Чудо

Ким Хонджун жил тихую спокойную жизнь. В ней не было никаких неожиданностей. Он родился в хорошей любящей семье. В свой первый день рождения среди огромного количества предметов на столе, ухватился маленькой ручкой за игрушечный микрофон. Уже к пяти годам родители поняли, что в семье действительно подрастал меломан. Лучшим подарком на все праздники жизни для него были - кассеты, пластинки, диски и проигрыватели, на которых это все можно слушать. Хонджуну нравилась музыка в любом своем проявлении. Она его завораживала. Он мог часами слушать новомодные песни вперемешку с хитами ушедшей эпохи, а после анализировал их, выделяя для себя лучшие моменты. Этот интерес не мог закончиться просто так, поэтому однажды он задумал писать песни. Свою первую балладу, ужасную во всех смыслах, он написал в средней школе. Тогда, переполняемый чувством первой влюбленности к красивой девочке из параллели, Хонджун решил, что нет лучше способа признаться в чувствах, чем исполнить песню. Он старался, не спал несколько ночей, в попытках выразить через музыку свои чувства. Стихи получились корявыми, не всегда с хорошей рифмой. Но в тот момент ему казалось, что он создал настоящий шедевр. К сожалению, реальность поступила с ним жестоко. Девчонка с подружками над ним посмеялась, а “добрые” одноклассники распространили видео с его неудачным признанием. Кого-то другого это возможно бы сломило и отвернуло от музыки, но Хонджун с удивительным спокойствием отнесся к произошедшему. На смешки незнакомых людей он старался не обращать внимания, и от желания писать музыку не отказался. Сам себе Хонджун пообещал совершенствоваться и однажды исполнить песню, которая бы понравилась многим. Нельзя сказать, что этот инцидент прошел для юного Кима совсем бесследно. Он усвоил урок и больше не спешил открывать людям свои чувства. Это усложняло жизнь в подростковом возрасте. Сверстники считали его либо слишком заносчивым, либо слишком странным. Понимая, что так быть не должно, Хонджун научился притворяться дружелюбным и милым. Это помогло немного наладить социальную жизнь. У него даже появились друзья. Но если выбирать между посиделками с товарищами и уединенной работой над музыкой, Ким всегда выбирал второе. Его страсти к данному виду искусства не все относились с пониманием. Но Хонджуна их мнение совершенно не интересовало. Жизнь текла своим чередом. Из года в год он просыпался, делала необходимый минимум для нормального функционирования организма (такие как еда, сон и гигиена), затем выполнял социальный минимум (ходил на пары в универ, раз или два отвечал на сообщения в чате друзьям, звонил маме или брату), а все оставшееся время посвящал музыке. За несколько лет в его арсенале накопилось много песен, которые, как ему казалось, были неплохи. Он много думал, решая, стоит ли хотя бы раз исполнить их на публике. Но в итоге смелости так и не хватало. Пока однажды он не встретил одного парня. Их знакомство с Саном было случайностью. Поначалу он хотел просто отблагодарить за одолженные пять тысяч вон. Но потом они просто продолжили общаться. Одно обычное сообщение: “Привет, как дела?”, превращалось в длинную переписку-диалог. Это было необычно. Но стоило признать, Хонджуну нравилось болтать с этим парнем. Постепенно Сан проникал в его жизнь все глубже. Он становился частью его повседневной рутины, его обязательной частью каждого календарного дня. - Что это? - задал вопрос Сан, беря в руки потрепанную толстую тетрадь. - О! - удивился Хонджун. - Где ты ее взял? - Нашел под диваном, пока собирал в пакет мусор. Это нужная вещь или мне ее тоже выкинуть? Ким задумался. Эту тетрадь он завел чуть меньше месяца назад и исписал ее всю одной единственной песней, которая рвалась из него, но никак не могла появиться на свет. Кажется, добравшись до последней чистой страницы, Хонджун разозлился и швырнул тетрадь. Видимо она спряталась под диван и ждала своего часа. Сейчас, смотря на нее, Ким все еще хотел от нее избавиться, но что-то мешало это сделать. - Брось в коробку с нотными тетрадями, - в итоге попросил он. Несмотря на, казалось бы, безразличный тон владельца, Сан подошел к коробке и аккуратно опустил туда исписанную тетрадь. Хонджун изогнул в изумлении бровь. - Что ты делаешь? Сказал же, просто брось… - Разве я могу? Эй, это же твои песни. Они как сокровище. Значит, относиться к ним надо соответственно. - Это просто исписанная и затертая до дыр бумага. - Нет. Это твои мысли, чувства и переживания. Я их ценю, и ты должен! Хонджун не стал спорить. Переспорить Сана все равно было невозможно. Поэтому он просто продолжил паковать вещи. Сейчас головы его была больше занята их совместным бытом, дурацкая песня могла еще подождать. Решение съехаться они приняли спонтанно. Все случилось, когда хозяин здания, в котором Сан снимал крошечные апартаменты, решил продать имущество. А новый владелец, счел необходимым поднять арендную плату. Она оказалась Чхве не по карману. Несколько дней они вместе ездили по всему городу в поисках новой квартиры. Когда Хонджуну это надоело, он предложил снять что-то более “комфортное” на двоих. Данное предложение очень смутило Сана, но он быстро согласился. Поначалу Ким очень переживал. Было немного страшно. Но, к его удивлению, сосуществовать в одном пространстве с Саном оказалось очень легко. Парень делал все, чтобы Хонджуну было хорошо и комфортно. Он окружил его заботой, и в какой-то момент Ким пошутил: “Мы как молодожены”. Хонджун ожидал, что Сан посмеется над шуткой, но когда этого не произошло и он посмотрел на него, то увидел красного от смущения парня. В этот момент Ким кое-что понял. Следующие несколько месяцев они жили спокойно, иногда испытывая неловкость в компании друг друга. Хонджун замечал, как Сан старался не сталкиваться с ним. Но все равно тайком заботился. Это было мило, но Ким тоже хотел сделать что-то для него. И он вспомнил про старую коробку с нотными тетрадями.

***

Сегодня было достаточно прохладно. Сан начал шмыгать носом, оказавшись в тепле. Уён, недоверчиво на него покосился. - Может вместе с кофе купишь витаминок? - предложил друг. - Зима на носу, а ты нараспашку. - Было солнечно, и я подумал, что на улице хорошая погода. Надо было заставить Хонджуна надеть свитер. Грелки есть? - вдруг спросил он и стал рыскать глазами по стендам с продукцией. - Рядом со жвачкой, - подсказал Чон. Быстро найдя то, что искал, Сан вернулся к кассе. Оплатив покупку, он забрал кофе и попрощался с другом. Выйдя из магазинчика “8to1”, Чхве прошелся вдоль улицы, а после свернул в переулок. Через пару минут он оказался у входа в небольшой парк, где в центре у фонтана играл один знакомый ему музыкант. Сан подошел поближе. Около пятнадцати человек столпилось вокруг Хонджуна. Заметив его среди остальных, не прерывая пения, Ким подмигнул, а Сан невольно улыбнулся. Когда музыка стихла, люди начали аплодировать. Скромный Хонджун благодарил всякого, кто его хвалил или бросал деньги в открытый чехол для гитары. Кто-то из зевак продолжил прогулку, но кто-то остался, в ожидании следующей песни. Сан гадал, какой из любимых каверов Хонджун исполнит в этот раз. Но чтобы он не выбрал, угадать бы не смог. С первых же нот, Чхве понял, что этой песни он никогда прежде не слышал. Начался проигрыш. Небыстрый, немедленный. Он ловко перебирал струны, а затем приблизился к микрофону, и приятный голос захватил всех слушателей.

“Я скучаю по тебе, каждый день в году.

Лето, осень, зима, весна – рисую тебя 365 дней.

Глядя в зеркало, я вижу счастливого себя 365 дней.

Тоска случается, когда ты уходишь в соседнюю комнату.

Эта тоска словно засуха.

Мне нужна вода 365 дней в году.

Эй, не оставляй меня.

Я не заметил, как наступил ноябрь.

Давай отложим уборку на завтра и отправимся гулять.

Проводя дни вместе, понимаю, я стал звездой.

Для тебя…

Забываю о том, что нужно сказать,

стоит нам увидеться.

Ты мне нужен.

Я люблю тебя.

Я тоскую по тебе,

перелистывая календарь 365 дней в году…”

Сердце Сана стучало так громко, что он с трудом мог расслышать второй куплет. Руки тряслись, колени тоже. Нет, не от страха, а от трепета и нетерпения, которое охватило его. Сан смотрел на Хонджуна, который казался по-настоящему счастливым. Люди останавливались, включали телефоны и делали видео. Влюбленные обнимали друг друга, теснее прижимаясь, обмениваясь теплом и любовью. Музыка - волшебство. Она может звучать на многих языках, а может быть совершенно без слов, но если это ваша песня, вы непременно отреагируете на нее. Вы окажетесь на одной волне, которая унесет вас в чудесный мир. Хонджун смутился пуще прежнего от такой бурной реакции публики. Они просили еще. Но он красный как помидорка, кланялся, благодарил и вежливо отказывал. Когда он снял гитару, ставя окончательную точку в своем выступлении, люди с досадой стали расходиться. Тогда Сан смог подобраться к музыканту, не привлекая ничьего внимания. - На сегодня все. Надо купить поесть? Дома, кажется, пустой холодильник… Будучи слишком сильно смущенным, Хонджун говорил какую-то ерунду, о которой в такой момент и думать не стоило. Он отводил взгляд, боясь взглянуть на Сана. Но тот, получив такое красивое откровение, не собирался ходить вокруг да около. Хотелось обнять Кима, но в руках был кофе и пакет с грелками. Поэтому Сан раскинул руки и, замешкавшись, остался так стоять. Когда Хонджун посмотрел на него, то не менее румяный парень нетерпеливо произнес: - Обними же меня скорей! - Люди смотрят… - И что? - Я не могу! Сан тяжело вздохнул, затем посмотрел на гитару, деньги в чехле. Он нахмурился, немного надулся. - Тогда быстрей собирайся и пошли домой. Там ты не сможешь отказаться от объятий, поцелуев и… - Тихо! - Хонджун прикрыл рукой его рот и шикнул на Чхве. Он не был возмущен, наоборот Ким был счастлив. - Ты пару месяцев избегал меня, а теперь вдруг обнимать и целовать себя просишь. Разве это честно? - После такого признания, я теперь от тебя не отстану. Это все, что я могу сделать. Ах, еще сказать - ты моя удача, я люблю тебя. Хонджун негромко рассмеялся и вновь отвел взгляд. От волнения он кусал губы, терялся в пространстве, из-за чего сборы вещей затянулись. Сан, не выпуская стаканчики с кофе, пытался помочь, но толку было мало. Они лишь мешали друг другу, но в этот момент им было так весело, что было абсолютно плевать на прохожих, с подозрением подглядывающих в их сторону. Когда гитара была, наконец, упакована, грелки распиханы по карманам, а кофе нашел своего жаждущего, Сан протянул Хонджуну освободившуюся руку. - Будем держаться за руки? - Все 356 дней в году… - сжимая чужую ладонь, ответил Ким.

“... я буду любить…”