Увидимся в следующем году
2 декабря 2025 г., 12:00
Погода стояла жаркая. Рынок пестрил людьми. Не выспавшиеся дети кричали, хотели домой, некоторым что-то не купили. Люди мельтешили так быстро, туда-сюда, что вскоре у Флёр начинала болеть голова. Как назло, таблеток в сумочке не оказалось. Хоть она и была под тентом в тени, от жары это не спасало.
Головная боль лишь усиливалась. А это был лишь полдень, ей работать до самого вечера. Предстоял тяжёлый день. Благо товар у неё искусственный, если бы был настоящий, из-за такой погоды всё бы пропало. Она сама создаёт цветы, из бисера, плетёт их долгими вечерами. Кропотливо и старательно.
В основном их покупали для украшений, для подарков родным и близким. Она не была слишком популярна, но не бедствовала. Ей повезло купить квартиру с низкой кварплатой, это было настоящее чудо. Заработка вполне хватало на оплату, еду, бисер и различные вещи первой необходимости. В особенно радостные дни, получалось даже понемногу откладывать на чёрный день.
Она плела розы, пионы, герберы, лилии, гортензии и многие другие. Разных цветов и размеров. По одной, несколько штук и даже целыми букетами. Бисер был её страстью с детства. Ещё когда она жила во Франции с матерью, то была неусидчивым ребёнком, мать купила ей бисер, посадила и научила плести.
Поначалу получалось из рук вон плохо. Бисер сыпался, проволочки рвались, но со временем опыт рос. Она плела и плела, вскоре мать даже в шутку жалела, что принесла в дом эти чёртовы штуки. Не проходило ни дня, чтобы юная Флёр не плела или не покупала очередной новый цвет на карманные расходы.
Призвание в бисере она нашла, когда одна из её работ, тогда Флёр была постарше, ей было около двадцати лет, понравилась одной богатой женщине, что была в их городе проездом по работе. Нарцисса Малфой была так воодушевлена, что выкупила большую часть старых и новых работ Флёр.
Увидев ту женщину впервые, Флёр замерла. Нарцисса была красивой. Статная женщина с платиновыми волосами и голубыми глазами. Когда же они разговорились, то сердце Делакур было окончательно похищено. Однако рассказать об этом, даже попробовать, она так и не решилась. Да и Нарцисса, как оказалось позже, была замужем и вряд ли испытывала нечто похожее к самой Флёр.
Так Флёр и жила, пока не перебралась в Лондон. Где снова, пусть и издалека, но увидела Нарциссу. Женщина не изменилась, лишь стала ещё краше. Рядом с ней, как поняла француженка, стоял её сын. Флёр была искренне счастлива, что у Нарциссы крепкая семья. Этого ей было достаточно.
После знакомства с леди Малфой, Флёр более не искала отношений. Её сердце было занято лишь ей одной. Другая женщина была ей не нужна.
Позже, через общего друга, она познакомилась с одной студенткой. Гермионой Грейнджер. Та была очень умна и довольно привлекательна. Удивительно, но как оказалось, у неё никого не было. Что было довольно странно, ведь у такой как Гермиона, должна была быть толпа поклонников.
И лишь через некоторое время Флёр всё узнала. И то, что она узнала — поразило её до глубины души... во всех смыслах.
Сегодня была суббота двадцать шестого июля. Очередной год прошёл незаметно, так быстро, что и не уследить. Она вновь должна была приехать. Флёр даже думать забыла о головной боли. Продавщица проверила приготовленный заранее букет, как всегда он был идеально сплетён, и стала ждать.
Пока клиентов не было, она отвлекалась на телефон. Проверяла новости, смотрела соц.сети, поболтала с кем-то в чате. Вскоре послышалось вежливое покашливание. Флёр подняла взгляд и её уста озарила яркая улыбка. Гермиона. Она приехала. Как всегда.
— Привет, ma chère.
Флёр быстро выскочила, обнимая Гермиону. Они видятся крайне редко, Гермиона больше не живёт в Лондоне. Бывает в городе лишь раз в год и только.
— Здравствуй, Флёр.
Они отстранились друг от друга.
— Дай взгляну на тебя, год не виделись.
Гермиона сильно не изменилась. Всё так же меньше ростом, всё в той же майке с принтом рыжего кота. На предплечье всё та же татуировка в виде всего лишь одной буквы Б и звездой под ней.
— Что ты сделала со своими волосами?
Было одно единственное различие. Некогда безумная копна волос, которое всегда напоминало гнездо, исчезла. Уступив место короткой причёске каре, полностью оголяющую шею.
— Решила сменить имидж.
— Тебе идёт!
Ещё немного поболтав, Флёр вернулась за прилавок, вытащила большой букет тёмно-красных гвоздик и передала его Гермионе. Та, оплатив его, вежливо попрощалась, пообещав писать чаще и вновь приехать через год, отправилась ловить такси.
***
Лондонское кладбище встретило Гермиону тишиной и умиротворением. Даже шум машин и города был едва ли слышен. Словно само кладбище блокировала эти звуки, давая своим обитателям спокойный сон. Она проходила между рядов, даже не пытаясь высматривать до боли знакомое и любимое имя. Ноги сами вели её на место. Когда она дошла, то, как и всегда, остановилась на минуту. Закрыла глаза и задышала. Гермиона давно научилась бороться со слезами. Теперь она больше не плакала. Потому что знала, ей бы это не понравилось. Слёзы она не любила, особенно её. Она не считала это слабостью, скорее собственной болью. Ей не нравилось, когда Гермиона плакала. Это разрывало её душу. Гермиона обошла надгробие с выгравированным именем и датой. Беллатрикс Блэк. 1971 — 2024. Прошло вот уже несколько лет, как Беллатрикс не стало. Болезнь забрала её так быстро, что никто не успел и опомниться. Единственное, что из того времени греет душу, так это то, что последние месяцы жизни Беллы были наполнены смехом, радостью и любовью. Особенно любовью. Гермиона любила её безоговорочно. Всем сердцем и душой. Они познакомились в колледже, где Белла преподавала. Их роман случился случайно, но он был ярким и долгим. Белла всегда шутила, что раз она старше, то вместе состариться им не удастся. Первой, как говорила она, постареет она сама. Как же она была права и не права одновременно. Они ходили на свидания, часто гуляли, несколько раз путешествовали по Австралии. Старались жить полной жизнью. Пожениться они не успели, внезапная болезнь спутала все карты, всё уходило на лечение. На последний месяц Белла отказалась от всех процедур, она чувствовала — всё без толку. Это лишь пустая трата драгоценного времени, денег и сил. Она предпочла провести оставшееся время с семьёй. С Гермионой. И Гермиона была рядом, до самого конца. — Привет, родная. Девушка присела перед надгробием, нежно поглаживая его кончиками пальцев. Ей нравилось думать, что так Белла ощущает её прикосновения. Что так, даже на немного, они могут прикоснуться друг к другу. — Я принесла тебе цветы. Твои любимые. Каждый год Гермиона обновляла бисерный букет, старые относила в специальное место возле кладбища, откуда их увозили в неизвестное ей место. За год такие букеты выцветали из-за солнца, покрывались грязью из-за дождей и в принципе теряли свой первозданный красивый вид. Поменяв букет, она вздохнула. — У меня всё по-прежнему. Всё ещё библиотекарь, да, я стираю пыль и конечно, проверяю страницы. Ещё ей нравилось вести односторонний диалог. Она ощущала хрупкую надежду, что в такой момент Белла стояла рядом и слушала. — Отношений у меня нет. Об этом можешь не волноваться. Я думаю завести себе кота, чтобы немного оживить дом. Без тебя там тихо. Гермиона подняла глаза к небу, немного щурясь от света солнца. — Надеюсь, у тебя тоже всё хорошо. Ты мне часто снишься. Не знаю, подсознание это или ты правда приходишь проведать меня. Но в любом случае, спасибо. Эти сны помогают мне держаться. Во снах Белла всегда говорила, что она жива. Что она любит. Что она рядом. Что не забывает, ни на секунду. — Я прочитала ту книгу о которой ты так много рассказывала. Она дерьмо, — Гермиона рассмеялась. — Прости, но это так! Или ты специально её так расхваливала, чтобы завлечь меня, а потом посмеяться? Что ж, если так, то тебе удалось. Смейся от души, надеюсь, тебе весело. Гермиона замолчала, не отрывая взгляда от небес. Редкие облака плыли по синеве, так спокойно и безмятежно. — Ты дождись меня, ладно? Не знаю, когда и как, но я приду к тебе. Это обязательно случится. Одну я тебя не оставлю. Вернув внимание надгробию, Гермиона прошептала. — Я так хочу снова услышать твой голос... живой, а не по записи. Увидеть твой взгляд. Коснуться. Мне тебя не хватает. О, Белла, как мне тебя не хватает. Девушка поднесла и прижала пальцы к губам, затем коснулась имени на надгробии. — Увидимся в следующем году. Гермиона встала, медленно уходя прочь. Поднялся ветер, нежно пройдя по её шее и волосам. Она обернулась, улыбнувшись уголками губ. — Я тоже люблю тебя, Белла. С этими словами она вновь развернулась и пошла на выход.
