Это злой (Б)рок

Вся жизнь — война, я в ней — рядовой солдат: Несвеж, небрит, со шрамом в пол-лица; А ты, о вечный мира брат, Заметь, прошу, всех сожрала война: И мать, и брата, и сестру, и нас. Скажи мне, кто в душе не пидорас? Кто будет жертвовать родными За призрак идеала в черном дыме? Увидь, о идол, я не за себя боюсь, Не за свою недорогую селезенку, И потому не за идею я борюсь, А за сынка и милую сестренку. Так, Капитан, за что со мной ты так? Как не увидел ты за маскою солдата Любовь к тебе и уважение к тому, Кого ты кличешь старшим братом. Нет, страшный Гидровец не мог Любить тебя, ее, его, кто-то. Теперь вокруг меня лишь сигаретный смог И бред от обезбола-наркоты и рвоты. Теперь мне тот самоубийственный заказ Уже не кажется такой уж дрянью: Мне хочется взглянуть в твои глаза лишь раз И не увидеть в них ни проблеска, ни пониманья. Да, идиот, да, я схожу с ума. Попробуй не свихнуться тут от боли: Все братья полегли одной гурьбой, лишь я Сумел спастись от незавидной доли. Но что осталось мне, предателю без сердца? От боли сдохнуть, от потери веры? Такому инвалиду больше нет тут места, Твое начальство быстро примет меры... Прямым же текстом говорю: он жив, Ищи его, дурак ты полосатый! При памяти, свободен, молчалив, Не пришибет тебя своей лопатой. А я опять расходный элемент. И жизнь мне продолжать нет смысла; Ты подожди еще один момент, И я растаю в динамитных искрах. Не будет злого Гидровца Рамлоу, А будет только прах, металл и пепел. Зато поймешь, о чем мечтал народ, Идя вприпрыжку на Гидро-адский вертел. Прости. Прощай. Увидимся нескоро. И то не факт: ты — рай, я — ад. Зато дружок твой на свободе снова, Я к этому стремился, милый враг.