Рабочее название "Crazy"

Матти сидел в шоке, переваривая легкий укус и понимая, что ему уже его не хватало. Хотелось повторить, продолжить. Чтобы Мартин вернул губы на его шею. Продолжил покрывать ее укусами и поцелуями. А этот шепот на ухо... Иногда Матти задумывался о том, что мог бы сделать все, что Мартин ему соблазнительно скажет в губы. Мысль о том, как Мартин просит опуститься перед ним на колени, приятно тянула в животе. Маленький подкол не кольнул, но заставлял сомневаться в серьезности сказанного. Он мог бы спросить Мартина, но это казалось глупым. Он не был уверен в том, что это был намек. Матия метнул на него взгляд, и казалось, Мартин правда, увлекся сериалом, но его что-то выдавало. В улыбке. В игриво приподнятом уголке губ. Подумав, Матти решил, что ничего не потеряет, если попробует поластиться в ответ. Он пододвинулся к боку Мартина и положил голову ему на плечо. Как кучу вечеров до этого в темноте перед телевизором. Хотелось как-то продолжить игру, не заставить опять все скатиться к смущению, как кучу раз до этого. А завести его, показать, что сам Матти готов. Ладони были мокрые от самой мысли об интимный прикосновениях, но желание зайти в неизведанное было сильнее. Он положил руку Мартину не бедро и немного сжал. Затаил дыхание, отслеживая реакцию. Мартин глубоко вздохнул, будто пытался успокоиться, и его улыбка стала лишь шире. Матти улыбнулся и начал поглаживать большим пальцем. Казалось, от касания распространялось не только физическое тепло, иначе объяснить жгучее чувство в груди он не мог. Это было чувство предвкушения. Что если они зайдут дальше, наконец перейдут ту невидимую черту, которая постоянно останавливала Матию. Что если останутся в комнате, в интимной обстановке и он, наконец, запустит руки Мартину под футболку. - Ты серьезно сказал? - почти шепотом спросил Матти, будто боялся, что их кто-то услышит. - Конечно, - он мягко запустил руку Матии в волосы и начал немного оттягивать их. Мартин часто зарывался рукой ему в локоны, но впервые это было так... чувственно и медленно. Он словно смаковал этот момент. У Матти всегда сразу закрывались глаза от этого. Он блаженно промычал и сильнее сжал руку на бедре. Не специально, инстинктивно. Мартин поскользил пальцами по уху, очертил ушную раковину, серьгу тоннеля в ухе. Перешел на шею, проходился ногтями, легко царапая. Такая сладкая грань между щекоткой и лаской. Матия откинул голову, еще больше подставляясь под прикосновения. Открыв глаза, он оказался напротив шеи Мартина. Подняв взгляд, увидел, что тот все сидел с той же улыбкой и смотрел в телевизор. Его профиль был прекрасен в меняющемся свете экрана. Вспыхивал яркими красками на фоне темноты комнаты. Интересно, следил ли он на самом деле за сюжетом или просто делал вид отвлеченности, чтобы Матти не так переживал. В любом случае это действовало. Шея в нескольких сантиметрах так и манила. Матия чувствовал тепло, которое исходит от кожи, и представлял, какая она на вкус. В голове пробежала мысль: нравятся ли Мартину укусы в шею так же, как поцелуи? В прошлые разы он робко прикасался губами к ней, но делал это с таким напряжением, что, казалось, никто из них не получал от этого реального удовольствия. Сейчас он чувствовал спокойствие и зарождающееся возбуждение. Мысль о недавнем признании в любви придавала еще больше уверенности. Сердце трепетало. Интимный момент был в самом разгаре, и Матти с радостью его продлит. Он пододвинулся к открытой шее и, еле сжимая зубы, скорее больше скользнув ими, укусил за нежную кожу. Мартин утробно промычал и откинул голову на спинку дивана, а его рука сжала волосы в кулаке. Но боли Матти не почувствовал, лишь приятное ощущение твердой хватки. Мартин притягивал ближе к себе, побуждая продолжить легкие укусы. Матти закрыл глаза и просто поддался моменту и желанию. Дальше легко поднимался по шее к линии челюсти. Закончил он свои ласки игривым укусом в челюсть, размашистым. Таким, который сбрасывает напряжение и заставляет улыбнуться от контраста. Мартин глубоко дышал, будто пытался себя успокоить. Места, на которых осталась слюна, отблескивали, доказывая, что он все это сделал сам. Матти отстранился и, не отрываясь, смотрел на Мартина. Такой красивый: волосы завязаны, но несколько прядей выбивалось из пучка. Матти удивлялся, как Мартин так ловко и изящно завязывал его по утрам. Ему хотелось научиться как-то красиво плести косы и в один уютный вечер на ковре за выпивкой мягко переплетать эти скользящие сквозь пальцы пряди. Мартину бы подошли прически в стиле викингов. Матти не мог отделаться от этой мысли. Он перекинул ногу через Мартина и уселся на его колени. Все равно никто из них уже не будет ничего смотреть. Рука Мартина выскользнула из волос Матии и так и осталась на спинке дивана. Ему было страшно спугнуть эту приобретенную уверенность парня. Но кончики пальцев аж кололо от предвкушения контакта. Хотелось прижать так, чтобы сократить всю возможную между ними дистанцию. Заласкать до сладких стонов о большем. До громких "пожалуйста". Но он лишь легко, еле ощутимо заскользил пальцами чуть выше его колен. Так, чтобы просто предать уверенности. Он все это сделает, когда они оба будут достаточно разгорячены. Закинув руки на плечи, Матти вплел уже свои руки в волосы Мартина. Пытаясь растрепать пучок, чтобы пробраться к корням он понял, что волосы слишком затянуты и просто стянул резинку. Локоны струились по дивану и, немного взлохматив их, Матти уложил так, как ему нравилось больше всего: перекинув все на одну сторону. Это придавало ему вид какого-то мифического существа. Мартин с легкой улыбкой поддавался на любые манипуляции в руках Матии. Закрыв глаза, он настроился на ощущения. Матти немного надавил на затылок, и он последовал. Он знал, зачем его тянут, и старался не прижать Матти к себе рывком. Почему-то то, что Мартин не открывал глаза, давало уверенности. Но захотелось, чтобы Мартин как-то отреагировал. Опять потерял контроль и сделал что-то невозможно горячее, что-то, что дало бы зеленый свет на продолжение. Показало, что ему не терпится. Матти коротко, игриво поцеловал и не успел отстраниться, как Мартин схватил за щеки и импульсивно притянул обратно. Игривый поцелуй переполнил чашу его контроля. Мартин жадно впился, упиваясь горячими губами и тем, как Матия поддавался под напором. Мазнул языком по губам и Матти поняв, расслабил челюсть. Хотелось больше, ближе, вкуса. Матия долго представлял, как Мартин вторгнется в его рот языком, но в реальности это все равно было лучше. Матти выдохнул в поцелуй, пока Мартин проходил своим языком по его. Вкус Мартина был необъясним. Такое не поддается описанию, но Матии нравилось. Он почувствовал разве что вкус кофе в поцелуе. Неудивительно, учитывая то, как часто Мартин его пил. Мокрый поцелуй, мягкий язык и немного лезущие в рот усы. Прекрасно. Прекраснее всех поцелуев в его жизни. Отстранившись на вдох, между ними повисла нить слюны, и Мартин оборвал ее, слизав с чужих губ. У обоих на щеках расцвел румянец, но при этом у Мартина был такой распутный и голодный взгляд, что Матия почувствовал себя добычей. Глаза отблескивали от экрана, и Матти только заметил, насколько сильно у него расширились зрачки. Румянец Матти поплыл дальше, но уже от смущения, и даже темнота не могла этого скрыть. Он осознал, что сидел все это время на коленях Мартина, а теперь еще и под этим взглядом... И это он в свое уравнение еще не включил начинающий наливаться член. Он сполз и сел рядом. Мартин развернулся к нему и потянул, чтобы Матти сделал так же. Хотелось опять быть лицом к лицу. Чтобы малыш знал всю серьезность вопроса, знал свою значимость, видел, что он полноправно должен ответить. Мартин немного подался вперед, ссутулившись, смотрел как на самое драгоценное. Легкая улыбка так и заигрывала: Я знаю, что ты хочешь. - Ты хочешь, чтобы мы продолжили в спальне? - нежность плескалась в его взгляде. Увидев, как Матти втянул голову в плечи и со смущенной влюбленной улыбкой глядел из-под челки, Мартин понял ответ, но все равно ждал подтверждения в словах. Сама мысль о том, что, возможно, существовала вселенная, где он не спрашивал, а Матти просто под напором прогнулся, пугала. Но он рад, что здесь. Что сделает все правильно. - Хочу... Мартин потянул его за подбородок и поцеловал. Еще одна волна тепла расплылась по телу. Это придало сил, и Матти твердо решил, что сегодня все случится. В приступе нежности он повел носом по шероховатой от шрамов щеке и покрыл ее поцелуями. Мартин считал эти шрамы отталкивающими и первое время смущался, когда Матия целовал или гладил их. Какой он иногда глупый, этот Мартин. Для Матии не было никого привлекательнее этого мужчины. Не важно, как он выглядел, все захлестывала его харизма. Она очаровывала, под ней Матти не мог не сдаться. Мартин улыбнулся и встал, протягивая руку. Зрительный контакт был долгим. Матти наслаждался тем, как на него смотрели и старался вернуть это ощущение. Глубокое и, возможно, животное, выжидающее. Мартин немного склонил голову: немой вопрос, пойдет ли он с ним. Давал еще один шанс передумать. Матти им не воспользовался. Взглянув на руку, он вложил в нее свою ладонь. В ответ крепко сжали. Держали, заверяли, давали опору. Мартин немного потянул на себя и повел в спальню. Они не спеша шли по темному коридору, в животе у Матии зарождался комок предвкушения вперемешку со страхом. Липким и накатывающим. Он будто крался за ними по этому коридору, прячась в темных углах. Матти на ватных ногах дошел до комнаты. Очнулся лишь тогда, когда они стояли в темноте возле окна. Света ночного города из окон было достаточно, чтобы разглядеть Мартина, его уверенный взгляд и легкую улыбку. Она заставляла забыть о только что волнующих его мыслях. Освещала все закоулки души, выжигая тени неуверенности. Иногда проезжали машины и по потолку ползли долгие линии желтого света, что позволяло разглядеть Мартина еще лучше. Хотелось включить прикроватную лампу. На самый минимум яркости. Просто, чтобы видеть выражение лица, ловить его и пытаться прочитать. Замечать довольное лицо Мартина, когда он будет его касаться. Матти попросил об этом, но Мартин немного замялся. Будто это шло в разрез с его планом. - Да... если ты хочешь. Просто... - Мартин возненавидел то, как сорвался голос. - Мартин... - Матти положил ладонь ему на щеку и продолжил: - Скажи в чем дело и мы решим это вместе. У него перехватило дыхание, а глаза округлились. Неожиданно томная атмосфера пропала, Матти стал предельно серьезным. Это тронуло до глубины души. Именно туда, в неуверенность. Все страхи казались Мартину не обоснованными, либо пришедшими из подросткового возраста. Когда подкалывали и одноклассники, и брат. Не со зла. Просто думали, что это забавно. Мартин вздохнул и с комом в горле продолжил: - Мне еще стыдно быть перед тобой без футболки... Он считал это такой глупостью. Они жили вместе, но он до сих пор делал все, чтобы Матти не видел его голым. Из душа выходил уже в пижаме, переодевался там же, спал в футболке. Сейчас, в разгар жары, оставаться все время в одежде было тяжело, но он справлялся. Он надеялся, что проблема решится как-то сама... Наверное, Мартин так думал слишком часто. Он даже не знал, что именно в себе его смущает. Просто он в сумме себе казался каким-то... везде не таким. Он знал, что Матти любит и любит именно таким, какой он сейчас. Но первые осознанные раздевания... тяжело давались. Хоть и невыносимо хотелось ночью прижиматься кожа к коже, к его крошке. Чтобы сам Матти скользил по его телу, щекоча прикосновениями или еще лучше - губами. - Как я могу тебе помочь? Эти очарованные и влюбленные глаза приковали к себе. Открытые, желающие, чтобы все прошло хорошо. Мартин сделает это. Для них обоих. Он не может отказать, когда они, наконец, продвинулись дальше, чем заигрывания. Он себе не простит. Да и хотелось сделать это и не мучиться больше. - Я... Включи. Думаю... если мы увлечемся, то все пройдет лучше. Матти вернулся спустя секунду, и теперь лицо Мартина окрасилось желтым уютным светом. Матти опять запустил руки ему в волосы, и Мартин, мыча, прижался к его шее, размашисто лизнул и прикусил. Матти тянул ближе, не давал отстраняться. Его руки начали скользить ниже по рукам и плечам. Сжимали в желании почувствовать покатывающиеся под кожей мышцы. Как же хотелось снять с него футболку и, наконец, увидеть неприкрытые ключицы и плечи. Посмотреть, как они напрягаются, пытаясь удержать Матти на месте. Мартин притянул его за талию резче, чем тот ожидал. Проходился по шее, спускаясь к воротнику. Крепко держал на месте, Матти поддавался этим губам и горячему дыханию, откидывал голову. Мартин так сладко и нежно проводил кончиком носа, что невероятно контрастировало с сильными руками на талии. Он прильнул в еще одном поцелуе, и Матти скользнул руками под рукава футболки, очерчивая и дурея от того, какой Мартин был горячий. Во всех смыслах. Эти шаловливые руки так приятно трогали, казалось просто везде. Вздохи и постанывания у уха... Как же этот малыш прекрасно звучал. Оторвавшись от покусываний шеи, он встретился с опешившими глазами Матти. Зрачки были такие большие, что можно утонуть в них. Этот взгляд, полный доверия... У Мартина перехватило дыхание. Рвано выдохнув, он пока не передумал, рванул за подол футболки и стянул ее с себя. Матти не отвел глаз от его лица, и это было слишком прекрасно. Лишь немного улыбнулся и поцеловал. Ободряюще, мол, смотри, Мартин, ты и твои глаза мне важнее, чем твое голое тело. Это обезоруживало. Матти так заверял, что все хорошо, что все в прядке, что они вместе. Стараясь не отрываться от губ, он снял уже свою футболку. Прижался в объятии, обвивая шею, давая почувствовать прикосновения кожи. Спустя пару секунд почувствовал чужие руки, обвивающие спину. Он ни разу не чувствовал себя таким защищенным, как сейчас. Пытаясь сразу переключить внимание на себя, Матти уже сам покрывал шею Мартина укусами. Кожу покалывало от бороды, но это добавляло лишь больше противоречивых ощущений, которые дурманили голову. Его малыш так старательно пытался доставить удовольствие, повторить его движения. Мартин не отмалчивался, показывал, что ему нравится. Когда его сильно укусили за плечо, то он скользнул рукой вниз, сжимая зад. Матти толкнулся бедрами, желая более тесного контакта, желая потереться. Оба выдохнули, когда Мартин прижал его к себе. Взгляд у Матии потемнел от возбуждения. Это было видно даже в этом тусклом свете. Мартин стал наступать и заставил Матти пятиться, пока он не уткнулся голенями в кровать и не приземлился на нее. Колено между ног заставило его судорожно сглотнуть. Мартин подцепил подбородок, вынуждая посмотреть вверх. На него. На до жути сексуального, с лукавым взглядом. Он наконец, оценил картину полностью: струящиеся по плечу волосы, мягкие формы торса, об которые хотелось греться, практически зомбирующий взгляд... Веки припущены, а глаза выглядят заинтересованно, и там переливался какой-то блеск. Мартин не улыбался, выжидающе смотрел, будто запоминал. Покраснев, от этого изучающего взгляда Матти не мог бы оторваться, даже если бы и хотел. Слишком красив, слишком хотелось продолжать смотреть с этого подчиняющегося ракурса. - Кажется, у тебя кинк на малолеток... - Матти не знал, откуда у него это взялось в голове, но возбужденный Мартин навевал именно эти эмоции. - У меня кинк на барабанщиков. - Он улыбнулся уголком губ. - Значит, ты трахал барабанщика Маннты? Вы же были близки... - Боже, нет. Не смей говорить такое, когда я хочу тебя, - он закончил фразу в поцелуй. Рука Мартина увесисто легла на шею, не сжимая, но этого было так чертовски достаточно для протяжного стона в губы. Матти позволил себе откинуться, ложась на кровать и утягивая Мартина за собой. Он вытянулся и прогнулся в спине, показывая себя, подставляясь. Так надеялся, что Мартину нравится, что он хочет, что будет любоваться им под собой. Уж любоваться им Мартин точно сегодня будет. Вторая его рука опиралась о кровать рядом с головой Матии. Первой он повел с шеи ниже. Грудные мышцы, остановился и пару раз потянул за сосок, перекатывал в пальцах. Судя по звукам, Матии понравилось. Даже очень. Мартин обязательно вернется еще к ним сегодня. Он продолжил скользить по животу через линию редких волос, уходящих под резинку шорт, которые откровенно топорщились. Он глядел с такой серьезностью и внимательностью, словно пытался оценить, оригинал или подделка все эти стоны и вздохи. Матти не успел озвучить эту мысль ведь Мартин сжал его сквозь одежду, проходясь рукой. Все мысли выбило, словно пробки в грозу, и в голове остался лишь Мартин. Красивый и властный. Матти заскулил под ним, хватаясь за него, впиваясь в предплечья ногтями. Когда Мартин убрал руку, то услышал протестующее разочарованное мычание. Ему нужна передышка, иначе он кончит от ментального удовольствия при ласкании Матии. Мартин уперся головой в солнечное сплетение и постарался расслабиться под гладящими ладонями. Пальцы в волосах прекрасно помогали забыться на пару мгновений и просто пытаться восстановить дыхание. Сердце бешено носилось. Так странно, ведь они не дошли еще до самого интересного. - Чего хочет моя крошка? - он оторвал голову и встретился взглядом с Матти. - Можно мы..? - Матти запнулся и Мартин немного наклонил голову, показывая, что слушает. - Хочу, чтобы ты меня взял. - Ты уверен? Может, для первого раза... - Он немного был шокирован просьбой. - Пожалуйста, Мартин. Я так давно мечтаю... о том, как ты будешь во мне. Мартин не сразу отреагировал, но когда до него дошел смысл сказанного, и он увидел, с каким трепетом Матти просил об этом, то уткнулся носом в шею, скрывая захлестнувшие эмоции, и добавил: - Все, что пожелает моя детка. Было... страшно. Действовать, не сдержать порыва, сделать больно. Матти, казалось, был уверен в своем выборе, и Мартин не мог отказать. Он хочет, но... Но это сомнение немного захлестнуло предвкушение. Предвкушение... он же... боже. Он будет трахать его. Медленно входить, вызывая сладкие стоны. Мартин потерся о чужое бедро от этих мыслей сам даже не заметил, но Матти улыбнулся. Он перегнулся, вытащить из тумбочки смазку с презервативом. Вернувшись, он потянулся за очередным поцелуем. Матти закинул ногу ему на талию, потянул к себе, прижимая. Мартин опять проходился руками по телу и, дойдя до шорт, спросил разрешения. Получив положительный кивок и вздох он запустил руки под белье, стягивая его, оглаживая кожу ягодиц. Матти нашел это не слишком элегантным со своей стороны и когда оказался голым под внимательным взглядом, смутился. - Ты так прекрасен, - шепнул Мартин в губы и начал спускаться поцелуями вниз. Прикосновения голого торса Мартина приятно грело. Матия не мог отделаться от мысли, что это наконец происходит. Мартин опустился до сосков и начал играть с одним языком, еле прикусил, оттянул. Усы щекотали кожу, но наверное без них было бы не так прекрасно. Звуки издаваемые сверху так увлекали, что Мартин просто потерялся в том, что делает. Отдаваясь этой музыке. Наверное звук издаваемый Матией, лучшая музыка, которую он сможет когда-либо играть. Рука сама потянулась к паху. Он ласкал нежную кожу бедер, надрачивал размашисто, давая ощутить свою хватку. Давал привыкнуть к своим рукам в такой интимной зоне. Отвлекал поцелуями в шею. Матти давно не было так хорошо, а так уверенно его не задаривали ласками, наверное, никогда. С Мартином чуть ли не все, что они делали, было первым разом для него. Но от этого более ценным. Мартин подложил под его бедра подушку и выдавил смазку, грея в пальцах. Когда он коснулся входа, Матти сжался то ли от страха, то ли по инерции. Мартин укусил грудь выше соска, отвлекая. Проходился языком, пока Матти впивался ногтями и притягивал за волосы. Ближе. Наверное он даже не замечал своей жесткой хватки, но Мартину нравилось. Эта несдержанность дурманила. - Расслабься, малыш. Будет легче. - Он вошел на одну фалангу, отслеживая реакцию. Матти постарался сделать сказанное, и Мартин начал медленно вводить палец. Стараясь быстрее нащупать простату и показать, что это может быть приятно. Он не знал, был ли у Матти уже такой опыт, но в любом случае хотел быть максимально осторожным. Матия не выглядел так, будто ему не нравится то, что происходит. Казалось, ему очень даже понравилась растяжка. Когда он задел бугорок, по телу под ним прошла дрожь, и он услышал громкий стон. - Ты и так умеешь?.. Господи... Что ты со мной творишь... Спустя пять минут Матти уже сам насаживался на три пальца и просил большего. У него неимоверно мило не спадал румянец. Он метался по кровати, стискивал простынь и выгибался навстречу котом. Мысль, что под ним Матти мог быть таким же, будоражила. Так же постанывать, шептать его имя, возможно... Но наблюдать со стороны, какой он возбужденный, как старается удовлетворить себя, просто безумно. Он бы посмотрел когда-нибудь, как Матти дрочит для него. Мартин замечал, как его взгляд и слова влияют на барабанщика. Он вытащил пальцы и, наконец, снял с себя остатки одежды, выдохнув от приятного освобождения. Когда он встал на колени меж раскинувшего ноги Матти, то тот провел носочком по его телу от плеча до бедра. Игриво и медленно. По глазам видно: любовался тем, какой Мартин сейчас. Интересно, что же такого прекрасного видел в нем Матти? Но эту мысль он обдумает позже. Мартин подцепил его под колени и дернул на себя, показывая, кто водит игрой. Кто из них охотник, а кто добыча. И обоих устраивали их роли. Мартин упивался властью, которую ему дарил Матти. Этот малыш передавал ему в руки контроль и давал почувствовать себя добытчиком. Матти нравилось играть эту роль загнанного кролика, но при этом он никогда не запрещал себе кидать саркастические фразочки. От нетерпения долбанный пакетик не поддавался до последнего, а скользкие от смазки руки вовсе не помогали. С пятого раза Мартин таки открыл презерватив. Раскатав его по члену, он заметил напряженный взгляд на себе. - Мы можем остановиться. Совсем. Или я мог бы сделать для тебя что-то другое. Ты всегда можешь сказать мне нет. - Мартин ласково гладил большим пальцем колено. - Нет, я хочу тебя. Просто немного... непривычно? Слушай, давай ты поцелуешь и трахнешь меня? Хватит разглагольствовать. - Долго держать серьезное выражение у него не получилось. Мартин с улыбкой склонился сверху и втянул в нежный чувственный поцелуй. Его волосы спадали вниз, мешались так, что хотелось их завязать, но он знал, что Матии нравится. При таких поцелуях, когда Мартин был сверху, Матти сам убирал их с лица и руками собирал в хвост, а потом с улыбкой отпускал так, что они мешались еще больше. Еще одна маленькая шалость, которую Мартин не мог запретить. Слишком светлая и яркая была улыбка напротив. Он параллельно проходился головкой по входу. Примерялся и дожидался, пока Матти разрешит. Он будет ждать, насколько бы не хотелось толкнуться. Ждать, пока ему не позволят. Возможно, для кого-то это бы ломало игру, но какая, к черту, разница, если дело о реальных рисках. Матти кивнул, серьезно, смотря в глаза. Мартин постепенно входил. Давая передохнуть, привыкнуть. Останавливался время от времени. Делал поступательные движения. Каждый раз заходя чуть глубже. Считывал реакцию с лица напротив. Старался отвлекать поцелуями в лицо и шею, но тому этого, казалось, и не нужно. Матти будто полностью наслаждался процессом. Войдя полностью, Мартин облегченно выдохнул. Самая сложная часть была осилена. Дальше будет полегче, а довольный Матия был бы Мартину лучшей наградой за вечер. Матти двинул бедрами в желании продолжений фрикций. Нетерпеливый малыш. Не дает насладиться ощущением быть внутри. Матти ухватился и было скрестил ноги на бедрах, но Мартин перехватил одну под колено и закинул себе на руку. Очередная смущенная улыбка заставляла сердце трепетать. Мартин начал двигаться аккуратно, но более ощутимо, чем до этого. Шептал всякие глупости и комплименты на красное ухо. Каждый раз старался поменять угол входа и наконец, получив довольный стон, продолжил. Постепенно наращивал темп, отдаваясь ситуации. Матти начал выстанывать его имя и это было лучшее за сегодняшний вечер. Это протяжное "м" вначале каждого раза. И чем больше он тянул букву вначале имени, тем сильнее Мартин старался сделать приятно. Движения становились все размашистее, а Матти все громче и слаще. Он гладил по телу, плечам, груди, спине. Тоже на пробу, сжал сосок Мартину, и тот рухнул головой ему на грудь, ускоряясь. Матти решил, что это значит, что ему понравилось, и продолжил. Теперь вперемешку со стонами уже он начал говорить ласковые слова и комплименты: "ты лучше, чем в моих самых смелых мечтах", "прошу, продолжай, дорогой" и даже "мне нравится с каким голодом ты смотришь. Я тебя приласкаю, обещаю". Нельзя быть таким невозможным... Он отбросил все, все мысли, все осторожности. Шлепки наполнили комнату. Мартин ускорил толчки под откровенные стоны, вздохи, почти вскрики Матии. Такой прекрасный, открытый Матти теперь не мог внятно вымолвить ни слова. Мартин самодовольно улыбнулся, показывая, кто тут главный. Он укусил, возможно, со всей силы в шею, рядом с веной, в которой чувствовался скачущий пульс. Сильный укус и последующее зализывание давали нереальный контраст ощущений. Мартин начал одной рукой надрачивать ему, ведь чувствовал, что сам долго еще не продержится, учитывая то, какими неритмичными стали толчки. - Мартин... ах... Я... - Давай, будь хорошим мальчиком и кончи, - глухо и соблазнительно шептал он на ухо. У Матти аж по затылку мурашки пробежали от этих слов, а глаза расширились. Да. Он хороший мальчик. Захотелось доказать, что так и есть. Что он послушный. Ногти вонзились в чужие плечи, и Матти постарался сам насадиться на член. Глаза будто заволокло пеленой, и так отчаянно хотелось либо закончить это, либо сделать так, чтобы Мартин никогда не останавливался. - Ты мой хороший мальчик, - пророкотал Мартин. Он сделал особенно приятное движение, и Матти со стоном излился ему в руку и себе на живот. Несколько толчков в сжавшегося от оргазма Матии хватило и Мартину, чтобы почувствовать эйфорию и опустошение. Такого приятного до загибающихся пальцев ног оргазма у него давно не было. А такого чувственного партнера еще дольше. Матти потянул его к себе, чтобы Мартин лег сверху. Плевать на то, что он в сперме. Ему просто необходимо было почувствовать, что все реально, что Мартин тут, что не уйдет. Почувствовать тяжесть его тела на себе. И Мартин сдался. По правде, ему было все равно на то, что он запачкается. Он больше переживал, чтобы Матти не было тяжело с таким грузом на себе. Разгоряченное тело начало постепенно остывать. Матти смотрел, как тяжело вздымается его спина и забрал волосы с лица. Наблюдал, как подрагивают ресницы, отбрасывая тень от лампы. В таком свете кожа Мартина была будто медового цвета. Очень милое сравнение, учитывая запах его геля для душа. Но сам Мартин казался спокойным. Лицо было умиротворенным. Матти даже подумал, что он уснул, но Мартин подтянулся и поцеловал его. Мягко и чувственно. - Хочешь, серьезно отвечу на вопрос про кинк на малолеток? - Мартин скатился на бок и подпер голову чистой рукой. - Давай, - Матти улыбнулся, ожидая шутку, но Мартин был серьезен. - Дело не в твоем возрасте, а в характере. Ты такой милый и нежный. Хочу оберегать тебя и залюбливать. - Он заправил прядь выбившихся волос Матти за ухо и улыбнулся. Чертовки тепло. Не горячо, именно тепло. Идеально для этой послеоргазменной неги, в которой они пролежали еще минут десять. Мартин покрывал кожу Матти легкими ленивыми поцелуями, а тот в ответ гладил его по спине и шее, возвращая нежность. Притянуть бы сейчас Мартина да уснуть до завтра. Укрыться одеялом и прижаться так, чтобы его тело грело еще сильнее покрывала. Как бы сладко это не звучало, нужно помыться, перестелить постель, и тогда обниматься до утра будет только приятнее. Матти, отлежавшись, был полон сил на контрасте с Мартином, который уткнулся ему в ключицу и почти уснул. Матти, не стесняясь его тормошить, встал с постели. - Идем в душ. Это я хотел, чтобы ты на меня лег. Мне тебя и мыть. - Матти потянул его за руку. - Я в твоих словах читаю: почувствуй себя дедом, Мартин.

***

Из-за того, что Мартин никогда не закрывал шторы, каждое утро их будило солнце. Лучи падали аккурат рядом с глазами Матти. Немного повернув голову, один разбудил его яркой вспышкой, и он, морщась, зарылся под одеяло, тянувшись поближе к Мартину. Поближе к пронизывающему до души теплу. Рассветное солнце потихоньку наполняло светлую комнату светом, будто заставляя светиться изнутри. Мартин лежал на животе, просунув руки под подушку. Голова была отвернута, и Матти зарылся в волосы. Рука сама легла ему на спину, и он понял, что Мартин без футболки. Наконец-то его можно гладить по голой коже, считать родинки и соединять их в созвездия. Он прошелся пальцами по изгибу спины, продавливал позвонки, пытался на ощупь найти эти самые родинки... Мечта. Открыв глаза, первое, что он заметил это размеренно поднимающуюся спину и красные следы царапин. Его царапин. Некоторые легкие и почти зажили, но вот у плеча красовалось четыре бордовые полосы, уходящие вниз. Это он вчера в эйфории не уследил за собой. Наверное их будет видно из-под майки, которую обычно носит Мартин в жаркие дни. А еще скоро концерт. И что он скажет? Спасибо, что под костюмом не будет видно? Матти легко и неосознанно прошелся по ним кончиками пальцев, еле касаясь. - Прости... - Он шепнул на грани слышимости. - А ты прости за засосы на шее. - Матти даже не заметил, как Мартин повернул к нему голову и с улыбкой наблюдал. - Мне нравится, - спустя пару секунд осматривания своих плечей, сказал он свой вердикт. - Мне тоже нравятся твои следы на мне. Тогда давай все так и оставим. Я тебе засосы, ты мне царапины. - Идет. Но не думаю, что остальные будут рады замазывать их мне перед выступлением. Мартин улыбнулся и притянул Матию к себе. Спустя время он прошептал в волосы: - Как же мне все равно... Да и ты все равно далеко от зрителей. Наконец, хоть какой-то в этом плюс. Это утро, Матти сохранит себе в копилочку лучших моментов с Мартином.