Сухоцветы.

Итан взглянул на цветок сухоцвета в вазе. Семнадцатый дом, ставший их убежищем, сегодня пустовал. Он вытащил хрупкое растение и вышел на улицу. Двое из отряда заразились. Пришлось пустить им полю в лоб утром. Смерть стала вечным спутником с начала эпидемии. Изначально их отправили в Бенд для обычного контроля населения и ограничения выезда. Никто не предполагал, что вспышка ВИЧ перерастет во что-то ужасающее. Они оказались заперты в этом городишко. Правительство перестало выходить на связь. Город чудом не вымер. Правда среди жителей возросло количество психов. Появились сектанты и ученые. Итан оказался в третьей группировке. Их отряд объединился. Никто больше не думал о защите населения. Первостепенным стало выживание. Однако хоть какие-то крохи справедливости они сохранили и предлагали местным выгодную сделку: защита взамен на еду и ресурсы. Пришлось запугивать людей для непоколебимого авторитета. Это сработало. Их отряд жил вполне себе терпимо. До тех пор, пока заражение не коснулось их. Небовирус, как его прозвали в новостных сводках, был неизлечим. Люди не превращались в ходячих мертвецов из фильмов ужасов. Происходило нечто более жуткое. Они сходили с ума. Заражение медленно убивало мозг. Люди деградировали до агрессивных животных и следовали древним инстинктам. Зараженные жили мало, их организм становился слабым. Любая простуда могла убить их. Однако даже после смерти они распространяли заразу. Обездвиженные трупы превращались в настоящие бомбы. С каждым днем отряд становился все меньше и меньше. Итан покрутил сухоцвет в пальцах. Они давно прекратили хоронить своих товарищей, но от глупой традиции было сложно избавиться. Особенно когда умирали близкие друзья. Он опустился на корточки и положил цветок на увядший газон. Итан мог бы соорудить небольшое надгробие, проявить больше почтения бывшим друзьям... Но от этого становилось больнее. Возможно уже завтра выяснится, что заражение дошло и до него. В мире, где смерть стала привычным делом, рыть могилы не имело смысла. Весь этот город стал одной большой могилой. Из всего отряда осталось десять человек. Они теряли людей не только из-за заражения или убийств со стороны зараженных и недоброжелателей. Некоторые уходили сами. Присоединялись к ученым или сектантам, надеясь найти спасение. Почти все из отряда сейчас ходили по улицам вымирающего Бенда. Итан остался сторожить дом. Никто из них не видел смысла в попытках выжить. И почему-то каждый продолжал пытаться. Это ведь не монстры, зомби или прочая хрень. Они столкнулись с угрозой пострашнее. Зараза, которая даже не была вирусом. PVIC-SKY. Комплекс из ВИЧ и непонятных прионов, доселе малоизученных в науке. Как же это было смешно. Маленькая невидимая хреновина могла уничтожить все человечество. Все их военные достижения, новейшее оружие и стратегии оказались бессмысленны. Цветок сухоцвета продолжал лежать неподвижно, словно молчаливый укор. Итан поднялся. От собственной сентиментальности стало противно. Нечего тут нюни разводить. Если им всем суждено умереть, то это не значит, что нужно опускать руки. Кто знает, может у человечества был шанс. Или, по крайней мере, стоило найти в себе силы, чтобы не умереть как последняя псина. Он вернулся в дом. Обстановка давно перестала быть уютной. Нет, они старались поддерживать порядок и сохранить хоть что-то привычное в руинах мира. Но эта вылизанная картинка только насмехалась над ними всеми. Как раньше уже никогда не будет. Никакая уборка не поможет. Привычный мир не вернется. Все это — глупый самообман. Ему захотелось проснуться и осознать, что мир округ не более, чем обычный кошмар. Проснуться не выходило. Горы трупов и обезумевшие люди на улицах не исчезали. Первое время люди пытались уехать из города. Всем казалось, что где-то там будет безопаснее. Как выяснилось позже, большие города вымирали быстрее всего. Безумие, творящееся там, было несравнимо с тихим Бендом. Итан вздохнул. Он устал. Ужасно устал. Чтобы хоть как-то отвлечься, он нашел одну из оставшихся от хозяев дома книгу в потрепанной обложке. Какой-то дешевый любовный роман. До эпидемии он бы никогда не взял бы в руки нечто подобное. Сейчас выбирать не приходилось. Либо журнал с кулинарными рецептами, либо ванильная ересь о любви. Нужно было напроситься в обход, а не оставаться сторожить дом. Почему-то ему показалось, что после смерти друзей непременно захочется побыть в одиночестве. Ошибка. Одиночество обострило боль и беспощадно расковыряло старые раны. Даже почитать не выходило. Нескончаемый поток мыслей мешал сосредоточиться. Строки расползлись, смысл слов терялся. Друзья... Он был готов умолять на коленях, рыдать и унижаться, лишь бы им сохранили жизнь. Пускай и уродливую, скоротечную, но жизнь. Это было эгоистичное желание. В глубине мозга где-то сидела мысль о возможной вакцине, экстренном лекарстве. Все понимали, что эти надежды тщетны. Смерть друзей окончила их мучения. Итан завидовал. Завидовал тому, как мертвецы смогли сбежать от всех ужасов нового мира. Они бросили его. Бросили отряд. Ему хотелось быть вместе с ними. Валяться где-то посреди города с пулей в голове. Долго размышлять не вышло. В окне показались фигуры. Не в военной форме. Гражданские, судя по всему. Мозг быстро сообразил: пришли за припасами. В городе все знали, что семнадцатый дом принадлежал военной группировке. Может, прознав о том, что дом почти что пустует, они решили попытать удачу? Итан невесело усмехнулся. Пришлось притаиться. Мало ли. Неясно, насколько вооружены и подготовлены эти двое. Мародеры иногда вламывались к ним. В этом не было ничего удивительного. Он слушал. — Сторожи. Если что, кричи или стукни по стене. Понял? Итан хмыкнул. Значит, один из них, на стороже, не вооружен. С кухни послышался шум. Скрип шкафчиков, шуршание упаковок с едой. Треск. Что-то разбилось с громким звуком. Мужчина достал заряженный пистолет и начал медленно приближаться к кухне. Оказавшись у дверного проема, он наставил пистолет на одного из воров. Странно. Хилый китаец, а выжил. Его подельник с ружьем выглядел куда внушительнее. — Не двигайся, сука. Иначе я ему бошку прострелю. Палец уже лежал на спусковом крючке. На самом деле, ему стоило сразу же убить этих двоих. Но, может, что-то толковое расскажут? Взгляд прошелся по лицу китайца. Он оставался спокоен. Только немного удивлен. Это напрягло. Обычно гражданские в панике рыдали и просили их пощадить. Что с этим-то не так? Китаец уставился куда-то за его спину и нахмурился. — Там, кстати, сзади, — тихо сказал он. Итан глянул назад, не убирая пистолет. — Блять! Входная дверь оказалась настежь открытой. Этим воспользовался зараженный. Девушка с перекошенным в улыбке лицом и дерганными движениями ползла к ним как животное. Итан наставил оружие на нее. Это стало ошибкой. Хлопок от выстрела и резкая боль в области ноги. Мужчина выронил пистолет и свалился на пол. Запах крови и шум кажется только сильнее раззадорили зараженную. Ну какой же пиздец.