Глупая девчонка

      Поместье Малфоев встретило Беллатрикс криками, запахом металла, тьмой и чувством выполненного долга. Последний рейд был успешен настолько, что ей дали два дня выходных. Непозволительная роскошь, которой не воспользоваться — истинных грех. Тёмный Лорд щедро наградил её.       Коридоры поместья мрачны. С тех самых пор, как Пожиратели поселились в этом доме, здесь витала тишина. Когда не было криков, она безмолвно главенствовала, словно именно она и была истинной хозяйкой дома. Павлина давно не было видно, Беллатрикс даже начала сомневаться жив ли он.       Нарцисса в последнее время шуганная. Почти не разговаривала, редко показывалась на глаза. Белла понимала, она переживала за своего сына. Тот старался изо всех сил, но из-за Поттера всё шло кувырком. Она слышала, что вскоре Драко могут поручить самое важное задание, провалив которое — он уже не оправится.       Беллатрикс не знала, какое именно задание, пока не знала. Но узнает. Тёмный Лорд скажет ей. Всегда говорит. Он ей доверяет, безоговорочно.       Она вошла в гостиную. Крики стихли. За диваном был слышен хруст костей. Нагайна доедает ужин. Мерзкое зрелище. Посередине зала, в мантии заляпанной кровью, стоял он.       Красные змеиные глаза; бледная, почти мраморная кожа, походящая на чешую; острые зубы, больше похожие на клыки. Безносный. Пугающий. До дрожи в поджилках. Беллатрикс его не боялась. Никогда не боялась.       Ей незачем. Это её Лорд. Её господин.       — Мой Лорд, — прошептала Беллатрикс, преклонив перед Волдемортом колено, свесив голову в поклоне. — Вы вызывали.       Не вопрос. Утверждение. Вопросы чреваты последствиями. Белла это помнила. Отчётливо. Болезненно. Тремор правой руки до сих пор не прошёл.       — Беллатрикс.       Его шёпот вкрадчивый, змеиный. Не осталось и следа человеческих эмоций. Он не двигался. Казалось, даже не дышал.       — Мальчишка и его дружки продолжают нам досаждать. Ему пора преподать урок. Уничтожить его надежду. Убей грязнокровку, Беллатрикс, как посчитаешь нужным. Её смерть должна стать символом провала Гарри Поттера. Сломить его дух настолько, что он сам придёт на свою погибель.       Беллатрикс кивнула. Безмолвно. Едва заметно. Сжавшись внутренне.       Она аппарировала прямо из зала. Тихо. Как шёпот в листве. Без единого звука.       Женщина появилась у себя дома. Поместье Блэков. Старое, заброшенное, забытое в мрачной истории. Она не была там много лет. Сегодня был особый случай. Достав из стола пергамент с пером, Беллатрикс быстро написала всего три слова:       «Нужно встретиться. Срочно.»       И больше ничего. Совой пользоваться было опасно. Она направила палочку на записку, прошептала заклинание и пергамент вспыхнул, исчезая.             

***

      Гермиона находилась на Гриммо, 12. В своей комнате. Одна. Джинни и Гарри пошли в маггловский магазин. Рон в Норе с Молли, Джорджем и остальными. Остальные из Ордена были на миссиях.       Она читала маггловскую книгу. Вернее сказать, пыталась. Текст не шёл. Мысли затуманивали разум. О Гарри. О смерти Дамблдора. Об Ордене. О ней. Беллатрикс.       Кто бы мог подумать, что она на самом деле не полностью сумасшедшая? Что где-то глубоко внутри это израненная жизнью женщина, которой когда-то не хватило банальной любви, заботы и ласки, и один самовлюблённый монстр этим воспользовался.       Пока Гермиона размышляла, позади неё на подушке, появилось письмо.       Отложив книгу, девушка просканировала пергамент на возможные ловушки, хотя и знала, что их нет, знала от кого он. Осторожность не помешает. Вскрыв письмо, прочитав его содержимое, Гермиона тотчас соскочила с кровати. Схватив палочку и портключ в виде маленькой брошки, она исчезла с тихим хлопком.       

***

      Утесы Мохер на западном берегу Ирландии.       Тихое и безлюдное место. Из звуков лишь ветер и бьющиеся о камни волны. Океан простирается далеко за горизонт. Это их место. Неважно, как так получилось, важно другое.       Белла ждала её. Её чёрные кудри развивались на ветру. Женщина обхватила плечи руками. Не чтобы согреться, ей не было холодно. Сдержать себя. Сдержать рвущийся наружу крик. Полный боли и отчаяния.       Гермиона подошла ближе, не решаясь обнять. Едва коснулась пальцами локтя. Беллатрикс вздрагивает.       — Что случилось? — шёпот девушки утонул в шуме волн, смешиваясь с каплями, разбиваясь о скалы.       — Приказ, — Беллатрикс, напротив, говорила чётко и громко. Словно гром, словно молния. — О твоей смерти.       — О, — это всё, что Гермиона могла сказать.       Они стояли так несколько минут. Белла сжималась, как внутренне, так и внешне. Её тонкие пальцы побелели от силы сжатия. Могут остаться синяки, и останутся. Но ей было наплевать.       — Могу я тебя обнять? — Гермиона наконец нарушила тишину.       Беллатрикс кивнула. И тут же её, казалось, хрупкое тело заключили в крепкие объятия. Рука Гермионы зарылась глубоко в кудри, словно запоминая, словно прощаясь.       — Что будет, если ты ослушаешься? — она шептала прямо в ухо, опаляя его горячим дыханием.       Беллатрикс вновь вздрогнула.       — Он убьёт всех… Цисси, Драко, даже… даже Андромеду и её семью. Он всех найдёт. Он знает, где они, Гермиона. Просто держит при себе, для подходящего момента.       Гермиона обняла сильнее.       — Как этот.       — Как этот.       Девушка отстранилась. Держа руки на шее ведьмы, большими пальцами обводя скулы. Беллатрикс держала руки на талии гриффиндорки.       — Я люблю тебя, Гермиона. Всем сердцем.       — Я знаю, Белла. Знаю.       Она не сказала того же в ответ. Не хотела делать ещё больнее. Она никогда не заставила бы Беллатрикс страдать. Если бы могла — забрала бы всю её боль.       Гермиона знала, насколько важна для Беллы её семья. И не могла ставить себя выше этого.       — Почему ты не бежишь? Не сопротивляешься? Ты могла бы, если бы захотела.       — Да, но я не хочу. Лучше умереть от твоей руки, защитить кого-то, чем погибнуть в бою. Гарри справится. Всегда справлялся. Они все справятся и без меня.       Она отошла на два шага назад. Достала палочку и протянула её женщине.       — На память, — сказала она. — Чтобы что-то осталось.       Руки Беллатрикс трясло. Это уже был не тремор. Далеко не тремор.       Она взяла палочку, как нечто бесценное, на самом деле так оно и было.       — Дай мне минуту. Хочу посмотреть на горизонт.       Гермиона прошла мимо Беллы, останавливаясь недалеко от края, но так, чтобы точно не упасть.       Она вдохнула запах океана. Он пах безразмерным счастьем, безбрежной свободой, мокрой древесиной, и конечно же, чем-то солёным.       — Я готова.       Беллатрикс подняла палочку. Рука всё ещё дрожала.       — Глупая девчонка.       — Зато была твоей.       Тихий шёпот «Авада Кедавра», почти неразличимый среди шума ветра и волн. В спину Гермионы стремительно вонзился зелёный луч.       Тело девушки тихо опустилось наземь и больше не двигалось.       Беллатрикс долгое время, казалось часы, стояла на месте всматриваясь в далёкий горизонт, туда, куда был направлен взгляд Гермионы. Словно искала её душу.       Она не замечала, как по щеке медленно скатывалась слеза.