Существо

Уилл включил телефон, ещё раз проверяя время, и сильнее закутался в шарф, задумчиво разглядывая обои с его собаками. Выключил его. Затем снова включил.  На улице начинало темнеть, и ему стоило зайти в помещение, но время приёма ещё не началось. С другой стороны, он видел, как последний клиент Ганнибала уходил, поэтому, может быть, он мог бы… Поджав губы, Грэм всё же решился, скоро поднимаясь по лестнице. Ближе к вечеру в задании никого не осталось, свет был выключен, и блёклые лучи уличных фонарей скользили по стенам коридора.  Мужчина подошёл к знакомой двери и замер с поднятым кулаком. Ему стоило постучаться.  Зачем он пришёл? Узнать то, что и так уже знает?  Просто увидеть… его?  Что ему даст его глупый визит? Как будто бы Ганнибал оставлял хоть одну улику, которую можно было предъявить.  Мужчина вздохнул, собираясь с мыслями. Внезапно тёмная дверь открылась.  Ганнибал, как всегда одетый с иголочки, окинул его странным взглядом и улыбнулся, слегка щуря взгляд: -- Уилл. Я ждал тебя.  Грэм поджал губы, несколько секунд молча рассматривая чужое лицо. Затем спросил, проходя внутрь: -- Услышал меня?  Мужчина аккуратно закрыл дверь, разворачиваясь, и наклонил голову: -- Твоё сердцебиение сегодня особенно заметно. Что-то случилось? Уилл издал тяжёлый смешок и практически упал на диван, не торопясь снимать с себя шарф или пальто: -- Как ты думаешь?  Ганнибал улыбнулся и внезапно хищным движением подошёл ближе, смотря сверху вниз: -- Я надеюсь, что ты просто взволнован встречей. -- Грэм промолчал, и Лектор наклонился, упираясь рукой в спинку. -- Разве есть какие-то причины подозревать меня?  Уилл прикрыл глаза, расслабляясь: -- Нет. Это просто… ты.  Лектор тихо засмеялся, позабавленный, и подхватил пальцами чужой шарф, медленно стягивая его.  Бледная шея открылась, больше ничем не прикрытая, и Ганнибал огладил её тыльной стороной ладони, наклоняясь совсем близко. Вздохнул, утыкаясь носом в мягкую кожу: -- Уилл… ты бесстрашный зверёк, ходящий в логово хищника.  Грэм откинул голову в сторону, стягивая пальто: -- У тебя какой-то литературный настрой?  Мужчина улыбнулся, шепча: -- Нет… это ты так влияешь. Уилл тихо вздохнул.  Сколько раз он уже попадался на эту удочку? Каждый раз, как первый.  Хуже всего, что он сам, добровольно идёт ему в руки и даже не думает сопротивляться. Да и разве он сможет противостоять такому существу? Лектор завораживал его не только своими манерами и личностью, но и как… что-то иное. Его сущность, нечеловеческая природа манила Грэма, не позволяя остановиться.  Ганнибал положил ладони на чужие плечи и медленно погладил, ведя руками вниз. Скользнул по рубашке, задевая пуговицы.  Затем отстранился, выпрямляясь.  Грэм поймал его тёмный взгляд и проследил за тем, как мужчина отходит в другой угол комнаты, усаживаясь в кресло.  Лектор похлопал по коленке: -- Или сюда, мой дорогой. Ты же этого хочешь? Уилл сглотнул. Да, возможно, он был больным. Даже не возможно, а скорее всего, но разве мог он противостоять этому иррациональному желанию оказаться в чужих руках? Он был никчёмным человеком, жертвой, но присутствие этого сильного существа так манило его…  Странно, но за месяцы, проведённые вместе, Ганнибал ещё ни разу не попытался причинить ему вред.  Верил ли Грэм в любовь?  Он сам толком понять не мог. А может быть, Ганнибала просто забавлял интересный человечишка, крутящийся возле него? Уилл подчинился, с трепетом подходя к мужчине, и осторожно опустился на его колено, уже давно не ощущая смущения.  Ганнибал аккуратно отодвинул его кудри, заправляя за ухо, и спросил тихим, вкрадчивым голосом: -- Ты всё ещё уверен?  -- Спрашиваешь об этом каждый раз.  Лектор усмехнулся и с какой-то жалостью в глазах посмотрел на него: -- Странность может быть непостоянной. Возможно, однажды ты решишь, что тебе не нужно этого.  Ощущая настойчивую упёртость, Грэм в отрицании качнул головой: -- Нет, я… знаю, что хочу этого. Ганнибал улыбнулся, оглаживая ладонями его спину, и прижался к его шее носом, вдыхая запах: -- Тогда будь тихим. Уилл кивнул. Мужчина разомкнул губы, и длинные острые клыки на пробу коснулись мягкой кожи, заставляя Грэма вздрогнуть. Ганнибал в успокаивающем жесте сжал его плечо и наконец погрузил зубы в тёплую плоть, вырывая из чужих губ тихий стон. Уилл закрыл глаза. Ему… нравилось происходящее. Каждый раз и никогда это не было плохо. Он едва ощущал, как кровь медленно вытекает из него, но это ощущение настолько пьянило, что хотелось просто раствориться. Лектор в утешении погладил его по руке, не отстраняясь, и Грэм тихо всхлипнул, чувствуя, что голова начинает кружиться. Ганнибал отстранился, языком слизывая тонкие струйки крови, и, поцеловав место укуса, с неестественной нежностью спросил: -- Всё хорошо, Уилл? Грэм покачал головой то ли в отрицании, то ли в согласии, и, продолжая щуриться, не выдержал, припадая к чужим губам в поцелуе. Вампир ответил почти сразу, словно бы только этого и ждал. Уилл целовал его неистово, раня язык об острые клыки, и его кровь смешалась с чужой слюной, отправляя мужчину в совсем неизвестное ему состояние полного восторга. Возможно, он сам был влюблён? Да. Он был влюблён. Болезненной, непонятной любовью. Вампир не был человеком. Он был жестоким, бессердечным хищником, убивавшим ради еды и собственного удовольствия. А Грэм должен был прекратить эту кровавую полосу, но понятия не имел как. Как остановить того, перед кем сам не можешь остановиться? Из чужого горла вырвалось животное рычание, и мужчина, разорвав поцелуй, снова впился в шею, на этот раз куда более требовательно и жестоко вгрызаясь в горячую плоть. Уилл ощутил, как внутри все переворачивается от восторга. Он сжал пальцы на ногах и тихо всхлипнул, с силой сжимая ткань дорогого пиджака.  Это был его грех, есть самый большой грех, от которого он, наверное, никогда не сможет отказаться.  Ганнибал отстранился, вылизывая новый укус, и хрипло прошептал: -- Уилл, Уилл... Ты моя погибель. Я заберу тебя себе и никогда больше не отпущу, если ты не примешь очевидное.  Грэм задрожал, прижимаясь ближе: -- Что? То, что ты серийный убийца?  Вампир усмехнулся, поправляя его волосы, и прикусил мочку уха, кажется, почти урча. Пробормотал с упоением: -- Это ты уже давно принял. Нет, тебе нужно принять свои желания. Я вижу. А ты?  Уилл зажмурился, шумно вздыхая.  Он видел. Но отказывался признавать.  До встречи с Ганнибалом он считал себя правильным человеком.  Сейчас... Сейчас даже человеком себя считать было сложно.  Но эти чувства... Разве мог он игнорировать их?  Вероятно, не мог.  Слегка отстранившись, Уилл посмотрел в чужие красноватые глаза: -- У меня семь собак. И я не собираюсь прощаться с ними ради...  Он не смог произнести ничего, что могло бы как-то охарактеризовать существо рядом с ним.  На лице Ганнибала мелькнуло неудовольствие. Он вздохнул, словно бы что-то прикидывая, но всё же кивнул: -- Хорошо. Но на кухню им хода не будет. И никаких ночевок на диванах. Только пол.  Грэм кивнул, растекаясь в чужих объятьях: -- Я согласен. ㅤ