Уязвимость

— Жень… — Мм? — А можно сегодня остаться у тебя на ночь? Я так не хочу идти домой… — Конечно, солнышко Пар от чая тихо шептал об уюте. Шторы у открытого окна весело играли, воображая себя парусами. Она сидела и молча смотрела на них, пока старшая искала в шкафчике конфеты, лежащие там на случай, если придут гости. — Прости меня, пожалуйста. – Пальцы нервно накручивали ниточку от чайного пакетика на ручку кружки. — За что? – Руки от удивления дрогнули, уронив коробку с чаем. — Я помогу, сейчас все соберу… – Она рванулась к полу, резко, но испуганно, хватая пакетики, словно в них были заточены все крохи уважения и любви старшей. Словно если их не поднять, то ничего и никогда не наладится. — Тась, ты чего? Всё хорошо. – Женя подняла её за руки с пола и посадила на стул. – Я подниму, а ты расскажи, за что извиняешься. — Я… Я что-то часто стала то кричать, то обниматься. Как-то так качает на качелях эмоциональных. Типа, знаешь, я даже не могу это нормально контролировать. Мне показалось, что я могла в это время много всего наговорить… – Взгляд то следовал за Женей, то неловко перебегал на посторонние предметы. — Мда, есть момент. Но спасибо, что извинилась, мне правда от многих слов было неприятно. Но я понимаю, тоже была подростком. – Она пожала плечами и села на стул. — Просто с тобой это более ярко выражается. Я не знаю почему. — Я заметила, что никто так сильно не отхватывает, как я. Я даже думала, что ты меня ненавидишь. – Женя усмехнулась. Тихая улыбка, стиль чарующая и завораживающая, наполнила кухню. — Я всегда тебя считала крутой, хотела… да и хочу… брать пример. Знаешь, как какой-то эталон человека, горящего своим делом. Да и просто человека. — Мне приятно. Я тоже в некоторой степени восхищаюсь тобой. — Да? – Тася это сказала искренним удивлением в голосе. — Ага, я в твоём возрасте была достаточно тихой и не могла так яростно отстаивать себя. – Все ещё чарующая улыбка таяла на лице. Девочки уставились в кружки с ещё теплым чаем. Запах чабреца наполнял из лёгкие и разносился по всему телу. — Жень… — А? — Я не знаю, как тебе сказать… — Можешь сказать как есть. — Я в тебя влюбилась. – Тело Таси замерло вместе с дыханием. Слова физически не могли выйти наружу. Словно она очутилась в кошмаре, где пропал голос, и её ноги приковало к полу, а сзади стремительно приближалась смертельным опасность. Словно её сейчас растерзают сотни волков, а растащат куски плоти по лесу. Вот он момент окончательно треснувшего мира. Вот это момент полной душевной обнаженности, когда по собственной воле входишь в горящее поле, а языки пламени поедают твою кожу. Когда распарываешь живот перед человеком, отдавая себя в его милость. Вот этот пик душевной уязвимости. — Всё хорошо, слышишь? – Женя положила свою руку на Тасину ладонь. – Ты чудесная и замечательная, но знаешь, я для тебя буду старовата.. И у меня есть парень. Это не о том, что ты какая-то не такая, просто у нас не получатся именно романтические отношения. — Я знала, что это будет невзаимно. – Она сказала это под нос, словно пытаясь спрятать от самой же себя эту истину. Глаза, смотрящие в пол, тихо наполнились слезами. — Ну иногда великая дружба начинается с влюбленности. — Может… — Знаешь, что мне помогало в такие моменты? Ты просто переформатируешь чувство влюбленности в глубокое чувство любви к человеку. В плане, ты не обязана полюбить именно меня, я пойму если ты будешь злиться или ненавидеть меня. Но ты мне дорога́, и я постараюсь быть рядом, пока ты будешь переживать все это. Хорошо? — Ага, но любовь должна быть взаимна. То что не взаимно, скорее похоже на болезнь или одержимость — Ну Тась… Ну любовь это же чувство, а не договор с нотариальной доверенностью. Конечно оно может быть в одну сторону, потому что чувство принадлежит только тебе. Да, другой вопрос, что оно редко бывает не взаимным, но при этом здоровым. Но факт остаётся фактом, что любовь исходит изнутри человека и может быть не взаимной. Они молчали какое-то время, наблюдая за светом фар машин, вспыхивающих и гаснущих в комнате. Её чай безвозвратно остыл и стал горчить. Эта боль пронизывала каждый уголок пространства. Слезы, падающими звёздами, капали с щёк. — Дай кружку. – Женя протянула руку в сторону Таси. — Мм? — Говорю, дай кружку, о то твой чай остыл. Я вылью этот и налью новый. А то совсем холодный. Старшая встала у раковины и начала переделывать чай. — Жаль с сердцем не получится такое проделать, – горько усмехнулся Тася. — Не надо сводить весь мир к метафорам. Твое сердце не нуждается в создании заново. Ты — есть собрание тысячи моментов и кусочков, и все это создаёт прекрасный образ. – она открыла шкафчик в поисках чая. – Я знаю, что тебе сейчас недалеко. И я знаю, несколько в такие моменты ты чувствуешь себя уязвимой. Но я бы хотела сказать, что ты сейчас проявила невероятную силу. Тася сморщилась после этих слов, но Женя положила говорить. — Понимаешь, уязвимость — это такое состояние, когда тебе не хватает внутренних ресурсов, чтобы почувствовать безопасность, контроль, опору. Это чувство, когда ты летишь вниз, и не можешь ухватиться хоть за один материальных объект. Потому что все растворилось. Растворился мир, растворились слова, образы. И только самые смелые готовы пойти на это добровольно. Потому что только если ты готов пойти на это, ты можешь приобрести хоть что-то хорошее в жизни. Например друзей или любовь всей своей жизни, с которой вы будете друг друга поддерживать. –Старшая перебирала в руках пустой чайный пакетик, даже не пытаясь скрывать, что она нервничает. – Мне иногда самой сложно быть уязвимой, например перед вами, даже перед Даней иногда, но только уязвимость помогает выстраивать качественный эмоциональный контакт. – Она поставила кружку и взяла Тасю за руку. – Я буду рядом, слышишь? Я тебя люблю, и я готова быть уязвимой перед тобой. Пусть наши отношения не будут романтическими, но я буду рядом. — Я впервые чувствую себя так безопасно... Парадокс, в такой опасный момент и так безопасно. На столе дымился мятный чай, оповещая комнату о наступившем спокойствия и тепле.