the more that you say (the less I know)

Оскар никогда не думал, что он ревнивый человек. Может только слегка. В конце концов, его репутация спокойного, сдержанного и уравновешенного пилота не взялась из воздуха. Некоторые люди думали, что он просто стеснительный, слегка неловкий, ещё не научившийся справляться с вниманием прессы, малец, что было даже чем-то похоже на правду, однако не совсем. Он даже сам не до конца понимал, почему не выражает эмоции так, как это делают другие. Оскар просто не чувствовал нужды постоянно выкладывать всё, что было у него внутри, на блюдечко с голубой каёмочкой перед людьми. Да и не то чтобы в нём было так много чувств, которые бы нуждались в сдерживании. Может, Оскару действительно было просто плевать на всё. Но если это действительно так, то почему в животе мучительно скручивался узел тревоги, когда Оскар смотрел на объятия Ландо и Карлоса сразу же после Гран-при Сингапура? Почему его кулаки непроизвольно сжались при виде того, как они обливают друг друга шампанским на подиуме? Почему Оскар не смог заставить себя лайкнуть пост с Карлосом и Ландо в инстаграме? Его палец просто завис над значком сердечка, так его и не нажимая. Вопросы один за другим одолевали Оскара, и кажется, что сейчас он наконец получил на них ответы. После первого в его карьере подиума в Формуле-1, на трассе, где он прежде никогда не выступал, с новой улучшенной машиной – и… пожалуй, это всё. Головой Оскар понимал, что должен быть куда более радостным по этому поводу, но в действительности, всё, о чем он мог думать сидя в своём гостиничном номере – это причина, по которой Ландо…не соизволил хотя бы, черт возьми, обнять его. Или сделать хоть что-то помимо привычного удара кулаками, рукопожатия и неловкого движения рукой к его талии, которое продлилось не дольше секунды. То есть, Ландо даже толком не дотронулся до него, не придержал, не притянул к себе. Ничего. Было только неопределённое намерение и странная нечитаемая улыбка. За этот сезон Оскар научился определять, улыбается ли Ландо искренне или делает это автоматически, так, чтобы камеры поймали кадр получше, но в этот раз… В этот раз он не понимал ровным счётом ничего. И теперь в его голове был полный бардак, потому что ему необходимо было знать. Знать, была ли эта улыбка той же, которой Ландо одарил Карлоса, когда они вместе стояли на подиуме. Сейчас ему с трудом удавалось не упустить нить разговора между Ландо и Максом, особенно когда Ландо повернулся к Оскару и дольше необходимого задержал на его лице взгляд, который снова не удалось расшифровать. Проверял, что он в порядке. В начале сезона, Оскара всегда интересовала причина, по которой Ландо иногда так пристально на него смотрит, будто пытаясь что-то найти. Через какое-то время, Оскар решил начать делать то же самое в ответ и наконец понял к чему это было. Ландо не привык к тихим напарникам. Оскар был куда более сдержанным, чем все, с кем ему приходилось работать до этого. Его эмоции не расплёскивались во все стороны, словно из бушующего вулкана, в отличие от самого Ландо. Так что им пришлось искать иной способ коммуникации. Способ, который появился сам по себе, когда они начали автоматически встречаться глазами, если требовалось что-то друг другу сказать. Не сговариваясь, просто чувствуя момент необходимости. Оскару пришлось к этому привыкать, если говорить честно. В большей степени из-за того, что чаще всего смотрел он, а не на него. И Оскар недооценил Ландо в этом отношении, потому что, даже если он порой выглядел как человек ни о чем не подозревающий и ничем в этой жизни не обеспокоенный, на самом деле его можно было назвать полной противоположностью такому типажу. Ну, по крайней мере, большую часть времени. Иногда он всё же действительно вёл себя как не обремененный заботами идиот, которым видят его люди, но только когда он чувствовал себя, ну...в безопасности. Или хотя бы достаточно комфортно, чтобы не быть всё время начеку и в ожидании угрозы. А это, как казалось Оскару, просто что-то, что приходит с карьерой пилота Формулы, жизнью публичного лица. Как раз сейчас, пока они сидели в комнате охлаждения втроём, Ландо был напряжен, он неотрывно смотрел на Оскара, пытаясь понять что не так с его напарником, а что-то точно было не так. Он был в курсе, что Оскар не любитель напрямую показывать свои эмоции, особенно на публике, однако что-то в этом привычно спокойном выражении лица выбивалось из общей картины. Ландо знал это наверняка. (Конечно знал, он буквально провёл сезон, наблюдая за Оскаром и пытаясь его понять.) – Ребят, не могли бы вы перестать так явно друг на друга пялиться? – Макс прервал их маленький личный момент, на что Ландо только закатил глаза, а вот Оскар напряжённо сглотнул, мысленно пытаясь развеять фантазии в голове и вспомнить о своём положении. Они просто напарники. Ни больше, ни меньше. Он ненавидел это в себе. То, как в таких ситуациях постоянно думал о временах, когда Карлос и Ландо были в одной команде и он тогда казался...куда более непринуждённым. Может Оскара и не было в Формуле в то время, но каким бы позорным не был этот факт, он посмотрел некоторые (почти все) видео с ютуб-канала Mclaren, когда понял, что ему предстоит стать напарником Ландо в 2023. Еще более позорным было то, что при просмотре он начал сравнивать себя с испанцем. Но этот...период закончился тогда же, когда начался сезон. По крайней мере, Оскар так считал до начала предыдущей недели. Смотреть на то, как они взаимодействуют вживую, а не через холодный экран монитора было...скажем так, не лучшим событием за сезон 2023 года. Возможно его мысли о ревности нуждаются в переоценке. Он думал над этим, стоя на подиуме пока играл гимн. Но размышления пришлось прервать, потому что настало время обливаться шампанским. Он поднял бутылку, слегка ударил её об пол и начал опрыскивать своего напарника. Ну или хотя бы пытался это сделать, потому что вскоре Ландо загнал его в угол, и липкая сладкая жидкость полилась на Оскара со всей силой, пока он ничего не мог с этим поделать, только смеяться над выходками своего товарища по команде и защищать лицо. Во рту был горько-сладкий привкус шампанского, и глядя на Ландо и Макса рядом, он думал, что именно этим вкусом останется в памяти этот день.

***

Вечер после первого подиума Оскара был довольно скучным, он не праздновал с шумной компанией, а просто сидел в пустом номере, листая соцсети на смартфоне в полной тишине. Довольно удручающе, но другого он, пожалуй, и не хотел. Оскар пытался заставить себя отвести взгляд от изображения на экране. Это была фотография его и Ландо, с их кубками, которую последний опубликовал почти сразу после гонки. Оскар также пытался убедить самого себя не перелистывать пальцем влево, чтобы снова увидеть фотографии с предыдущего уикенда. Те, что с Карлосом. Это съемка была очень похожа на их совместную, но только вот Оскар отчего-то никак не мог справиться с невнятными эмоциями, замечая, что улыбка Ландо выглядит куда ярче и счастливее в присутствии другого человека. Не Оскара. Он просто пытался ни о чем не думать, листая инстаграм и твиттер, когда наткнулся на пост, поздравляющий Ландо с двумя подиумами подряд, используя селфи, которые он сначала сделал с Карлосом после предыдущего Гран-при, а потом и с Оскаром сегодня. Наверное Оскар просто-напросто был проклят с того самого момента, потому что всё что он делал после награждения, это сравнивал посты Ландо с предыдущей недели и этой, пытаясь найти разницу в мелочах, которые сам возможно придумал в процессе. Он знал, что жалок. Сидит и отмечает свой первый подиум, утопая в ревности и сравнивая себя с Карлосом (снова). Это всё вина Ландо, правда. Почему, спрашивается, к первому посту он прикрепил какую-то слащавую песню, а ко второму нет. "Подиум КарЛандо", значит. А что насчёт "ЛандОскар"? Это даже звучало не так приятно, как первый вариант. Не то чтобы он сидел и специально сравнивал (он именно это и делал). Однако причиной, по которой Оскар сейчас пребывал в полнейшем недоумении были не эти традиционные посты в честь занятых мест, а кое-что другое. По идее, это должно было поднять ему настроение, но на самом деле только больше запутало. На экране смартфона появился последний пост Ландо – несколько черно-белых фотографий, сделанных во время подготовки к уикенду, в описании одиноко висел смайлик чёрного сердечка. Оскар один за другим пролистывал снимки ночного города и эстетичные пейзажи, пока не добрался до последнего слайда. На фото был он сам, улыбающийся чему-то. В памяти начали всплывать фрагменты воспоминаний о том как эта фотография появилась, когда они вместе вышли перекусить после практики. Что-то внутри разлилось теплотой при мысли, что Ландо добавил его в свою подборку фото-воспоминаний, но это «что-то» сразу же пришлось придушить ради собственного же блага. Потому что если он продолжит плавать в море фантазий, то рано или поздно разобьётся об айсберг реальности. А его сердце просто не было готово к таким потрясениям. Оскар был только рад поводу отложить телефон впервые за несколько часов, когда услышал стук в дверь. Однако он совсем не ожидал, что человек, которого он только недавно видел на фотографиях, явится к нему в живую. – Ландо? – он удивлённо воскликнул, застигнутый врасплох неожиданным появлением напарника, хотя что-то подобное не было для него необычным. Ландо любил появляться из ниоткуда и без предупреждения, Оскар это знал, просто не думал, что он придёт именно сегодня. И сам даже не понимал почему. Возможно он предположил, что Ландо предпочтёт провести время с Карлосом, кто знает, они ведь снова не разлей вода после Гран-при Сингапура. Внезапные неприятные мысли мгновенно отразились на его выражении лица, и конечно же, Ландо это заметил. Он прищурился в недоумении и просто прошёл мимо Оскара внутрь, закрывая за собой дверь номера. Ландо почти сразу заметил кубок, стоящий на прикроватной тумбочке и неопределённо махнул в его сторону рукой, хмыкая себе под нос. Затем он повернулся к Оскару и сложив руки на груди сказал: – Я конечно в курсе, что ты не самый...эмоциональный человек, – Оскар напрягся, не зная чего ожидать от этого разговора. Он всё это время считал, что вполне неплохо справляется с сокрытием тех чувств, что бурлили внутри. Ну, то есть, он умело скрывал их от самого себя весь сезон, так ведь? Однако если Ландо пришёл поговорить, значит, что возможно он справлялся не так хорошо как думал. – Ну так? – спросил Оскар, когда Ландо не сказал ничего больше. Ему довольно тяжело давалось сдерживать волнение, особенно учитывая, что Ландо всегда читал его как открытую книгу. Как и Оскар его самого...до начала предыдущего уикенда. Господи, какой же бардак был у него в голове, а всё потому что он не мог справиться с собственными чувствами. Гребанными чувствами к своему напарнику. – Ну так, что происходит? Ты не рад первому подиуму? – Рад конечно, – не очень-то убедительно пробормотал Оскар, отводя взгляд в сторону. Не потому что он не мог вынести зрительный контакт, а потому что если бы Ландо снова посмотрел на него своими чудесными светлыми глазами, Оскар с большой вероятностью сделал бы что-то глупое, о чём потом бы жалел. – Тогда, что не так? – спросил Ландо, и боже, какая же это глупая ситуация. Он ведь не успокоится пока не добьётся ответа. Он всегда таким был, неугомонным и любопытным. Но на этот раз Оскар почти на сто процентов уверен, что до правды его напарник не доберется. Она слишком уж неочевидная. – Ландо, всё нормально. Ландо в ответ невесело усмехнулся и в этот момент Оскар осознал, что его молчание не хило так бесило собеседника. Он не мог разгадать причину, не мог найти путь к разгадке этой головоломки и злился на такое положение дел. Злился прямо как в начале чемпионата, когда только учился понимать Оскара. Его всегда раздражала невозможность залезть в головы людей вокруг, великий и ужасный Ландо Норрис должен был знать всё. – Я просто немного устал, – попытался оправдаться Оскар, пусть и знал, что это бесполезно. У Ландо в глазах уже загорелся огонёк, который значил, что-либо он сегодня уйдёт отсюда с ответом, либо подожжёт всё вокруг. Такое могло показаться чересчур драматичным, но чёрт, это же Ландо, он всегда был очень драматичен. – Ты такой из-за Логана? Это настолько застало Оскара врасплох, что он чуть не упал, споткнувшись о чемодан, который каким-то образом оказался рядом с ним, когда он попытался немного отодвинуться от Ландо. В конце концов, близость к объекту обожания мысли совсем не проясняла. – Из-за Логана? –в недоумении повторяет за ним Оскар. Ландо делает глубокий вздох, пытаясь сохранять спокойствие. – Значит, он тут не при чём, – он бубнит себе под нос, а потом поднимает глаза на напарника. Их взгляды встречаются и Оскар понимает, что влип. О Господи, как он умудрился осознать это только сейчас? Он был влюблён в этого придурка так долго. Боже. – Оскар, просто...какого черта? Я так радовался за тебя, за нас. Я думал, что всё было хорошо...почему ты не рад? – спросил Ландо с явным разочарованием в голосе, но мозг Оскара, к сожалению, частично перестал работать в момент, когда он услышал «нас», поэтому он не смог ответить, – Ты злишься из-за третьего места? Из-за того, что команда приказала разменять позиции? – Что? Нет! Ты действительно думаешь, что я такой человек? – он даже не пытается сделать вид, что это предположение его не обижает. Почему он вообще должен быть зол? Ландо занимал лучшую позицию, чем он, весь уикенд. Оскар, конечно, работал над тем, чтобы это изменить, но точно не собирался злиться на нечто подобное. – А что ещё мне остаётся думать, скажи на милость? – он начал повышать голос, не в силах сдерживать тревогу. – Почему ты вообще ко мне с этим пристал? – Оскар крикнул в ответ, потому что, боже, он так запутался. Он знал, что мог бы быть чуть более экспрессивным со своими эмоциями и радостью в особенности, но Ландо ведь знал, что ему это всегда давалось тяжело, так почему он сейчас стоял посреди его комнаты и предъявлял претензии. – Потому что ты должен быть счастливым! Гордым за себя! Я не знаю каким ещё, но уж точно не таким! – громко воскликнул Ландо, активно размахивая руками в воздухе, и Оскар поймал себя на мысли, что не может припомнить, когда в последний раз видел его таким злым или взвинченным. Не подумайте неправильно, Ландо довольно часто злился, или бесился, или просто был раздражён, но никогда эти эмоции на были направлены напрямую на Оскара. Виновато могло быть что угодно: команда, болид, другие пилоты, даже ФИА, но никогда не Оскар. – Ландо, о чём ты...? – эхом отозвался он в притихшей комнате и заметил, что Ландо заметно охладил пыл, качая головой, словно пытаясь избавиться от каких-то нежелательных мыслей. Это был жест, который Оскар и Ландо по какой-то причине переняли оба. – Это из-за моего последнего поста? Ну вот опять, это настолько выбило Оскара из колеи, что он снова споткнулся, но на этот раз о ножку кровати. И если бы Ландо внезапно не обхватил его рукой за талию, то кое-кто бы непременно шлёпнулся лицом об пол. – Чёрт, прости, – пробормотал Оскар, в попытке снова обрести равновесие, при этом чувствуя руки у себя на талии, которые старались его удержать. И тут же он непроизвольно вспомнил, как Ландо не обнял его после гонки, а вот Карлоса – да. Господи Иисусе, какой он жалкий. – Вот! – Ландо внезапно громко воскликнул, – Опять этот взгляд! И Оскар вдруг осознал, что обречён, когда глаза Ландо снова начали испепелять его, заставляя взглянуть в ответ. – Почему ты продолжаешь делать это глупое лицо? – Какое лицо? – спрашивает он уже довольно раздраженный и готовый снова погрузиться в жалость к себе. Это у него неплохо получается - жалеть себя. – Вот такое, – Ландо попытался показать на себе, получилось немного жутко, – Ты как будто счастлив, но на самом деле нет! О, ради всего святого, он мог бы с таким же успехом просто покончить с этим, верно? Он ведь справился бы с небольшим отвержением (в случае с Ландо – нет, не справился бы). Да гори оно всё синим пламенем! – Почему ты не обнял меня после сегодняшней гонки? – слова вылетели из его рта настолько стремительно, что Оскар даже не успел их осознать. Зато успел Ландо. И, сам того не подозревая, отреагировал он незамедлительно. Глаза в удивлении расширились до размера двух десятицентовиков, а руки мгновенно отпустили талию Оскара. – Что? – теперь настала очередь Ландо находиться в полнейшем недоумении. – Ты...сразу же обнял Карлоса...после награждения в Сингапуре, – Оскар чувствовал себя всё более отвратительным с каждой секундой, щеки начали неприятно пылать жаром, заставляя его желать, чтобы земля под ногами сейчас же разверзлась и поглотила его в свои недра. Боже, ему просто стоило держать свой гребанный рот закрытым. – Забудь, это идиотизм. Я чёртов идиот, – Оскар бубнил под нос, пока чувство стыда медленно поглощало его с головой. Грудь будто сжали в тисках, не давая сделать и вздоха. В голове роились мысли, в основном о том, чтобы пару раз стукнуться головой об стену. Тупые, идиотские чувства сделали из него неконтролируемый комок нервов, – прошу, прости, я просто не знал что сказать, я просто... Прежде чем Оскар успел опозориться еще больше, Ландо внезапно снова оказался прямо перед ним, и после того, как их взгляды на мгновение встретились, прижал напарника к себе. Оскар чувствовал как Ландо нежно обхватил руками его спину так, будто только этого и желал весь день. В голове начался диссонанс, Оскар просто не мог осмыслить происходящее, он стоял уткнувшись лицом в чужое плечо и боялся шевельнуться. Ведь всё это было так похоже на иллюзию, которую разрушать не было ни малейшего желания. Чëрт. Не могло бы его сердце хотя бы ради приличия биться чуть менее громко? Интересно, мог ли Ландо прямо сейчас это слышать? Через некоторое время Оскар позволил себе немного расслабиться и его руки непроизвольно обхватили Ландо в ответ, прижимая его ближе. – Так сойдёт? – с некоторой неуверенностью в голосе спросил Ландо и Оскар в ответ просто кивнул, закрывая глаза. Он пытался запечатлеть этот момент у себя в памяти, прочувствовать каждую деталь, чтобы потом вспоминать холодными вечерами. Когда Оскар закрыл глаза, волнение охватило его пламенем. Осознание происходящего медленно накатывало. Ландо обнимал его, прижимал ближе, и в голове возникла мысль, что таких объятий он не испытывал ещё никогда. Было ощущение, что Ландо нуждался в их контакте не меньше, будто он терпел всё время их разговора, только чтобы это произошло. – Я не обнял тебя после победы, Оскар, потому что мне было бы этого мало, – Ландо тихо сказал, почти прошептал ему в сгиб шеи и по телу Оскара вдруг пробежало стадо мурашек, он кое-как сдержался, чтобы не вздрогнуть. Губы Ландо невесомо коснулись чувствительной кожи, соприкосновение было совсем призрачным, но Оскар напряжённо втянул воздух через нос, пытаясь не развалиться на части прямо здесь и сейчас. – Что? – спросил он в недоумении, отклоняясь от напарника, чтобы посмотреть ему в лицо, но столкнулся именно с тем выражением, которое не мог расшифровать последнее время. В глазах Ландо не отражалось ни единой мысли, он будто витал где-то, куда Оскар не мог попасть. – Оскар, просто...чëрт, – он запустил руку в волосы и тяжело выдохнул, переводя дух. Оскар уже начинал волноваться, с каких это пор, Ландо-балабол-Норрис не мог подобрать слов? Удивительное явление. Видимо сдавшись в своих попытках объяснить хоть что-то, Ландо снова приблизился к нему и еле слышно сказал: – Давай, я лучше покажу? –Оскар уставился на напарника, растерянный, но всё равно согласно покачал головой, нервно сглатывая, – Только не бесись, я тебя умоляю, – предупредил Ландо, прежде чем снова притянуть Оскара к себе за талию, и тот готов поклясться, что его сердце эту же секунду перестало биться. Странно, что кислородное голодание его ещё не настигло, если конечно этого уже не случилось чуть раньше и то, что происходило не было предсмертным сном. – Ландо, – он томно выдохнул, чувствуя через одежду тепло чужого тела, пока пальцы на талии сжимались сильнее. До того как Оскар успел осознать, осмыслить или даже просто подумать о том, что должно было случиться, холодные губы Ландо встретились с его собственными, и это, пожалуй, был первый раз за долгое время, когда в его голове не осталось ни единой мысли. Ничего...только Ландо, Ландо, Ландо. Вся тревожность и беспокойство улетучились, оставляя за собой лишь пустое пространство, которое с невероятной скоростью заполнялось волной чувств. Он забыл как дышать, ещё немного и колени подогнутся от слабости в мышцах. Повинуясь потоку в голове, Оскар поцеловал его в ответ, сжимая толстовку Ландо так сильно, что руки начали отзываться болью. Это заставило его немного прийти в себя и всё-таки осознать происходящее. О, Господи, неужели это реально? Боже, если это рай, то он прыгнет в ванную вместе с феном, лишь бы оказаться здесь ещё раз. Ландо его поцеловал. Этого просто не может быть. – Перестань думать, – промурчал Ландо в поцелуй, разделяя слова прикосновениями губ. Оскар в ответ рвано выдохнул, и прислонился лбом ко лбу напарника. – Моя голова буквально пуста сейчас, приятель. Ландо испустил тяжелый вздох, но не отстранился ни на сантиметр, позволяя моменту поглотить их с головой. – Ты что, только что назвал меня приятелем после того, как я тебя поцеловал? Вместо того чтобы ответить, Оскар, возможно впервые в жизни, решил проявить бездумность и позволил их губам соприкоснуться снова. Скорее всего, он продолжит так делать...некоторое время. Выкуси, Карлос. Нет, стоп, не надо, пусть лучше Ландо весь целиком достанется Оскару. Без дегустации для посторонних лиц. – Прекрати. Думать. Придурок. Да, пожалуй, он оставит всего Ландо себе.