Предел терпения

Раф лениво потянулся на кровати, ощущая приятное напряжение внизу живота. Он целенаправленно пил воду весь вечер, стакан за стаканом, пока лёгкий дискомфорт не превратился в навязчивое, тёплое давление. Теперь его мочевой пузырь был полон, туго выпирая под кожей, и это ощущение сводило его с ума. Он провёл ладонью по животу. Слегка надавил... и тут же застонал. Чувство было острым, почти болезненным, но в то же время невероятно возбуждающим. Его член напрягся, отзываясь на игру с собственными пределами. — Ммм… так плотно… — прошептал он, сжимая кулаки. Раф любил это. Момент, когда тело становится чувствительным до дрожи, когда каждый лишний глоток воды превращается в пытку и наслаждение одновременно. Он медленно сел, ощущая, как жидкость внутри переливается, давит на стенки пузыря. Ему хотелось сходить в туалет… но ещё больше хотелось потерпеть. Встав перед зеркалом, Раф разглядывал свой живот. Он слегка округлился, напряжённый и тёплый на ощупь. Ему нравилось, как это выглядит, но... сегодня он хотел чего-то большего, чем просто терпение. Он огляделся по сторонам, размышляя, чем можно усилить ощущения. Взгляд упал на пояс от халата — мягкий, но плотный. Раф ухмыльнулся своему отражению. — Попробуем? Он аккуратно обернул пояс вокруг талии, чуть выше лобка, и затянул. Давление на мочевой пузырь мгновенно усилилось. Раф ахнул, схватившись за край тумбочки. — Ох, чёрт… вот это да… Теперь каждый вдох отзывался новым толчком внизу живота. Он медленно провёл пальцами по перетянутому поясу, наслаждаясь тем, как его тело реагирует — пульсирует, протестует, но возбуждается ещё сильнее. Раф лёг на кровать, расставив ноги, и начал осторожно надавливать на мочевой пузырь пальцами, то усиливая давление, то ослабляя. Волны удовольствия катились по телу, заставляя его выгибаться. — Да… ещё… — он закусил губу, представляя, как кто-то другой делает это с ним. А потом он взял небольшую подушку и прижал её к животу. Ощущение наполненности стало ещё острее. — М-м-м… — он зажмурился, чувствуя, как его член пульсирует от возбуждения. **** Раф знал, что долго так не выдержит, тело уже требовало разрядки. Но он хотел продлить это как можно дольше. Он медленно поднялся и подошёл к туалету, остановившись перед дверью. Рука дрожала, когда он надавил на живот ещё раз. — Нет, не сейчас… — прошептал он, отходя назад. Ему нравилось это напряжение, эта игра на грани. Его мочевой пузырь болезненно пульсировал, но это только разжигало его еще сильнее. Он вернулся в комнату, его взгляд упал на коробку с разными предметами, которые он собирал для таких моментов. Там лежали мягкие веревки, широкий кожаный ремень, небольшие утяжелители для фитнеса... Раф ухмыльнулся, снимая с себя пояс от халата. — Давай попробуем вот это... Он взял широкий ремень и плотно затянул его чуть выше бедер, прямо под выпирающим мочевым пузырем. Давление стало почти невыносимым — живот напрягся еще сильнее, и Раф застонал, опираясь о стену. — О-о-ох... Господи... Его пальцы дрожали, когда он провел по перетянутому ремню, чувствуя, как под ним пульсирует переполненный орган. Каждое движение отзывалось жгучим удовольствием. ***** Раф взял один из утяжелителей — небольшой, но достаточно тяжелый. Он лег на спину и осторожно положил его себе на низ живота. — М-м-м... Да... Глубокий вдох — и вес давит сильнее, заставляя мочевой пузырь сжиматься. Раф закинул голову назад, наслаждаясь этим почти болезненным напряжением. Его рука скользнула вниз, к твердому члену, и он начал медленно ласкать себя в такт каждому давящему движению утяжелителя. — Еще... чуть-чуть... Он знал, что уже на грани. Тело дрожало, живот горел, а в голове звенело от переизбытка ощущений. Но он хотел еще. Раф снял утяжелитель и встал на колени перед зеркалом, любуясь своим отражением. Его живот был заметно округлен, кожа натянута, а ремень все еще плотно сдавливал талию. Он наклонился вперед, упираясь руками в пол, и почувствовал, как жидкость внутри переливается, давит на все новые точки. — Ах... черт... Его пальцы впились в собственные бедра, когда он представил, что кто-то другой наблюдает за ним. Кто-то, кто наслаждается его мучениями, кто подбадривает его терпеть дальше... ***** Раф стоял на коленях, дрожащими руками впиваясь в собственные бёдра. Его мочевой пузырь горел, пульсировал, требуя немедленного облегчения. Каждый мускул внизу живота был напряжён до предела, а ремень, туго затянутый под ним, лишь усиливал это невыносимое, сладостное давление. "Ещё немного…" Он поднял глаза к зеркалу, наблюдая, как его тело предательски подрагивает от каждого вдоха. Член стоял твёрдо, капая предэякулятом на пол. Раф знал, что сейчас решается главное: пересилит ли желание облегчиться это безумное, пьянящее возбуждение? Медленно, почти издевательски, он провёл ладонью по выпирающему животу, надавил — и резко застонал. — А-а-ах, чёрт… Волна жара прокатилась по телу. Его рука сама потянулась к члену, сжала его, и тут же начала делать резкие, грубые движения. "Да, да, именно так!" Он ускорил движения, сжимая себя почти до боли. Второй рукой он снова надавил на мочевой пузырь — и этого оказалось достаточно. — О-о-о, Боже… Струйки спермы брызнули на пол, а за ними — вторая, третья волна, ещё сильнее предыдущих. Всё тело напряглось, а затем обмякло, но мочевой пузырь по-прежнему оставался переполненным. Раф тяжело дышал, чувствуя, как возбуждение перекрывает даже базовые потребности. — Хорошо… — прошептал он. — Очень… хорошо… **** Раф тяжело дышал, чувствуя, как последние спазмы удовольствия расходятся по телу. Рука, всё ещё сжимающая влажный от спермы член, медленно разжалась. В голове пронеслось: "Ты кончил... а терпеть так и не научился." Губы сами собой растянулись в виноватой ухмылке. Нет, он не заслужил облегчения. Не сейчас. Он встал, чувствуя, как переполненный мочевой пузырь тут же напомнил о себе тяжёлой, горячей волной. Ноги слегка дрожали, но он твёрдо решил: наказание. Раф взял плотную подушку и лёг на спину, зажав её между бёдер. Теперь, даже если во сне он инстинктивно попытается сжать ноги, чтобы облегчить давление — толстая подушка не даст ему этого сделать. — М-м-х… — он закусил губу, когда случайно потерся животом о край одеяла. Ощущения были невыносимо хорошими. ***** Сон не шёл. Каждые десять минут он ворочался, чувствуя, как мочевой пузырь ноет, требует внимания. Но Раф лишь сильнее сжимал подушку, наслаждаясь своей выдержкой. Один раз он даже рефлекторно потянулся рукой к животу, чтобы надавить, но остановился. — Нет… терпи… — сдавленно прошипел он сам себе. Утром Раф проснулся от резкого, невыносимого давления внизу живота. Мочевой пузырь, и так переполненный с вечера, за ночь стал ещё тяжелее, напряжённее, болезненнее. Он застонал, впиваясь пальцами в простыню. "Боже… как же… полно…" Но вместо того, чтобы встать и наконец облегчиться, он перевернулся на живот, чувствуя, как переполненный мочевой пузырь прижимается к матрасу. Его тело само начало двигаться — мелкие, едва заметные толчки бёдрами, чтобы усилить давление, чтобы разжечь это нестерпимое, пьянящее чувство. — А-ах~ — он закусил губу, когда волна острого удовольствия прокатилась по телу. Мочевой пузырь протестовал, но Раф не останавливался. Он сильнее прижался к кровати, сильнее терся, пока всё тело не напряглось от переизбытка ощущений. Он чувствовал, что ещё немного, и он потеряет контроль. Но это было так сладко… — Н-нет… ещё… — он сжал кулаки, продолжая мучение. И вдруг — резкий спазм. Его тело застыло, а затем дёрнулось в немом удовольствии. Живот пульсировал горячей тяжестью, а бедра предательски дрожали, готовые в любой момент сорваться в неконтролируемые толчки. — Т-только не сейчас… — он впился пальцами в матрас, сдерживая тело, пока спазм не отступил. Но стоило напряжению чуть ослабнуть, как его бёдра снова начали двигаться. Медленно, с расчётом, он терся переполненным мочевым пузырём о складки простыни, ловя каждый острый импульс. — Ах~… чёрт… — он закинул голову назад, когда особенно сильный толчок заставил его вздрогнуть. Его член затвердел до боли, капая на постель, но он игнорировал это. Сейчас всё внимание было отдано другой части тела. **** Последний спазм оказался сильнее, чем он ожидал. Раф замер, чувствуя, как горячая струя прорывается сквозь сжатые мышцы, заливая внутреннюю сторону бедер и простынь под ним. Он застонал, не в силах остановить поток, тело само выталкивало накопившуюся жидкость. Но вместо стыда или разочарования, его охватило новое возбуждение. Он лениво перевернулся на спину, ощущая пустоту внизу живота. — Снова… — прошептал он, протягивая руку к бутылке с водой на тумбочке. Он специально пил медленно, чувствуя, как жидкость по капле наполняет его изнутри. Уже через два часа знакомое давление вернулось. Сначала лёгкий дискомфорт, потом навязчивое тепло, а теперь тугая тяжесть, распирающая низ живота. Игра началась снова. Раф ухмыльнулся, проводя ладонью по снова выпирающему мочевому пузырю. — Ну что, дружок… — он сжал его пальцами, наслаждаясь острой волной чувств. — На этот раз ты не сорвёшься.