Звезда, которая принадлежит мне

Ведущая говорила и говорила, почти не останавливаясь. Цю пытался сосредоточиться и внимательно слушать, но вопреки попыткам собраться, его взгляд то и дело скользил к другой стороне помещения. Там стоял единственный человек, чья поддержка была нужна ему как воздух, чье присутствие необходимо, чтобы дышать, говорить и чувствовать себя живым. Он мужественно выдержал все полтора часа трансляции, машинально кивая ведущей и вставляя отрепетированный текст там, где это было нужно. Цю Дин Цзе не очень нравились рекламные мероприятия, особенно такие бесполезные, как это. Он знал, что подобные вещи — часть его карьеры и просто смирился с этим. Пока Син был рядом и поддерживал его, он мог преодолеть все. Дин Цзе с облегчением выдохнул, когда съемки завершились. Встал с кресла, перекинулся парой слов с ведущей, выслушал слова благодарности и, едва сдерживаясь, чтобы не сорваться на бег, направился к своему парню. Да, они официально не объявляли, что состоят в отношениях, но Цю иногда думал, что любой здравомыслящий человек поймет — они уж точно не друзья, как с самого начала пытались их представить в агентстве. Он знал, что это делается из соображений безопасности. В Китае на государственном уровне была запрещена пропаганда однополых отношений. Поэтому они не афишировали, что пара. Не афишировали, но и держаться на почтительном расстоянии друг от друга не могли. ЦюЦю был в курсе, что поклонники шипперят их. Интернет пестрел видео, где они обнимаются и держатся за руки между съемками. Иногда он думал, какой стала бы их жизнь, если бы они сдерживали свои чувства на публике, были холодными, неприступными. И понимал, что ничего бы не вышло. Ни он, ни А-Син не выдержали бы без прикосновений, без объятий. ЦюЦю наконец оказался рядом с Сином. Он машинально раскрыл объятия, и его парень прижался к нему, закинув руки на плечи и вплетаясь пальцами в его волосы на затылке. — Ты такой молодец, — тепло прошептал А-Син ему на ухо, запуская волну мурашек по телу. Цю сглотнул и почти сразу отстранился, зная, что не стоит давать волю чувствам на публике. Их сейчас не снимали, все было строго, но рисковать не стоило. Он сжал руку Сина, мечтая скорее оказаться в тишине и уюте их небольшой, но удобной квартирки, где он мог поцеловать своего парня без опасений. Обнимая Сина, Дин Цзе почувствовал как тот дрожит и вопросительно посмотрел на него, пока они передвигались в выходу. «Все в порядке»? — одним взглядом спросил он. Син кивнул, и в его глазах ЦюЦю как всегда увидел искры любви и обожания. Они вышли из здания и увидели скопление фанаток, которые громко кричали и ждали их внимания. Цю был очень благодарен агенству за охрану и возможность свободно передвигаться. Он несколько раз приветственно помахал поклонницам и последовал в машину за А-Сином. Они устроились на заднем сиденье, и Син взял его за руку. ЦюЦю снял маску и глубоко вздохнул. Он нежно погладил пальцы своего парня и поднес его руку к лицу, легко касаясь губами костяшек. — Так утомительно, А-Син, — прошептал Дин Цзе. — Я скучаю по съемкам в дораме. Син кивнул, не отводя от него обожающего взгляда. ЦюЦю до сих пор было трудно привыкнуть, что кто-то может так смотреть на него. От горячего взгляда А-Сина ему делалось жарко и не хватало воздуха. Хотелось сорвать с себя пиджак и рубашку… и прижаться к его губам в необузданном, страстном поцелуе. Запустить пальцы в темные, шелковистые волосы, гладить его лицо, скулы, подбородок, целовать родинку на шее и опускаться все ниже… ЦюЦю вздрогнул, понимая, что совсем забылся и смотрел на Сина голодным, темным взглядом, который обнажал все его чувства, рвущиеся наружу. А-Син улыбался. Он наклонился ближе и прошептал на ухо Дин Цзе: — Потерпи до дома, малыш. ЦюЦю едва сдерживался все поездку. Он держал Сина за руку и чувствовал, как подрагивают его пальцы. Через двадцать минут они остановились у дома, где сейчас снимали квартиру. Выскользнули из машины и в сопровождении охраны поднялись на лифте. Пока Син открывал дверь, в голове у ЦюЦю мелькала только одна мысль — наконец-то они дома. Как только дверь закрылась за ними, А-Син в ту же секунду толкнул ЦюЦю к стене и поцеловал его. — Я хочу тебя… — прошептал он в теплые мягкие губы, и скользнул внутрь языком, вылизывая небо и поглаживая плавными, медленными движениями язык Дин Цзе. Целоваться А-Син умел. Его страстные губы и энергичный язык всегда запускали волну мурашек по коже ЦюЦю, заставляя того теряться в острых ощущениях. Син обожал играть с его нижней губой, посасывать ее и втягивать в рот. Через пару минут таких поцелуев ЦюЦю почувствовал, как его привставший член становится все тверже. Он прижался бедрами к паху своего парня, ощущая через брюки, что Син действительно хочет его. — Ге ге, — прошептал А-Син, зная, что от этого обращения у Цю сносит крышу. — Мммм… — простонал Дин Цзе, откидывая назад голову, ударяясь о стену затылком и еще ближе притягивая к себе Сина. Его губы переместились на шею ЦюЦю, втягивая нежную кожу и балансируя на грани. Опустились ниже, в то время как руки срывали одежду, слой за слоем. Пиджак, рубашка, брюки полетели на пол. Цю промычал что-то невнятно, и взял Сина за руку, потянув его в сторону спальни. Сплетаясь в объятиях, они кое-как добрели до кровати и упали на нее, блуждая руками по телу своего партнера. Дин Цзе раздевал Сина, целуя обнажившиеся участки похудевшего, но не ставшего менее соблазнительным для него тела. Хрупкие ключицы, розовые соски, заострившиеся от ласк, впадинка пупка, плоский живот. ЦюЦю осыпал жаждущими, рваными поцелуями тонкие бедра, пока избавлялся от его брюк и нижнего белья. Внезапно Син перевернулся и навис над ним. — Я хочу трахнуть тебя, ЦюЦю, — прошептал он, переплетая их пальцы и поднимая руки Дин Цзе за голову, прижимая их к постели. — Можно я сегодня буду сверху? В их спальне не было устоявшихся ролей. Чаще всего, когда они никуда не спешили, ЦюЦю долго ласкал Сина, подготавливая его, растягивая для своего достаточно крупного члена. Они целовались до боли в губах, потом Цю покрывал поцелуями каждый сантиметр тела А-Сина, жадно втягивая нежную кожу. Посасывал и покусывал соски, пока они не становились красными и твердыми от прилива крови и отчаянного возбуждения. Син в это время сжимал в руке его член и сладко стонал, заставляя ЦюЦю еще сильнее хотеть его. Он сходил с ума от желания, но не торопился, зная, что может причинить любимому боль. Подготавливал пальцами, используя смазку, одновременно сосал его член, глубоко заглатывая, ощущая, как тот упирается ему в горло. Когда Син начинал умолять его, задыхаясь от жгучей потребности, медленно входил, стараясь не делать резких движений, а сам терял голову от ощущения его тепла и тесноты. Нежно обнимал, шептал на ухо: — А-Син, ты такой сладкий, малыш, такой горячий… Как хорошо… Я люблю тебя… Син стонал в ответ, до боли в пальцах сжимая его плечи. — А-а-ах… ЦюЦю, так глубоко, я не выдерживаю… О-о-ох… Еще… Я люблю, люблю тебя… Иногда страсть внезапно захватывала их, и устраивать долгие прелюдии не хотелось. У Сина был длинный, но не очень толстый член, такой же изящный, как он сам. ЦюЦю не нужно было как-то особенно подготавливать, достаточно было воспользоваться смазкой. Его задница словно было создана для Сина. Если А-Син хотел сверху, Цю никогда ему не отказывал. Вот и сейчас он поплыл от жаркого шепота Син Сина, от его властного тона. Иногда его парню нравилось говорить грязные словечки в постели и это возбуждало еще сильнее. — Отдайся мне, ЦюЦю, — выдохнул ему в ухо горячий воздух Син. — Возьми мой член, как ты умеешь, сразу, жестко, на всю длину. Я трахну тебя так, что ты забудешь свое имя, будешь дрожать и стонать, и умолять меня дать тебе кончить. Дин Цзе потянулся вперед и накрыл поцелуем рот А-Сина, глубоко всасывая его пошлый, так сильно возбуждающий язык. — Поторопись, малыш А-Син, или это я трахну тебя, и умолять будешь ты… Сина не нужно было просить дважды. Он одним уверенным движением — иногда Цю поражался, сколько силы крылось в этом хрупком на вид, изящном теле — перевернул любимого на живот и снял с него боксеры, все еще болтавшиеся на бедрах. — Подними задницу, — театрально приказал он, — я собираюсь ей воспользоваться. ЦюЦю прыснул в подушку и послушно приподнял бедра. Син обхватил его за талию и, потянув на себя, поставил на колени. Нежно погладил упругие выпуклые ягодицы, а затем, не удержавшись, несколько раз звонко хлопнул по ним ладонью. Он наклонился и поцеловал порозовевшую кожу. Цю застонал и дернул бедрами. — Тш-ш… Какой ты нетерпеливый… А-Син взял из тумбочки рядом с кроватью смазку и вылил немного на руку. Скользнул пальцем между ягодиц Цю и проник сквозь тугое колечко мышц внутрь, заработав одобрительный всхлип любимого. Не теряя времени, Син заменил палец на член и вставил сразу на всю длину, наконец-то ощутив желанный жар и давление. Ритмично задвигался, глубоко и резко, как любил ЦюЦю, обхватывая его за талию и прижимая к себе. Ощущения сводили с ума, внешний мир перестал существовать, звуки притупились, осталось только прерывистое дыхание ЦюЦю и его громкие стоны. — Малыш… Как хорошо… Вот так, да… А-Син… Трахни меня! Син сделав еще с десяток глубоких толчков, вынул член и перевернул Дин Цзе на спину. В постели они понимали друг друга без слов. Цю приподнялся на локтях, глядя на Сина своими прекрасными блестящими глазами и облизал губы. Тот медленно пополз к нему и встал на колени, опираясь на изголовье кровати. Цю взял в руку его член, погладил, скользнул пальцами к мошонке. Затем он наклонился и обхватил головку ртом, смыкая губы и опускаясь ниже, пока не заглотил все длину. В этот момент рука Сина ласкала, сжимая и поглаживая его большой, влажный от смазки член. — А-Син, я хочу кончить, — простонал Дин Цзе, оторвавшись от своего любимого десерта. Син навалился сверху, поцеловал требовательно, жаждуще. Когда он прервал поцелуй, губы разомкнулись с пошлым звуком, между ними повисла ниточка слюны. А-Син пошарил рукой по кровати, взял небольшую подушку и подсунул под задницу Цю. Приподнял его бедро и снова вошел, резко, собственническим движением. — Вот так хорошо? — Да! Еще… Глубже! О-о-х… Еще… ЦюЦю громко стонал, впившись ногтями в спину любимого, запрокидывая голову и сжимая его тело сильными, крепкими бедрами. — Прикоснись к себе, Цюцю… Син еще больше ускорился, продолжая резкими толчками вбиваться все глубже и сильнее. Он был на грани оргазма и хотел кончить одновременно с любимым. Дин Цзе сжал в руке член и короткими рваными движениями довел себя до края. Сперма Сина наполнила его задницу, а его сперма выплеснулась на их животы. Крышесносный оргазм накрыл обоих, Син рухнул на него сверху, прижав к кровати и уткнулся губами в шею, тяжело дыша. Они пролежали так несколько минут, потом Син скатился с Цю и притянул его к себе, обнимая и поглаживая по спине. Дин Цзе смотрел на своего возлюбленного сияющими глазами и улыбался. А-Син нежно поцеловал его. — Я люблю тебя, ЦюЦю, — прошептал он и укрыл их одеялом. — Я люблю тебя, А-Син. Уютно устроившись в его объятиях, Цю почти задремал, но вдруг встрепенулся. — Я же фотки выложить забыл! Ты спи, А-Син, я сейчас.