училка

В пятницу с утра какая-то движуха. По школе носится директриса едва ли не быстрее бедных пятиклассников, несущихся на любимую историю. — Максим Николаевич, я так рада вас видеть! — Бантеева хватает его за руку и тащит дальше по коридору. Там дальше только актовый зал, и Максиму нехорошо от флешбэков. — Что случилось? — он не понимает ровным счетом ничего, но послушно несется. — На месте увидите. И он видит. Те самые несчастные шторы опять находятся не на своих местах. — О не-е-е-т, — шепчет, глазами ищет своих оболтусов, но не находит удивительным образом. — Неужто сбежали? — Да не, не ваши сейчас, — отмахивается директриса, за ухо вытягивающая визжащего пятиклассника. — Смотрите, до чего докатились! — А я тогда причем? Зовите их классную, пусть разбирается. Мои-то ведут себя прилично. — Он уже разворачивается — времени до звонка осталось мало. — Нет-нет, Елизавета Владимировна заболела, не сможет ничем помочь из дома. — Я все еще не понимаю, при чем тут я? Других учителей нет разве? Да и рановато как-то Петрова сдалась. Неделю отработала и все? — Вы мужчина. — Бантеева успевает и пацана тянуть за ухо, выговаривая ему, и с учителем разговаривать. Супер-женщина, не иначе. — Зашибись. — Вслух. Пофигу на ребенка, он все равно не слышит. — Какой класс? — Пятый «А». — Отлично, отдавайте его мне, у него сейчас история. — Левин выхватывает пацана из захвата, встряхивает и посылает в класс. Пацан летит, не глядя по сторонам. Через секунду уже в кабинете. — Вы, кажется, обещали выслать планы, не так ли, Наталья Владимировна? — Левин устал ходить за ней по пятам целую неделю, выпрашивая планы, а тут прекрасная возможность. — Да, вышлю сегодня, — она тут же сливается и на лестницу поворачивает. Максим лишь хмыкает. На обеде все стандартно, бедный Сашка, которого умотали десятиклассники с кроссом, налегает на столовский супчик слишком усиленно. — Тебе б добавки, а то скоро ветром унесет. — Макс шутит, оглядывая грустным взглядом и свою миниатюрную порцию. — Есть у меня в классе одна такая, Джебисашвили, так у нее в рюкзаке кирпичи, иначе пропадет девка. Саша смеется, едва не давясь супом, потому что точно знает, кто ей эти кирпичи подогнал. — Олег мой стащил со стройки эти кирпичи и ей подарил. Она с ним даже на свидание ради такого соглашалась. — Хвастается, добив бедную порцию. — Лучше бы цветы ей притащил. Она ж девчонка, с ними надо нежнее. — Максим дважды разведен и, судя по всему, не сильно разбирается в женщинах, но дать другу совет — святое. У Максима где-то есть дочь, но бывшая жена не дает с той видеться. Анечка уже примерно одиннадцать лет и они в совершенно неизвестном городе. Поэтому все невысказанные советы приходится слушать Саше. Шепс и не против, иногда что-то дельное и проскакивает. Судя по всему, раз Олег растет не совсем распиздяем, Саша делает все правильно. — Я кстати на вечер забронировал стол. — Макс о самом наболевшем. О единственной радости по выходным, которую он целое лето в себе искоренял. Не получилось, но получилось обуздать. На урок к своим оболтусам идет как на праздник. — Ну что, рефераты, я надеюсь, готовы, да, Романова и Саков? — ухмыляется коварно. Две головы нервно кивают, шурша бумагой. На стол кладут учителю. — Отлично. 19 сентября, в пятницу у нас будет урок, на котором вы все будете рассказывать свои рефераты. К тому времени уже много кто их подготовит. Будет у нас дискуссия. Запишите в дневниках, чтобы не забыть. Дети стонут нерадостно, возмущаясь шепотом. — Так, разговорчики! — хлопает ладонью по столу. — Краснов, Изосимов, вот ваши темы рефератов на следующий урок. «Петр Столыпин» — это тебе, Артем, а «Русская императорская армия» — Якову. Записали? Парни грустно вздыхают. — Итак, пишем сегодняшнюю тему. — Радует всех Левин, удобнее усаживаясь на своем крутом стуле. Предвкушает сорок минут мучений. После всех занятий пришлось согласовать с завучем новую методу по улучшению учебной успеваемости. Поэтому на классный час приглашен и родной уже 11"В», и непривычный 5"А». — Итак, товарищи старшеклассники! — серьезным голосом звучит, вышагивая по классу. Там сорок человек еле вместились, кто на окне сидит, кто на полу на рюкзаке. — Пока классная 5"А» Елизавета Владимировна на больничном, я буду совмещать руководство. — Шепот непонимания среди «родных» пробежался между рядками. — Поэтому, во избежание всевозможных эксцессов, за каждым пятиклассником будет закреплен одиннадцатиклассник. Всем понятно? — А что мы с ними делать будем? — Влад тянет руку, ему больше всех непонятно, к чему эти «мелкаши». — Показывать хороший пример, да, Владислав? Особенно в актовом зале. Тимофей, верно? Юлий? Парни понуро кивают, пристыженные. Максим Николаевич победно скалится и вполне бодро разделяет всех на пары. Далеко не все рады, но деваться некуда. Это буквально на неделю-две. — За время больничного Елизаветы Владимировны чтобы ни одного замечания не было ни у одной из пар. Вы можете зарабатывать положительные баллы. — Максим достает из-под замка ту самую волшебную тетрадочку. — Я все буду записывать, и в конце та пара, у которой будет наибольшее количество положительных баллов, получит от меня плюшку. — А какую? — девчонка-пятиклашка аж подпрыгивает от нетерпения. Ира Певчая, к ней прикрепленная, не разделяет такого энтузиазма. — А это будет большим сюрпризом. Иначе неинтересно будет. — Максим ей подмигивает, а Ира закатывает глаза. — Курение за углом школы не добавляет вам положительных баллов, если что! К концу почти резинового классного часа все разбредаются по своим делам понурые. — Ну капец, теперь и не покурить, — стонет Артем слишком громко в дверях. Максим на это смеется, и правильно — меньше сплетни всякие будет распускать. Но в половину восьмого Максим уже почти привычно забирает Ангелину Юрьевну с остановки и везет к дому. Та слишком уставшая, в одну точку смотрит всю дорогу. — Тяжелая неделька, да? — спрашивает, ведь молча неуютно ехать. Она вздрагивает, смотрит на него и кивает. — Ага, — поправляет пальто и продолжает, — что-то я не рассчитала свои силы на такую нагрузку. Либо разучилась уже работать. Просто два года я не работала, видимо и потеряла хватку. — Вздыхает, опять в окно поворачиваясь. — Ну ничего, — он на светофоре останавливается, он с ней полностью согласен, что работа не из легких. — Вы справитесь, я в вас верю! — Спасибо, Максим Николаевич, — она улыбается устало, — спасибо что подвозите. Я вас как-нибудь угощу пирогом, как только у меня появятся силы его испечь! — Ого, звучит очень заманчиво и вкусно! — Максим, как и любой нормальный мужчина, всегда любит покушать, особенно вкусное. — Да-да, я вам не вру, — она озорно оборачивается, даря ему превосходную улыбку. И Максимово сердечко вдруг дергается в давно застывшей холодным цементом груди.Он даже сам пугается вначале, решая с этим разобраться дома. — Спасибо, — около ее подъезда Ангелина Юрьевна дружески хлопает Максима Николаевича по плечу и выскакивает на улицу. Там сентябрь вовсю осыпает город листьями, доводя дворников до сумасшествия.

***

— Сань, мне нужно срочно кое-чем поделиться! — Макс перехватывает друга у крыльца. Этот бар находится совсем в противоположном краю города. Иначе бы были все шансы встретить либо учеников, либо родителей. Шепс даже не удивлен, доставая сигарету и уже внимательно слушая товарища. Ему дома Олег тако-ого нарассказывал — раскачаешься! — Ангелина Юрьевна, ну, которая новенькая, обещалась угостить меня пирогом! Представляешь? — Левин в этот момент выглядит ну один в один со своими оболтусами. Наисветящийся. — Уже да, а в честь чего такое? — Саша, кажется, не в курсе всех событий. — Ну я же ее вечерами подвожу с работы, она все хотела мне деньги сунуть, а я отказывался. Вот на пирог согласился. — Глаза Макса горят ярче новогодних гирлянд. — Да тебя хоть черт поманит едой — сразу побежишь радостный! — Саня смеется, хлопает товарища по плечу. — Твоя бывшая жена так и сделала, забыл что ли? Максим кривится, и правда вспоминая такой момент уже из прошлой жизни. — Ну что поделать, если я люблю вкусно покушать? — И выпить? — Шепс протягивает стакан чего-то уже набодяженного. — А это уже не так сильно, — честно говорит Левин. Пить он вообще завязывает уже не один год. Иногда, правда, срывается. Но работу никогда не бросает, по сути — только дети и держат его на плаву. — Ну смотри, а если Ангелина Юрьевна вместе с пирогом предложит стопочку? — Саша хитер. — Так я же за рулем, какая стопочка, Саня? С ума сошел? — Макс давится коктейлем, закашлявшись. — Да ладно, я же шучу. Просто одинокая женщина на пироги так просто не зазывает первого встречного, знаешь ли. Обычно наоборот, Макс. — Шепс много лет женат и делает вид, что самый умный.

***

Выходные у Максима проходят слишком быстро и на даче. Огородный сезон скоро будет заканчиваться и придется немного попотеть, но пока есть еще две недели чистого и тихого наслаждения своими огородными богатствами. А в понедельник, не успев зайти в школу, родной дурхаус поджидает Максима Николаевича. — Максим Николаевич, — директриса будто специально его караулит. Следит за каждым его шагом. — Да, Наталья Владимировна? Что-то случилось? — он понимает, что если были выходные, то его балбесы вряд ли успели что-то сделать. Ну, он надеется. — Да, представляете, — она опять тащит его за руку в направлении актового зала. Господи, только не это! — Ваши дети натворили! И перед глазами является картина под названием «жертвоприношение». — Кто это сделал? — сил не хватает охать и ахать. — Семенов и Васильев из 5"А». — Хвастается директриса, словно она с ними участвовала. — Пятому «А» сегодня ко второму уроку. Они не могли это сделать. — Да? — она даже замирает от удивления, — а кто тогда? — Ну я у вас и спрашиваю, при чем тут я. — И Левин разворачивается, ему еще подготовиться надо к пятому «Б».

***

«Макс, зайди в спортзал» — Саша пишет на втором уроке странную смс-ку. Волна подозрений поднимается внутри вместе с жутким желанием покурить. — Так, — осаживает пятиклассников, что уже расслабились от важной темы. — Я сейчас отойду на 10 минут, а вам задание дочитать параграф. Вернусь — буду спрашивать! Дети грустно кивают, понимая, что так и будет. — Что случилось? — в спортзал заглядывает, боясь мяча. Максим знает, что сегодня физра у его 11"В». — А, парни сломали перекладину. — Саша всех строит в линеечку. — Череватый, Изосимов, Саков, Краснов. — А Шепс? — на Олега кивает. — Не, он очкует. Батя ж сразу отвесит. — Смеется, наблюдая, как Олег краснеет. — А, еще и Райдос помогала. — Как умудрились? — к детям поворачивается и строго спрашивает. Дети, естественно, глазки в пол и молчат. — Этим перекладинам полвека, вашу мать! Полвека служили и столько бы еще прослужили! Вам что, заняться нечем? А? Влад? Объясни! — Мы случайно, — бормочет еле слышно. — За случайно знаешь, что бывает? Все переглядываются, вроде немного догадываясь. — Ваши родители на работу реже ходят, чем в школу, е-мае! Что за класс-то мне достался, почему пятиклашки не косячат, а вы, здоровенные лбы, только в путь? — Максим Николаевич, — тянет Вика, сделав небольшой шаг вперед. — Влад просто сильно прыгнул, и так случайно получилось… — слезинка стекает вниз по ее щеке. — Александр Олегович, какая тема вашего урока была? — интересуется у друга. — Кувырки на матах. — Тот, кажется, понимает, к чему дело идет. — А какого тогда лешего мой любимый 11"В» торчал на перекладинах? — голос Максима Николаевича, кажется, слышит вся школа. И дрожит вместе с 11"В». — В эту субботу вместо выходного будете полезными для школы. Чтобы в 8:00 были все поголовно. — Даже те, кто не виноват? — уточняет Лина, опять слегка пошатываясь. — Я сказал все, значит все. Дети вздыхают. — После уроков обсудим. И в тетрадочку запишем, да. — И Левин уходит, ведь страшно представить, что могут натворить пятиклашки. Пятиклашки, кстати, ничего не натворили. Не считая парочки приклеенных жвачек к учительскому столу. Но Максим, как и обещал, спрашивает половину класса о прочитанном. Всплывает пара двоек. — Звонок для учителя! — после оного не разрешает детям разбежаться. — 11"В» немного накосячил, поэтому несколько человек из вас тоже получат баллы в тетрадочку. Завтра постараюсь устроить совместный классный час и там озвучу всем. Свободны! На большой перемене гомон, вопли и визги, но знакомых лиц в эпицентре Максим, к счастью, не находит. — Ну чего, нормально урок закончился? — спрашивает у Саши, что воюет с резиновой отбивной. — Невозможно откусить, — возмущается. — Да нормально, подозрительно тихо даже. Все нормативы сдали, хотя обычно фиг дождешься. — Отбивная не сдается, чем злит сильнее. — Да кто вообще готовил эту хрень? — возмущается чуть громче. — Александр Олегович, потише, пожалуйста. — Татьяна Ивановна, вновь сидящая за соседним столом, делает приличное замечание. — Татьяна Ивановна, вам тоже приятного аппетита. Вас не учили, что подслушивать нехорошо? — Левин вступается за друга. — Максим Николаевич, я не с вами разговариваю. — Она фыркает и отворачивается, продолжая болтать с Тамарой Андреевной, учительницей пения. Саша смеется на это, показывая язык Лариной. Та, естественно не видит спиной. А Максим хихикает.

***

После плотненького обеда Левину приходится все же заглянуть в учительскую за журналом. — Ой, какими судьбами вас занесло? — Башаров тут как тут. — А чего, теперь вход в учительскую по фейс-айди? — Максим смеется, не сильно-то ему и хотелось ползти в рассадник змей. Ларина и Семенова уже тут как тут. Не хватает и правда только Петровой. Даже хорошо, что та на больничном. — Елизавета Владимировна в пятницу выйдет сказала, — Ларина тут же отзывается, корча рожицу Левину. — Очень хорошо, — аж не зря зашел. Иногда в учительской есть свои плюсы. Правда минусов всегда больше. — А вы помните, что вам надо провести семинар? — Башаров все еще не отстает. — Конечно, дорогой мой Марат Батькович. Все готовится. Дети стараются. И кстати, в эту субботу предупредите охрану, что мы придем с субботником. — Ого, вот это новости! — Ларина тут как тут, будто своих дел нет! — А вам, Татьяна Ивановна, заняться нечем? Мой учебный процесс идет без сбоев. — Не упускает момента похвастаться. — Пфф, — та фыркает и отворачивается, ведь и правда, дел накопилось… Максим Николаевич берет нужный журнал и максимально быстро убегает.После такого нужно срочно покурить. Шепс очень кстати встречается по пути и невольно слушает все прелести пересказа напрямую из змеиного логова. Саша по воле нежелания там тоже появляется нечасто. — У тебя что ни день, то сплошные приключения! — по плечу хлопает друга и оба расходятся по своим углам. У Максима Николаевича сейчас свежевсученный спецкурс девятиклассникам. Их собралось всего десятеро. Лафа! Материал они знают, руки поднимают, вопросы задают! Красавчики. А на классном часу бедные одиннадцатиклассники становятся о-о-очень бедными и страдающими. — Итак, — начинает грозно Максим Николаевич, когда все наконец-то расселись худо-бедно. Дети головы в плечи вжимают, предчувствуя если не апокалипсис, то около того. — Четверо виновников получают по 3 антибалла. Остальные по одному. Пятиклашкам тоже продублирую. — А остальные тут причем? — Оля Якубович, вышедшая сегодня первый день и не успевшая еще влиться в учебу, протестует. — Якубович два антибалла. Потому что пятиклашек на тебя не хватило. — По столу кулаком стучит. Не наорать, не отвесить подзатыльников. Максим, дыши глубоко. — За что? — Три! — Блять, — шепчет Оля, на место плюхаясь. — Четыре! Я все слышу. Тихий вздох ужаса проносится по классу. Народ заметно волнуется, но возмутиться не рискует. Всем и без этого хватает антибаллов. — Итак, на повестке дня — субботник. Будем чистить территорию школы. — Жестким голосом произносит, мимо рядов проходя. — Череватый, руки на парту положил. У Шепса на коленке вряд ли что-то завалялось. Продолжим, грабли и веники возьмем на участке. Ира Певчая, трясясь, поднимает руку: — А до скольки? Ну, чтобы родителям сообщить. — Пока не приберете всю территорию. — Но она же огромная! — Женя смелеет и громко восклицает, а потом, когда до нее доходит, прощается с жизнью. — А в вас энергии — хоть экскаватором черпай! Как раз к понедельнику уложитесь! На вас, конях, пахать да пахать, ешкин кот! — Левин еле подобрал максимально нематерное слово, хотя хотелось крепким и более русским выражением. — Кто не придет — сразу плюсую по двадцать антибаллов. Кто придет и будет активен — вычту по несколько антибаллов и прибавлю несколько положительных. Всем ясно? Вопросы? — А нас покормят? — Лина, что неудивительно. — Еду с собой берем, либо в перерыв отпущу до шаурмичной. Но только на полчаса! И никаких курений! — Максим реально зол, потому что страшно представить, как разбаловала их предыдущая классная. Дети вздыхают еще раз, понимая, что добаловались. Игры кончились.

***

В привычные восемь Максим сидит в машине и караулит выход из школы. Ангелина Юрьевна как всегда пунктуальна и не заставляет себя задержаться. — Максим Николаевич, ради бога простите, чуть не опоздала! — с разбегу влетает в его маленький автомобиль, принося с собой какой-то аромат новых духов. — Ангелина Юрьевна, да не говорите ерунды, вы вовремя, — немного даже удивленно, но эти поездки, коих было еще совсем чуть-чуть, кажутся уже настолько родными и привычными, что Максим ловит себя на мысли, а как же он предыдущие 20 лет ездил на работу и с работы один? — Ужасная погодка, да? — она слишком сегодня разговорчива для обычной тишины поездки. — Очень, — ему, как назло, после всего нервного дня говорить вообще не хочется, да и начинающийся дождь заставляет сильнее всматриваться в дорогу. — А когда уже этих оболтусов отдадут вам? — задает он насущный вопрос. — Не знаю, — она плечами жмет, — мне директриса тоже ничего не говорит, ужас просто! — она с силой бьет по колену, немного пугая Левина. — Она вам тоже не нравится? — вкрадчиво спрашивает, искренне переживая за коллегу. — Да ужас, невыносимая. Шума много, а толку как с кота молока! — Я ее тоже недолюбливаю. — И завуча? — И завуча. Еще Ларину, Семенову… За милым обсуждением коллег и проходит вся дорога. — Ой, Максим Николаевич, у меня завтра сокращенный день, поэтому доберусь сама, не ждите, пожалуйста. — Уже у своего подъезда она спохватывается. — И я все еще помню про пирог! — привычно хлопает по плечу и все-таки выходит. До самого утра неопознанный аромат витает в автомобиле.

***

Во вторник с утра Максим Николаевич думает, проезжая мимо дома Ангелины Юрьевны, а какого черта он возит ее только по вечерам? Утром же им все равно к одному времени. Поэтому в саму школу он заходит изначально не в духе, и, видя уже спешащую к нему директрису, рявкает: — Не сейчас, Наталья Владимировна! Та опешивает и останавливается от шока. — Максим Николаевич, но… — Ниче не знаю. Сразу вызывайте родителей если это сделал кто-то из моих! — и к кабинету прямым ходом идет. Директриса несется следом, что-то бормочет, но на пороге кабинета истории все же останавливается и дальше не идет. Ну вампирша, честное слово. — Ко мне потом зайдете, хорошо? — и уходит. — Ну дожили. — Смеется Левин, проходя в класс. Там, не поверите, опять 11 «В». — Ну здорово, балбесы! Все сидят, боятся пикнуть, не скачут по кабинету, не кидаются ручками, только Саков руку тянет: — В субботу в прогнозе погоды написали дождь, все равно приходить? — Молодец, Саня, угадал. Приходить, но в дождевиках и резиновых сапогах, понятно? — Угу, — совсем без энтузиазма отвечают дети. — Итак, — в ладоши хлопает учитель, — достаем двойные листочки и записываем темы самостоятельной работы! Дети уже не стесняясь ревут в голос. Сами виноваты. И ближайшие 40 минут слышится лишь скрип извилин одиннадцатиклассников и грустные вздохи. — Шепс, — вдруг в полной тишине окрикивает Максим Николаевич, — руки на парту положил быстро! — Максим Николаевич, да я ничего… — начинает было Олег, но запинается. — У Влада на коленях никакой шпаргалки нет точно, я тебе отвечаю. Лучше бы Вике на колени свои грабли клал, она хотя бы тему знает. Весь класс заходится нервным смехом, пока Олег и Влад заливаются краской, отъезжая друг от друга максимально в разные углы бедной парты. — И кстати, просьба каждому добавиться ко мне в друзья в ВК, создадим общую беседу и будем там общаться обо всех нюансах. Шулик, ты ответственная за это, поняла? Женя, до этого старательно списывающая, дергается, но усиленно кивает. — Поняла, Максим Николаевич. — И еще, если за субботу мы не успеем прибрать территорию, то придем сюда в следующую субботу и так до бесконечности! — напоследок радует учеников, хитро улыбаясь. — И сегодня классного часа не будет. Завтра позову пятиклашек, заодно посчитаем.