Сквозь миры к Дому

Глава 32 Долина — Это Ривенделл, — сказал он почти шёпотом. — Мы дошли. Два дня пути вымотали людей до предела. Ноги горели, плечи ныло от лямок, и мысли были только об одном — где бы наконец остановиться. В их прошлом мире они имели машины, и такие пешие переходы были редкостью. Ривенделл лежал в долине так, будто его не построили, а обнаружили — готовым. Строения были частью ландшафта. Здания из белого камня выглядели завораживающе. Даже свет здесь был другим: мягким, спокойным. Он ложился на резьбу строений, подчеркивая каждую деталь — листья, лозы, тонкие переплетенные узоры. Деревья росли совсем рядом, но не ломали стены, а будто оберегали их. Красота была в каждой линии камня, в каждой ветви дерева. И тишина… В долине была такая тишина. Не та, что бывает в пустом складе, а тишина большого дома, где давно никто не говорит, но стены все еще помнят смех. Не было видно ни дыма из труб, ни следов свежего костра, ни голосов. Только вода где-то внизу, ветер в листве и редкий щебет птиц. Кто-то выдохнул почти благоговейно. Остальные стояли молча. — Ривенделл, — повторил Гарри. — И да… он пустой. Как и говорил Мир. Они переглянулись. Слышать о Четвертой эпохе — одно. Увидеть своими глазами, что эльфы ушли, — совсем другое. — Они просто ушли? — тихо спросил Гленн. — Ушли, когда пришло их время, — ответил Гарри. — Уже несколько десятков лет здесь никто не живет. Может, кто-то и заходил переночевать, но не оставался. Зато они не оставили руин. Так что это даже к лучшему: не придется все начинать с нуля. Стоять можно было еще долго, но приближалась ночь, а до самих строений нужно было дойти. Без лишних слов все двинулись дальше, все время оглядываясь по сторонам. Такую красоту в их мире не увидишь. Даже для Гарри, выросшего рядом с магией, это место казалось настоящим чудом. Он подумал, что здесь будет хорошо растить Тедди. Они шли осторожно и говорили вполголоса — словно боялись спугнуть тишину. Шаги по белому камню звучали глухо, и шум воды будто прятал их. Галереи были пусты, но не заброшены. Никакого мусора, грязи, следов драки или разрушений не было видно. Лишь ровный тонкий слой пыли — знак того, что здесь давно никого нет. В том мире, откуда группа пришла, люди быстро превращали любое место в свалку. Здесь же все оставалось чистым, как будто дом просто ждал. Оружие держали наготове. Заглядывали в залы, маленькие комнаты, открытые лоджии над рекой. Где-то стояли шкафы с тонкой посудой. Где-то были кладовые, в которых еще что-то сохранилось. Где-то — пустые комнаты. У просторных окон встречались каменные скамьи, на которые хотелось сесть и долго смотреть на воду. Иногда Гарри останавливался. Он чувствовал: магия здесь не исчезла — она просто спала и временами тихо отзывалась. На нижних террасах сады чуть одичали, но не потеряли красоты. Розы расползались по каменным опорам — разных сортов, каких Гарри прежде не видел. Травы поднялись выше обычного, но не превратились в чащу. Время почти не тронуло стены, но все же природа меняла все мягко, не разрушая. — Красиво… — сказал кто-то, и никто не спорил. Гарри кивнул, но взгляд у него оставался внимательным. Он замечал то, что другие могли пропустить: иногда место словно просыпалось и прислушивалось к чужим шагам. Магия… Темнело быстро. Дальше обследовать Ривенделл не стали. Для лагеря выбрали один из залов — удобный, с хорошим обзором и выходом к воде. Первые часы в новом месте прошли на удивление ровно — настолько ровно, что это само по себе начинало настораживать. Палатки, поставленные в одном из залов, смотрелись чужеродно: холщовая ткань и белокаменные стены. Магический барьер получился легко. Гарри отметил, это значит, что место не возражало против защиты. Либо было слишком слабым, чтобы возражать. Еду решили готовить не на открытом огне, как в предыдущие дни, а на магической кухне в палатке. Блэк сегодня был ответственным за ужин. Дежурства распределили так, будто они ночевали снова в лесу. — Здесь ведь… тихо, — негромко сказал Гленн, когда список смен был составлен. — Тихо — не значит безопасно, — ответил Дерил, не поднимая голоса. — И не значит пусто. Пока остальные устраивались и разбирали вещи, Гарри прошёлся вдоль ближайших стен, будто что-то проверяя. Ночь в Ривенделле была необычной. Барьер стоял, но звуки снаружи не стихли. Водопады шумели без перерыва, и этот шум заполнял всё вокруг. Слышались ночные птицы — они проснулись и вышли на охоту. Но вот Дерил решил не охотиться в таком месте. И ещё было странно видеть местный камень. Белые здания в темноте не темнели. Ночная тень не отбирала их цвет. При свете луны и звёзд Ривенделл казался ещё светлее. Камень словно светился изнутри. Это не пугало; скорее казалось естественным: так и должно быть в таком сказочном месте. Ужин прошёл спокойно и тепло. Все радовались, что добрались. Гарри понимал: для него и Тедди Ривенделл может стать домом. Но это не значит, что друзья останутся здесь. Он видел, что людям место нравится. И всё же их беспокоила эта ровная, почти идеальная тишина между разговорами, чистота и порядок. Волшебникам здесь было легче, а для остальных это место было слишком непривычным. Когда все разошлись отдыхать, Гарри не смог уснуть. Его что-то влекло. Он не мог точно понять, что именно: магия этих земель или сам мир. Но ощущение было настойчивым и требовало действия. Гарри подождал, пока почти вся группа уснёт. Тедди уже клевал носом, уткнувшись в его плечо. Гарри укутал сына плотнее, взял сумку и тихо вышел. Раз всё равно не спится, лучше сделать то, что нужно. Только уйти незаметно не получилось. Дерил увидел движение сразу. Он поднялся со своего места, где дежурил. — Куда? — спросил он негромко. Гарри встретил его взгляд. — Ненадолго. Тут что-то тянет вниз. Мне нужно кое-что проверить. — Магия? — уточнил охотник. Гарри кивнул. — Может, мелкого мне оставишь? — Нет. Мы должны быть вместе. Я это точно знаю, — ответил Гарри. — Но спасибо. Дерил секунду смотрел на него, оценивая не слова, а состояние. — С тобой пойти? — спросил он, но не двинулся с места. — Не нужно. Мы справимся, — тихо сказал Гарри и взглянул на почти спящего Тедди. Дерил понял по-своему и кивнул: — Если что — зови. … Под основными террасами Ривенделла были нижние уровни. Там не было ни мрака, ни сырости. Коридоры оставались светлыми, стены — чистыми. Тянулись галереи, попадались кладовые, технические комнаты, мастерские. Некоторые помещения напоминали лаборатории. Воздух был сухой и прохладный, пах камнем и чистой водой. Гарри шёл уверенно. Он заглядывал в комнаты по пути, но внутреннее чувство подсказывало направление. Прогулка укачала Тедди окончательно, и тот заснул на руках, тихо сопя. Гарри не торопился, чтобы не разбудить его. Все артефакты с ребёнка были сняты, и Тедди дышал свободно, спокойно. Во сне он крепко сжимал пальцами ткань рубашки на груди Гарри. И наконец волшебник нашёл нужное место. Это была комната, которая больше походила на ритуальный зал, чем на кладовую. Круглый зал с высоким куполом. Гладкий пол из светлого камня. В центре — низкий постамент с двумя углублениями, как будто предназначенными для двух родовых камней. Гарри задержал взгляд на этой детали. Он понял: место сделано специально. Здесь ждали именно его и то, что у него есть два родовых камня, которые нужно установить. Блэк не стал зацикливаться на этом. Эльфы тоже могли знать больше, чем говорили. Провидцы были и в родном мире волшебника. Гарри выдохнул и продолжил рассматривать зал дальше. Ощущение того, что нужно действовать, не покидало волшебника. Сначала Гарри уложил Тедди на одеяло, которое достал из сумки, и укрыл так, чтобы ребёнку было тепло и при этом он оставался на виду. Освободив руки, Гарри открыл книгу о родовых камнях. Он читал её раньше, но решил освежить детали. Потом из запасов Блэков он достал свечи и расставил их по залу. Следом аккуратно вынул из саквояжа ритуальный нож и специальную одежду. И, наконец, показались шкатулки с родовыми камнями. Гарри до сих пор с тяжелым сердцем вспоминал день побега. Блэк помнил, как ломались щиты над домом, и как люди, за которых он сражался, встали против него. Сейчас волшебник вдруг ясно понял: всё это, как ни странно, привело его туда, где он должен был оказаться. Он нашёл тех, кто стал по-настоящему близким, и нашёл место, которое могло стать домом. Значит, всё сложилось так, как должно. Установить камни оказалось несложно. Он произнёс ритуальные слова, и свечи вспыхнули ярче. Родовые камни Поттеров и Блэков были тяжёлыми не только по весу: от них исходила сильная, плотная магия — знакомая и правильная. Гарри установил камни в углубления постамента — каждый на своё место. Они легли ровно, без зазоров. Алтарь подходил им идеально. Мысль о том, что эльфы знали, что делают и для кого, стала ещё увереннее. Он поднял ритуальный нож — палочка здесь была не нужна. Формула прозвучала спокойно и чётко. Надрез, и кровь закапала на камни. Гарри невольно вспомнил долину, водопады, каменные мосты и старые строения, которые видел сегодня. Магия пошла осторожно, вместе с кровью впитываясь в камни и алтарь. Камни ответили: сначала теплом, потом лёгкой вибрацией, которая разошлась по полу кругами. Ривенделл принял нового хозяина. Не радостно и не враждебно — просто так, словно это решение уже было предопределено. В какой-то момент Гарри ощутил, что долина перестала быть просто местом. Теперь это была территория, связанная с родом. С ним. И с Тедди. Ощущение дома стало чётким и точным. Гарри чувствовал границы, ощущал землю, воду, деревья. Магия разлилась по всей территории и закрепилась на ней. Тедди заворочался, тихо вздохнул и снова уснул. Гарри отметил это машинально, но с теплотой: ребёнок, казалось, не испугался перемен. Гарри давно уже опустил кинжал. Кровь перестала капать. Несколько секунд он просто стоял, вслушиваясь в новое ощущение дома — теперь оно было реальным, почти осязаемым. И только после этого он вспомнил обещание, которое дал перед уходом из родного мира. В запасах рода Блэк хранилось многое: редкие книги, артефакты, золото. Но самым ценным для Гарри были не вещи. Самыми ценными были те, кто мог помочь роду, кто знал его тайны и был готов защищать хозяев до последнего. Домовые эльфы. Когда-то у Блэков их было много. Гарри застал только Кикимера. И теперь он понял особенно ясно: сила рода держится не только на камнях и имени. Она держится на верности тех, кто остаётся рядом. … — Если хозяин окажет честь… Я не хочу оставаться здесь. Без камня рода и магии я умру. Если я могу просить… — Я понял. Ты хочешь отправиться с нами. Как те головы домовиков? Они тоже в сумке? Я читал об этом. Глава рода должен уметь возрождать и умерщвлять домовиков правильно. Я сделаю это. Ты готов? — Спасибо, хозяин. Я так рад. Спасибо. Когда вы устроитесь, призовите меня. Верный Кикимер всегда поможет главе рода и его наследнику, — произнёс домовик, нежно погладив малыша по голове. Тедди продолжал спать. — Конечно. Я всё сделаю. … Кикимера Гарри не хватало всё это время. Он был благодарен судьбе за удачный переход: они с Тедди выжили и добрались в предыдущий немагический мир, сбежали от неадекватных магов. Но мысль о том, что старого домовика нельзя вернуть, всё равно давила изнутри. Теперь всё изменилось. Они оказались в новом уже магическом мире. Камни рода встали на место, земля приняла их, и Ривенделл стал частью рода. Гарри чувствовал: пришёл нужный момент. И ещё он ощущал другое — здесь можно вернуть не только Кикимера, но и остальных. Они это заслужили. Гарри аккуратно достал свёртки и разложил их на камне у алтаря. Это были те, кто когда-то служил дому Блэк. Он не собирался обращаться с ними как с вещами. Он хотел вернуть их — насколько это возможно. И, если получится, дать им выбор. Он не собирался ломать старые клятвы силой и не собирался играть в «добро» напоказ. Но в долине хватит дел: дом, сады, мастерские, защита территории. Пусть каждый найдёт своё место и своё занятие. Ритуал был старым и в целом несложным. Сложнее всего было не в словах и не в рунах — сложнее было держать себя в руках. В записях Блэков хватало тёмных способов подчинения. Но там же, рядом, лежали и инструкции обратного процесса. Чистокровные семьи берегли полезное. Даже в жестоких привычках у них всегда была расчётливость. Рядом со всем этим были записи и про домовиков. Гарри начертил на камне рунный круг. Главное — привязать домовика к камню рода, к земле и дому, а не к себе лично. Он знал, насколько легко сделать иначе. И знал, чем это заканчивается. Со смертью мага, погибнет и домовик. Он произнёс слова тихо, ровно, без лишних чувств. Магия поднялась и пошла по кругу. Камни рода ответили сразу, очень мягко. Сначала не произошло ничего. Потом послышался слабый шорох. Воздух в зале стал плотнее, и по коже пробежал холодок. И один из свёртков дрогнул. Не резко, без вспышек — просто так, будто внутри что-то проснулось. Ткань натянулась, затем вокруг неё начал собираться плотный слой магии, похожий на оболочку. Гарри подошёл ближе. На камне проявилось маленькое тело: тонкие руки, узкие плечи. Но это был уже не прежний домовик. Магия этого мира собирала его иначе. Не делала как было, а перестраивала под новый мир. Домовик стал чуть выше. Кожа была не серой, а теплее, ближе к человеческой. Уши остались большими, но стали тоньше и аккуратнее. Глаза открылись — ясные, спокойные, без прежней покорности. Домовик резко вдохнул, опёрся на локоть и поднял голову. Гарри узнал его по привычке держать голову чуть вбок, будто он слушает дом. — Кикимер, — тихо сказал Гарри. Домовик поднялся неловко, но быстро. Посмотрел на свои руки, провёл пальцами по груди и шее, замер, ощущая изменения. — Кикимер… другой, — хрипло произнёс он. — Камни звучат иначе. Земля держит иначе. Гарри понял: так будет со всеми. Это место не копировало прошлое. Оно давало новую форму жизни здесь. Кикимер посмотрел на Гарри. Взгляд был не растерянный. Усталый. И внимательный. — Хозяин Гарри Поттер, — произнёс он и сразу добавил, будто продолжая разговор, который не прерывался: — Кикимер показывал, как уйти. Пока ломали защиту дома. Гарри застыл. В груди неприятно кольнуло. Вспомнился тот день: всё рушилось слишком быстро, дом на площади Гриммо дрожал под чужими заклятиями, времени почти не было. — Ты помнишь это? Прямо тот момент? — тихо спросил Гарри. — Кикимер помнит, — твёрдо сказал домовик. — Стены гудели. Щиты рвались. Хозяин Гарри держал наследника. Кикимер сказал слова и отдал саквояж. Кикимер не хотел, чтобы хозяин и наследник умерли. Тедди в углу заворочался и заскулил во сне. Гарри тут же подошёл, поднял его и прижал к себе. Кикимер увидел ребёнка — и на секунду его лицо дрогнуло. В этом выражении было что-то новое. — Жив, — выдохнул он. — Хорошо. И не сильно вырос. Хозяин молодец. Быстро нашёл хороший дом. Значит, теперь всё будет хорошо. Гарри обнял Тедди чуть крепче. — Жив. И я жив. Дом, правда, пришлось искать долго. Слушай внимательно, Кикимер. Многое изменилось. И не только ты. Кикимер наклонил голову. Жест был старый, но теперь в нём чувствовалась не покорность, а деловое внимание. Гарри кивком указал на постамент с камнями. — Я связал эту долину с собой через камни Поттеров и Блэков. Я стал якорем. Магия здесь ослабла. После того как эльфы ушли, многие места остались без хозяев и без подпитки. Магия начала уходить. Пустоту должен был кто-то занять. Кикимер медленно моргнул, словно слушал не только слова, но и саму долину. — Земля голодна, магия только просыпается, — осторожно сказал он. — Хозяин только разбудил… — Да, — подтвердил Гарри. — Разбудил и сразу призвал тебя. Я обещал. Кикимер коротко посмотрел на другие свёртки — на тех, кого Гарри ещё не поднял. — Другие тоже будут живые? — спросил он. — Да. Я чувствую: магии хватит на всех, — ответил Гарри. — Она другая. Магия Среднеземья меняет. Возможно, это даже к лучшему. Но сначала я должен объяснить, как мы сюда попали. Это важно для того, что будет дальше. Кикимер остался стоять неподвижно, словно страж у двери. Гарри глубоко вдохнул и заговорил быстро, но ровно, чтобы не сорваться: — Мы покинули наш мир с помощью ритуала, который ты мне показал, когда разрушали защиту дома. Но попали сюда не сразу. Сначала нас выбросило в обычный мир — без магии. Там всё было нормально: мы с Тедди жили там, переехали в другую страну, купили дом. А потом начался кошмар. Мёртвые вставали и ходили. Города падали. Люди убивали друг друга — или их убивали эти ходячие. Кикимер не отшатнулся, но глаза его расширились. — Мир без магии… и мёртвые ходят, — тихо повторил он. — Это плохо. Очень плохо. — Мы выжили, — продолжил Гарри. — Пришлось отправиться к месту силы. Там был ещё один ритуал переноса — второпях, но выбора не было. Я держал Тедди и тянул всех, кого мог. Так мы оказались здесь. И мы не одни: со мной друзья. Люди, которые прошли всё это вместе со мной. Кикимер нахмурился — не ревниво, а оценивающе. — Друзья хозяина… будут жить здесь? — Возможно, — ответил Гарри. — Здесь будет дом. Для меня и Тедди. Для тебя. Для твоих братьев — тех, кого мне ещё предстоит вернуть. А мои друзья решат сами. Захотят остаться — долина станет домом и для них. Захотят уйти — держать не буду. Но дверь для них всегда будет открыта. Кикимер опустил взгляд на камни. — Это хорошо, — почти шёпотом сказал он. — Пусть будут другие. Главное — Блэки живы. И у них есть дом. — Спасибо, — ответил Гарри. — Я рад, что ты понимаешь. Я говорю всё это, чтобы ты знал: как раньше уже не будет. Здесь мы сможем начать заново. Он сделал паузу и добавил то, что считал наиболее значительным по последствиям: — И ещё. Скоро сюда начнут приходить потомки эльфов. Не те, что ушли за море — другие. Те, кто остался в Среднеземье, смешались, изменились. Им потребуются опора и порядок, ведь с уходом магии их положение могло ухудшиться. И долина — место, куда их потянет. Здесь магия вновь обретёт силу. Они должны будут стать вассалами — не рабами. Союзниками на условиях нашего дома. На моих условиях. Кикимер поднял глаза на Гарри, и в этом взгляде впервые мелькнуло что-то похожее на понимание масштаба. — Вассалы… значит, хозяин будет лордом, — сказал он тихо, без привычной угодливости, скорее как человек (или домовик), который называет вещь своим именем. — Называй как хочешь, — отрезал Гарри. — Мне не нравятся титулы. Я буду держаться этого места, чтобы Тедди вырос в безопасности. Чтобы мои друзья жили. Чтобы, наконец, забыть о войне и выживании. И если для этого нужно будет стать лордом с вассалами, я приму это… Кикимер помолчал, затем коротко кивнул. — Тогда Кикимер будет… служить дому, — произнёс он медленно, будто выбирая формулировку заново. — Новому дому. Старому хозяину и его наследнику. Гарри чуть расслабил плечи. — Спасибо, я очень рад. Волшебник посмотрел на остальные свёртки. — Хорошо. Тогда помогай. Сейчас я буду возвращать в новую жизнь других домовиков. Ты будешь старшим среди них. Будешь отвечать за них. Станешь главным хранителем. Ты уже был в этой роли, когда хранил всю информацию о ритуале. Поэтому я верю, что ты справишься. — Конечно, хозяин Гарри. Кикимер всё сделает. Кикимер сделал шаг к алтарю и встал у границы начерченного круга. Гарри повернулся к свёрткам. Работа действительно только начиналась — но теперь рядом с ним стоял не просто возвращённый домовик. Стоял изменённый магией Среднеземья хранитель, который помнил, который готов помочь.