Какого черта, Ичиро..?

Банкет был шикарен: все выглядело очень пышно, демонстрируя величие обоих кланов. Мероприятие проходило в необыкновенной красоты доме, который был полностью зарезервирован для банкета – всюду были различные декорации в темных тонах, мебель в доме была сделана из лучшего дерева, а узоры на ней рассказывали настоящую мини историю. Сервировка столов была выполнена идеально, что уж говорить о чистоте приборов. Позже Натаниэль подметит для себя, что в ложки можно смотреться, как в зеркало. Первыми прибыли Веснински, за ними Морияма, а далее подтягивались и остальные. Пока главы принимали гостей, их жены были с сыновьями. Мэри в сотый раз повторяла Натаниэлю, как нужно будет себя вести, если он почувствует, что еда отравлена или если обнаружит в еде иголки или ножи, а мать Ичиро без умолку щебетала о его будущей помолвке. Она снова и снова рассказывала ему о планах на будущую свадьбу, где она пройдет, кто будет другом жениха, в каком месте и в каком стиле она пройдет. Порой она настолько забегала вперед, что уже фантазировала, какие ползунки будет покупать внукам и в каком возрасте отдаст их на стрельбу и борьбу. Морияме уже порядком надоело это слушать, и ему очень хотелось смыться куда-нибудь, чтобы разгрузиться и настроиться на всеобщее разочарование. Вся проблема была исключительно в нем. Он был благодарен родителям, что они так заботятся о его будущем и готовы сделать все, чтобы он стал чудесным главой клана, но ему не совсем этого хотелось. С самого детства ему говорили, как будут протекать все его последующие годы жизни, – все доходило чуть ли не до поминутно расписанного графика на следующие десятки лет, - но Ичиро уже тогда понимал, что этому не суждено воплотиться в реальность. Все дело в его влюбленности. Никто не знал, кто та самая «простая девушка», в которую был влюблен Морияма. Даже Натаниэль, хотя, казалось бы, у них почти нет друг от друга секретов. И Ичиро правда не хотел ему врать, но так будет лучше, поэтому каждый раз, на протяжении нескольких лет рассказывал Веснински идеально продуманную ложь, в которую он верил. Ичиро сделал этот образ настолько реалистичным, что пару раз и сам сомневался, а правда ли эта девушка выдуманная. Однако самый абсурд ситуации был в том, что Морияма был влюблен, но не в эту девушку, да и не в девушку вовсе. Все эти годы он скрывал свою влюбленность к Натаниэлю. Для него эта влюбленность была неким мотиватором трудиться и проживать каждый день. Когда они с Веснински вступили в переходный возраст, в голове Ичиро влюбленность в него возникла, как озарение. Будто до этого момента он тоже был влюблен в Натаниэля, просто не осознавал этого. Можно даже сказать, что это бы своеобразный «Дзынь», пропустивший сердце Мориямы насквозь и разразивший настоящую бурю в его груди. Эта влюбленность ощущалась для него, как сладкий запах крови врагов на руках, как очередное выполненное без шума задание, как новый револьвер, как пуля в голову последнему противнику в перестрелке. Ичиро до дрожи во всем теле любил мафиозное дело, и любовь к Натаниэлю для него была сравнима именно с этой, именно поэтому Ичиро не представлял себя без мафии и мафию без Натаниэля. Для него потерять одно из двух было равноценно смерти.