Кошачьий шаг

      Внутри непримечательного музея пахнет старым и нагретым ковром, каждый зал напоминает Проповеднику об институтских годах — кажется, ещё мгновение, и пора будет среди множества дверей искать нужный кабинет.       Присутствие выбивающихся из общей академической атмосферы экспонатов выставки не помогало.       В большей степени из-за того, что Трилби слишком задержался у витрины с небольшим — он бы легко поместился в ладони и потом в кармане — красным алмазом.       — Нет, — шикнул Проповедник.       — Что-то не так? — Трилби медленно, перебирая взглядом по табличке с описанием, повернулся к нему.       — Я знаю, что ты задумал, — тихое предупреждение.       Трилби требуется лишь мгновение, чтобы понять к чему оно:       — Ты мне не доверяешь?       — Не в плохо охраняемом музее, — камер наблюдения поблизости Проповедник не заметил. Как и присутствия смотрителя.       — Даже после стольких лет без нарушения закона? — Трилби хмурится и Проповедник задаётся вопросом: встал ли он снова на минное поле или с ним затеяли дразнящую игру.       Так, что Проповедник подстраховался — ему совсем не хотелось ворошить прошлое вслух, и заполнять им долгие минуты спокойствия после успешной миссии.       — Мне было бы спокойней, если бы ты держал руки здесь, — пальцы Проповедника прошлись по рукаву рубашки Трилби и тронули его ладонь в осторожном приглашении переплести.       — Ясно, — резкий выдох, в ответ на жест Трилби сомкнул кулак.       — Пожалуйста, — Проповедник вопрошающе погладил его по костяшкам.       — Я, — начал Трилби и тут же быстро замолк, — Ты знаешь.       — Да.       Минута паузы между ними долгая, оглушающая тишиной — но, вскоре, к облегчению Проповедника напряжение в ней обрывается ответным прикосновением.       Трилби взял его за руку, переплёл их пальцы и чуть сжал.       Ещё минута.       — Алмаз напомнил мне об американских музеях, — Трилби отвернулся. — Вот и всё.