36%

      — Слыхали-то про Исчезнувшее море? — лязгнул челюстью механик и грохнул кружку об стол — металл окропился мутноватой тёмной жидкостью, от которой неприятно тянуло солью и спиртом.       — Конечно, Хрозз его за ногу… — оскалился один из согласно закивавших работяг. Под конец рабдня всегда так — в разливайках и гайке негде было упасть, всё вокруг запружено жителями агломерации. Говоривший сплюнул на заляпанный пол жуткого цвета и бросил: — Чё ж про него не слышать, когда оно попередь торговых путей лежит? Ещё и Провал этот… Вечно его объезжать приходится, а то ещё утянет из нашего измерения туда.       Говоривший понизил голос и почему-то огляделся. От одного упоминания Провала и стоявшей за ним пустоты в разливайке стало тихо, как в самом сердце пустошей: эти мерзкие пространственные аномалии были самым очевидным признаком того, что в прежний мир, предсказуемый и вполне объяснимый естественными законами, никто и никогда не вернётся. Поздно уже. А однажды — и это знал каждый таракан, это чувствовал каждый камень — и от Нового мира не останется ничего. Всё превратится в Провал — и окажется там.       Механик же усмехнулся, отпил из кружки и прогудел:       — А я слыхал, Торк, что Провал в Исчезнувшем море похитрее других… Границы у него дескать плавающие. И есть даже ходоки, которые сквозь это море прошли. Напрямки.       Ещё миг в разливайке было слышно лишь тихое гудение и поскрипывание от сердечного двигателя механика, но после воздух наполнился хохотом — густым, хриплым, лающим. Работяга Торк едва перекричал расшумевшихся товарищей, борясь со смехом:       — И кто ж это? Ты, что ль?! Да я с тобой и срать не сяду, не то что через Исчезнувшее переться!       Механик покачал головой, хитро прищурился и тихо ответил:       — Не я. Саани.       От этого имени тишина в разливайке наступила едва ли не быстрее, чем после слов об Исчезнувшем море. Все, даже не участвовавшие в разговоре бродяги, повернулись к одному из столиков — за ним всегда сидела одна и та же одинокая фигура. И даже когда она не приходила сюда, никто её стол занимать не осмеливался. Причины у всех были разными, но каждая сводилась к простому заключению: с Саани лучше дружить, потому как никто, кроме неё, не сможет вытащить любого клиента из проблем любой ширины и глубины в кратчайший срок… Пусть и за неприличные деньги.       И если она любит есть в одиночестве в строго определённом месте — пусть ест, во имя Первозданных, в любое удобное ей время!       Саани, мирно хлебавшая субстанцию в духе водянистого супа, так и замерла с ложкой у рта. «Почему каждый раз, как мне нужно восполнить органические компоненты, что-то случается? И так уже раз в месяц ем…» — мысленно содрогнулась она и всё ж таки запихнула ложку в рот. Её механик-коллега продолжил:       — Саани, расскажи, как дело было. Как ты нашла дорогу через Исчезнувшее море?       Саани моргнула и опустила взгляд к тарелке. Этот день она помнила слишком хорошо, говорить о нём не было ни желания, ни потребности. Коллега заискивал:       — Прошла, не гробанулась даже! Нам-то тоже подскажи, а?       — Или проведи, что ль, хоть раз, — закивал головой Торк, и его глаза возбуждённо заблестели. — Заплачу́, сколько скажешь! Без этого грёбанного моря я б товар доставлял в пять, нет… раз в семь быстрее! Да я…       [В одну целую двести двадцать восемь тысячных раза] — замурлыкал Интерфейс в голове Саани. — [С поправкой на опасность пути, стресс, усталость и погодные условия с учётом подготовки и опыта торговца Торка выгода нового маршрута составит…]       Дослушивать Саани не стала и просто заглушила Интерфейс. Информация, не относящаяся к ней лично, пусть даже озвученная самым приятным голосом из каталога (прагматично названным «Женский 41.5»), вызывала не скуку — раздражение. «Однажды я продамся и перейду из механиков в разработчиков ПО, — хмуро думала Саани. — Сотни лет прошли, а Интерфейсы как были тупые, так и остались…»       За ворчанием и борьбой с Интерфейсом она не заметила, как в разливайке снова стало тихо — все выжидающе уставились на Саани. «Но́ра, краткая выжимка из трёпа за последнюю минуту», — нехотя обратилась она к Интерфейсу.       [Саани, мы находим твоё путешествие через Исчезнувшее море крайне выдающимся и интригующим. Оно сулит улучшение качества жизни для всего сообщества, поскольку прямой проход через него облегчит торговлю. Замалчивание такой информации хоть и согласуется с демонстрируемым тобой поведением, однако является крайне эгоист…]       Саани снова заглушила Нору. Всё-таки модуль вежливости надо у неё как-то убрать — много лишних слов… Проглотив последнюю ложку похлёбки, Саани сказала:       — Нет. Там нечего рассказывать. Мне пора.       — Саани!       — Саани, мы должны знать!       — Что там было, Саани?       — Да брешет она, не ходила, значит, — гаркнул Торк поверх всех других голосов, и Саани устало заговорила уже у дверей разливайки:       — Мне самой не нравится шастать через пустошь. Если я не хожу через море, значит, наверное, на это есть причина. Вам так не кажется? — любопытства в глазах работяг прибавилось, и она вздохнула: — Там нечего делать, в этом море. Оно приманило самых отвратительных созданий из прошлого, и я чуть не гробанулась, — Саани взглянула на своего коллегу и поджала губы. — Я туда больше ни ногой. И вам не советую. Кто хоть раз меня об этом спросит, за ремонтом может не приходить. Бабла не наскребёте. Спокойной ночи.       Возмущенный гул снова поднялся, но Саани, не замечая его, вышла на улицу. Воздух сырой и густой, холодный, с низко висящим туманом — навечно осенний и промозглый, такой, что даже левые рука и нога Саани, от и до металлические, неприятно заныли. Фантомные боли так и не отпустили её спустя столько лет после утраты конечностей.       Изо рта Саани вырвалось облачко пара, и она скучающим взглядом проводила его. Осень… Она, может, и красива, но не когда видишь её, один и тот же день, вот уже сотню лет. Тот день, когда мир изменился…       [Тема «Переход через Исчезнувшее море», судя по недавней активности, может оказаться важной для вас. Хотите освежить воспоминания?]       «Нет», — аж вздрогнула Саани от предложения Интерфейса. Она замотала головой: «Нет, это неважно…»       [Число упоминаний темы за последние десять минут превысило пороговое значение. Для отмены воспроизведения темы нужно активировать протокол девять. Хотите, чтобы я активировала протокол…]       «Да», — выпалила она, задним числом вспомнив, что данный протокол начинал полный ребут системы. «Насрать, потом заново настрою», — отмахнулась Саани, всё повторяя про себя: да, да, да…       […или запустила проигрывание темы «Переход через Исчезнувшее море?»]       «…да… Стоп, нет!!! — Саани наотмашь хлопнула себя по лбу и замерла посреди дороги. — Никаких тем, ничего мне не надо!»       [Принято. Запускаю тему «Переход…]       «НЕТ!»       […через Исчезнувшее море». Приятных воспоминаний!]       «Да бл…»              

█▌█║▌║▌║▌║║║││

             Свинцовое небо, обожжённая земля с глубокими и широкими трещинами — некогда здесь были цветущие изумрудные поля да пастбища. И Саани даже не хотелось вспоминать, что именно тут произошло. Ясно, что ничего хорошего, а остальное её не интересовало.       Рядом с Провалами земли всегда были… странными. Тоскливыми. Пугающими. Всегда со следами событий, которые сделали мир таким — с отметинами Нулевого Дня, когда привычные мир и законы лопнули, как мыльный пузырь, по воле одного из Вознесённых и некогда изгнанных божеств… «Это уже не имеет значения», — оборвала себя Саани, потуже обернула шарф вокруг головы и двинулась дальше.       Ей предстояло обойти Исчезнувшее море по кругу, чтобы не напороться на вдруг расширившиеся границы Провала — он-то и превратил море Гоними в Исчезнувшее. Вся вода просто утекла в небытие, и от моря остались лишь воспоминания да название — и уродливый кратер в придачу, края которого утопали в непроглядной тьме.       «Неохота как огибать его снова…» — всё сетовала Саани, бредя вдоль берега. Пару раз ей удавалось сократить путь через дно Исчезнувшего моря и не угодить в Провал, так может…       [Вероятность удачного исхода оценивается в 36%. Темпы роста Провала увеличились за последний месяц, привычные безопасные коридоры изменились. Рекомендую дождаться сообщений первопроходцев и появления карт]       Тридцать шесть процентов… «Выше, чем я думала», — пожала плечом Саани и свернула к кратеру, а в следующий миг сиганула вниз. Ветер засвистел в ушах, песчинки неприятно царапали лицо. Она выставила вперёд левую руку и ногу, жестковато приземлилась, перекатившись, и отряхнулась. Пружины в протезах с тихим шорохом распрямились — в механизм попало немного пыли и песка. Тридцать шесть процентов — да она и при пятнадцати почти без приключений находила верный путь!       Ни зги видно не было, приходилось опираться лишь на слух и эхолокацию — этот модуль уже не раз выручал Саани в пути. Признаков Провала кругом не наблюдалось.       Тишина. Даже попискивание локатора на плече Саани не развеивало её.       И вдруг откуда-то из сердца Исчезнувшего моря раздался крик, сердце Саани, пока ещё человеческое, незаменённое, замерло. «Зверь?» — подумала она, но стоило ещё раз услышать крик, чтобы понять — человек. И он столкнулся с чем-то ужасающим. Саани остановилась и повернула голову.       [Экосистема дна Исчезнувшего моря крайне разнообразна: изолированность помогает неконкурентоспособным видам выживать и приспосабливаться к новым условиям. Среди хищников насчитывается около тридцати видов, в их числе те, кто считался вымершим. Запустить анализ местности? Это приведёт к повышенному расходу топлива]       «Да, — согласилась Саани и, подумав, добавила: — Сколько времени займёт анализ?»       [Не более получаса]       Саани прикусила язык, вглядываясь во тьму. Мчаться кому-то на помощь… «Вопрос ещё, не захотят ли меня вместо благодарности пустить на запчасти», — сомневалась Саани. Нет, это нерационально…       Саани сделала шаг, ещё один, затем — потрусила в сторону крика, повторившегося ещё раз.       [Вероятность удачного исхода оценивается в 6%, новая угроза — неизвестный маршрут. Вы хотите продолжить?]       «Да».              Воздух вокруг уплотнился — Провал был где-то рядом. За десять минут крики стихли, и только недавно слух Саани снова уловил что-то. Нечто похожее… на хлюпанье? «Кто бы там ни кричал, живым его ты вряд ли найдёшь», — сказала она себе, но отступить не решила. Хотелось убедиться, чтобы не корить себя в будущем.       Но с каждым новым шагом решимость таяла. Не из-за страха того, что крылось в темноте, не из-за странных звуков, становившихся всё громче — нет. Просто какие-то воспоминания, мрачные, тяжёлые, всё отчётливее проступали на границе сознания. А Саани никогда не любила заглядывать в своё прошлое, особенно во времена до Нулевого Дня. В этих воспоминаниях никогда ничего радостного не было.       Наконец, тьма стала рассеиваться, и это заставило Саани замедлиться. Изменения в таком однообразном месте как дно Исчезнувшего моря — плохой знак.       Видимость прояснилась на пару метров вокруг, и теперь стало ясно, что дорога постепенно расширяется. Под ногами то и дело попадались старые полусгнившие доски — потонувшие когда-то корабли и потерянные грузы. Вдруг Саани услышала писк над ухом и резким алгоритмизированным движением прихлопнула комара.       Их она не видела лет десять.       Плохо. Очень плохо.       Из плотного тумана вылетел ещё один комар, и ещё один, и вскоре уже на Саани надвигалось целое ревущее облачко. Совета Интерфейса она дожидаться не стала — развернулась и кинулась обратно, отмахиваясь от насекомых.       «Невозможно, — соображала Саани, стараясь не паниковать. — Комары в таком количестве не водятся просто так! Их может вести только…»       На тропу прямо из границ Провала выскочило существо: непомерно раздутое, с полупрозрачной водянистой кожей — так она была растянута, едва вмещая содержимое, — с удлинённой, покрытой хитином мордой с длинным и тонким хоботком. Существо неловко покачнулось, повалилось на бок, не удержавшись на коротких жирных ногах — лишь по ним становилось ясно, что прежде оно было человеком.       [Вейран. Хищник, класс опасности: 3/5. Последняя особь была замечена ещё до наступления Нулевого дня…]       Шум крови в ушах Саани приглушил слова Интерфейса. Животный ужас впервые за годы накатил на неё с такой силой, что она просто-напросто застыла, глядя, как вейран неловко пытался подняться, чувствуя, как комары один за другим опускаются на её тело, ищут местечко получше.       Теперь она снова ясно вспомнила: сколько бы модификаций её тело не претерпело, она по-прежнему оставалась человеком, существом из плоти и крови. Мягким. Слабым. Уязвимым.       Тем, кто становился добычей для вейранов.       […ферментативная система разрушает органы жертвы прямо внутри её тела. За один приём пищи вейран способен поглотить до 300 литров органно-кровяного бульона. Поразительные существа! Однако…]       Саани попятилась, не глядя вытащила из ножен кинжал и метнула в туго натянутый живот вейрана. Рукоять глухо стукнулась о сегментированное брюхо, и кинжал, крутанувшись, лишь оцарапал его — но этого оказалось достаточно. Тело твари лопнуло, переполненное, всё кругом залила густая вонючая смесь, вязкая, грязно-кирпичная, парящая. Пара капель попала на кожу Саани, и это-то окончательно вывело её из ступора. Шипя и ругаясь, она стёрла с лица едкие капли. От кинжала остался расплавленный брусок — желудочные соки вейрана разрушали и металл.       Тяжёлая вонь крови привлекла комаров, и они оставили Саани в покое — улетели навстречу последней своей трапезе. Она закашлялась и уткнулась носом в сгиб локтя. Даже испарения соков были едкими.       [Отличные новости! Из укусивших вас 24 комаров ни один не был переносчиком болезни. Превращение в вейрана вам не грозит. Так держать!]       «Отключу к херам модуль поощрения», — раздражённо подумала Саани и потянулась за последним кинжалом, но её пальцы нащупали лишь такой же оплавленный брусок — на него, похоже, тоже попали желудочные соки.       Тем временем из груды разорванной плоти донеслось знакомое хлюпанье, и через миг в центр лужи выкатилась хитиновая голова вейрана. Она была так близко, что Саани могла видеть своё отражение в его отвратительных фасеточных глазах. К горлу подкатила тошнота, Саани лихорадочно опустила взгляд вниз, надеясь найти хоть что-нибудь: камень ли, гнилой деревянный обломок ли — уже неважно. Главное — успеть, пока…       Раздался звук, похожий на треск яичной скорлупы. Голова вейрана отращивала ножки. Оружия рядом не оказалось. «Больше никогда сюда не сунусь… — Саани медленно отступала, не сводя взгляда с головы. — Никогда больше в Исчезнувшее море, ни ногой…»       Голова вейрана рванула вперёд, не обременённая тяжёлой тушей и гонимая голодом. Саани отскочила в сторону, и тварь угодила в Провал. Теперь она могла объявиться в любой точке тропы, в любое время… «Чтоб меня, чтоб меня, чтоб меня!» — корила себя Саани, кое-как перескакивая через залитую соком тропу, выискивая более-менее сухие участки. Ни хлюпанья, ни писка комаров больше не было. Только тишина и неизвестность.       «Нора, где он может быть?!» — позвала Саани Интерфейс, несясь по тропе.       [Сканирование в границах Провала невозможно. Измените запрос]       «Оцени вероятность! Кратко!»       [Вероятность нападения с левой стороны: 98%. В рамках неё нападение сзади возможно с вероятностью 32%, сбоку — 19%, спереди…]       Саани резко пригнулась к земле точно в момент, когда вейран выпрыгнул из Провала чуть дальше по тропе. Инерция потащила её тело вперёд, и Саани больно оцарапала правую ладонь и приложилась подбородком. Головешка вейрана пролетела над ней и грохнулась на землю.       Вскочив на ноги, Саани отстегнула левой рукой свой протез ноги, подскочила к вейрану и со всего маху ударила его им. Протез высек искры, соскочив с хитина и чиркнув о каменистое дно моря, и Саани с ещё большим остервенением ударила по голове. Пока тварь жива, ей отсюда будет не выбраться.       Стрёкот вейрана до сих пор стоял в ушах, когда панцирь наконец поддался. Неловко отпрыгнув от вытекшей жижи, Саани поудобнее перехватила протез и приготовилась. Битва ещё не была закончена. С едва уловимым чавканьем из разбитой головы вейрана выкатилась голова его первой жертвы, и, к своему ужасу, Саани её знала — то была одна из странствующих торговок. Не мешкая, Саани проломила ей череп, и взгляд её карих глаз померк — остекленел, навсегда законсервировав ужас, с которым женщина столкнулась до смерти. Тьма снова окутала тропу.       «Жила безбашенно и, получается, умерла так же…» — не к месту подумалось Саани, и она нервно хохотнула. А от мысли, что не видать ей теперь дешёвых инжекторов, её и вовсе пробрало на смех, сухой и отрывистый — совсем не искренний.       Область Провалов никого не щадит, даже таких лихих путешественников, как эта торговка или сама Саани. Дрожа от пережитого ужаса, она кое-как приладила на место протез, отметила, что его придётся долго и нудно чинить, и заковыляла прочь, не оборачиваясь.       Всё уже в прошлом. И заглядывать в него Саани ненавидела.              

││║║║▌║▌║▌║█ █▌

             От сырого воздуха одежда и волосы в момент стали влажными, холодными и липкими. Саани приложила правую руку ко лбу, отметила, насколько горячим он был, и устало выдохнула. В тот день она совсем сбилась с пути и вышла, действительно, уже по другую сторону Исчезнувшего моря — пришлось отвалить немало денег, чтобы добраться с поломанным ножным протезом в свою мастерскую как можно быстрее.       Только вот те деньги она давно уже отработала, отремонтировала и снова сломала свой протез с десяток раз — всё забылось и перестало иметь значение… А глаза торговки, имя которой время безжалостно стёрло, по-прежнему иногда ей виделись. Как и глаза многих других её знакомых, выбывших из гонки на выживание. Могла ли Саани кому-то помочь? Единицам из сотен. И всё же…       [Угроза: эмоциональная нестабильность. Запускаю протокол 2-1…]       «Не оборачивайся, Саани. Не думай о прошлом. Не предсказывай будущее. Вспомни о ближайшей задаче. Выполни её. Никакого прошлого, Саани», — зашелестел в голове Саани её собственный голос, записанный ранее. Она ещё раз выдохнула, глубоко вдохнула прелый дух осени, утёрла лицо обеими руками, замерла.       Ближайшая задача — отремонтировать двигатель одного из Органиков агломерации. Рутинная и скучная работа, браться за которую не хотелось настолько, что Саани решила-таки вытащить себя в эту злополучную разливайку. Что ж, теперь у неё был стимул разобраться с этим. Ей нужно работать. Работать, чтобы оплатить счета; чтобы держаться за настоящее; чтобы не сойти с ума.       Работать, чтобы не думать о прошлом.