даже в столовой разговоры о пропаже Кайроса витали в воздухе. Сотрудники перешёптывались и усмехались. «Опять в тренировочном зале, небось», «После такого ранения? Не думаю». Тэхён пытался есть, но кусок не лез в горло. Каждый взгляд падал на часы и только усиливал тревогу., ещё пять минут, десять, когда-то же альфа должен был прийти? Наконец он решил не ждать как послушный сторожевой пёсик, а обратится за помощью в поисках его пациента. И этой помощью оказался Дядя — генерал, человек, у которого есть доступ ко всему. К данным, к камерам, к любой информации на базе. Если с Кайросом что‑то случилось, дядя узнает самым первым просто посмотрев по камерам. Кабинет генерала находился в дальнем крыле, за массивной дверью с электронным замком. Тэхён постучал и дождался короткого «Войдите», после чего переступил порог здороваясь со старшим на входе. Дядя сидел за столом, заваленным планшетами и документами. Экран монитора мерцал графиками, но взгляд его сразу сфокусировался на племяннике. — Тэхён? Что‑то случилось? — Голос спокойный, но в глазах, мгновенная оценка, бледное лицо, напряжённые плечи, пальцы, сжимающие край рукава. Генерал откинулся в кресле, скрестив пальцы. В его глазах мелькнула усмешка, не злая, скорее заинтересовавшая. — Кайрос пропал, я нигде не могу его найти, даже возле дверей его простоял около 10 минут, стучал, а он так и не открыл! — Вывалив все свои эмоции, злость и растерянность в основном, омега сложив руки на груди стала ожидать дальнейших предпринятых действий со стороны родственника. — Вряд ли это что‑то серьёзное. У него сегодня выходной, и я так подозреваю что он просто крепко спит. У него давно не было выходных и если бы не ранение, он работал бы дальше. Тэхён сжал кулаки, сдерживая раздражение. Он знал, Кайрос из тех, кто может забыть о сне, еде и отдыхе, если дело требует его личного внимания. Но сейчас… сейчас это выглядело странно. Сухёк, сидевший рядом, усмехнулся и быстро подключился со своего компьютера к камерам слежения, поняв, что требует от него смышлёный племянник. Через несколько секунд на экране появилась утренняя запись с ближайших камер в той части, Кайрос не выходил из помещения, а значит продолжал находится там же куда и вернулся вчера ночью и просто отдыхал. Одно было ясно, он не покидал квартирку с момента возвращения. — Гарантирую что твой пациент просто спит, — произнёс Сухёк, откидываясь на спинку кресла. — Возможно, стоит выписать ему и дополнительный отпуск, впервые за столько лет я вижу чтобы он продолжал спать аж после 6 утра. — В смысле «возможно»? — Тэхён не сдержал возмущения. — Он пашет, судя по рассказам всей части, как лошадь и ему не давали за всё то время заслуженного отдыха? В такой-то организации отпуск можно было бы дать. — Осмотри его и на основании медицинского заключения выпиши ему больничный, в чём проблема? — спокойно ответил Сухёк. — Формальности, но без них никак не получится, да и он сам всегда отказывался от выходных и отпусков. Хотя я ему предлагал неоднократное количество раз, даже хотел оплатить его отдых лично, всё равно отказался. Всё это время Кайрос спокойно спал у себя в комнате и явно ни о чём не тревожился. Проснулся он лишь через час после первых стуков в двери, к часу дня. Голода он никакого не чувствовал, что было для него странным, но придавать этому значение он не стал. Скорее всего это были последствия операции, ран и всех возможных лекарств. Медленно поднявшись с постели, он натянул простые домашние штаны, заварил чай, дождался пока тот остынет — дополнительно разбавив его холодной водой, и сел на диванчик чтобы в полной тишине сделать первый расслабляющий глоток — холодный, сладкий, успокаивающий. За стенами комнаты база жила своей жизнью, сотрудники сновали по коридорам, хорошо что он не слышал этого гула и того, что происходило «снаружи». Кто‑то всё ещё искал его по разным корпусам, но комнату проверять не решались, прекрасно зная о том, что если Кайрос закрыл дверь, значит не желает чтобы его беспокоили, да и это было самоубийством, будто по своей воле лезешь в берлогу к спящему медведю. Прикрыв на мгновение глаза наслаждаясь полной тишиной. Впервые за долгое время у него не было никакой срочной задачи, никакого звонка требующего немедленного ответа. Только чай, тишина и ощущение, что он наконец может позволить себе эту слабость, просто существовать от чужих взглядов. Мысли текли медленно. Он думал о шраме, о новой ране и словах Тэхёна. «Вы могли бы носить одежду с длинными рукавами…чтобы скрыть это» — Он и скрывал все эти дни. В тот день разве что впервые за долгое время надел футболку и видимо больше такой роскоши он себе никогда не позволит. В это время Тэхён как раз вышел из кабинета генерала. Тот смог его немного успокоить словами о том, что альфа на своём месте и никуда не уходил, но омега не могла игнорировать в себе странного желания увидеть мужчину, желательно своими глазами и убедиться, что всё в порядке. Проходя мимо комнаты, где тот жил во второй раз, он остановился и внимательно осмотрел проход. Сначала немного сомневаясь и теребя край рукава, Тэ спустя 3 минуты долгих раздумий решился постучать в металлическую, раздвижную дверь. Опять. Если мужчина действительно находится в комнате и за всё время ещё ни разу не вышел от сюда, то возможно, он уже проснулся и наконец подаст признаки жизни на этот стук? И скорее всего так это и было, не может за долгие годы привыкший к строгому режиму военный проспать больше положенного. Тэхён чувствовал это интуитивно, словно хорошо его знает, будто читает его мысли. Однако самым трудным оказался не стук в дверь, а ожидание, надежда что, быть может, кто-то ему всё же и откроет? Не заставят же его уйти, не дождавшись внимания от хозяина комнаты, верно? Вот только сердце предательски билось так громко, что казалось, его слышно за пределами грудной клетки. Пьющий в этот момент чай альфа, резко остановил руку не доведя чашку до губ. От резкой остановки, жидкость внутри ёмкости чуть качнулась, задрожав на краю фарфора. Глаза мужчины медленно открылись и устремились к входной двери, из-за которой донесся слабый, но четкий металлический стук. Тяжело вздыхая, Кайрос наконец поднялся с дивана, прекрасно понимая, что долгожданное одиночество, вновь окажется мечтой. Поставив ёмкость с чаем на столик и подойдя к обеденному столу, альфа поднял со столешницы чёрную тканевую маску, которую бросил этой ночью при возвращении, и которую уже много лет носил, скрывая своё истинное лицо. Легкое движение рук и маска оказалась на месте, плотно облегая черты лица, привычное действие, ставшее привычкой. Вот только мужчина решил остаться без одного верха оставив на себе лишь штаны и головной убор, он особо не напрягался за свой внешний вид, так что в первую очередь, Тэхён, в раздвинувшейся перед ним в стороны двери, увидел широкую мужскую грудь, зацепившись взглядом за темный широкий рубец, опять. А альфа по дверной камере узнал кто его решил потревожить, поэтому сверху ничего не накинул. — Что‑то нужно? У меня выходной. — Голос Кайроса был низким, чуть хриплым после сна, но твёрдым, без намёка на извинение за не оказанное гостеприимство. «Даже не поздоровался!» Тэхён только и успел набрать в лёгкие воздух, чтобы что‑то сказать, но на некоторое время замер. Не каждый день из открытой двери тебя так встречают, а хотелось бы, конечно, каждый, однако возможно не в этой жизни. В комнате за широкой спиной царил полумрак, разбавленный ночником возле постели, да и на кухне тоже было небольшое освещение, воздух, вышедший в коридор, был наполнен ароматом чая и чего‑то неуловимо мужского, возможно, лосьона после бритья или просто его естественного запаха. — Но… — на несколько секунд омега снова растерялась. Чувствуя, как щёки предательски начинают краснеть, он опустил взгляд решив не раскрывать своего позорного смущения, он прекрасно знает что Альфы любители делать так как им хочется, но эта ситуация всё же немного выбила его из колеи. — Я понимаю и помню про ваш выходной, но я ждал вас на перевязку. Вы, когда закончите со своими делами дома, приходите в ту же палату, я буду там же в кабинете. — Я никуда не пойду, у меня выходной, — остановившись в свободном от двери проёме, мужчина сложил руки на груди, демонстрируя упорство и решимость. Его поза была расслабленной, но в ней читалась непреклонность и детское озорство. Он даже плечом облокотился о проём, хорошо ещё здоровым. — Именно поэтому я останусь дома. Тэхён уже знал о чужой настойчивости, так что был готов к такому ответу, альфа был слишком принципиален, возможно глуп, но и его понять можно было прекрасно, кто в здравом уме куда‑то пойдёт, когда у него впервые за долгое время выходной? И он был так одет лишь потому, что собирался отдохнуть в своё удовольствие, в полном комфорте и тишине. Домашние штаны сидели свободно, а маска скрывала лицо, оставляя видимыми лишь глаза, в которых читалась лёгкая усмешка, но вместе с этим и усталость. — Я вам скажу больше, у вас с этого момента больничный, а не просто выходной. Однако это не даёт вам права не прийти на обязательную перевязку, и не явиться за весь день вовсе. Я понимаю, вы устали, отдыхали и всё в этом роде, но тогда можно было бы попросить прийти позднее, а не так, чтобы я вас искал по всей части и ждал лишь вас одного. — Устало вздохнув, Тэхён наконец поднял глаза и взглянул на мужчину перед собой. — Вы могли мне просто написать и узнать? В крайнем случае позвонить, мой номер есть у Генерала, и судя по вашему запаху, вы именно от него и пришли. — Альфа приподнял одну густую бровь под плотной тканью маски, очевидно поражённый словами Тэхёна. Зачем устраивать погоню по огромной территории ради одного пациента, если можно было решить проблему одним звонком? — К огромному сожалению, ваш номер телефона генерал мне не предоставил, и… — Тэхён рассеянно провёл рукой по своей сумке с медикаментами висящей у него на плече. — На самом деле, для перевязки у меня с собой всё необходимое оборудование, и я мог бы обработать вашу рану прямо сейчас. — Несмотря на нелогичность некоторых моментов, Кайрос быстро оценил обстановку с омегой и все возможные сегодняшние ситуации. Вероятно ему пришлось приложить значительные усилия, чтобы выяснить местоположение своего подопечного. Хотя, если он был у Генерала, то ничего сложного и особенного тот и не сделал. — А также… мне необходимо кое-что обсудить с вами, Кайрос. Помимо обработки будет так же и серьёзный разговор. — Замолчав на секунду, омега позволил альфе самому домыслить до содержания будущей беседы. Нетрудно было догадаться, что тема связана с началом совместной операцией, прошедшей накануне. — Черт с тобой… Заходи. Помедлив мгновение, альфа вдруг громко рыкнул и раздраженно махнул рукой, отходя назад чтобы освободить проход вглубь комнаты. Когда Тэхён осторожно последовал за ним, дверь плавно закрылась сама собой, издав щелчок замка. Хозяин помещения молча прошёл глубже, направляясь обратно к своему уютному уголку, с низким кофейным столиком и мягким диваном. Взяв кружку с остатками холодного чая, альфа опустился на сиденье устроившись спиной к спинке дивана, и стал ожидать дальнейших действий своего гостя. — кто-то из сотрудников лаборатории периодически пересматривает все данные и возможно переносит их на сторонние носители…— Для начала омега включил свет во всём помещении и дал наставнику время допить чай, решив начать дело сразу с важного разговора. — Что ты конкретно имеешь в виду? — Мужчина приподнял свою маску чуть выше уровня губ и начал неспешно потягивать холодный чай, наслаждаясь вкусом напитка. Если бы Тэхён внимательно посмотрел, то мог бы заметить что шрам от ожога, идущий с груди и шеи, тянулся дальше. — Я говорю о том, что из лаборатории похищают данные, и всё это состоит из информации о наших исследованиях, особенно тех, которыми занят лично Намджун. — Тэхён продолжал осмотр комнаты взглядом, обращая внимание на детали. Омеге было любопытно рассмотреть его лицо целиком, однако он понимал что подобное желание было совсем неуместно. — Значит, это дело рук кого-то из ваших ученых? Честно говоря, это было вполне предсказуемо, каждому хочется выделить себя среди остальных. Доступ в лабораторию имеют исключительно ученые и генерал, ну и редкие высокопоставленные особы. — Сделав последний глоток чая, мужчина снова натянул маску на лицо и тут же обратил взор на омегу. — Ты собираешься предпринимать какие-либо меры? Понимая, что собеседник наконец завершил чаепитие, Тэхён отошёл от дивана и отправился к кровати, куда он и поставил заранее подготовленную со всем содержимым для обработки сумку. — Мне для начала нужно тщательно взвесить ситуацию. Думаю, начать вводить в систему фальшивые данные в отчеты, это должно помочь выявить нарушителя. — Возможно кому-то и кажется, что ваши очкарики — ангелы, но мой опыт подсказывает иное, крысы лабораторные, да и только. Рекомендую немедленно принять меры защиты. Почему вы вообще храните важные сведения на общедоступном компьютере? — В моменте Кайрос начал проговаривать свои мысли на счет всей этой ситуации в слух, им действительно нужно было решить проблему с хранением важных данных и их последующем укрытии. Но до сих про было не ясно что им делать, а внутренняя злость так и закипала у альфы. — Все данные нужно передавать через кого-либо, например флэшка, которая постоянно будет находиться у меня. Компьютер пусть остается пустым, ты будешь знать, что вся важная и верная информация находится у меня, а до меня явно никто докапываться не будет, эти придурки за 10 метров от меня уже разворачиваются и уходят в противоположную сторону, просто потому что боятся меня. — Откинувшись спиной назад, мужчина продолжал разговор, ощущая омегу за своей спиной. — У вас довольно небрежное отношение к сохранению секретных материалов, и я давно хотел обратить ваше внимание на это обстоятельство. Предлагаю изменить ваш порядок хранения, никакой лишней информации на компьютерах, а вся важная должна проходить только через тебя и точка. Ты же будешь передавать мне её лично в руки, когда тебе понадобится носитель, я его тебе передам, а после, будешь возвращать мне. Я её куда-нибудь спрячу, но так, чтобы она всегда находилась при мне. — К слову! — Решил вдруг резко прервать альфу Тэхён. — Если кто-нибудь случайно воспользуется нашей поддельной флэш-памятью, в неё будет специально внедрен вирус, способный автоматически зафиксировать злоумышленника через встроенную камеру нашего компьютера, он сохранит возможное изображение, запись, это тоже может помочь! — Наблюдая, как парень проговаривает план и постепенно готовился к осмотру инструктора, Кайрос принялся постепенно разматывать бинт с раненого плеча самостоятельно, под которым оказались многочисленные пластыри, закрывающие следы свежих швов, увы этой ночью открылось несколько ранок и пошло небольшое кровотечение. — Хорошо, я согласен, план действительно хорош, но не стоит недооценивать умственного потенциала нашего потенциального нарушителя. Нам ещё неизвестно кто он, как работает, но скорее всего…тут он работает не один, и у него точно есть сообщники. — предположил альфа. — Данные об исследованиях проходят не через всех сотрудников лаборатории, а только через старших. Всего семь человек включая меня и нужно искать среди них. Думаю, чтобы не вызывать лишних подозрений, тот, кто ворует данные, на некоторое время заляжет на дно. — Да и вообще я заметил это совершенно случайно, в конце своей смены. В общей системе не видно времени, когда документ в последний раз открывали или изменяли, только сотрудники лаборатории имеют к этому доступ, кто-то тогда вернулся в лабораторию, что-то изменил в ответе и перенес на носитель… Когда мужчина подошел к собственной постели, он быстро разровняв одеяло по нему, сразу же лёг на спину, чтобы омеге было удобнее обрабатывать ему рану, да и пришлось включить дополнительный свет для полноценной работы. — Поэтому я не откажусь от плана с флешкой, это очень сильно нам поможет, скажите…вам больно сейчас? Если да, то насколько сильно? — Для начала омега осторожно снял пластыри и начал обрабатывать от крывшиеся ранки и швы, как и вчера омега делал всё очень осторожно, в какой-то степени даже нежно. — Я же говорил вчера, просто делай что должен и не волнуйся о моих болезненных ощущениях, я могу потерпеть. — Но когда флешка будет у меня то её никто не посмеет украсть, меня разве что убить нужно будет, но это если пройдёт слух что исследования у меня. Было давно понятно, да и это слишком заметно, что в дружеских беседах альфа чаще предпочитает оставаться замкнутым, раскрываясь лишь тогда, когда речь заходит о работе. Здесь же, пока Тэхён методично проводил осмотр и обработку раны, альфа сохранял полную неподвижность, будто полностью абстрагировался от происходящего вокруг. Лишь одна вещь выбивалась из привычного состояния покоя — незнакомое ощущение прохлады, исходящей от рук омеги, которые казались чужими и холодными, несмотря на бережность манипуляций. — Ты что, перед своим приходом сюда руки в холодильнике держал? — Ой… Простите, правда, не хотел… Видимо, я сегодня немного переусердствовал с переживаниями, и руки сами собой охладели. — На короткое время омега отдёрнул руки, но спустя мгновение снова продолжил обработку раны, — Просто, когда начинаю беспокоиться или чрезмерно нервничать, у меня появляется характерная реакция. В следующий раз обещаю прийти к Вам с тёплыми руками. Работая крайне аккуратно, омега быстро завершил обработку и наконец приступил к аккуратной смене повязки. Действия его оставались уверенными и быстрыми, как и прежде. — Вашему организму необходим период восстановления, поэтому уделите внимание правильному питанию и отдыху. Организм до сих пор находится в стрессе после вашей миссии, поэтому нужно стараться не нервничать эти дни. Пейте больше воды или тёплого чая. Рацион думаю вы сами знаете какой нужен, сбалансированный и питательный, и как можно больше отдыха…желательно очень много. Альфа прекрасно чувствовал внутреннее напряжение омеги судя по его нервной обработке швов, но решил не расспрашивать, и когда Тэхён со всем закончил, обернул вокруг не меленького плеча новый бинт и отошёл как можно дальше, позволяя Кайросу медленно подняться с постели. Тот сразу же как только встал, подошёл к маленькой кухонной стойке беря нагретый недавно чайник и чистую кружку, забрасывая туда чайный пакетик. — Твои руки слишком холодные, поэтому предлагаю тебе выпить чай, он тебе тоже сейчас необходим. — Наставнику не нужно было слышать одобрения от омеги, он уже начал готовить согревающий напиток и отказ от него точно бы не принял. — Да, не откажусь, спасибо за заботу. Пока кто-то готовил чай, омега собирал все свои инструменты и лекарства обратно в свою рабочую сумку. Он осторожно поместил использованные материалы и инструменты в специализированный контейнер для утилизации. И как только закончил, протер руки влажными спиртовыми салфетками, после чего сходил в ванную и тщательно промыл руки, старательно устраняя остатки антисептика. Вернувшись, он молча уселся на край дивана, сжимая и разжимая озябшие пальцы, стараясь вернуть им потерянное тепло. Увы теплая вода ему никак не помогала согреться. Пока у него оставалась свободная минута, Тэхён внимательно изучал окружающее пространство вновь, окидывая комнату внимательным взглядом. Небольшая обстановка, скромный декор, царивший здесь уют и особая атмосфера создавали впечатление, что владелец пространства предпочитает минимализм и простоту. Мелочи подчёркивали индивидуальность жилья, делая его тёплым и комфортным, несмотря на общую строгость оформления. Да и здесь…не было ничего из современного декора как в его комнате кроме двери, всё выглядело по-обычному, по-домашнему, и эта обстановка временно вернула его в их же старый дом. — Спиной чувствую, как ты разглядываешь мою комнату… Интересно? Знаю, что у тебя комната поновее будет. — Положив пару ложечек сахара, Мужчина, развернувшись и поставив чашку перед омегой на столик, наконец предложил временному гостю согревающий напиток. В надежде что тот быстро выпьет его и уберётся от сюда куда подальше. — не запоминай интерьер, ты здесь в первый и последний раз, в следующие разы я буду приходить к тебе на осмотр лично. — Простите, мне просто было интересно… Не хотел доставлять вам неудобства. —Тэхён очень быстро стушевался, ему стало немного неловко из-за того, что он так разглядывал комнату и что его поймали за этим делом. Поблагодарив мужчину за горячий сладкий чай омега сразу же немного отпил. — Хм… Всем свойственно любопытство, а людям что находятся в этой чертовой яме — моя комната им интересна больше, чем их собственная работа. Но поверь, я никого и близко не подпускал к своему жилищу до этого момента, и то, что ты сейчас здесь и я тебя не пристрелил, редчайший случай. Выпрямившись, мужчина, вернувшись к кухонной столешнице включил небольшую вытяжку и подобрал ближайшую пачку сигарет, лежавших недалеко от старенькой микроволновой печи, с досадой обнаруживая её полностью пустой. — Твою же ж.… чёрт, у тебя случайно в твоей волшебной лечебной сумочке на завалялась старая пачка сигарет? — Возмущённый неудачей, мужчина резким движением выключил работающую вытяжку, решительно обогнул диван и демонстративно швырнув пустую пачку сигарет в маленькую урну, пробормотав что-то недовольное под нос. — Выезжать с базы чтобы просто купить сигареты…я же закупался ими, куда всё делось? Несколько больших упаковок просто испарились, будто их и вовсе не было. — Всё происходящее казалось комичным контрастом, спокойная атмосфера комнаты была нарушена, резким, непонятно откуда взявшимся раздражением и недовольством мужчины, из-за обычного отсутствия сигарет. . — Вообще-то курение не входит в список моих привычек, но у Генерала должны быть, он тоже курит. Могу написать ему на счет этого, думаю Вам он точно не откажет. К тому же, вы сейчас находитесь на больничном режиме, я бы рекомендовал вам лучше не курить на протяжении этого времени, но и покидать базу ради покупки сигарет я не могу вам позволить. Да и неужели вы готовы ехать несколько часов ради этого… яда? — Омега, между тем, продолжал неспешно вкушать горячий чай, ощущая, как приятное тепло распространяется по телу, постепенно избавляя от напряжения и тревоги. — Если сумеешь принести мне сигареты, буду весьма признателен. А ещё лучше, если вдогонку прихватишь выпивку. Пока я на две недели застрял в этой коморке, мне будет не чем заняться, а пиво лучший собеседник для меня. — Скрестив руки на груди, мужчина неуверенно опустился на диван рядом с омегой, из-за чего тот инстинктивно вздрогнул, едва удержав равновесие и не пролив драгоценный чай. — если что-то в шкафчике вроде бы было печенье…или крекеры, я не помню что там, можешь угощаться пока чай не выпил. Каждая встреча с Кайросом приносила Тэхёну крохи новых сведений о загадочном альфе. Например, он заметил, что тот намеренно избегает поездок в город, редко контактирует с людьми и зачастую забывает, какие продукты есть в наличии, словно живёт исключительно в пределах своего личного мира, отказываясь от свежего воздуха, света и общения в пользу тесного убежища, которое могло бы пропитаться его собственным уникальным запахом, но тот…отсутствовал? В помещении присутствовал только едкий запах сигарет, видимо сюда и истратились все его запасы никотина, комната была полностью пропитана этим запахом. Однако этот альфа упорно скрывал любую о себе информацию, не называл настоящего имени, скрывал свою внешность, только единицы знали, как он выглядит, но даже Тэхёну который вчера видел его с обнажённым торсом, в прочем, как и сейчас, он всё ещё не хотел показывать своего лица, однако приоткрывать маску выше губ не боялся. — Но лучше допивай чай побыстрее и проваливай, мне хочется отдохнуть наконец, — Голос альфы прозвучал твёрдо и решительно, словно он пытался убедить не столько омегу, сколько самого себя в важности личной границы и дистанции. Эти грубовато сказанные слова заставили омегу лишь усмехнутся. Невольно растягивая губы в улыбке, он продолжил потягивать чай мелкими глоточками, наслаждаясь приятной атмосферой и теплом напитка. — Гостеприимством вы не обладаете Кайрос, но я понимаю вас, понимаю ваше стремление поскорее погрузиться в заслуженный отдых. Узнавать что-то новое о наставнике казалось для омеги самым интересным занятием. Каждый раз обстоятельства сводили их вместе всё чаще и чаще. И раньше, Тэхён никогда не видел таких парней как Кайрос, сидевший прямо сейчас рядом. Он был настоящей загадкой, и Тэхён потихоньку узнавал о нём разные мелкие подробности, хоть и самые обыкновенные, но всё равно занимательные. Например, каким бы грубым альфа не был и как бы скорее не желал выпроводить его за дверь, он всё равно оставался гостеприимным, предложил чай, и что-то к нему чтобы не было так скучно отогреваться. Молча выполнял его поручения и каким бы злобным он не был, к нему он всё равно проявлял капельку уважения. — Как только я допью, — сказал Тэхён, не отрывая взгляда от чашки, — я уйду. Но обязательно вернусь, чтобы передать вам сигареты. А после этого, надеюсь, меня больше не увидите сегодня. — Его голос был спокойным, но в нём чувствовалась какая-то тёплая уверенность. От угощений к чаю омега отказался, чай и так был сладким, а задерживаться и тем самым доставлять неудобства хозяину он не хотел. Хотя поговорить о чём-то ему было не прочь. — И да, — добавил он, улыбнувшись чуть иронично, — Алкоголь я вам не достану. Не думаю, что это вообще возможно в таких условиях. — Тэхён ненадолго перевёл взгляд, чуть склонил голову и повернулся к собеседнику, словно пытаясь понять его мысли. — Я знаю, — сказал альфа, — я просто спросил… Мало ли, вдруг прокатит, но увы, я же эту контрабанду и предотвращаю. — Вскинув плечи и поморщившись от лёгкой боли, Кайрос увидел как уже пустую кружку, Тэхён аккуратно опускает на столик. В этот же момент он поднялся и направился к двери, собираясь наконец выпроводить гостя из своей спальни. — Вижу, ты уже закончил, — сказал он, не скрывая усталости в голосе. — Давай собирайся поживее и проваливай. Сигареты не к спеху, так что можешь не мотаться туда-сюда. Он приложил к сенсору возле двери ладонь, открывая дверь настежь, но продолжая смотреть прямо на Омегу. В этот момент он не заметил, что в его дверь собирался постучать Харит. Увидев босса без верха, в маске и Омегу у него в квартире, Харит в удивлении раскрыл глаза, замерев с поднятым перед собой кулаком, словно пытаясь понять, что происходит. — Хм… даже так? — произнёс Тэхён, в мгновение ока теплая улыбка с его лица спала, и проявилась небольшая, и практически незаметная грусть, которую Альфа быстро считал с чужого лица. Тэхён понимал, что Кайрос, такой человек, и его характер не всегда бывает мягким. Однако, несмотря на это, его внимание к мужчине не осталось незамеченным. — Вам, думаю, стоит выучить слова «пожалуйста» и «спасибо», или хотя бы немного проще разговаривать, — сказал он, чуть снисходительно, — Хотя я понимаю, что вы устали и… Впрочем, забудьте. Просто знайте, что не все сотрудники на этой базе желают вам зла. До свидания. Прихватив свою сумку, Тэхён аккуратно вышел из комнаты, обходя Кайроса и Харита, который всё ещё стоял с поднятой рукой, но так и не решился постучать из-за внезапного выхода друга и Тэхена. Именно этого он вообще не ожидал увидеть в данный момент. — Это ты тут развлекаешься? Или что? — усмехаясь, Альфа посмотрел на друга и хитро заулыбался, прищурив и так узкие глаза, пока Кайрос, не отрывая от него взгляда, ответил холодно с оттенком раздражения. — Фонтан свой закрой, ясно? Что тебе тут надо? Мне нужно отдыхать уже, вкололи обезбола и я планировал вздремнут наконец. — Приподняв брови, Харит всё никак не хотел униматься, видеть выходящей из этой комнаты омегу ему не доводилось уже оочень давно. С чего бы его давний напарник вдруг впускает её в свою комнату, когда даже лучшему другу еле-еле позволяет пройти внутрь. — Да так, — сказал он, — тебя обыскались все, вот и подумал, что найду тебя здесь. И не прогадал. Но ты тут уже с новой омежкой закрылся. Когда ты в последний раз водил сюда омегу? И, кажется, я его уже где-то видел…знакомое личико. — Никогда этого не было… И харош уже выдумывать. — Вымученно вздохнув, мужчина, опустив до этого поднятую на половину лица балаклаву, так как уже не было нужды ему ходить в таком виде. Однако снимать он маску тоже не спешил, боясь, что проходящие мимо работники могу лицезреть его. — Вот именно! Ты даже меня к себе не пускаешь! — Этого не было в силу законов военной части. Водить сюда шлюх я не собираюсь. А этот — мой лечащий врач, он обрабатывал мне рану, и если ты забыл, это ещё и та самая омежка с моей новой группы дебилоидов, он ко всему прочему ещё и учёный, и племянник Сухёка. Напомнить тебе что-то ещё или сам дальше разберёшься с воспоминаниями? — Так вот он всё-таки как выглядит, тогда понятно почему он мне показался знакомым, но да, у меня остались вопросы… душевную, или физическую боль тебе лечили~? — Харит, из твоего Фонтана хлещет до сих пор… Меня увидел? Всё, любования мной закончились, проваливай вместе с этим ботаником. — Давай не выпендривайся передо мной! Я тебе еды принёс! Как проснулся, ничего же не ел, а тебе с ранением следовало бы есть чаще чем раньше. Может твой организм очень плохо чувствует себя, и ему нужна еда, а ты этого не понимаешь? Так что ешь давай и поправляйся. — Он опустил кулак, а вторую руку протянул с большим пакетом, там была горячая, вкусная еда в контейнерах из столовой, Харит всегда знал, что тот любит, так что подобрал меню как раз из обожаемых другом блюд. Взгляд альфы был наполнен заботой и настойчивостью, они вечно с Кайросом придурялись прекрасно понимая, что это — всего лишь шутки...