Этюд для левой руки "This Is Not A Love Song"

Этюд для левой руки "This Is Not A Love Song" (Это не песня о любви). Он написал «Привет» в восемь вечера. А уже к одиннадцати его занесло в романтические дебри: «Смотрю твои фотки и думаю совсем не о музыке». Она, смеясь, парировала: «О чём?» — прекрасно зная, о чём. Но играла в игру, где правила устанавливала она. Он метался между Плетнёвым и Pantera, а она наблюдала за этим внутренним дуэтом философа и бунтаря, даже не притрагиваясь к инструменту. В нём говорила не любовь к музыке, а отчаянная потребность взбудоражить себя, встряхнуть застоявшуюся жизнь, где дача и кофе давно сменили настоящие страсти. За два дня он успел: Перейти на «ты» с извинениями и без — словно пробуя на вкус новую для себя откровенность; Признаться в очаровании, которого «слишком много» — и тут же извиниться за эту интенсивность, как школьник, переборщивший с духами; Погрузиться в мечтания до трёх ночи и честно в этом сознаться, выдавая свою уязвимость как козырь. Она же за эти два дня: Показала мастерскую, где шлифует плитку — демонстрируя территорию, где её воля материальна и очевидна; Продемонстрировала кролика-беглеца — идеальную метафору неподконтрольной нежности, сбегающей из клетки условностей; Рассказала, как училась играть на гитаре без нот — дав понять, что любым правилам она предпочитает интуицию и личный ритм; Легко парировала его комплименты, а когда разговор коснулся музыки, метко заметила: «Твои музыкальные вкусы — забавное сочетание. От академической музыки до хард-рока... Одно — интеллектуальное, другое — дикое. Интригующе». Его ответ был обдуманным и честным: он объяснил, что в хард-роке ценит не хаос, а музыкальное содержание, и это выдавало в нём не просто фаната, а вдумчивого слушателя. В этом диалоге они на секунду говорили на одном языке — языке ценителей; Сохранила лёгкий, чуть ироничный тон, будто наблюдала за интересным экспериментом под названием «Взрослый мужчина в поисках нового опыта». А утром, когда он сообщил, что только из душа, её ответ обрёл форму изящной ловушки: «О, смыл остатки фантазий вчерашних? Освободил место новым?)». Она не спрашивала — она констатировала, переводя его душевные метания в плоскость лёгкого флирта, где ей не было равных. И когда на следующее утро он, измученный собственными чувствами, выдал: «Мне этого уже недостаточно... хочется офлайн», она рассмеялась. Это было так по-мужски — сначала создать в голове бурю, спроецировав на незнакомку все свои несыгранные симфонии и несбывшиеся бунты, а потом требовать, чтобы реальность под неё подстроилась. Ещё вчера, предлагая варианты встречи, она сформулировала правило: «Лучше увидеться, чтобы не очаровываться или разочаровываться». Она дала им обоим пути для отступления, прекрасно понимая, что её-то очаровать — задача не из простых. Её ответ родился мгновенно, как остроумная шутка: «Мяч на моей стороне) Приедешь ко мне в город сегодня? Можем сходить и выпить чаю)))) В этом была вся она — не обороняющаяся, не строящая планы, а любопытная. Ей было интересно: а что будет дальше? Съездит он за тридевять земель на чай к незнакомке среди бела дня, отложив все свои «важные» дела? Или его «хочется офлайн» испарится при первом же вопросе «Когда?». Тридцать минут молчания, которые последовали за её сообщением, стали не паузой, а финальной точкой. Они кристаллизовали всё, что происходило эти два дня. Его «хочется офлайн» было красивой фигурой речи, эмоцией, рождённой в безопасном пространстве текстов. Её конкретное предложение превратило абстрактное желание в набор действий, и цена — время, логистика, усилие — оказалась для него слишком высока. Он не передумал. Он просто столкнулся с реальностью и отступил. Её жизнь — это сборник рассказов, а такие диалоги — бесценные зарисовки. Она не потеряла ровным счётом ничего, но приобрела сюжет. Идеальный сюжет, который начался со слова «Привет» и закончился безмолвным ответом на предложение чая — готовая микрометафора современных отношений. Пусть этот опыт станет забавной пометкой на полях: «Написано: хочет офлайн. На деле: молчит после предложения чая». А пока он думает, она уже открывает следующий файл. Вдохновение не ждёт. И чай, между прочим, тоже заваривать нужно вовремя. Самый интересный диалог — это тот, который она теперь сможет написать. А может — тот, который ещё не состоялся. А что, если бы он всё-таки приехал на тот чай? Поменяла бы она тогда свой сюжет на другой жанр?"