Ошибка природы

Холодный ветер хлестал по лицу, резал кожу, застревал в волосах, заставляя пряди плясать, как белые языки пламени. Рей стояла на краю разрушенного здания — тонкая, хрупкая фигура на фоне чёрного неба. Под ней зияла бездна, откуда поднимался гул проклятой энергии. Ей всего тринадцать, но в глазах уже не было детства — только усталость и привычка к страху. — Цель на южной стороне, — сказала она тихо, но голос прозвучал твёрдо, будто её слова держали само пространство. Сатору стоял чуть позади, руки глубоко в карманах. Белые волосы трепал ветер, и его тень падала на сестру — будто старалась прикрыть её. — Только не спеши, ладно? — произнёс он спокойно, но за лёгкостью пряталось напряжение. — Это не соревнование. Она посмотрела на него, улыбнулась — коротко, почти нежно. — Не волнуйся, братик, — прошептала. — Я просто делаю, как учили. Он хотел что-то ответить, но поздно — она уже шагнула вперёд. Мир рванулся. Из-под земли вырвалось чудовище — тёмное, искажённое, как сама ненависть. Его рёв разорвал ночь, стены дрогнули, воздух пропитался страхом. Маги крикнули, кто-то не успел уйти — и тогда Рей подняла руку. На миг всё стихло. Воздух вокруг неё сжался, будто мир задержал дыхание. Волосы взметнулись, зрачки вспыхнули. И в следующую секунду — свет. Он не ослепил — разрезал. Яркий, чистый, нереальный. Проклятие исчезло, будто его никогда не существовало. Не испарилось — стерлось, выжжено до пустоты. Тишина ударила по ушам сильнее, чем любой взрыв. Снег, пепел, дыхание — всё застыло. — Она... — хрипло произнёс один из магов. — Она уничтожила всё поле… Рей опустилась на колени. Плечи дрожали, дыхание сбивалось, изо рта вырывался пар. Глаза всё ещё светились — не её светом, не человеческим. Это был холодный, бездонный блеск, от которого даже Сатору стало не по себе. Он бросился к ней, опустился рядом, схватил за плечи. — Эй, Рей! Слышишь меня?! Это я! Её тело дёрнулось, как от удара. Она моргнула, и сияние исчезло, словно кто-то потушил солнце. — Прости... — прошептала, едва слышно. — Я не хотела... Оно само... Сатору посмотрел на её руки — дрожащие, обожжённые, в трещинах от энергии. И впервые за долгое время его улыбка исчезла полностью. Он понял: то, что проснулось в ней, — не дар. Это было оружие.

***

Позже, когда всё закончилось, они стояли вдвоём у реки. Воздух пах гарью и железом, но вода текла спокойно — как будто миру было всё равно. Сатору долго молчал, глядя куда-то вдаль, в темноту. Рей стояла рядом, босая, с перебинтованными руками. Ткань уже пропиталась кровью, но она не чувствовала боли — только тяжесть, что давила изнутри. — Ты спасла всех, — наконец сказал он. Голос ровный, но в нём слышалась усталость, которой она раньше не знала. Рей чуть повернула голову. — Но ты злишься. Она не спрашивала — просто констатировала. Сатору посмотрел на неё. Его глаза, обычно яркие, сияющие, теперь были почти безжизненными. — Ты стала сильнее, чем нужно, — произнёс он тихо, будто боялся признаться вслух. Рей опустила взгляд. Поверхность воды дрогнула, и на миг в отражении мелькнуло не её лицо — холодный, чужой свет, будто в глубине стояло что-то, что наблюдало за ними обоими. Она вздрогнула, но промолчала. А Сатору, не сводя с неё взгляда, понял — момент, когда всё можно было остановить, уже прошёл.