Нежелательный союз

      Прошла неделя с инцидента в Челси. В апартаментах Майкрофта царила атмосфера невысказанного напряжения. Ричард, формально все еще «консультант», проводил большую часть времени за своими терминалами, анализируя остатки сети «Зеркало». Но его внимание было рассеяно. Он ловил на себе взгляд Майкрофта — тяжелый, задумчивый, полный нерешительности, что было совершенно несвойственно британскому правительству.       Вечером третьего дня Майкрофт не выдержал. Он отложил папку с досье и подошел к креслу, где Ричард с притворной небрежностью листал старый том по византийской истории.       «Нам нужно обсудить то, что произошло», — начал Майкрофт, его голос прозвучал неожиданно громко в тишине библиотеки.       Ричард медленно закрыл книгу. «Что именно? Тот факт, что я ослушался твоего приказа и вошел на склад? Или то, что я встретился лицом к лицу с твоим братом?»       «И то, и другое, — Майкрофт сел в кресло напротив, его пальцы сцепились в замок. — Ты рисковал. Снова. После того, как я прямо запретил тебе это делать».       «И если бы я не рискнул, твой брат и доктор Ватсон, возможно, сейчас были бы мертвы, — холодно парировал Ричард. — Ты бы предпочел это?»       «Я бы предпочел не выбирать между безопасностью моего брата и твоей!» — голос Майкрофта сорвался, выдав скрытое напряжение. Он замолчал, стараясь взять себя в руки. «Ты... ты становишься уязвимым местом, Ричард. Не потому, что ты слаб. А потому, что ты стал важен. А важные вещи... их можно использовать против меня».       Ричард смотрел на него, и впервые за долгое время его собственный разум, всегда такой ясный, был полон противоречий. Он понимал логику Майкрофта. Но он также чувствовал нечто новое — жгучую потребность быть не просто полезным, а необходимым. Быть там, где нужен.       «Ты думаешь, я не знаю о рисках? — тихо спросил Ричард. — Мой мозг просчитывает вероятности с момента моего пробуждения. Я знаю, что каждое мое действие рядом с тобой — это потенциальная мишень. Но, черт возьми, Майкрофт, я провел всю жизнь в тени, боясь собственной силы! С тобой... с тобой я наконец-то могу ее использовать. Не для вскрытия трупов, а для чего-то настоящего. Для чего-то, что имеет значение. И если цена за это — риск, то я готов ее платить».       Он встал и подошел к окну, глядя на огни города.       «Ты предлагал мне партнерство. Партнеры не прячутся за спинами друг друга, когда приходит опасность».       Майкрофт молчал, глядя на его спину. Он видел не сотрудника и не любовника. Он видел человека, который нашел в нем причину перестать бояться. И это было одновременно самой пугающей и самой прекрасной вещью, что когда-либо с ним случалось.       «Шерлок... он задает вопросы, — наконец произнес Майкрофт. — Он не успокоится. Он почуял загадку в тебе. И он будет копать, пока не найдет ответов».       Ричард обернулся. В его глазах горел вызов.       «Пусть попробует. Мой след в цифровом мире — это призрак. А в реальном... — он пожал плечами, — я всего лишь патологоанатом из забытого Богом морга. Пока ты не предоставишь ему мою биографию на серебряном блюде, он ничего не найдет».       «Он найдет, — мрачно сказал Майкрофт. — Он Шерлок. И когда он найдет... он поймет, что ты не просто «компетентная помощь». Он поймет, что ты такое. И это привлечет внимание не только его».       Ричард медленно кивнул. Он подошел к Майкрофту и, присев на корточки перед его креслом, взял его руки в свои.       «Слушай меня, Майкрофт Холмс. Я не просил этой жизни. Я не просил этих способностей. Но я выбрал тебя. Я выбрал этот хаос, эту опасность, эту... связь. И я не собираюсь отступать только потому, что твой гениальный брат может что-то заподозрить. Если придет время, мы с ним поговорим. Но это будет наш выбор. Наших условий».       Майкрофт смотрел на их соединенные руки, затем поднял взгляд на Ричарда. В его глазах шла борьба — между инстинктом защитить, спрятать, сохранить в тайне, и желанием иметь этого человека рядом, во всей его силе и сложности.       «Я не хочу терять тебя», — тихо, почти неслышно признался Майкрофт. Это было самое уязвимое, что он когда-либо говорил.       Ричард улыбнулся, это была редкая, подлинно теплая улыбка, которая полностью преображала его лицо.       «Ты не потеряешь. Потому что я не собираюсь тебя покидать. Мы начали это вместе в том проклятом подвале. И мы закончим это вместе. Как бы это «это» ни выглядело».       Он поднялся и потянул Майкрофта за собой, из кресла, в объятия. Это был не страстный порыв, а жест утешения, поддержки, утверждения.       Майкрофт позволил себе обнять его, почувствовать твердые мышцы спины под тонкой тканью рубашки, ровный пульс жизни. И в этот момент он понял, что Ричард прав. Некоторые вещи стоили риска. Некоторые связи были сильнее страха.       Возможно, пришло время перестать прятаться. Возможно, пришло время показать миру — или, по крайней мере, его небольшой, очень специфической части — что у Майкрофта Холмса есть не просто партнер. А что-то гораздо, гораздо большее. И что этот союз был самой грозной силой, которую Лондон — да и весь мир — когда-либо видел.