Бард и эльф.

Хёнджин и Джисон не особо ладили. Хван – эльф, прекрасный и статный. Элита из элит. А Хан – обычный бард, сочиняющий песенки и продающийся за деньги. Не в том смысле, что он был проститутом, а в том, что концерты платные у него были. Они не были друзьями, но хорошо знали друг друга. Долгие годы ненависти сблизили их, хоть они и не показывали виду. – Танцуй лучше, – смеялся над Хваном бард. – Пой лучше, – насмехался в ответ над Ханом эльф. Вот так и проходили их вечера в самой обычной таверне для гномов. Что в ней забыли эльф и бард? Барда ещё понять можно, а вот существо синих кровей явно попутало что-то. Дело было в том, что влюбились эти два дурачка в гнома. Точнее, в гномов, но об этом они пока сами не знали. – Чего ты радостный такой? – спросил одним вечером Хёнджин, распивая что-то из своей серебряной фляги, у барда. – Я влюбился, – не стесняясь ничего и никого, Хан гордо выпрямился и улыбнулся. Несколько вечеров спустя Хван решился на вопрос. Ему было интересно, в кого же влюбился бард. – И кто же этот несчастный, в которого ты влюбился? – Гном! – также гордо ответил Джисон. – Ли. Самый прекрасный гном из всех гномов, что я только видел. Я готов добиваться его расположения, чего бы мне это не стоило! – Ли? Ты ничего не путаешь? – Хён нахмурился и убрал флягу от греха подальше. – Да, ничего я не путаю. А что? – Джисон напрягся. Он осмотрелся вокруг, сканируя лица гномов, но среди всех не было его возлюбленного. – Я тоже влюблён, – Хён откинул назад свои длинные волосы и поднялся из-за стола. – В гнома Ли. – В каком смысле в Ли? – Хан тоже поднялся. – В моего что ль гнома? – А ты в моего? – Хван выпрямился и скривился. – Даже мерзко от осознания, что такой, как ты, мог влюбиться в того же, в кого и я. – А мне мерзко от того, что мой прекрасный вкус в гномах портит такой жалкий эльф. – Я вызываю тебя на дуэль! Я докажу, что только я достоин любви Ли! – Это я вызываю тебя на бой! Никто не сможет победить влюблённого барда! – Хан замахнулся и ударил Хвана, но тот не растерялся и увернулся, тут же ударяя в ответ. Завязалась недолгая драка, которую разнял хозяин таверны. Чан – злой чёрт, в буквальном смысле чёрт, зло распихал дуэлянтов и схватил каждого за шкирку, поднимая над деревянным полом. – Вон оно как. Решили в моей таверне бедлам устроить? Я вас сюда пускал не для того, чтобы вы репутацию моего приличного заведения портили! Чонин! Сынмин! В загон их, пускай получат своё наказание! Внутрь таверны влетели две гаргульи-привратники. Они схватили двух хулиганов и понесли на выход, к заднему двору. Хёнджин и Джисон за всё это время лишь обменялись страдальческими взглядами, но спорить не осмелились. Мало ли что с ними тогда сделал бы тот старый чёрт. И так сам по себе злой дух, а тут ещё и погром устроили в его таверне. Хвана с Ханом закинули в какой-то загон, не заботясь об их приземлении. Парни упали в грязь и заохали от боли. – Никакого уважения! – протянул Хён, уткнувшись рожей в грязь. Джисон не отставал от него и также лежал в земляной жиже. – Солидарен с тобой, – бард поднялся и попытался стереть грязь с лица. – Но наш дуэль ещё не кончен. Я не дам тебе забрать моего Ли. – Это мы ещё посмотрим, чей он, – Хван усмехнулся и поднялся на ноги. – Давай продолжим то, что начали в таверне. – Ах вы, суки! – парни обернулись в сторону голоса, но увидели только кучку больших тыкв у забора этого странного загончика. – Ничему вас жизнь не научила? – одна из тыкв развернулась, и перед эльфом с бардом предстала жуткая морда, светящаяся изнутри. – Значит, сейчас мы преподадим вам урок. – Ха! Что нам могут сделать овощи, – Джисон усмехается, смотря на тыквы. – Только рассмешите. – Дурак, – в один голос запищали маленькие тыквы и захохотали, перекатываясь с бока на бок. – Дурак-дурак. – А вы безмозглые овощи! – Хан смеётся с овощей. Тыквы в один миг перестали пищать и шевелиться, они уставились своими горящими глазами на барда, что засияли ещё ярче. По оранжевым бокам поползли алые язычки. – Нам пиздец, – Хёнджин пятился подальше от Джисона, чтобы гнев тыкв не смог настигнуть и его. – Ты чего меня бросаешь? – Джи обернулся и в испуге кинулся к эльфу. – Защити нас! Ты же эльф! – Сам расхлёбывай свою кашу, – Хван оттолкнул младшего и повернулся к выходу с загона, чтобы уйти, но его остановили тыквы. Овощи улыбались и постепенно смыкались в круг, не давая и шанса выбраться. Огонь поднимался от тыкв всё выше. – Мы умрём! – Джисон запищал и кинулся в объятья эльфу. – Я ведь такой молодой! Мне нельзя умирать. – Зато ты больше не будешь нести своё дурное влияние на других созданий, – Хёнджин пожал плечами и даже не обнял в ответ барда. Ещё чего. Будет он мараться об этого человека. Но подбородок на макушке чёрной всё-таки устроил. – Камняшки мне в кармашки! Разойдись! Порублю! – кто-то закричал за огненной овощной стеной, и тыквы тут же расступились, недовольно разговаривая на своём языке. – Я быстро из вас салат бы сделал! Перед Ханом и Хваном появился гном с прекрасной длинной шевелюрой пепельного цвета. – Ли! – Хёнджин оттолкнул от себя Джисона и ринулся к своему любимому гному. – Ли? – Хан посмотрел на гнома и всё понял. – Пиздец. – Что вы тут устроили? – второй гном появился через минуту. Уже Джисон нёсся и кричал «Ли». – Стоп, – Хёнджин оторвался от своего пепельноволосого и посмотрел на Хана с его гномом. – Тебе этот Ли нравится? – Да, а тебе этот? – бард посмотрел на парочку рядом. – Да… – Вы дауны, – пепельноволосый не постеснялся дать подзатыльники обоим парням. – Мы братья. Я Феликс, а это Минхо. Вы за кого драку устроили? – Мы реально придурки, – Джисон засмеялся и шлёпнул себя ладошкой по лбу. – А теперь… Нам пора бежать, – Фел схватил Хёна за руку и ринулся на выход из загона. Тыквы пришли в себя и решили наказать не только барда с эльфом, но и гномов. – Валим! – Минхо поднял вверх кирку и, закинув Джисона на плечо, побежал прочь. Сынмин и Чонин в полном ахуе смотрели на то, как прямо под их носами совершался побег. Они отвечали за доставку, а вот что делать в случае возврата не знали. – Чё делать будем? – Чонин посмотрел своей каменной головой на партнёра. – Полетели к Чану. Пускай он разбирается с неадекватными клиентами. Гаргульи-привратники взмахнули своими мощными каменными крыльями и влетели в окно директора. Чёрт сидел за огромным дубовым столом и разбирался в бумажках. – Чего вам? – рыкнул Чан, отвлекаясь от работы. – Эльф и бард сбежали. Им помогли гномы, – Чонин разлёгся на меховом ковре и зафырчал. Сынмин недовольно посмотрел на пару, но всё же заразился тем же и тоже прилёг на ковёр рядом. – Как посмели?! – Бан взревел, принимая второй облик. Длинные огненные рога обожгли зачарованную древесину, но та хотя бы не начала гореть, как в прошлый раз. – Сейчас я их всех на шкуры пущу! – Милый, ты чего кричишь? – в комнату вошёл полураздетый инкуб. – Я не закончил свою медитацию. – Из-за твоих медитаций у меня голова разболелась, – Чан недовольно фыркнул, выпуская из ноздрей пар. – Ким, Ян, летите на отдых. Даю вам недельку выходных, – Чанбин прошёл к своему мужчине и принялся стягивать с плеча лёгкую накидку. – Можно прям на недельку улететь? – Чонин приободрился. Целая неделя наедине с парой. Самое лучшее, что могло с ними случиться. – Можете на две. Летите быстрее, – Со махнул рукой в сторону окна. Гаргульи тут же взлетели и скрылись. Теперь их ближайшие две недели можно было не ждать в таверне. – И зачем ты их отпустил? – Бан перевоплотился обратно в человека и устроился в кресле за столом. – Буду помогать снимать тебе напряжение, милый, – Бин стянул с себя ткань и остался полностью нагим. Тело демона было прекрасным, идеальным. Искушающим. Он мог соблазнить любого, но только не своего любимого черта, который вёлся не на природную притягательность инкуба, а на свои чувства к нему. – И что мне со всеми вами делать? – Бан возвёл руки к небу и прикрыл глаза. Рядом с любимым он не мог сердиться. – С другими – не знаю, но меня предлагаю хорошенько трахнуть. Хочу, чтобы ты спустил на меня всех собак. – Я собак отправил на почту, будут только через три дня, – Бан уставился на своего возлюбленного, изучая каждый миллиметр тела взглядом. – Ну не в прямом же смысле! Чёрт мой недалёкий, – Со подошёл к столу со стороны Чана, отодвинул бумаги и уселся голой попой прямо на дубовую поверхность. – Наслаждайся, милый. Бан не стал более терпеть, поэтому поддался игре своему мужа. Пока чёрт и инкуб развлекались в кабинете, на первом этаже таверны продолжался спокойный вечер гномов. Тыквы дремали в своём загоне. Чонин и Сынмин улетели в отпуск, чтобы успеть насладиться друг другом и отдыхом. А братья-гномы Ли и бард с эльфом сидели у костра на опушке леса и рассказывали разные истории. Вот так и закончился самый обычный день в их мире.