Двери закрываются

Нин Чэню потребовалось несколько секунд, чтобы понять, о чем она говорит. - Ты хочешь сказать, что Айвэй провела всю ночь с каким-то молодым мужчиной? В какой день это было? На бледном лице Лу Мэн появился румянец. - В ту ночь, когда я спряталась, я это очень хорошо помню! Напряженная спина Нин Чэня постепенно расслабилась. Что же произошло той ночью? Лу Мэн «исчезла», он всю ночь мучился кошмарами, а наутро у 43-го, Ли Сюаня, было раскрасневшееся лицо... Но выражение его лица, когда он настаивал, что у него не было отношений с Вэй Цзяньхун, было слишком искренним: в его взгляде не было ни капли сомнения, в нем даже проскальзывала нотка печали и возмущения - это действительно не похоже на притворство. Если не он, то кто же еще… Вэй Цзяньхун любит ставить людей перед выбором. На чью сторону в этот момент встал Ли Сюань? - Вообще-то, вчера вечером тоже был слышен шум. Но не такого рода. Старуха, похоже, поссорилась с кем-то, ее голос был пронзительным и резким, я слышала, но из-за большого расстояния не разобрала, о чем шла речь. Лу Мэн с беспокойством посмотрела на Нин Чэня. - Чэнь-гэ, в этом доме так мало людей, как ты думаешь, кто этот мужчина? Может, он прямо среди нас, а мы просто не знаем? Ее опасения были небезосновательны. Если Ли Чжунхай был способен предать товарищей ради близости с Айвэй, то и остальные, конечно, тоже могли пойти на это. Даже не слишком умный Ли Чжунхай едва не погубил его, а любой из оставшихся людей гораздо опаснее Ли Чжунхая. Но если он будет следовать этой линии мысли и зацикливаться на ней, то снова попадет в ловушку подозрений, расставленную противником. К тому же нынешняя ситуация уже совершенно не похожа на ту, когда Ли Чжунхай предал его. Нин Чэнь успокоился и утешил Лу Мэн. - Не бойся, мы убили Айвэй. Даже если ее любовник среди нас, теперь у него нет причин предавать нас ради выгоды. Лу Мэн сочла это объяснение убедительным и с облегчением вздохнула. - Ты прав. Даже если кто-то с ней и был... Наверняка она его принудила. Думаю, он только рад, что ее больше нет. Вряд ли он теперь станет нам вредить. Раздался ритмичный стук в дверь. Нин Чэнь приложил палец к губам, призывая Лу Мэн к тишине, и прислушался. Это была «Маленькая белая лодка». Нин Чэнь поднялся, отодвинул стол и открыл дверь. Ло Юй нес на спине полубессознательного Ли Сюаня. Его лицо раскраснелось от напряжения. Увидев, что Нин Чэнь открыл дверь, трое ввалились внутрь в ужасном виде и все вместе рухнули на пол, тяжело дыша. Нин Чэнь толкнул Ли Сюаня и заметил, что тот хмурится, его лицо покраснело, а дыхание стало гораздо чаще, чем обычно. Прикоснувшись к его лбу, он почувствовал, что тот горячий. - Что с ним? 37-й покачал головой. - Не... Не спрашивай... Я говорил, не лезть к этому парню, а он все равно решил вмешаться! Я просто выдохся. Только тут 37-й заметил Лу Мэн и вздрогнул. - Твою ж! Откуда она тут взялась? Ло Юй тоже только сейчас заметил Лу Мэн и насторожился. - Чэнь-гэ… Нин Чэнь заступился за Лу Мэн: - Сяо Лу до сих пор пряталась, а сейчас случайно пришла сюда. Я расспросил ее, ничего подозрительного. 37-й вытаращил глаза. - Ты говоришь, что ничего подозрительного нет, значит, так и есть? Я тебе не верю! Ло Юй, а ты что скажешь? Неожиданно Ло Юй оказался настоящим фанатом 44-го и, ничуть не сомневаясь, встал на его сторону. - Я верю Чэнь-гэ. 37-й, разозлившись, отвернулся и замолчал. Нин Чэнь не стал с ним спорить и наклонился, чтобы осмотреть Ли Сюаня. - Почему у него такая высокая температура? Ло Юй покачал головой. - Не знаю, когда мы его нашли, он уже был в таком состоянии. Я подумал, что, может, его еще можно спасти, и притащил сюда. 37-й снова начал язвить. - По-моему, у тебя просто переизбыток милосердия, синдром святого отца! Надо уважать чужую судьбу, понятно? Ты сам едва ли можешь себя защитить, а все равно настаиваешь на том, чтобы спасти его. К счастью, нам повезло, и ничего не случилось, а то сейчас он был бы в таком же состоянии, как 41-й… Ло Юй гневно посмотрел на него, и 37-й, смутившись, замолчал. Нин Чэнь почувствовал, что что-то не так, и спросил: - А что случилось с 41-м? Он вам не поверил? Ло Юй вздохнул. - Поверил он или нет - уже неважно. Он мертв. - Мертв? Лу Мэн прикрыла рот рукой, в глазах у нее отразился ужас. Нин Чэнь тоже был крайне удивлен. - Как он умер? Разве они не убили Вэй Цзяньхун? Ло Юй нахмурился. - Ему перерезали горло одним ударом. Судя по всему, это сделала тетушка Лю. Лицо Нин Чэня стало серьезным. Он совсем забыл о существовании этого орудия смерти в виде человека. Он думал, что тетушка Лю привязана к Вэй Цзяньхун, и что после ее смерти она либо уйдет, либо сделает что-то подобное. Неожиданно, даже после смерти хозяйки она по-прежнему верно охраняет этот дом. Это проблема. В реальности шестнадцатилетняя девушка сбежала, а Вэй Цзяньхун покончила с собой. Заключенные в Красно-белом доме были освобождены, а приспешники Вэй Цзяньхун были задержаны для допроса и строго наказаны за совершенные преступления. Почему же здесь все не так? Когда главный босс в игре убит, игра ведь должна заканчиваться? Если только… Вэй Цзяньхун не была тем самым главным боссом. - С этого момента мы должны постоянно опасаться тетушки Лю. Возможно, она - самый опасный человек в этом доме, - спокойно сказал Нин Чэнь. - Теперь нас пятеро, и мы должны держаться вместе, чтобы нас не перебили поодиночке. Если нужно будет выходить, выходим минимум вдвоем. Ло Юй и Лу Мэн кивнули. - Я согласен с Чэнь-гэ. 37-й, задрав подбородок, возразил: - Я не согласен! Почему я должен тебя слушать? Я тебе не доверяю. Я буду слушать Сяо Ло. Ло Юй почесал затылок. - Нас осталось всего пятеро, так что сейчас не стоит делиться на главных и второстепенных. Будем слушать того, кто говорит разумно. Я послушаю Чэнь-гэ. 37-й, скривившись от злости, фыркнул, ушел в угол, сел и замолчал. Нин Чэнь взглянул на Ли Сюаня и подумал, что даже преступнику нужно дать возможность защититься - нельзя стоять в стороне и бросать его на произвол судьбы. Поэтому он попросил Лу Мэн найти спиртовые диски, чтобы протереть ему лоб и ладони и сбить жар. Ло Юй, порывшись в вещах, достал старый шприц и несколько ампул с лекарством. Он ловко выпустил воздух из шприца и сказал Нин Чэню: - Чэнь-гэ, помоги снять одежду, я сделаю ему укол. Нин Чэнь бегло взглянул на этикетку ампулы - это было обычное жаропонижающее. Поэтому он, словно вытягивая репку, рывком снял с Ли Сюаня толстовку, чтобы Ло Юй мог сделать укол. Оказалось, что под толстовкой у этого парня ничего не было. Лу Мэн ахнула, зажмурилась и отвернулась. Лицо Нин Чэня застыло. Помимо красного следа на шее, похожего на засос, на теле Ли Сюаня было еще с десяток красных следов разного размера. В некоторых местах кожа была поцарапана, и из ран сочилась кровь. Это действительно похоже на укусы комаров. Не успев обдумать это, Нин Чэнь прижал его к себе и протянул Ло Юй левую руку. - Давай. Ло Юй нервно сглотнул и пробормотал: - Брат, я учился не на медбрата, так что с уколами у меня, наверное, не очень получается, не обижайся. Сказав это, он прищурился и долго прицеливался, прежде чем наконец решился и вонзил иглу. Находящийся в бессознательном состоянии Ли Сюань почувствовал боль и инстинктивно дернулся. Ло Юй, занервничав, сразу же отпустил руку. Нин Чэнь строго приказал: - Не шевелись! Протянув руку, он ухватил шприц за поршень, и медленно и ровно ввел лекарство. Ло Юй вздохнул с облегчением и похвалил его: - В критический момент все-таки приходится полагаться на Чэнь-гэ. Ты раньше занимался сестринским делом? Нин Чэнь бесстрастно ответил: - Проходил курсы первой помощи в университете. Закончив, Нин Чэнь передал Ли Сюаня на попечение более заботливой Лу Мэн. Сам же он вместе с Ло Юем и Хань Чао стал обсуждать план побега. По их словам, когда они выходили, то заметили, что тела Вэй Цзяньхун уже не было в комнате «Ирис». Неизвестно, забрала ли его тетушка Лю. 41-й умер в своей комнате «Сакура». Получил смертельный удар ножом. Ли Сюань же потерял сознание в комнате «Лотос», откуда они его и вытащили. Кроме того, по пути они не встретили ни одной живой души. Все люди в черном исчезли. Осталась только тетушка Лю.