Ставки сделаны

Металлический привкус неприятно горчит во рту. Джон дрожащим движением пытается стереть кровь, ручьем текущую из носа, но та лишь размазывается по тылу ладони и щеки. Блядство. Похоже без помощи врачей здесь не обойтись. Неприятно ноют запястья и плечи, которые еще недавно были туго перевязаны верёвкой. Свежие ссадины скоро нальются кровью, превращаясь в темно-фиолетовые гематомы – чертов прикол болезни. «Будь же проклята эта треклятая анемия» – в сердцах думает Джон, сплевывая ярко красную смесь слюны. На периферии с противным треском ломается чья-то челюсть, под аккомпанемент болезненному стону. Джон лишь морщится ни капельки не сочувствуя пострадавшему. Последнему еще повезло, что писатель сегодня не в самой лучшей форме, иначе бы черепушки полетели намного раньше. В любом случае, сейчас это забота Линча. – Если брать, то всё и сразу. Бензин залит, галстук завязан, – Джон садится на небольшой бетонный блок: пыльный и грязный, но других вариантов в этом богом забытом месте просто нет. Горе-похитители специально выбрали безлюдное место вдали от города. Но просчитались. – Вино красное, вино белое. Потасовка на фоне не утихает. Хоть Линч и в меньшинстве, но закаленные боем с нечестью тренировки дают свой результат. – Ставок нет, ставки сделаны. Похититель ударяется спиной о старое, ветхое здание, в котором еще часа назад Джон, с отчаяньем выжившего, пытался разорвать веревки. Ну и поделом. – Люди лежат, всем страшно, – чуть хриплый голос писателя сотрясает образовавшуюся после мощного удара тишину. Похоже о нем только вспомнили. Егор бросает на Джона мимолетный взгляд – мрачная решимость в его глазах сменяется сожалением и чувством вины. Джон лишь отмахивается, тихо смеется и продолжает. Концерт только начался, – Двери закрыты, камеры закрашены! Блестящая тактика сработала против самих похитителей – их самих сейчас отмутузят в их же безлюдном переулке. Мужчины переглядываются. Бежать некуда. На ближайшие километров десять вокруг лишь лес… – Сегодня играем jailhouse rock, – их, казалось бы, несчастная жертва, громко кричит строки какой-то молодежной песни, – Ставки сделаны, всё на зеро! И дернул же их черт похитить именно этого парня… Хотя там, в супермаркете, он казался намного безобиднее и глупее. Кто ж знал, что помимо собственных боевых навыков у паренька есть абсолютно на голову отбитый партнер! – Деньги складывать в этот пакет! –Джон руками имитирует небольшую сумку, в которую недвусмысленно показывает пальцем. Похитители видят откровенное издевательство над их неудавшейся попытки вымогательства. Линч же – разбитые костяшки, ссадины на пальцах и запястьях, наливающиеся синяки… Любые здравые мысли тонут в голове от болезненного и разбитого вида возлюбленного. Журналист резко разворачивается и быстрым шагом направляется к группе мужчин. Следующий удар приходится в солнечное сплетение. Под громкий аккомпанемент: «Ставки сделаны, ставок нет» – Линч, не жалея силы бьет дважды. Мужчина валится с ног, громко ударяется копчиком о землю и отключается. Другой похититель, пониже и коренастее, который вообще непонятно каким образом попал в эту банду, бросается спасать своего товарища. Он нападает на журналиста со спины, стремясь заломить тому руки, но Егор быстро стряхивает руки наглеца, напоследок сильно по ним ударив. Воцаряется пауза, разбавляемая лишь хриплым голосом Джона. Похоже на писателя действует адреналин, раз уж он так горланит посреди ночи. – Визжит, орёт сигнализация. Кажется всё — пора убираться, – Линч позволяет себе на секунду раствориться в любимом голосе. – Глянь в окно, кто там, что там? Одним смазанным движением Егора валят на землю, позвоночник болезненно проезжается по камням. Руки зажаты над головой. – Менты, ОМОН! – похититель отвлекается, не сразу сообразив, что Джон лишь поет строчки из песен, а не предупреждает его об опасности. Но Егору хватает этой заминки, чтобы оттолкнуть от себя мужчину точным ударом коленом в живот, – Две роты… Вперёд (Вперёд, вперёд, вперёд), – точным ударом журналист отправляет противника в нокаут. Теперь остался только главарь. – Быстро! Линч на всю жизнь запомнит этот звонок. Когда вместо родного и любимого голоса из динамиков доносится противный незнакомый бас. Требующий выкуп в размере непомерно огромной суммы. И дело даже не в деньгах – Линч бы снял все имеющиеся у себя средства, лишь бы с писателем ничего не случилось – дело в угрозах, которыми бросался, возомнивший из себя не пойми что, мужчина. Журналист чуть не сломал телефон, когда услышал санкции, которые собирались принимать к Джону, не выполни Линч требования в ближайшие шесть часов. Мобилизовав все свою связи и отследив телефон писателя, Егор уже через три часа был в пути к старому домику на окраине города. — И проигравших обводят мелом, – голос Джона становится чуть тише. Он встает с неудобного бетонного блока, предчувствуя завершение битвы. Он не сомневается ни в своих силах, ни в силах Линча. Поэтому без волнения дает возлюбленному выпустить пар. Егор делает первый выпад – кулак промахивается, съезжая в сторону. Оппонент пользуется этим, ударяя в солнечное сплетение. Линч тихо шипит, хватает мужчину за запястье и со всей силы выкручивает его в другую сторону. — Ставок нет, ставки сделаны! – как незримый рефери Джон разводит руки в стороны и надрывно смеется. – Трупы складывать в этот пакет! В это время Линч валит главаря на землю, придавливая собственным весом. Левая рука крепко держит в захвате руку похитителя. Мужчина истерично дергается, но сделать ничего не может. Правой рукой журналист пытается достать что-то из-под футболки. – Ставки сделаны!! – кричит писатель, отвернувшись от разворачивающейся картины. Блеклый свет луны быстро привлекает его внимание. – Ставок нет. – тихо бормочет Линч, прежде чем громкий выстрел разрывает уютную тишину природы.