Самхайн

— Потанцуем? — Услышал Девиан у себя за спиной и обернулся. Перед ним стоял тот, кого он так и не смог забыть — Маркус Зейн. — Маркус... — Имя соскользнуло с губ почти забытым теплым звуком. — Давно не виделись, но ты почти не изменился. — Мягко улыбнувшись, Девиан с трепетным волнением окинул взглядом парадный китель на подтянутой фигуре мужчины и маску хищной птицы, которая скрывала длинными перьями верхнюю часть мужественного лица. Он доверчиво вложил свою руку в теплую ладонь напротив, принимая приглашение на танец. — Когда ты вернулся? — Два вальса назад, — спокойно ответил Маркус и ловко ввел их пару в круг танцующих, где они затерялись среди таких же гостей в маскарадных и бальных костюмах. — Мне доложили, что ты недавно овдовел. Могу ли я рассчитывать на личную встречу?  Этого вопроса Девиан подсознательно боялся. Он помнил, как много лет назад они с Маркусом предавались страсти и клялись в любви, но у судьбы на них оказались свои планы. Маркуса отправили в военную академию, а после, как талантливого и подающего надежды сына генерала, командировали в военный гарнизон на границе, где проходили самые ожесточенные боевые действия. Лишь чудом Маркус тогда смог выжить, и армия выбила победу, но его отец-генерал пал в финальной битве. Король, оценив весомый вклад Маркуса в стратегии и заслуги на передовой, даровал ему звание генерала. И пока страна приходила в себя после тяжелых и кровопролитных событий, король не смог отпустить нового военачальника на вольные хлеба. Он издал указ, и Маркус, возглавив войска отца, отправился проверять дальние границы после затянувшейся войны на юге.  Что мог сейчас ответить Девиан на его вопрос? После отъезда Маркуса в академию Девиана, не спрашивая, сразу же отдали в младшие мужья местному графу чиновнику, сделав разменной монетой для бизнеса отца. И все эти годы Девиан жил лишь воспоминаниями о своей прошлой любви, ведь наяву у него оставались только холодность рук и пренебрежительный взгляд ныне покойного супруга. Который оказался сам виноват в своей глупой смерти: только безумцы станут пьяными преследовать стаю диких кайтов. Эти хищники настолько сильны и умны, что сами смогли бы заманивать в ловушку опытных охотников, а уж человека в мареве пьяного угара — и подавно.  — Доложили? — Девиан чуть наиграно приподнял светлую бровь, что виднелась из утонченной маски белой ласки, и заметил, как Маркус слегка поджал губы.  — И давно тебе обо мне докладывают? Шум от музыки и веселящихся людей не давал забывать, где они находятся. Сегодня в королевском дворце устраивали бал, а по-новому модному веянью западных гостей называли сие торжество вечеринкой-маскарадом в честь кельтского праздника Самхайн. Королева, являясь потомком древних кельтов, лично ввела эту традицию при дворе.  — С того самого дня, как ты сменил фамилию и титул. Девиан почувствовал, как его пальцы в руке Маркуса сжали, а взгляд темных глаз наполнился обидой напополам со злостью. — Маркус... — начал было оправдываться Девиан и охнул от того, как мужчина теснее прижал его к себе за талию.  — Я знаю, — зашептал Маркус прямо в губы Девиана так, что тот ощутил его теплое дыхание, и до боли знакомая волнительная дрожь пробежалась от затылка по позвоночнику, теряясь где-то внизу поясницы. — Но я не смог ничего сделать тогда. Но сейчас, если ты всё еще хочешь... — Хочу! — сразу же выпалил Девиан в ответ и потерялся в потеплевших глазах напротив. Казалось бы, в сердце вновь ожила надежда на счастье, но эти солнечные кристаллики вмиг разбились о каменную стену реальности. Голос Девиана вновь потерял яркость, как и в тот день, когда он перешагнул их сокровенные мечты. — Я помню наши клятвы и с удовольствием бы их повторил, но теперь уже слишком поздно.  Прижимаясь друг к другу, они не сразу заметили, как музыка сменилась и пары поменяли партнеров, а кто-то вышел из круга танцующих. Они больше не могли привлекать к себе внимания — это было запрещено. Видит богиня, Девиан не желал супругу подобной жестокой гибели, но только после его смерти он смог впервые успокоить свое сжавшееся в тиски отчаяния сердце и вздохнуть свободно, пока не узнал детали брачного контракта. Теперь Девиан являлся вдовцом и отныне должен соблюдать траур до конца своих дней. Даже король не может изменить это условие, о котором Девиана проинформировали в день похорон. Всё было заверено его собственной печатью, которую под давлением отца слепо вынудили поставить в день свадьбы. Покойный муж хотел оставаться всегда уверенным в том, что супруг от него никогда не уйдет. — Тогда верь мне и жди, — твердо проговорил Маркус и, раскрыв свои теплые объятия, отпустил чуть пошатнувшегося Девиана. Развернувшись, мужчина направился в сторону королевского трона. У Девиана сразу же похолодело внутри, когда он осознал, что хочет сделать Маркус. Он застыл, не в силах крикнуть ему вслед или сделать шаг, чтобы постараться остановить. Девиан понял, что это их единственный выход, потому что иначе они никогда не смогут быть вместе. Помимо традиции праздновать чуждый языческий праздник Самхайн, королева привезла еще и огонь мертвых. Жуткий по своей сути и в то же время завораживающий огонь служил порталом в мир духов, дверью, за которой правили древние мертвые боги. Это пламя весь год оберегало королевство от бед и проклятий, хранилось в алтарном святилище, и души всех умерших в течение года спокойно уходили на его свет. И лишь в одну ночь в году грань между мирами живых и мертвых истончалась, приоткрывая разделяющую дверь. В эту ночь всё королевство устраивало празднества, прятало лица и надевало маски, превращаясь в животных и птиц, чтобы никто из ушедших не смог увидеть и узнать кого-то из прошлой жизни, а после выбить из живого последнюю просьбу. Мертвым нельзя отказывать, но был нюанс: если ты исполнишь его волю, то душа обязана исполнить твою. Вот только последствия невыполнения воли ушедшего непредсказуемы как для самого смертного, так и для всего мира живых.  И сейчас, глядя, как Маркус твердым шагом подходит к чаше мертвого огня, Девиан уже знал, что тот сделает. Мужчина стоял ко всем спиной и на него почти никто не обратил внимания, а после Маркус уверено снял с лица маску птицы и, смотря прямо в сердцевину пламени, произнес имя покойного мужа Девиана.  По залу прокатилась волна дрожи, и музыка стихла: струны лопнули, а дерево треснуло в изящных музыкальных пальцах. Толпа сбилась в центр помещения, а король поднялся с трона, с изумлением взирая на дерзкого и бесстрашного генерала. Взмахом руки монарх успокоил и остановил стражу, ведь прекрасно знал, что теперь никто не смеет вмешиваться между живым и мертвым, они будто заключили негласный контракт, который обязаны выполнить без возможности его разорвать.  Девиан почувствовал, как его трясет, а ладони становятся мокрыми от подступающей паники. За высокой и крепкой спиной Маркуса он увидел сформировавшийся силуэт человека, которого терпел последние несколько лет и делил ненавистную постель — своего покойного супруга графа Артиса Тейрона. Сквозь пелену нарастающего гула голосов и начавшейся суматохи Девиан осмелился сделать первый шаг и подойти ближе, чтобы услышать, о чем они будут договариваться и что попросит покойный муж. — Вы хотите, чтобы я дал своему супругу посмертный развод? — донесся злорадный голос Артиса до слуха Девиана, когда он остановился и попытался смешаться с толпой. — Да, — прозвучал твердый ответ Маркуса, и по его внешнему виду стало видно, что он готов на всё и не отступится, пока не получит желаемого. — За это я исполню любую вашу волю. — Хмм... дайте-ка подумать, генерал. — Артис зло прищурился, и его улыбка превратилась в зловещий оскал. — А что, если я потребую, чтобы вы убили короля?  По залу прокатился взволнованный шепот. Все присутствующие затаились в нервном ожидании ответа и посмотрели в сторону трона, где, не теряя величия и не выразив волнения, возвышался монарх. Он излучал непоколебимую уверенность и молча наблюдал за своими поддаными, изучающе следя за разворачивающимися событиями. — Граф Артис Тейрон, я, генерал Маркус Зейн, ожидаю вашей посмертной воли, дабы вы исполнили мою! Говорите же, чего вы желаете? — Маркус расправил широкие плечи и не отрывал потяжелевшего темного взгляда от серой фигуры, которая шла рябью и переливалась отблесками от мертвого огня, что сиял позади бестелесного образа покойного мужчины. — Похоже, бесполезно сомневаться в том, что ради моего дражайшего муженька вы перережете любое горло. Для вас, человека войны и крови, это не станет проблемой. — Намеренно растягивая слова, граф Артис провоцировал и изводил терпение Маркуса, но, несмотря на издевку, человек перед ним оставался спокоен, и по залу продолжали звучать слова мертвеца: — Я так мало прожил, что мне хочется вернуться. И моя последняя воля проста — я хочу жить! А вы поможете мне в этом, генерал! Я загадаю вам всего один вопрос, и если вы ответите на него правильно, то получите желаемое, а нет — поменяетесь со мной местами! Условия были произнесены, и между мертвым и живым протянулась серебряная нить, которая будет проводником справедливости. Если генерал проиграет, то Артис Тейрон займет его место среди живых и никто — ни король, ни даже древние боги Самхайна — не смогут повлиять или изменить их итог. Таков закон. — Я согласен, — прозвучал в давящей тишине зала уверенный и сильный голос Маркуса, а Девиан сжимался от беспокойства и мысленно просил богиню помочь человеку, которого он искренне и безгранично любил.  — Да будет так, — с улыбкой отозвался Артис и громко хлопнул в ладоши, устремляя цепкий взгляд прозрачных глаз за спину соперника и отыскивая попавшегося на глаза испуганного Девиана. Предвкушая что-то известное лишь самому себе, граф лихо подмигнул опешившему супругу и сказал:  — Генерал Маркус Зейн, что принадлежит вам, но при этом другие, а в том числе и я, используют и использовали это чаще, чем вы сами? В словах Артиса четко прослеживалась издевка и двоякий смысл. Генерал старался сосредоточиться на вопросе, но увидел, как похотливый взгляд графа устремился ему за спину. Маркусу не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что там среди толпы стоял растерявшейся Девиан.  — Ну что, генерал, у вас уже есть ответ? — Артис выглядел довольным и наслаждался нервным шепотом, что сгущался, словно давящее облако над взволнованными гостями. — У вас только один шанс! Маркус нахмурился и чуть склонил голову в задумчивости. Он понимал, что всё не может быть настолько просто. Но всё указывало на то, что речь идет о Девиане, ведь более ничем общим с графом он владеть не мог. Но всё же Маркуса терзали явные сомнения в том, что всё будет так очевидно. А потом, он обернулся и увидел среди разодетых в маскарадные тряпки людей лишь одну важную фигуру. Такого родного, красивого и бесконечно любимого мужчину — своего Девиана. Человека, с именем которого он шёл в бой и готов был умереть. Он засыпал с мыслями о нём и просыпался, встречая холодные и одинокие рассветы. Живя лишь во снах и в воспоминаниях, где мог отыскать тепло его тела и губ. А порой Маркуса мучили кошмары, в которых он терял и искал Девиана в сером молоке тумана и до хрипоты звал, крича уже в реальности его имя. И тут его словно дрожью пробило, к нему пришло понимание, что речь не о другом человеке и даже не о Девиане, а о нём самом, ведь всё это время ответ крутился у него на языке.  — Имя, — хрипло произнес Маркус и уверенно посмотрел в лицо застывшего Артиса. — Если быть точным, то моё имя. И с этого мгновения я запрещаю вам, граф, использовать его и произносить вслух.   — Нееет! — сорвалось с исказившегося злобой оскала, и серебряная нить натянулась между ними. — Этого не может быть! — прогремел по всему залу крик отчаяния. Нить шустро скрутила бестелесное тело графа в плотный кокон и потащила в сторону мертвого огня. Через мгновение всё стихло, а перед чашей с пламенем появился свиток о расторжении брачного контракта. Маркус подошел и взял свиток, а после опустился перед троном на колено и склонил голову в знак уважения и покорности. — Ваше Величество, я прошу вашего прощения и благословения на брачный союз с графом Девианом Тейроном. — Генерал протянул свиток двумя руками, и ближайший советник забрал его, передав королю. — Я знаю, что мой проступок слишком дерзок, но я не мог поступить иначе.  — Генерал Маркус Зейн, с этого момента я снимаю с вас обязанности военачальника и лишаю всех титулов. Вы отправитесь в северный гарнизон в качестве рядового солдата и начнете свою военную карьеру с самых низов. Что же касается графа Девиана Тейрона, то в статусе вашего законного супруга он сможет последовать за вами, но также лишенный всех титулов и земель. Это послужит вам обоим уроком смирения и уважения к королевскому дому и вышестоящим чинам. — Чета монархов гордо окинули взглядом притихших придворных. — Священная ночь Самхайна еще не закончилась! Надеюсь, больше никто не рискнет связать себя узами с мертвыми! Девиан смотрел только на Маркуса и после слов короля о том, что они смогут остаться вместе, уже не обращал внимания на какие-то условия. Ему был нужен только он, хоть с титулом, хоть без. Маркус приблизился к нему и крепко обнял, утыкаясь носом куда-то в шею, словно не мог надышаться им, продолжая руками теснее прижимать к себе. — Девиан, ты станешь моим равным супругом? — Чуть отстранившись, Маркус волнительно всматривался в его зеленые глаза и боялся увидеть в них отказ. — Да, — прозвучал короткий ответ, и Девиан мягко коснулся его губ в трепетном поцелуе, на что Маркус, более не теряясь, быстро его углубил, перехватив инициативу. И в этом поцелуе они ощутили больше чувств, чем смогли бы передать с помощью любых слов о любви.