teen and pregnant

***

Минхо споткнулся о груду коробок у двери. – Что это такое? Ты что-то заказал? – Ничего. Просто иди на учебу. – Но… – Просто иди, пожалуйста. Ты все поймешь вечером. И не забудь забрать Чонина из садика. Я буду занят. – Чем? – Ммм… работа. Срочный заказ. Минхо не стал спорить. У него просто уже не было сил, хотя было только утро. – Может, хотя бы занесу в квартиру? Это правда все наше? – Да. Все хорошо. Тут легкое. Чмокнув мужа, Джисон попрощался и, подхватив первую коробку, закрыл входную дверь. Как только дверь закрылась, Джисон уселся на полу прямо в прихожей и быстро набрал сообщение: «Он уехал. Приезжай». Быстро собрав сына, он поспешил в садик. Нужно было спешить, если он хотел все успеть.

***

К приезду Хёнджина Джисон уже распаковал часть коробок и достал кучу непонятных запчастей. Хёнджин приехал как раз тогда, когда Джисон уже начал переживать, что все испортил и что время неумолимо кончается. – Не унывай. Сейчас я помогу. Джисону сразу стало теплее на душе. И они начали, но через полчаса они поняли, что им не хватает рук и силы. – Подождем Минхо? – Не-е-ет! Может быть, Чанбину позвоним? – Это кто такой? – Помнишь, мы были у него в кофейне? Я тут больше не знаю, кого еще можно позвать… Мы одни, похоже, не сможем. Джисон расплакался среди разоренной гостиной. – Минхо придет, а тут… А я так хотел: они придут из садика, а тут чудо! Хёнджин подал Джисону его телефон, и тот позвонил. Чанбин отказался, узнав, что Минхо нет дома, но когда Джисон сказал, что он в квартире не один, а с другом, тот оживился и обещал забежать во время перерыва.

***

Чанбин пришел, как и обещал, он принес несколько стаканов кофе и сэндвичи. – Так что у вас случилось? – Мы не смогли собрать елку… Я хотел устроить сюрприз… Джисон семенил за Чанбином и подвел его к тому месту, где среди разрухи все еще сидел на полу Хёнджин, держа части елки. – Мы попробовали, но у нас не получилось… Джи купил какую-то супер-елку со светодиодами… – Давайте я сделаю. Давайте вначале я подвину диван, чтобы нам было удобнее. – Нам нужно было, чтобы кто-то еще держал во-о-от тут, пока мы собираем, у нас не хватило рук… – начал оправдываться Джисон. – Тут на две минуты… – Я сделаю, а ты посиди, так безопаснее для нас всех будет. Чанбин снял фирменную толстовку с лого кофейни и в одной майке ловко подвинул диван, а потом подошел к елке. – Давай помогу. Он забрал у Хёнджина кусок елки и помог ему подняться. – Мы почти смогли, но… – Все хорошо. Вам повезло, что у меня перерыв. Ты лучше поешь, а то такой худой, я там принес сэндвичей. – Да, да, очень вкусно, – Джисон уже дожевывал свой. Хёнджин смутился и позволил себя угостить. Пока омеги обедали, Чанбин ловко собрал елку и уже подключал ее к электричеству. Она загорелась тысячей крохотных огоньков, словно сиял иней. – Хёнджин, ты у нас самый высокий, помоги верхушку поставить. Джисон же затеял все это и сам же сидел на диване, чтобы не мешать Чанбину и Хёнджину помогать ему с украшением елки. Ему все нравилось, с каким вкусом Хёнджин выбирал игрушки из наборов и сочетал их, а Чанбин послушно вешал игрушки в нужных местах. Джисон долго не мог понять, что происходит, а потом как понял, да так, что у него покраснели уши. Они флиртовали. Они флиртовали, собирая его елку!Чанбин показывал, какой он добрый и сильный, играл мышцами, а Хёнджин мило хихикал и говорил, как ему сложно. ОНИ ФЛИРТОВАЛИ. Двое его одиноких друзей флиртовали в его гостиной. Ему потребовалось допить свой стакан кофе, чтобы точно осознать это. Перерыв заканчивался, и Чанбину пришлось уйти, взяв с омег обещание зайти еще раз в его кофейню. Когда он ушел, омеги плотно задернули шторы и легли на ковер рядом с елкой, они любовались отблесками лампочек на потолке. – Так странно. Я всегда так ждал праздников, а теперь это не меня развлекают, а я… устраиваю это все сам... Хёнджин боднул друга в плечо. – Спасибо, что позвал, это было очень весело. Мне не хватало этого веселья. – Как ты думаешь, Минхо понравится? – Обязательно! А если мы еще уберем весь мусор и коробки, то вообще будет замечательно. Джисон тяжело вздохнул, ему не хотелось убирать, но им все же пришлось начать уборку. – Останешься на ужин? – Мне нужно домой, пока родители не стали выговаривать, как много я шляюсь непонятно где. Они все еще не уверены в том, что я… – А ты… не думал… ну там, найти работу до начала учебы? Хоть дома сидеть не будешь все время? – Я думал про это и даже записался на одно собеседование… Но не смог пойти… Все эти «а почему вы ушли из университета» и прочее, не готов… – А к Бину не хочешь? Хёнджин покраснел. – Что? – У него там объявление, что он ищет бариста. Тебе правда далековато ездить… – Знаешь… Пойду, зайду к нему, поговорю… – А коробки? Кто мне поможет? – Мы и так почти все сделали. – Хёнджин чмокнул Джисона и засобирался. – Я тебе позвоню, ладно? – Эххх… Можешь хотя бы самую большую коробку вынести к мусорным бакам? – Ладно. Хёнджин подхватил свой рюкзак и коробку и выскользнул из квартиры. До комендантского часа было не так много времени, и ему нужно было успеть поговорить.

***

Остаток времени до возвращения семьи Джисон потратил на противную уборку, но результат его вдохновлял. Идеальная елка, идеальный ужин для них с Минхо, который он заказал. Когда стол был накрыт и все готово, а до возвращения Минхо оставался еще час, Джисон направился в ванную. Сегодня ему хотелось быть особенно красивым и приятно пахнуть. Полежав в ванной с клубничной бомбочкой, он привел себя в порядок. Прическа получилась не совсем такой, как он планировал, ему стоило побольше практиковаться с плойкой, но все равно ужасно милой. До Рождества еще было время, но ему хотелось именно сегодня, чтобы у них был праздник. Только для них. Если он решил, что сегодня у них праздник, то значит будет праздник. Когда ключ повернулся в замке, Джисон был уже готов, он включил елку, зажег свечи на столе и сидел у елки весь такой красивый. – Сони, ты где? Помоги с сумками, я тут нам взял кое-что вкусное. – Я не могу… – Смоги, плиз… В комнату неуверенно вошел Чонин и завизжал. За ним кинулся Минхо в одном кроссовке и замер. – Как? – Вот… Я хотел… Красиво… Не-е-ет, не нужно… Но было уже поздно, Чонин отодрал ближайшую к нему игрушку. – Сони… Это… – Минхо не нашел слов и просто пошел и поцеловал Джисона, придерживая одной рукой елку, от которой Чонин отдирал уже вторую игрушку, радостно повизгивая. – Я не так это представлял… – Не знаю, что ты себе придумал, но это лучше, чем ты только мог себе представить. – Почему ты так думаешь? – Это наше, значит, лучшее. Джисон всхлипнул и прижался к Минхо. – Только не плачь, а то я тоже начну, а Чонин решит, что праздник — это когда все ревут. Джисон засмеялся сквозь слезы и вытер лицо рукавом. Минхо наконец отпустил елку и тут же поймал сына за талию, пока тот не решил проверить, насколько крепко держатся гирлянды. – Нет. Это нельзя. Чонин уже потерял интерес к игрушкам и теперь тянулся к свечам. Минхо подхватил его раньше, чем он успел схватиться за скатерть. – Давай вначале поедим, а потом будем все разрушать. – Я заказал твое любимое. – Я уже вижу. А я принес твое любимое. – У нас теперь еды на неделю. – На два дня. – Хо! Они усадили Чонина в стульчик. Джисон пытался кормить его аккуратно, но уже через пять минут пюре оказалось на футболке, на столе и почему-то на щеке Минхо. – Он в тебя. – Почему сразу в меня? – Потому что я ем красиво. Минхо посмотрел на соус на подбородке Джисона, вытер его большим пальцем и облизнул. – Очень красиво. – Я старался.

***

После ужина Минхо унес Чонина купаться, а Джисон остался собирать тарелки. Из ванной почти сразу послышались плеск, визг и возмущенное: – Не ешь пену! Сони, он опять ест пену! – Значит, вкусная! – Иди сюда сам тогда! – Я убираю! Когда Джисон закончил, Чонин уже сидел на кровати в пижаме с медведями, чистый и сонный. Минхо пытался расчесать ему волосы, но тот крутился и отбирал расческу. – Давай сюда. Ты его сейчас без волос оставишь. Джисон лег рядом, раскрыл книжку и начал читать. Чонин сначала тыкал пальцем в картинки, потом все реже открывал глаза, а на середине сказки уткнулся носом Джисону в бок и уснул. Они еще немного лежали рядом с ним. Минхо положил ладонь Джисону на живот и медленно гладил большим пальцем через ткань рубашки. Джисон придвинулся ближе, устроил голову у него на плече и тихо вздохнул. – Пойдем к елке? – А его можно одного оставить? – Мы в соседней комнате. Минхо осторожно поднялся и потянул Джисона за руку. В гостиной горела только елка. Они сели на ковер перед ней, и Джисон сразу забрался Минхо под руку, прижался щекой к его груди и закинул обе ноги ему на колени. – Удобно? – Очень. Минхо обнял его крепче, спрятал нос в волосах и поцеловал в макушку. Джисон взял его руку и переплел их пальцы, потом прижал к своей груди. – Тебе правда понравилось? – Очень. – Даже если Чонин отодрал половину игрушек? – Особенно поэтому. Джисон тихо засмеялся и еще сильнее прижался к нему. Минхо гладил его по спине, медленно, от плеч до поясницы, а потом снова вверх. Джисон почти мурлыкал от удовольствия и каждый раз чуть выгибался навстречу ладони. – Ты сегодня очень красивый. – Я специально. – Я понял. – Правда понял? – У тебя волосы кудрявые, и ты пахнешь сладко... клубникой? – Клубникой. Джисон поднял голову и поцеловал его в подбородок, потом в щеку и в уголок губ. Минхо повернулся и поймал следующий поцелуй. Они целовались медленно, лениво, совсем недолго, а потом снова просто прижались друг к другу. Джисон устроился между его ног, спиной к груди Минхо. Тот обхватил его руками за живот и положил подбородок на плечо. Иногда Минхо целовал его в шею, иногда Джисон поворачивался и терся носом о его щеку. Огоньки отражались на потолке и в окнах. Они долго сидели молча, согревая друг друга, пока ноги не начали затекать. – Хо. – М? – У нас правда есть елка. – Правда. – И дом. – И Чонин еще. – И мы. Минхо сжал его крепче. – Самое главное — мы. Джисон прикрыл глаза и улыбнулся. Праздник получился совсем не таким, как он представлял. Получился лучше. Закадровый голос: Взрослость оказалась совсем не такой, как Джисон себе представлял. Никто не вручал диплом, не включал торжественную музыку и не сообщал, что теперь он имеет право принимать решения. Он просто однажды обнаружил себя среди коробок, разобранной ёлки и двух флиртующих друзей и понял, что праздник сам себя не устроит. Пришлось заказывать еду, убирать мусор и спасать игрушки от Чонина. Получилось не идеально. Зато теперь это было его неидеально.

***

На остаток каникул Минхо они решили вернуться в Пусан. С началом учебы Джисона они уже так не смогут уехать на несколько недель, а дядя скучал и звал на праздники. А Джисон скучал по парку и друзьям, хотя в такую холодину хотелось сидеть дома и есть что-то вкусное. Джисон долго колебался, но все же нашел в себе смелость и, пока Минхо сидел с Чонином, сам съездил в клинику и поставил себе подкожный имплант Омага+. В этот раз он не падал в обморок, хотя один из медбратьев был наготове, запомнив его эпичное появление в клинике в прошлый раз. Оказалось, все занимает минут двадцать, и из них десять он читал документы. Ему уже было восемнадцать, так что страховка действовала и так, что не нужно было ни согласие родителей, и даже согласие Минхо, что удивило Джисона. Из клиники он вышел в странном настроении. С одной стороны, он был рад, что наконец смог защитить себя и свое будущее, а с другой стороны, было очень печально, что в ближайшие три года у них точно не будет детки. Постояв немного на холодной остановке, наблюдая за проезжающими машинами, Джисон наконец достал телефон и набрал сообщение другу. Джисон: Можно я приеду? Феликс: Я через десять минут буду дома. Купи по дороге молока. Закадровый голос: Некоторые взрослые решения выглядели очень скучно. Нужно было позвонить, записаться, приехать вовремя и десять минут читать документы мелким шрифтом. Никто не держал Джисона за руку, не уговаривал и не решал за него. Он сам выбрал, что будет происходить с его телом в ближайшие три года. После этого хотелось одновременно гордиться собой, плакать и съесть что-то вкусное. Видимо, взросление именно так и работало.

***

Джисон улыбнулся такой привычной переписке и замахал такси. Через полчаса он уже входил в дом Феликса, спотыкаясь об игрушки. Ему очень хотелось разделить с другом его маленький шаг к тому, чтобы стать взрослым. – Прости. Я собираю вещи, а они растаскивают обратно… Не хотят уезжать… Молоко купил? Ах да, привет! – Купил. Давай закажем что-нибудь? – Что такое? Мы же только вчера гуляли в парке. – Я кое-что сделал. – Джисон покраснел и показал место, куда ему вводили имплант, там еще была медицинская повязка. – Вот. Прикинь, сам позвонил, и записался, и все-все сам сделал. – Вау! Это больно? – Немного… Но ничего… – Ты правда сам сходил? – А что, я не похож на того, кто может делать взрослые вещи? Джисон хотел обидеться, а потом вспомнил их поход в клинику. – Просто… Да вот сейчас похож. Всем тяжело вначале и… непонятно… Джисон обнял растерявшегося друга. – Давай лучше закажем уже. Что ты хочешь? Хочешь суши? Тебе же не острое? – Давай. – Лосось. Он всегда поднимает настроение, а еще, как говорят, полезен для омежьего здоровья.

***

Суши привезли через час, когда уже приехал и Минхо с Чонином, и дети, набегавшись, уснули вповалку где-то на игровом коврике. За окном завывал ветер, а в комнате было тепло. Счастливый Джисон съел не только свои суши, но и утащил немного с тарелки Минхо. Феликс приготовил им какао и принес остатки брауни, что вчера пек. Но, как оказалось, Джисон уже уснул на диване, обнимая плюшевого динозавра. Это был динозавр Чана, но гостям про это не стоило знать. – Вот. – Феликс поставил перед Минхо чашку с какао. – Наверное, это странно после суши, но вот так… – Все замечательно. Ветер за окном завывал все сильнее. – Тебе не страшно тут одному по ночам? – По правде, немного страшно. Особенно когда я понимаю, что взрослый — это я сам… Но ничего, скоро уже переедем, и будет попроще в квартире. – Я очень рад, что вы будете недалеко от нас. – И как вам район? Обживаетесь? – Да. У меня даже вроде друг появился, мы вот два раза ходили пиво пить. Ну как он пил, а я рядом пока сидел. Минхо тихонько хохотнул. – Он хозяин небольшой кофейни недалеко от дома. Джи там помогает, видео снимает. – А! Он показывал. Он… ну такой альфа с большими мышцами… забыл, как его зовут. – Чанбин. – Да! Точно. И как? – Феликс погладил Джисона по волосам. – Ему не сильно одиноко? – А тебе? Феликс печально вздохнул. – Обычно мне некогда… Но да, немного… Перед переводом из Пусана Чана решили выжать все силы и загоняли его по командировкам… Но ничего, теперь он будет приходить домой каждый день. Как вам? Ну, быть рядом… всегда? – Странно. Правда, очень странно. Мне все еще кажется, что кто-то придет и скажет уходить и что нам нельзя и вообще… – Мне все еще снится, как нас хотели разлучить и что… Короче, тяжело все это… Но вы молодцы. Джи не жаловался почти. – Почти? Феликс покраснел. Он, кажется, выдал секрет друга. – Иногда… Ты съедаешь все то, что он приготовил на три дня, за вечер… – Уф-ф, и это все? Феликс кивнул. – Тогда все хорошо. – Минхо отломил кусочек брауни и откусил. – Очень вкусно! – Джи должен попробовать. Новый рецепт. Но он спит… – Мы же ему оставим? Слушай, может, тебе помочь с посудой или уложить детей? – Можешь просто отнести в спальню? Я сейчас с ними просто так сплю в нашей кровати… Говорят, это не очень правильно, но так… теплее… – Понимаю. Мы тоже иногда так делаем. – Может, останетесь? Джи вон уже спит… – А мы не помешаем? Феликс покачал головой. – Конечно нет. Если вас устроит наш диван, то все хорошо. Минхо помог ему и поднял старшего, а Феликс младшего, и они понесли детей в спальню. Только переступив порог, Минхо понял, как он был не прав, входя сюда даже из лучших побуждений. Это была территория другого альфы. Феромоны Чана давили на него. Он постарался аккуратно положить спящего малыша и побыстрее выйти из комнаты, чуть не столкнувшись с Феликсом в дверях. – Я пойду проверю Джисона. Феликс кивнул и понес дальше младшего.

***

В гостиной Джисон все еще спал, обнимая плюшевого динозавра. Минхо сел рядом с ним и погладил по волосам, тот засопел во сне. Минхо не заметил, как Феликс вернулся с двумя пижамами для гостей. – Нужно разбудить Джи, а то вы не сможете спать… Диван нужно раздвинуть, и одеяла там внутри. Минхо кивнул и осторожно подхватил Джисона и пересадил его в кресло. Феликс ловко раздвинул диван и достал все необходимое. – Как-то так… Я принесу еще полотенца, и ванна, короче, вы знаете где… – Иди ложись, ты сам еле стоишь, мы справимся. Минхо застелил диван как смог и переложил Чонина. Теперь была очередь Джисона. – Сони… Просыпайся. – Пора домой? – Мы тут остаемся ночевать… Вон я уже постелил. – Правда? – оживился Джисон и с интересом оглянулся. – А что такое? – Потом скажу… – Вон нам пижамы даже дали. Джисон с трудом встал и поплелся в ванну, ему было нужно принять душ после долгого дня и смыть с себя все волнения. Гель для душа Феликса забавно пах арбузом. Еще чуть влажный, он залез в постель и обнял сына. Прежде чем провалиться обратно в сон, он дождался Минхо. Ему нужно было сказать кое-что важное: – Хо, знаешь, это первый раз, когда я ночую у друзей. – Да? – Ну, вначале меня не пускали, так как я маленький был, мне обещали, что в старшей школе смогу, а потом вон… я один раз сходил к тебе в гости… И понял, почему не пускали… Джисон хихикнул и уснул, не дожидаясь ответа Минхо.

***

Минхо лежал и принюхивался к чужому дому и к тому, как знакомые и родные запахи смешивались с чужими. Чонин сопел, уткнувшись в Джисона. Минхо чмокнул вначале сына, а потом Джисона. Тот странно пах: от него пахло Феликсом и его гелем для душа с арбузом, а еще бабл-гамом… Минхо был уверен, что Джисон не брал с собой его любимый крем для рук, вонявший жвачкой… Но все равно ей пах… Замерев на минуту, он начал догадываться, что это было. Он сел на диване и попробовал понять, как бы это выяснить, и не придумал ничего умнее, чем… лизнуть шею Джисона. Осторожно он подобрался поближе и наклонился. И действительно, там, у основания шеи, Джисон пах сильнее. Минхо лизнул шею, и да, это был не этот чертов крем для рук, а сам Джисон. Видимо, он тянулся к своему запаху, а за его парфюмом, шампунем и кремом для рук с этим ароматом Минхо так и не понял, что это было на самом деле… Ошеломленно Минхо пытался понять, когда же это произошло и почему он это не заметил. Так и не поняв, когда это случилось, Минхо лег обратно к своей семье и уснул. За окном все еще завывал ветер. Закадровый голос: Минхо уже был мужем, отцом и человеком, который умел укладывать ребёнка спать. Оказалось, этого всё ещё недостаточно, чтобы считаться полностью взрослым альфой. В чужом доме запахи лежали слоями: Чан, Феликс, их дети, их спальня, их пижамы. Минхо искал среди них знакомое и наконец нашёл. Полгода он думал, что Джисон пах кремом для рук. Выяснилось, что крем пах Джисоном. Клыки пока не выросли, но ситуация уже становилась подозрительной.