Ночные кошмары

      Алёнка хотела, чтобы ночь никогда не наступала. По крайней мере — не в Зартии.

      Это началось не сразу. Первые два дня в Зартии прошли достаточно хорошо, относительно. Но на третью ночь все пошло под откос.

***

      Город сотканный из золота выглядел поистине феерично и впечатлял своей статностью. Алёнка даже не раз ловила себя на мысли, что как только она вернётся обратно, то обязательно попросит родителей добавить побольше золота в их дворец. Повсюду бегали маленькие и большие жители Зартии. Больше всего девочкам нравились «шнитсели» — маленькие пушистые зверьки, которые пахли сладкой ватой и издавали милые звуки. Первое время Зейна вынуждена была постоянно их поправлять, потому что патруль так и норовил назвать этих существ «шницели», хотя по правде говоря Алёнка все равно называла их именно этим словом. В общем днём Зартия была поистине чудесной и сказочной. Но стоило солнцу опуститься за горизонт, как воздух делался вязким, липким и неприятным. Неприятные чувства клеились к коже словно мёд и не покидали до самого утра.       Алёнка давно перестала спать спокойно. Каждую ночь её ждало одно и то же. Она просыпалась в холодном поту, не в силах различить, где сон, а где реальность. Всё её тело пробирала лёгкая дрожь, а лёгкие словно сжимали тисками. И самым удачным было то, что принцесса догадывалась почему её тело так себя ведёт.

Первый кошмар был самым неожиданным.

———

      Посреди ночи Алёнка проснулась, ну или ей так казалось. Сонно разлепив свои веки девушка толком так и не смогла ничего разглядеть. Тьма вокруг была плотной, как ткань, которую натянули поверх глаз. Она зажгла маленький огонёк в своей руке и повернула голову осматриваясь. Вдруг её взгляд зацепился за странно висящее зеркало. Оно словно вибрировало. Лёгкая дрожь проходила по металлической раме, а из глубины стекла пошёл рябью тусклый свет, словно круги на воде. — Несмеяна?.. — неожиданно сорвалось с губ.       Ответа не последовало, только что-то похожее на шорох, как если бы кто-то слегка царапал ногтями ткань. Но довольно стремительно шорох начал превращаться в звуки, а звуки стали сплетаются в один голос. Он был нечётким, как через стекло, но до жути узнаваемым. — Почему ты ушла?       Губы Алёнки задрожали. — Я не… я должна была… — она не закончила.       Грудную клетку словно сжало тисками и девушка даже не смогла нормально вдохнуть, не то что произнести оправдание.       В зеркале мелькнул силуэт девушки с лиловой кожей и короткими зелёными волосами. Несмеяна. Но её лицо… Его не было. Только размытая маска с глазами, такими до жути неестественными, будто нарисованными в спешке.       Алёнка отпрянула в испуге, упала с кровати, и в тот миг зеркало зашипело. Изнутри вырвался звук, что-то между смехом и плачем, настолько невыносимый, что хотелось закрыть уши.       Она медленно отползла назад, пока спина не ударилась о стену. Комната стала меняться: тени вытягивались, вытекали из углов, как жидкий дым, заливая пол. Воздух стал тяжёлым, влажным и вязким. На коже выступил холодный пот. В зеркале больше не было Несмеяны. Там отражалась она сама, но с неестественно кривым лицом и черными глазами. Алёнка смотрела на своё отражение не в силах отвести взгляд. Ей хотелось кинуться и разбить это чёртово зеркало, но что-то ей упорно не давало этого сделать. По коже пробежали мурашки, а зеркало всё продолжало деформировать её лицо ужасная и пугая ещё больше.       Вдруг из зеркала потянулась рука, почти прозрачная, будто сотканная из воды. Рука тянулась к Алёнке, тянулась медленно, словно пыталась вытянуть из бедной волшебницы как можно больше. — Ты меня бросила, — прозвучал чей-то голос где-то глубоко а голове. —Хотя обещала быть рядом.       Алёнка в панике закрыла глаза и зажала руками уши, но голос не исчез. Он доносился где-то глубоко в ней самой. — Нет… — отчаянно прошептала рыжеволосая волшебница. — Я не хотела… Я.       Рука почти коснулась её щеки и в тот миг она закричала — не от леденящего душу ужаса, а от того, что не могла понять, где кошмар, а где правда. Чистый свет на секунду ослепил её, пока луна рассыпалась искрами заливая комнату белым светом уничтожая всё на своём пути и оставляя после себя только холод.       Проснулась она уже на рассвете. Грудь болела от рыданий, в горле стоял ком, а подушка была вся влажная. Алёнка присела на кровати, глядя на зеркало. Оно выглядело обычным. Словно и не было всего того кошмара, что произошел этой ночью.

С тех пор она не знала покоя.

———

      Зартия продолжала жить пока никто из её собственных подруг и не догадывался о кошмарах. Она всё время улыбалась, но каждый вечер искала глазами пустое окно, где отражалась луна. Там, в стекле, ей чудились чьи-то глаза. Глаза, которые отдавали сиреневым отливом и за которыми так скучала волшебница огня.       Ночью, когда остальные спали, она тихонько выходила из комнаты и садилась около окна шепча слова как мантру. — Прости меня, Несмеяна. Я вернусь. Обещаю.       Она могла так просидеть всю ночь, в неудобной кривой позе у холодного окна, лишь бы удержать эту призрачную надежду, что её слова будут услышаны.       Утро в Зартии было таким же красивым, как всегда — будто и не было ночи, в которой она кричала от ужаса. Солнце лилось через окна, отбрасывая на стены забавные и карикатурные тени. Из соседнего зала слышались чьи-то голоса и радостный смех, но они звучали где-то, словно, под слоем воды.       Алёнка сидела на подоконнике и смотрела вниз, туда где город жил, светился и сиял, пока у неё в груди всё медленно сворачивалось в тугой комок. Она не могла вспомнить, когда в последний раз спала спокойно и без кошмаров.       Когда солнце коснулось горизонта, Алёнка почувствовала, как сердце сжимается. Вечер приносил тишину, а вместе с ней и мучительный сон. Девушка с радостью бы просто отказалась от сна по ночам, но каждый раз она неловко ловила себя на мысли, что не может отказаться от сна. Не из-за своей усталости, а из-за того кто приходил к ней в этом самом сне.       Ночь спустилась мягко, почти нежно. Алёнка сидела в постели, обхватив колени, и смотрела в темноту. В эту ночь страх не пришёл. Вместо него была лишь звенящая, глухая усталость. Впервые за долгое время ей не хотелось бежать. Только вспомнить нечто забытое. Поэтому когда усталость начала её накрывать, Рыжова без сопротивления отдала себя в руки Морфея.       Перед ней был тот самый пруд около Волшебного колледжа, где они с Несмеяной выращивали магические лилии для очередного парного задания от Кривозуба.       Алёнке не надо было даже приглядываться, она знала, что Несмеяна там. Заметив стиль знакомую фигуру, она начала приближается к ней. Поначалу медленно, боясь, что слишком громкие шаги нарушат хрупкость мгновения. Но ведьмочка всё равно услышала чужие шаги и подняла голову. Заприметив рыжую макушку, она лишь ласково улыбнулась. — Ты пришла, — тихо произнесла она без намека на боль или разочарование. — Прости, — шепчет Алёнка глядя прямо в лиловые глаза. — Я не хотела уходить. — Я знаю, — ответила Несмеяна с лёгким кивком. —Зартия позвала и ты. должна была уйти.       После произнесенного повисла тишина. Лишь шорох листвы и шум воды нарушал эту молчаливую идиллию. Она молча поднимает руку и Несмеяна делает то же самое. Их пальцы встречаются, а потом аккуратно переплетаются друг с другом. И именно в этот миг Алёнка понимает, что готова перетерпеть хоть 20 самых ужасных кошмаров, если затем она получит хоть 5 спокойных минут с возлюбленной. Несмеяна словно прочла мысли девушки и первая нарушила тишину. — Всё ещё страшно? — спросила она нежным и спокойным голосом. — Нет, — на автомате выпалила девушка. — Тогда спи. Алёнка улыбается сквозь слёзы. Её собственные пальцы всё ещё держат холодную ручку Несмеяны не желая её отпускать ни на секунду. — Только если ты останешься.       Несмеяна медленно тянется к ней. и всё вокруг теряет значение. Рыжова лишь успевает рвано всхлипнуть прежде чем холодные бордовые губы накрывают её собственные. Поцелуй длился всего лишь миг, но этот миг растягивается в вечность.       Отстранившись Алёнка чувствует терскую горечь от чужой помады, но сейчас ей так плевать на это. Сейчас она впервые за долгое время чувствует себя спокойно.       Когда она открывает глаза, слёзы катятся по щекам. На подушке осталось влажное пятно после столь эмоциональной ночи, но самое главное — сердце наконец бьётся спокойно. Алёнка сонно потирает красные от слёз глаза и смотрит в окно. Небо было окрашено в нежно розовый и оранжевые цвета, которые свидетельствовали о наступлении рассвета. И впервые за последнюю неделю она наконец искренне улыбается. — Спасибо, — одними губами прошептала принцесса.       Ответа не последовало, лишь ветер коснулся её щеки — тёплый и мягкий, как чужое дыхание.

Несмеяна её услышала.