Рыцарь звезды. Часть I.

08:22. 30 июля 1996 года. Берлин. Закаленным годами тренировок бойцам GSG 9 понадобилась всего неделя для того, чтобы сформировать и отточить боевые навыки в новой группе. Больше времени на подготовку требовалось братьям-близнецам Феликсу и Михаэлю из армейского спецназа KSK, но их методы работы не сильно отличались от полицейских и потому вновь сформированная первая группа достигла требуемого уровня боеготовности в кратчайшие сроки, как того требовали нетерпеливые политики. Инструкторы настаивали на более длительном обучении, но были вынуждены завершать обучение быстрее, чем того требовали утвержденные министерством программы. Между собой новые бойцы первой группы раньше знакомы не были, но каждый из них был опытным и квалифицированным солдатом, и потому они быстро нашли общий язык и сработались, несмотря на различия в званиях и базовой подготовке. Как ни странно, тяжелее всех подготовка давалась не сержанту Семмельвайсу, оказавшемуся единственным не офицером в группе, а Кайлу Троммеру. Он плохо спал и ночами напролет штудировал литературу, посвященную командованию, потому что он впервые оказался «у руля», и уровень ответственности просто зашкаливал. У него была мрачная репутация последнего выжившего и отсутствие практического опыта в управлении отрядом в реальном бою, ему предстояло быстро изучить своих подчиненных и не ударить в грязь лицом ни перед ними, ни перед командованием, ни перед самим собой. С первых же дней Троммер тренировался вместе со своими бойцами, знакомился с ними, изучал непривычные для снайпера дисциплины, вроде боя на ближней дистанции и тактического передвижения при штурме зданий. Пришлось на время сменить винтовку с оптическим прицелом на пистолет-пулемет, и выслушивать лестные комментарии в свой адрес от более опытных коллег, но тем не менее, обучение приносило свои плоды, и инструкторы предъявляли к Кайлу и его бойцам всё меньше претензий. В краткие моменты отдыха между занятиями на полигоне, первая группа также проводила вместе. Троммер ставил боевую эффективность подразделения во главу угла, но достичь ее можно было не только с помощью усиленных тренировок, но и путем сплочения бойцов, укрепления доверия, чтобы под огнем противника не мешкать, не забивать себе голову мыслями о том, прикрыта ли твоя спина, сможет ли твой соратник быстро и точно открыть огонь по врагу – это существенно влияло на время реакции, и среди малознакомых людей добиться такого уровня слаженности было непросто, но способы были. Не откладывая в долгий ящик, после второго дня тренировок и знакомства с куратором из BfV, бойцы первой группы отправились на совместную пирушку. Сложно было придумать более древний и эффективный способ подружить между собой несколько агрессивных, недоверчивых мужчин, объединенных судьбой самопожертвования и безукоризненной службы на благо общества и государства. При первой встрече никто из них не был ранее знаком друг с другом, поэтому сначала подготовка бойцов буксовала, сталкиваясь с обыкновенной твердолобостью бойцов, каждый из которых за годы службы уверился в том, что прекрасно подготовлен к любой ситуации. Обстановка постепенно накалялась, но, когда Троммер привел бойцов в пивную и сделал широкий жест, заказав всем пива и традиционных жареных сосисок, началась твориться магия товарищества. Бойцы стали общительнее и поделились друг с другом своими историями, взглядами и переживаниями. Кайл узнал, что, по сути, только он и капитан Браудер – единственные неженатые члены отряда, и, если Кайл еще был не женат, то Браудер уже успел развестись и не хотел портить себе настроение, вспоминая былое. После нескольких кружек пенного ближе к полуночи он предложил всем поехать на продолжение ночи кутежа в сауну, остальные бойцы вежливо отказались, потому что время было позднее, а завтра был очередной рабочий день, поэтому «сауне с девочками» придется подождать. Не сумев взять штурмом такси, бойцам пришлось возвращаться на базу пешком. Стоило ли говорить, что вывалив в пьяном угаре друг на друга свои «послужные списки», на следующее утро бойцы первой группы тренировались значительно успешнее и уже были больше похожи на слаженную боевую силу, а не свору задиристых мальчишек. Похмелье тоже сыграло свою роль. Как Троммер объяснил инструктору, похмелье создает симуляцию эффекта контузии и длительного нахождения на поле боя, что позволяет провести тренировку в более тяжелом режиме, а это крайне полезно для его людей. - Как это понимать, господин генерал? – спросила агент Райхерт, когда они вместе с генералом Кесслером наблюдали за очередной тренировкой первой группы с мостков над смоделированным жилым помещением, которое штурмовали бойцы Троммера. Время прохождения отрезка и боевая эффективность возросли, но бойцы явились на тренировку с похмелья, о чем незамедлительно были поставлены в известность инструкторы и командование. По личному распоряжению Кесслера тренировка была продолжена. - Вы знакомы с английской литературой, фрау Райхерт? – спросил генерал, держа в руке таблицу с записями одного из инструкторов. В ней было указано время прохождения упражнений и личные пометки инструктора. - Это вы к чему? – Катарина безучастно высилась над головами присутствующих, поскольку пришла на полигон в сапогах на высоком каблуке. - Был такой Томас Бабингтон Маколей, британский историк, писатель и поэт в Викторианскую эпоху. Он написал много хороших стихотворений, но я вам процитирую одно. Про римских воинов, оставшихся втроем защищать мост в плохо защищенный город от целой армии врагов. - Избавьте меня… - отмахнулась девушка, но генерал всё равно продолжил декламировать стих. - И кто пожертвует собой, Великий Рим спасет? Кто примет на мосту тот бой, В историю войдет? Гораций, главный страж ворот, Он Рим спасти готов! И с уст в бессмертие его, Слетает пламя слов: И нет почетней смерти той, Что ты принять готов, За кости пращуров своих, За храм своих Богов! - Я поясню. Не важно, читали вы Маколея или нет, суть в том, что майор Троммер – это наш Гораций. А его отряд символизирует Спурия Ларция и Тита Герминия, которые сражались вместе с ним. Каждый из них вырос в разных условиях и даже свою службу они несли в разных условиях. Им нужно было познакомиться поближе, чтобы начать доверять друг другу в бою. И, как видите, результат достигнут. Поверьте, похмельный угар и раскалывающаяся голова – небольшая цена за то, чтобы повысить боеспособность подразделения. Они выполнят возложенную на них миссию. Можете ознакомиться с отчетами и сами во всём убедитесь, - Кесслер отдал пессимистично настроенной агентессе планшет с бумагами и покинул тренировочную зону, пока перед очередным тренировочным штурмом не погасили свет на площадке. Тем же утром грязный после ночного дождя седан заехал на территорию железорудной шахты недалеко от Дортмунда. Азраил приехал точно по адресу промежуточной базы, хотя им пришлось задержаться с отправлением на неделю из-за того, что Амелия простудилась и тяжело заболела. Пришлось везти ее в Берлин, искать подпольного врача, поскольку, разумеется, никаких документов у Азраила не было, и он не смог бы обратиться в любую официальную клинику. Сначала они обратились к какой-то студентке, но она сказала, что специализируется на травмах и хирургии, и им лучше обратиться к другому специалисту, адресом которого она сразу же поделилась. Другой врач без проблем оказал помощь горящей от лихорадки Амелии, определив, что она заболела орви. Азраилу и его группе пришлось задержаться в Берлине, и они смогли присоединиться к остальным отрядам в Дортмунде, когда ребенку полегчало. Террористам не пришлось захватывать место, поскольку спонсор заранее побеспокоился об этом и работы на шахте были остановлены на две недели якобы для ожидаемой экологической инспекции предприятия, однако, в это время на шахте расположились люди Азраила. Они уже не могли прикрываться деятельностью охранной фирмы, так как министерство внутренних дел начало проводить проверки частных охранных фирм после теракта в Берлине. Следствие смогло установить подозрительный фургон, приехавший на место теракта и уехавший из зоны сразу после атаки. Полиция разыскивала фургон и его экипаж, и потому Азраилом было принято решение срочно перебазироваться и разделить группу для атак по всей Европе.    Прибыв на место Азраил был немало удивлен тому, что его люди не послушали его и вместо того, чтобы разъехаться – целую неделю торчали все вместе на шахте. Он оставил сонных Амелию и Мэри спать в машине, которую он ночью угнал в Берлине, и созвал своих людей, чтобы выяснить что происходит. Террористы уселись в вагончике прораба шахты и стали держать совет. - Почему вы до сих пор здесь? Вы забыли наш план? – спросил Азраил, усевшись в единственное мягкое кресло. - Шеф, мы всё объясним. Ты сам видел, машины для нас на месте, но уехать на них не выйдет, - сказал один из руководителей – мужчина с седыми усами. - Да хватить ходить вокруг да около! В чем дело? – начинал злиться Азраил. - Все до одного фургоны числятся в угоне, вот что! Хорошо, что никто не успел уехать, и встрять где-нибудь! - Как? Откуда вы это узнали? - Хочешь сказать, что ты сам не знал? - Нет, я вам всё рассказал на базе в Цоссене. - Горан виделся тут со своим одноклассником, он тут в полиции работает. Сказал, что недавно в розыск были объявлены 9 фургонов Mercedes TN транспортной компании Подсолнух. И вот удивление: эти машины стоят у нас под окнами. Номера не сверяли, но похоже, всё и так ясно. Нужен другой транспорт, босс. Азраил выслушал подчиненных и на некоторое время замолчал. Ему нужно было обдумать произошедшее и найти пути решения проблемы. - Возможно это совпадение. Я должен связаться со спонсором и всё выяснить. Раньше он нас не подводил. - Мы надеемся. Потому что угнать машины в городе и на них прорываться через границу – гиблое дело. Это из Польши в Германию так можно проехать было, а теперь… Азраил отпустил коллег по кровавому ремеслу на свои посты и остался один в кабинете, чтобы сделать важный звонок. - Всё было готово еще вчера, но ты не брал трубку. Ну ладно, папуль, мне пора идти, я позвоню тебе, когда буду возвращаться, заедем куда-нибудь, я хотела бы креветок на ужин, - мягкий и нежный голос Катарины обладал крайне редким звучанием для серых казарменных стен, и тем не менее, никто не препятствовал агенту Райхерт в доступе на любой объект военной базы. Ее уже знали все и относились с богобоязненной почтительностью, что она воспринимала, как должное. Когда она, одетая с иголочки, вошла в казарму первой группы, ее чуть не стошнило от запаха пота, стоявшего в помещении, в котором жили всего пятеро мужчин. Одежда и экипировка, приготовленная к стирке, лежала на стульях у кроватей и жутко воняла, а самих господ в помещении не было. Судя по шуму воды, они еще не вернулись из душевой. Не желая лицезреть, в каком виде бойцы вернутся в свою обитель, Катарина поспешила выйти из провонявшего помещения и остановилась у окна недалеко от арсенальной комнаты. Окно было открыто и спасительный свежий воздух был только там. Катарина хотела просто высказать этим немытым свиньям, что появление на службе с похмелья не будет плюсом в их личных делах, но теперь решила, что не стоит тратить на это время, не теперь. Отдышавшись у окна, девушка прошла к выходу, но не успела дотронуться до двери, когда та распахнулась и вперед Катарины в помещение вошла турчанка-уборщица. Простая женщина в аккуратном платке, вооруженная шваброй и каталкой с моющими средствами. Она деловито прошла вперед и направилась в сторону спального помещения, взглянув на агентессу лишь раз. Катарина нехотя улыбнулась уголками губ, но не могла скрыть своего омерзения, и как можно быстрее скрылась за дверью, не став отвечать на опоздавшее приветствие со стороны пожилой уборщицы. Вместо того, чтобы лично сообщить бойцам важное сообщение, Райхерт отправилась в штаб и передала по громкоговорителю, что вызывает первую группу в штаб для срочного брифинга. Кайл Троммер с бойцами едва вышли из душевой и одевались в свежее белье, когда услышали сообщение. Кайл сидел на подоконнике и разговаривал с Арией по телефону, когда услышал сообщение. - Так-так, это кто там у вас такой сладкоголосый командир? – раздался в трубке вопрос Арии. - Это не командир. Хотя в каком-то роде командир. Это агент контрразведки, прости, не могу сказать, как ее зовут. Секретность, - ответил Троммер. - Ага. Смотри у меня, а то без своего стойкого солдатика останешься, - шутливо разыграла сцену Ария. Она, конечно, ревновала Троммера, но не так сильно, чтобы всерьез переживать из-за любой женщины, что может появиться в радиусе километра от ее парня. Это было просто популярное выражение, чтобы держать мужика в узде. - Как там твоя пересдача? Все долги закрыла? - У меня всё прекрасно. Закрыла. Слушай, как у тебя со свободным временем? Выходные у тебя есть вообще? Я бы погуляла. - Сейчас нет, тренируемся каждый день. Начинает получаться, но пока в процессе. У меня будет свободный день в субботу, если ничего страшного не случится. Снова, - Кайл уже начал одеваться, чтобы быть готовым бежать в штаб вместе с остальными. - В субботу я собираюсь на волонтёрство. Хм! А это мысль. Пойдешь со мной? - Волонтерство? Это что еще? - Будем в Марцане раздавать горячие обеды для нищих. - Ооо… ну… - Смотрю, ты в восторге. - Да-да, конечно, идея прекрасная. И свидание, и вроде как при деле, - хихикнул Кайл неискренне. - Вот и отлично, запишу тебя завтра! Нам нужны высокие и сильные парни. И ты тоже на что-нибудь сгодишься, - хихикнула в ответ Фосс. - Ладно, пока, я тебе остальное при встрече расскажу. Надо бежать, - Троммер окончил звонок и убрал телефон в нагрудный карман, после чего они с бойцами побежали в штаб на брифинг.