Тыквенное сердце.

– Ребята, сейчас мы с вами отправимся искать… – Миндже замолчал, вышагивая по неровной тропинке до больницы. – Слендермена настоящего! – сзади крикнул Масами, перепрыгивая через лужу. Осень отпечатками оставляла следы по всей поверхности земли, и обувь становилась тяжелее от налипшей к кроссовкам грязи и от листьев. – Мы идём в заброшенную психиатрическую больницу, чтобы проверить, водятся ли там призраки, – Ким смотрел в камеру, стараясь не упасть, шагая по скользкой тропинке. – Правда, скорее мы можем с большей вероятностью наткнуться на какого-нибудь маньяка или наркомана, чем на призрака, – Акиба поправляет рюкзак и приближается к другу. Тот передёргивает плечами и косится на младшенького. – Но мы не будем нагонять жути, чтобы наш прекрасный оператор не сбежал раньше времени. – Зато операторы всегда выживают! – Ким дует губы и быстрее топает вперёд, переступая кучи грязи. – Ого, видимо, жуть нагоняю не я, а ты, – Масами удивлённо вскидывает брови и усмехается. – Мой старшенький наконец-то вошёл во вкус. Поставьте лайк и подпишитесь на канал в честь этого. – Дурак, – Миндже закатывает глаза и сворачивает на старый потрескавшийся асфальт. – Помни, что видео должно выйти на канал в любом случае, – Масами поднимает палец вверх и шагает вперёд, обгоняя друга. Перед ними начинает маячить старый корпус больницы. – Даже… – Акиба замолчал. – Даже, если кто-то из нас пропадёт. На лице стирается улыбка, и чёрные глаза смотрят с полной серьёзностью на Кима. – Мы сейчас развернёмся и пойдём домой, если продолжишь пугать меня, – Миндже хмурится и пихает друга в плечо. Эта длинноногая шпала смеётся и даже не думает о том, чтобы серьёзно отнестись к вылазке на заброшку. – Хорошо, мистер сама серьёзность. Не буду больше шутить. Только серьёзные светские беседы, – Акиба морщится и выпячивает грудь, словно павлин. – Как вы поживаете, мистер? – Прекрасно поживал до того, как подружился с тобой, – Миндже смотрит в экран телефона и спотыкается. От встречи с асфальтом и грязью его спасает Акиба. – Если ты решил, что можешь умереть и переродиться заново, чтобы не встретить меня, то ты ошибаешься. От меня не избавишься, – Масами широко улыбается, но тут же настораживается, когда видит испуганный взгляд друга. – Ты чего? – Кажется, что я видел какого-то мальчика позади нас, – со страхом шепчет Ким, боясь обернуться назад. Видео продолжало записываться. – Мальчика? – Акиба хмурится. – Как он выглядел? – Я не приглядывался… Но у него были ярко-красные волосы. Это точно, – старший со страхом косится назад, туда, где видел незнакомца, но там никого не оказалось. – Тогда это точно не призрак, – Акиба усмехается. – С чего ты взял? – Миндже хмурится. – Ты когда-нибудь слышал о том, чтобы у призраков были крашеные волосы? Не ссы, бро, я защищу тебя от любой опасности. – Себя бы для начала защитил, – Ким хмурится. Его испугало то, что он увидел. Ему точно не показалось, он уверен, что если бы они сейчас пересмотрели видео, то увидели бы того мальчика… – Говорит тот, кто чуть не убился, увидев какого-то пиздюка. Миндже решает не отвечать другу, вместо этого ускоряется. На улице начинает идти дождь. Видео продолжает записываться. Подростки быстро доходят до входа в заброшку, что никем не охраняется, переглядываются и собираются с духом, чтобы окунуться в мрачную атмосферу полуразваленных комнат, где когда-то находилось огромное количество психически больных. – Готов? Друг от друга далеко не отходим. Видим что-то подозрительное – уходим. – И чего мы тогда тут стоим? – Миндже изгибает бровь. Тот мальчишка вполне был подозрительным. – Миндже, не глупи. Ты серьёзно хочешь пойти домой только из-за того, что ты увидел того мальчика? Давай хотя бы немного исследуем заброшку. Мы так давно хотели сюда сходить. – Ладно, – Ким ёжится от чувства взгляда на себе и оглядывается по сторонам. Никого. Может, ему реально просто показалось? Или это такой же подросток, как и они с Масами, решивший побродить по заброшке. – Если скажу, что идём домой, то сразу уходим, окей? – Слушаюсь, босс, – Акиба широко улыбается и входит внутрь больницы. Миндже следует за ним, не забывая оборачиваться назад. Он продолжает чувствовать что-то липкое на своей спине. – Ребята, мы вошли в больницу, – Ким поворачивает телефон, снимая внутренности заброшки. Перед парнями предстал огромный холл с приёмной стойкой, заваленный каким-то мусором и землёй. – Здесь довольно не страшно. – По десятибальной шкале как оценишь? – Масами вышагивает впереди, осматривая предметы и какие-то бумажки. – Дам шестёрочку, – Миндже вздрагивает, ощущая прикосновение к плечу. Он резко разворачивается, но позади никого нет. – А коленки трясутся на всю десяточку, – Акиба продолжает смеяться над страхом друга, заглядывая в длинный коридор больницы. – Пошли по палатам походим. Нужно быстрее всё осмотреть, раз мы скоро уйдём отсюда. – Ты слишком спокойный, – Ким со страхом подходит к другу, стараясь держаться поближе к нему. Вдвоём всё же не так страшно, как одному. – Спасибо, – Масами улыбается. – А всё потому что я пью боярышник форте эвалар! Надёжный друг вашего сердца! Усиленный калием и магнием, он надолго сохранит здоровье вашего сердца! – Тебе никто за рекламу не платит, октись. И мне тоже, – Миндже смеётся и идёт дальше. Смех выходит нервным, но младшенький не замечает напряжённости своего друга. Они проходили коридоры, осматривали комнаты, но ничего интересного, кроме хлама, не находили. Масами даже успел заскучать, пока они не шагнули на второй этаж. Миндже, которого обычно невозможно было заткнуть, молчал, осматриваясь по сторонам. Он даже в камеру больше не смотрел и ничего не говорил. – Ты чего молчишь? – Масами стало не по себе от непривычного поведения друга. Чего он так серьёзно отнёсся к тому, что увидел какого-то мальчишку? Ну привиделось и привиделось, что с того? – Давай уйдём отсюда? – Ким надломил брови и жалостливо посмотрел на младшенького. – Мне не по себе от этого места. – А кому будет “по себе” в психушке? Бро, нам осталось совсем немного пройти. – Да, но… – Миндже замолк и махнул рукой, понимая, что его не хотят слышать. – Пошли дальше. Комната за комнатой парни проходили второй этаж. Наконец показался конец длинного коридора и лестница вниз. – Ну всё, пошли домой. Ничего интересного здесь нет, – Ким побежал по ступеням вниз, не обращая внимание на друга, что явно захотел бы остаться ещё на кучу времени, если бы старший хоть на секунду застопорился. – Ты идёшь? – Миндже кричит с первого этажа, заметив, что друг за ним не следует. – Масами? – друг игнорирует его. – Если ты не ответишь мне сейчас же, я уйду. Хватит пугать меня, это не сработает, как в прошлый раз, – несколько секунд ожидания и тишина. – Я ухожу, – старший делает шаг в сторону выхода. – Уже ухожу-ухожу, – Миндже делает ещё несколько больших шагов по коридору. Он не оборачивается назад, но замирает, когда слышит глухой удар об пол. Что-то только что упало со второго этажа. – Масами, это не смешно! Хватит меня пугать, – Ким обернулся, чтобы с недовольством подняться по лестнице и высказать всё другу. Достал уже щекотать его нервы. Ким оборачивается и направляет камеру на лестницу. Момент, и глаза широко раскрываются от ужаса. На полу первого этажа лежало тело… Внимание было сразу обращено на одежду. Такая же куртка, как у Масами, такие же длинные, черные волосы, и джинсы с вышитыми звёздами. – Масами? Ты же разыгрываешь меня, да? – Ким со страхом стал подходить к телу. По коже пробежал холодок, а волоски на руках встали дыбом. Тело на полу не шевелилось, но в очертаниях Миндже всё больше узнавал своего друга. Только одежда была вымазана так, словно пролежала в грязи не первый месяц. – Масами, ответь, пожалуйста, – Ким со страхом легонько пнул ногу друга, но тот никак не отреагировал. – Ну всё, хватит меня разыгрывать! Мне не смешно, – парень всхлипнул и опустился на корточки, желая перевернуть то, что лежало перед ним. Видео всё также продолжало записываться. – Зачем так шутить? – спросил Миндже, с дрожью протягивая руку к чему-то. Касаться одежды было мерзко, потому что она пропиталась чем-то бурым и пахло очень плохо и странно. Тело переворачивается на спину. В эту же секунду Ким кричит и лихорадочно отползает подальше. – Я не верю, я не верю, я не верю, – лихорадочно шептал тот, смотря на труп своего друга. Тело было со следами разложения. – Поиграй со мной, – незнакомый голос позади, и Кима бросает в противоположную сторону. – Поиграй со мной, – перед парнем оказывается тот самый рыжий мальчишка. – Не буду я с тобой играть! Уходи! Прочь! – крик разорвал пространство. Миндже схватился за голову, не понимая, что происходит. Телефон улетел куда-то в кучу мусора, но запись всё также продолжала насчитывать минуты. – Поиграй со мной, – голос Масами выбил воздух из груди. – Зачем так шутить? Что происходит? – Миндже посмотрел в сторону, откуда шёл голос друга. Тело на полу не шевелилось, продолжая издавать зловонный запах. – Поиграй со мной, – рыжеволосый мальчик стал подходить ближе к Киму. – Не подходи! Стой, где стоишь! Отвали от меня, – Ким вытер слёзы и вскочил на ноги. Даже если его и разыгрывали, уж лучше он вернётся домой. Ноги понесли парня к выходу. Детский смех преследовал его, отталкиваясь от стен. Вот и выход показался прямо перед лицом, вот только выйти он так и не успел. Истошный крик разорвал пространство вокруг. *** – И сколько ещё мы будем использовать моё тело? Мне не особо приятно от того, что мы бросаемся им, – Масами смотрел на свою пустую оболочку и с отвращением морщился. – Милый, тебе оно всё равно больше не нужно, – Юмин ковырялся в расчленённом теле. – Моё уже сгнило, а твоим мы можем попользоваться, пока ещё можно. – Может, забудем про всё это и свалим отсюда, – Акиба подошёл к своему любимому рыжеволосому мальчику и обнял того за талию, оставляя поцелуй на холодной шее. – Мне наскучила эта больница. – Ты же знаешь, что я не могу уйти отсюда, – Чо закатил глаза и повернулся лицом к лицу к своему возлюбленному. – И по чьей вине я не могу это сделать? – Ну, прости, я не хотел этого, – Масами уткнулся лбом в плечо рыжеволосого мальчика и вдохнул родной запах. – Не хотел прирезать меня? – Юмин усмехнулся и крепко обнял Акибу. – Ты сам сказал, что хочешь узнать, есть ли призраки или нет, – младшенький пожал плечами и широко улыбнулся. – Всё равно мы с тобой квиты. Ты меня тоже прирезал, так-то. – Так-то оно так, но я ждал тебя два года, дурень, – Чо ткнул пальцем в лоб Акибы, чтобы тот отстранился. – Мог и пораньше прийти. – Мне нужно было найти связи. Если бы не эти два года, то я не смог бы привести после смерти сюда столько людей. Вот наберёшься сил, и мы с тобой свалим отсюда. – Чтобы я без тебя делал, – Юмин проводит ладонью по щеке своего возлюбленного и тянется, чтобы оставить будоражащий мёртвую кровь поцелуй. – Я люблю тебя, моя тыковка, – шепчет Акиба и хихикает, когда его начинают лупить за подобную фразу. – Смешно тебе? Дурак ты! – Чо обиженно дуется и поправляет свитер на себе. Под одеждой спрятаны порезы, что были оставлены Масами в день смерти его возлюбленного. – А я тебя не люблю! – Ну чего ты? Обиделся что ли? Ну прости меня, я пошутил просто, – младший тут же полез обниматься, чтобы заслужить прощения. – У меня же нет сердца! Как я могу тебя любить? Всё, иди, не мозоль мне глаза, – Юмин дуется и отходит подальше, отмахиваясь от объятий. В районе груди у Юмина была большая дыра, заполненная тыквой. Смешной подарок от Акибы, ведь в день, когда он убил своего возлюбленного, был хэллоуин. – Юми, – ласковый шёпот у уха. – У тебя самое большое и прекрасное сердце, которое любит не так, как все остальные сердца. Ты совершенно другой, не такой как все. И ты всегда будешь особенным для меня. И твоё тыквенное сердце для меня безумно прекрасное. Я люблю тебя, моя тыковка. – Ой, да, иди ты к чёрту, – ругается Чо, но сдаётся. Его крепко прижимают к себе и оставляют поцелуи по всему лицу. – Люблю тебя, малыш. В этот день одно человеческое сердце перестало биться, но одно тыквенное, наоборот, заработало с новой силой.