SWM. Soulmates

Приятный ветер ласкал длинные волосы. Гермиона выпрямила их практически сразу после окончания войны, а сейчас они сияли, отражая новый цвет — тёмный, более приятный глазу и не выдающий боль прошлого. Нотт стоял рядом, оперевшись на парапет. С моста был потрясающий вид на ночной город. Простой, как и их одежда — Гермиона невероятно комфортно чувствовала себя в лёгкой футболке и джинсах, и поглядывала на Теодора, одетого ей под стать. Нотт молчал слишком долго для того, кто трансгрессировал в толпу магглов, рискуя был увиденным. А затем схватил Грейнджер за руку. Знакомые буквенные инициалы загорелись, замечая близость со вторым членом заклятья, в которое они влипли. Всё же у Невилла и Паркинсон справляться выходило лучше: те периодически ругались, но Гермиона не могла не отмечать, как горели глаза Лонгботтома. Лучший друг пожирал Пэнси взглядом, шёл на уступки ради ведьмы, и, казалось, был влюблён в неё не только из-за заклятья. Обречённые на любовь, которую они обязаны были разделить, слизеринка и гриффиндорец играли хорошо. Так, что Грейнджер верила им, пока сама не представляла, как будет менять свои принципы из-за чёртового Нотта. Всё портили эти две буквы! Она чересчур хорошо жила до их появления, наслаждаясь маленькой и уютной квартирой и работой в Министерстве. Карьера только начиналась, она вернула память родителям и собиралась стереть из головы бо́льшую часть прошлого. То, что ранило её, должно было быть выкинуть за дверь.

***

А сейчас Нотт стоял рядом с ней на мосту, будто бы они были давно знакомы (и так есть), но становились чем-то близким? Зачем что-то менять? И даже, если его назначили как стажёра в её отдел, Гермиона не должна была уделять шатену чересчур много своего времени. Она не должна была ловить внимательные взгляды карих глаз, и растягивать губы в улыбке из-за его шуток (смешных, что приходилось не кстати). Не должна была отвечать на письма в нерабочее время, игнорируя странные просьбы о встрече или времяпровождении. В конце концов: не должна была поддаваться на уговоры Джинни выяснить всё о заклятьи Соулмейтов — двух людей, обречённых на связь друг с другом до конца жизни. Отравляющую, в её случае, ведь даже друзьями они с Ноттом не были. А теперь.. Нотт повернул голову в её сторону, прищуриваясь. Ему хотелось рассмотреть спокойное и в какой-то степени умиротворённое лицо Мионы в блестящих фонарях города. Он не был расстроен, не боролся внутри себя за право отстоять чувства (кого он хотел бы любить или к кому бы мог быть привязан). Он смотрел в её шоколадные глаза и хотел только одного: не оставлять её. И чем судьба злодейка не шутила, раз заклятье связало именно этих двоих? Нотт не хотел давить на Грейнджер, принимая её условия. Поэтому белая футболка, так непривычно сидящая на теле и открывающая вид на его татуировку (перекрывающую метку), не вызывала отвращения. Гермиона усмехнулась, замечая, что парень поправил футболку на себе. — Нравится? — ему показалось, что она имела ввиду что-то другое. — Думаю, да. Он ответил прямо, отводя взгляд от футболки. Глаза Грейнджер скользили по его левой руке. Она перевела взгляд на город. Снова. Она имела ввиду другое, и Нотт это прочитал. Глаза Гермионы были широко распахнуты: она заметила, как вдалеке включили подсветку ещё одного здания. Нотт придвинулся ближе, и Миона хмыкнула. Они простояли так ещё достаточно долго, пока Тео не предложил ей кофе. Уже светало, когда они зашли в кофейню, и Гермиона обратила внимание на уставший вид коллеги. Рабочий день предстоял быть нелёгким, и внутри девушки зарождался азарт: справится ли Нотт? От чего-то она была уверена, что подстрахует его. Как и других, как доброжелательная сотрудница и приятный человек. То, что их связывало — их и разъединяло. Старые раны прошедших лет ещё были свежи, и Гермиона не могла позволить себе забыться в странных отношениях с Ноттом. Метка из его инициалов не давала расслабиться, и Грейнджер хотела бы заглянуть в будущее, впервые за свою жизнь, чтобы получить ответ на свой вопрос: почему именно Нотт? Тео коснулся её руками своими ледяными пальцами, заставляя Гермиону вздрогнуть. — Кофе? — Да, сэр. Она усмехнулась, вызывая у шатена улыбку. Её теперь уже тёмные волосы приковывали взгляд слизеринца, и он редко противился порывам, чтобы не рассматривать девушку. Он клялся, что если получится каким-либо образом избавиться от заклятья, он оставит Грейнджер в покое. Наглая ложь позволяла Теодору улыбаться как Чеширский кот, помогая Гермионе не заснуть. Впереди их ожидал долгий день на работе, который Нотт собирался скрасить для болтающей об отчёте напротив него девушки. Оставалось придумать как.