CANDY

      С момента Битвы за Хогвартс прошло примерно три месяца, но ничто в облике замка не напоминало о минувших событиях.        Хогвартс был всё так же величественен и прекрасен. Знакомые, и уже ставшие родными, чугунные ворота с острыми пиками наверху, по обе стороны от которых высились каменные столбы с крылатыми вепрями, восседающими на них, без труда пропустили Джорджа внутрь, открыв для него территорию не оконченной в свое время школы.       За прошедшие месяцы МакГонагалл полностью восстановила замок и окрестности. Шагая по свежеотремонтированным коридорам школы в направлении большой каменной горгульи, охранявшей вход в кабинет директора, Уизли не переставал удивляться тому, как этой мудрой и строгой во всех смыслах женщине удалось привести всё в порядок за столь короткий срок, стерев даже воспоминания о сражении, почти уничтожившем замок.       Коснувшись палочкой статуи горгульи и подтвердив свою личность, как было указано в приложенной к письму инструкции, Джордж медленно поднялся по винтовой лестнице в просторный кабинет, ничем не напоминающий вотчину прошлого директора. Здесь больше не было звенящих, свистящих, бренчащих и неизвестно зачем необходимых приборов. Вместо них у стен по обе стороны кабинета, занимая все пространство от пола до потолка, возвышались стеллажи, наполненные книгами, свитками и небольшими артефактами, стоящими в строгом порядке.       Вся мягкая мебель, включающая софу и несколько кресел с высокими изогнутыми спинками, была обтянута мягким материалом молочного цвета, напоминающим вельвет.        У центральной стены кабинета напротив двери стоял массивный дубовый стол, за которым восседала директриса. С портретов за её спиной на Джорджа взирали прошлые директора Хогвартса. Все, кроме старика Альбуса, который мирно спал в своем кресле.       МакГонагалл постарела, но всё же не утратила своей элегантности. Посмотрев на одного из близнецов, некогда бывших грозой этого учебного заведения, из-под полулуний своих очков, она произнесла с мягкой улыбкой:       - Добрый день, мистер Уизли. Очень рада вас видеть, – встав из-за стола, она подошла к нему и обняла за плечи. – Выпьешь со мной чаю, мальчик мой?       - Конечно, Минерва, – ответил он на её улыбку.       Расположившись в удобном кресле напротив женщины, он сделал маленький глоток из изящной фарфоровой чашечки. Чай был превосходный. Тонкие нотки бергамота и терпкой перечной мяты прекрасно раскрывали все грани напитка.        После короткой светской беседы о жизни в последние месяцы, Джордж, не сдержав зудящего внутри любопытства, спросил:       - Для чего вы пригласили меня, Минерва? Явно же не для того, чтобы справится о моем здоровье и делах.       - А ты всё такой же нетерпеливый, – усмехнулась директор. – Хорошо, – отставив покрытую цветочным узором чашечку, она сложила руки на коленях. – У меня есть для тебя деловое предложение.       - Я весь – внимание.       - Эта война унесла с собой множество талантливых волшебников всех возрастов, – с грустью произнесла она. – И мне не хватает опытных преподавателей, способных справиться с нагрузкой учебного процесса. Недавно на мое предложение о работе преподавателем курса зельеварения откликнулась мадам Айви Гилберт. Она прекрасно владеет предметом, но, увы, совершенно не имеет опыта работы педагогом. Ей определённо нужен будет помощник. И, памятуя о твоих успехах в сфере составления зелий во время учебы, я хочу предложить стать её ассистентом. Разумеется, не на безвозмездной основе, – в её руках возник свиток пергамента. – Это договор о стажировке в должности ассистента преподавателя зельеварения сроком на один год, с возможностью по окончании сдать выпускные экзамены и получить диплом о высшем магическом образовании. Я помню, что вы с братом не стремились влиться в мир «академических достижений», но, мальчик мой, хоть один из вас должен всё-таки завершить обучение. Это сможет пригодиться вам обоим в дальнейшем ведении бизнеса.       - Неожиданно, – ошарашено пробормотал Джордж, принимая свиток. – Однако я не могу бросить брата одного разбираться с новым магазином, который мы собирались открыть в Хогсмиде. Если я соглашусь, то смогу заниматься нашим делом только в выходные.       - Не переживай об этом, – отмахнулась она. – Твоя работа здесь не предполагает проживания в стенах замка. Хогсмид совсем рядом, и ты сможешь свободно покидать стены школы по завершении рабочего дня. Я сделаю для тебя неограниченный пропуск. Пожалуйста, соглашайся, – Минерва посмотрела на него глазами полными мольбы.       - Что конкретно будет входить в мои обязанности? – поинтересовался Джордж, чтобы иметь как можно больше входных данных для принятия решения.       - Помощь в составлении зелий и планов занятий, –начала перечислять МакГонагалл. – уход за лабораторией, подготовка и сбор сырья и ингредиентов, замена преподавателя, если это понадобится. Безусловно, ты сможешь пользоваться лабораторией для проведения собственных экспериментов и научных изысканий.       Джордж задумался. Перспективы работы в Хогвартсе манили, ведь создавать лабораторию таких масштабов в собственном доме они с братом опасались. Установить столь сложные чары защиты, как в замке, способные сохранить окрестности в целости в случае всевозможных взрывов, было очень сложно.        - Простите, Минерва, но я не могу ответить вам сразу. Мне нужно подумать и посоветоваться с Фредом. Ведь моё решение будет напрямую касаться и его.       - Конечно. К сожалению, большего времени на раздумья, чем три дня, я дать тебе не смогу. До начала учебного года остается слишком мало времени.       - Мне этого будет вполне достаточно. Спасибо, мэм, за оказанное доверие, – ответил он, возвращаясь к субординации.        - Что вы, мистер Уизли, – приняла это директор. - Мне только в радость будет работать вместе с одним из членов Ордена Феникса и Отряда Дамблдора, – улыбнулась она ему.       Дорогу домой Джордж решил преодолеть пешком, раздумывая о предложении нового директора. Мысль о возвращении в Хогвартс казалась нереальной. Ему нравилось в школе. Учиться и наблюдать за стайками щебечущих и порхающих по коридорам девчонок, играть в квиддич, пакостить старику Филчу и подкалывать лощеных недоумков со Слизерина было чертовски весело. На смену светлым детским воспоминаниям пришли неумелые, но все же жаркие поцелуи Анжелины в темных углах замка, развязные касания за трибунами и первый опыт телесной близости в гостинице Трех метел. Как же он истосковался по мягкости женского тела.        Мысли текли неспешно, мелькая яркими картинками прошлого. Перед глазами почему-то встал образ Гермионы в школьной форме с короткой юбкой, прячущейся под мантией со знаком Гриффиндора.        Джордж вдруг вспомнил, как соблазнительно она выглядела, когда сидела в библиотеке, с собранной в творческом беспорядке и закрепленной палочкой копной каштановых волос, задумавшись над очередным фолиантом. Она кусала кончик пера, откинувшись на стуле и  глядя в мозаичное окно. Блузка её была расстегнута на несколько пуговиц, открывая ключицы и верхнюю часть груди. Тогда она не заметила, как юбка слегка задралась, придавая её облику пикантности. Он любовался ею, пока идиллию не нарушили Гарри и Рон, везде слоняющиеся вместе с ней.        «Она ведь собиралась вернуться в школу», - подумал Уизли, шагая по каменной дороге, ведущей к воротам Хогсмида. Эта мысль тлеющей лавой растеклась по венам, заставляя подрагивать кончики пальцев.       Весь вечер близнецы обсуждали перспективы и отрицательные стороны предстоящей стажировки, взвешивая все «за» и «против».       Спустя бутылку огневиски и выкуренную пачку сигарет, Фред уже уговаривал брата принять предложение МакГонагалл, красочно описывая то, как можно использовать «блага» Хогвартса в своих целях.       Решив утром отправить сову с положительным ответом, они отправились спать.