Те, Кто Помнят

      Вторник, 21 сентября 2010 года.       День 28.       Было уже за полночь, когда Саша смогла заставить себя вернуться в тюрьму. Она чувствовала себя разбитой, преданной теми, кого должна была знать, теми, кто должен был заботиться о ней.       Она понятия не имела, что происходит. Разрушительное чувство в груди не проходило, и она боялась, что вот-вот сломается под его тяжестью.       Саша пыталась убедить себя, что они могли говорить о ком-то другом, но это не помогало.       Дэрил и Кэрол не были глупцами. Тот факт, что они так свободно разговаривали на сторожевой вышке, означал, что в тюрьме они чувствовали себя в безопасности. Саша думала, что тоже может чувствовать себя с ними в безопасности. Но так ли это было на самом деле?       Девушка знала, что ничего не может помнить о том, что произошло после её смерти. Вполне возможно, что, сколько бы Кэрол ни говорила, что они выиграли войну, на самом деле они проиграли. Откуда Саше знать правду? Она не знала, можно ли теперь доверять Кэрол и Дэрилу.       Но она не видела смысла в том, чтобы такие люди, как они, работали с Ниганом. С этим подонком, который сделал их своими рабами и убил их друзей. Он проломил черепа Гленну и Абрахаму прямо у них на глазах, он издевался над ними.       Саше стало дурно.       Она вспомнила о Карле. Кэрол говорила, что он погиб во время войны, но не от рук спасителей. Саша задумалась, не сломило ли это событие Рика настолько, что он позволил бы Нигану делать со своим народом всё, что угодно.       Это ведь было возможно. В конце концов, Карл был всем для Рика. Она помнила, как Рик рыдал на той поляне из-за того, что ему, возможно, придётся отрезать мальчику руку. Но ведь были ещё Джудит и Мишонн, и Саша, по крайней мере, надеялась, что за них Рик бы вступился.       Саша пыталась найти всему этому оправдание. Может быть, поскольку Карл погиб не от рук Нигана, на самом деле всё было наоборот: Ниган считал Рика ценным союзником, он бы помог выследить тех, кто убил Карла, и тем самым заслужил расположение Рика.       Но это звучало нелепо в глазах Саши. Даже если бы Ниган помог им сделать что-то подобное или что-то другое, как другие могли оправдать его безнаказанность и сотрудничество с Риком?       Кроме того, Саша не могла представить, чтобы Мэгги с этим согласилась, а Кэрол упоминала, что та теперь на Терминусе. Мэгги потеряла Гленна и поставила перед собой цель уничтожить Нигана. Даже если бы Рик каким-то образом предал свои идеалы, Саша не могла представить, чтобы Мэгги сделала то же самое, предав всё, за что боролась, предав память о Гленне.       К тому же, даже если бы в том мире их заставили работать на Нигана, с какой стати им работать на него сейчас? Это был их второй шанс, возможность начать всё с чистого листа. Ниган должен был находиться где-то в Вирджинии, а не в Джорджии. Зачем им вообще приглашать этого человека?       Саше нужно поговорить с Тайризом.       Она вошла в его камеру, быстро открыв дверь и шагнула внутрь. Тайриз крепко спал на одной из коек. Саша подбежала к нему и слегка потрясла за плечо. Он резко проснулся и встретился с ней взглядом. — Саша? — растерянно спросил Тайриз. Он, наверное, не понимал, почему та разбудила его так поздно, но это было необходимо. Он был самым близким человеком для неё, ей нужно было с кем-то поговорить, прежде чем принимать поспешные решения. Кроме того, он был единственным, кто входил в основную группу и знал Дэрила и Кэрол. — Нам нужно поговорить, — сказала та с явной паникой в голосе. — Ты помнишь Нигана? Я рассказывала тебе о нём, о том, что он сделал с нашей группой. О том, как я умерла. Я понимаю, что это звучит безумно, но мне кажется, что Дэрил и Кэрол работают на него.       Тайриз резко выпрямился и с явным недоумением посмотрел Саше в глаза: — Что? — Понимаю, что это звучит безумно. Но ты должен меня выслушать: с тех пор, как Кэрол и Дэрил приехали сюда, я чувствовала, что с ними что-то не так. Я думала, что, может быть, дело в том, что я давно их не видела, но я сейчас проследила за ними, они были в сторожевой башне, и они говорили о каких-то бессмысленных вещах. Похоже, они обсуждали, что Ниган тоже в группе.       Парень на мгновение замолчал, явно пытаясь прийти в себя после того, как его так бесцеремонно разбудили посреди ночи и вывалили на него всю эту информацию. Но когда он собрался с мыслями, выражение его лица слегка изменилось. — Ты уверена, что правильно расслышала? — осторожно спросил он. — Я имею в виду, они же часть нашей группы, а ты всегда была одержима идеей найти Абрахама и выяснить, что с Ниганом. Может, ты просто услышала то, что хотела услышать.       Но Саша точно знала что она услышала. Кэрол и Дэрил говорили о том, что Рик проломил головы людям из Терминуса. Это не так уж плохо, учитывая, что те сделали в прошлый раз, но делать это битой в качестве уважения кому-то — кому-то, с кого разговор плавно перешёл на войну.       Если это неочевидно, тогда Саша просто дура. — Я отчётливо слышала, — тут же сказала Саша Тайризу. — Я не вру и не ослышалась. Не знаю, как и почему, но они работают на Нигана. И я не знаю, можем ли мы позволить им уйти завтра.       Если они работали на Нигана, то Саша понятия не имела, действительно ли их намерения, с которыми они пришли в тюрьму, были столь невинными, как они утверждали. Если они их отпустят, Кэрол и Дэрил наверняка доложат Нигану о том, что видели в тюрьме, и вскоре их постигла бы та же участь, что и Александрию. — Саша, — вздохнул Тайриз. — Ты сама сказала, что не знаешь, почему и что произошло. Думаю, нам стоит просто поговорить с ними, спросить, правда ли это. И если это правда, то тогда мы сможем получить внятный ответ.       Саша сжала руки в кулаки. — Ты не знаешь, что за человек Ниган, — мрачно сказала она. — Он не хороший человек. Он чудовище, и нет ничего, что могло бы оправдать работу на него. И я не понимаю, зачем Дэрил и Кэрол это делают, если они только не потеряли самих себя.       Тайриз вздохнул, раскрыв ей объятия, и Саша прижалась к нему, наслаждаясь уютом. — Я знаю, что тебе пришлось многое пережить, особенно после моего ухода. Но я не думаю, что мы можем так строго судить людей, которых знаем, только по одному подслушанному разговору, — заявил Тайриз. — Я просто хочу сказать, что это люди, которые нам небезразличны, наша семья. Я много времени проводил с Кэрол, узнавал её получше. Ты правда думаешь, что они сделали бы что-то подобное без веской на то причины? Кто знает, что могло произойти после твоей смерти. — Такому нету оправдания, — повторила Саша. — Ниган сломил нас, разрушил всё, что мы построили, я отдала свою жизнь, чтобы остановить его. Как ты думаешь, что я теперь чувствую, когда вижу, что они с ним заодно? — Но мы не знаем правды. Дэрил и Кэрол были достаточно молоды тогда. У них обоих впереди ещё как минимум несколько десятилетий было. Возможно, они прожили даже целую жизнь после твоей смерти и каким-то образом заново познакомились с Ниганом, — предположил Тайриз, и, честно говоря, у него было слишком доброе сердце. В каком-то смысле он был слишком наивен для апокалипсиса. А может, дело лишь в том, что Тайриз никогда не видел Нигана. — А с чего Ниган вообще остался жив? Если они выиграли войну, я не сомневаюсь в том, что Рик убил бы его на месте. Я помню, как Рик обещал это. Так что же могло измениться? Разве что они вели эту войну десятилетиями и в какой-то момент просто устали от неё и заключили мир.       Тайриз улыбнулся: — Не стоит сбрасывать со счетов и такую возможность — в истории бывали и затяжные войны. Возможно, в какой-то момент обе стороны просто устали и решили положить этому конец. Может быть, именно поэтому они сейчас работают вместе, чтобы не допустить повторения той ситуации.       Мужчина был слишком оптимистичен. Он понятия не имел, на что способен Ниган, тот Ниган, размахивающий битой и насмехающийся над ними, пока они стоят на коленях на той поляне. Это преследовало Сашу в снах и особенно в кошмарах. — Сделаю, даже если тебе не нравится. Я должна — ради собственного спокойствия. Как только они вернутся со смены на сторожевой вышке, я предложу им переночевать в камере. А когда уснут, запру за ними дверь. Когда они наконец проснутся, мы сможем допросить их, не подвергая себя риску.       Тайриз не обрадовался такому плану: — Ты серьёзно думаешь, что это хорошее решение? Они наши друзья, Саша. Я не хочу так с ними поступать.       Саша стиснула зубы, готовясь к осуждению со стороны старшего брата: — Я должна. Мне нужно выяснить, что происходит на самом деле. В лучшем случае у них уже будет хорошее объяснение, и мы сможем сразу их отпустить, но если они действительно работают на Нигана, мне не по себе от того, что они разгуливают на свободе и подвергают опасности всех нас.       Тайриз всё ещё сомневался, но Саша была настроена решительно. Ей нужно во всём разобраться.

***

      На следующий день после попытки побега они похоронили женщину, которую убил Гленн.       Он настоял на этом.       Гленн наблюдал, как другие женщины опускают её, завернутую в одеяла, в могилу, которую он сам вырыл. Те не хотели, чтобы кто-то ещё прикасался к ней, особенно он, и когда он увидел, как они засыпают её землей, ему стало лишь тяжелее.       Не осталось никаких следов, только память. Так же и со многими другими вещами.       Мэгги стояла рядом с ним и издалека следила за женщинами вместе с несколькими Вато. Несмотря на то, что им дали возможность провести небольшую церемонию в её память, теперь их охраняли ещё тщательнее, чтобы не допустить новой попытки побега.       Гленн заметил, что некоторые из них смотрели на него так, словно он был чудовищем. Скорее всего, для них так оно и было. Это он вытащил их из безопасного места вместе с Кэрол и привёл во двор в ту ночь, когда Рик казнил их лидеров.       Единственными женщинами, которых не пустили на эту церемонию, были те три, что участвовали в нападении. В конце концов, теперь им нельзя доверять даже лопаты, поэтому их просто заперли в одном из товарных вагонов. Гленн чувствовал себя ужасно, но знал, что это одно из немногих мест, из которого невозможно выйти. — Они напуганы, — услышал Гленн свой голос, прежде чем смог промолчать.       Мэгги медленно повернула голову, стоя рядом с ним: — Да. А напуганные люди совершают рискованные поступки.       Он снова вспомнил тот момент. Выстрелил, потому что должен был, потому что в тот момент у него не было другого выбора. Он убил, потому что должен был спасти женщину, которую любил. Это должно было быть просто, и он ненавидел себя за слабость, из-за которой не мог просто взять и забыть об этом. — Мы не можем допустить, чтобы стало ещё хуже, — тихо продолжила Мэгги. — Они не соблюдают правила, мы должны научить их, не становясь теми, кого ненавидим.       Гленн кивнул ей. — И что нам делать? Мы не можем причинить им вред, но нужно что-то сделать, наказать, чтобы они больше не пытались.       Мэгги сжала зубы: — Разделим их. Будем постоянно менять их, чтобы они не могли вновь сговориться. Поместим их в такие места, откуда они не смогут сбежать и где мы сможем за ними следить.       Гленн посмотрел на неё. Чужие слова были прагматичными, но он их ненавидел, даже зная, что она права. В этом месте нужен был порядок, потому что они каждый день подвергались опасности, но любое практическое решение давалось ему с трудом. — Они не поймут, — сказал он. Парень слышал дрожь в своём голосе. — Они уже считают нас своими мучителями. — Некоторые, — сказала Мэгги. — Конечно, не все, но в попытке побега участвовали только четверо. Мы будем поступать так, как будет лучше для большинства, а не только для избранных.       Она нашла его руку и сжала её — так же, как делала в ту ночь, чтобы поддержать. Её прикосновение на секунду придало ему сил.       Позже, когда Мэгги и Гленн проводили встречу с Вато в главном здании, Гленн почувствовал на себе тяжесть взглядов, которыми их одаривали некоторые из присутствующих. Даже несмотря на свой опыт, они прожили не так долго, как группа Рика, и, возможно, никогда раньше не видели, как кого-то убивают.       Гленн ненавидел, когда на него так смотрели, словно он был тем, кто имеет право выносить приговоры. Они смотрели на него, и это было невыносимо — Мэгги была гораздо более способной и подходящей для этой работы. Поэтому Гленн отошёл в сторону, позволив ей говорить. — Разделим их, — сказала Мэгги всем присутствующим. — Они будут работать в разные смены, в разных местах. И теперь за ними будут тщательно следить. Конечно, у них будет всё необходимое для жизни, но они больше не будут чувствовать себя свободно. Если кто-то ещё попытается пойти по тому же пути, тогда вы сделаете всё, чтобы остановить их. Понятно?       Все закивали, хотя Гленн заметил в их движениях некоторую нерешительность. — Кто будет присматривать за ними? — спросил один из мужчин. — Мы будем меняться, — ответила Мэгги. — Всегда парами. По двое, на случай нового нападения. Нас десять, а их около дюжины, и, поскольку нам всем нужно спать, мы будем стремиться к тому, чтобы у каждой пары всегда было под присмотром три-четыре женщины.       Так они и решили.

***

      Проснувшись, Дэрил сразу понял, что что-то не так. В камере, где он спал на верхней койке, а Кэрол — на нижней, прошлой ночью, когда он лёг, его уже начало тошнить от ощущения, что он в ловушке. Однако Кэрол уговорила его.       Да и сам Дэрил сильно изменился, так что он согласился. Камера перестала казаться ему клеткой, потому что он мог спать рядом с Кэрол, своей самой близкой подругой после Рика.       Но проснувшись, он тут же насторожился. Он спрыгнул с верхней койки на пол, уже сжимая в руках арбалет, и, выглянув, увидел, что их дверь заперта. Он оказался в ловушке, хотя накануне вечером ему казалось, что такого больше не будет.       Дэрил не страдал клаустрофобией, но ему всегда претила сама мысль о том, чтобы оказаться за решёткой, особенно после того, как он видел Мерла, который провёл в тюрьме больше половины своей жизни. Но это другое. Дэрил позволил себе расслабиться в безопасном, знакомом месте, среди людей, которых он думал, что знает.       А теперь? Он уже не был так уверен. — Эй! — крикнул Дэрил, легонько стукнув арбалетом по металлическим прутьям. Тайриз и Саша тут же вбежали в его поле зрения со странными выражениями на лицах. А Кэрол проснулась от шума. Дэрил заметил, как она тут же напряглась, тоже насторожившись. — Мне очень жаль, — сказал им Тайриз. — Но у Саши были вопросы, и она решила, что лучше будет, чтобы вы не убегали.       Дэрил стиснул зубы и сжал в кулаке свой арбалет. Они не отобрали у них оружие, это было очевидно, ведь у Дэрила остался его самый ценный арбалет, но Саша смотрела на них так, будто они были опасны. — В чём дело? — спросила Кэрол, подходя к Дэрилу и вставая перед замком на двери, схватившись за прутья решетки. — Вопросы? Так задавай. Нам нечего от тебя скрывать, ты же семья.       Мужчина согласно хмыкнул, хотя и не был уверен, искренна ли Кэрол в своих словах или пытается просто манипулировать ими. Конечно, они были семьёй, но могли ли они по-настоящему доверять друг другу? — Я слышала вас прошлой ночью. Я уже знала, что что-то не так. Поэтому пришла подслушать вас у сторожевой башни. Вы говорили о том, как Рик проламывал головы на Терминусе. Битой, из-за того, кто там пострадал. Потом вы начали размышлять, стоит ли мне что-то рассказывать, и заговорили о войне.       Дэрил почувствовал, как его тело напрягается, и он крепче сжал арбалет. Он давно считал, что им стоило сразу рассказать Саше, но Кэрол полагала, что нужно сначала проследить за её реакцией и рассказать тогда, когда придёт время. Но теперь, похоже, правда всплыла гораздо раньше, чем они ожидали.       Тайриз, похоже, и сам был шокирован этой информацией. Было ясно, что Саша не рассказала ему всего заранее. — Ну да, такое было, — сказала Кэрол. — Так и что?       Саша сжимает кулаки и сглатывает. Она явно потрясена, но Дэрил понимает, что она всё знает — ей даже не нужно спрашивать. — Работаете с Ниганом? — продолжала допытываться Саша, и эти слова давили на Дэрила, прямо как тяжкое бремя.       В конце концов, что они могли сказать? Она пожертвовала жизнью, чтобы остановить Нигана, а теперь — что? Они работают с этим человеком. — Да, — сказала Кэрол Саше. — Но всё не так, как кажется. — Тогда что? — потребовала Саша. — Если вы действительно работаете с Ниганом — Ниганом, который причинил столько боли нашим, — зачем? Зачем вы так с нами? Со мной? — Это…всё сложно, — сказала Кэрол. Дэрил наблюдал за ней, давая ей возможность вести самой разговор. — Мы уже сказали тебе, что выиграли войну. Но до этого война была слишком разрушительной. Она всё тянулась и тянулась, и в какой-то момент некоторые люди просто захотели, чтобы всё это закончилось — чтобы все помирились. Одним из таких людей был Карл.       Дэрил заметил, как Саша широко распахнула глаза, глядя на них. Такой же взгляд был у неё, когда они сообщили ей о том, что Карл умер в тот раз. — Перед смертью Карл написал несколько писем, — мягко продолжила Кэрол. — Эти письма повлияли на решение Рика сохранить Нигану жизнь. Он не хотел, чтобы из Нигана сделали мученика. Поэтому он остался жив — в тюрьме, но жить.       Саша, казалось, была потрясена этой новостью. Мысль о том, что человек, убивший Гленна и Абрахама, остался жив, не могла не приводить её в ужас.       В конце концов, Дэрил помнил, как он сам повёл себя тогда. Как неразумно он повёл себя по отношению к Рику, хотя тот делал всё, что только мог, — пытался сохранить им всем жизнь и построить новый мир. Рик изо всех сил старался, чтобы они поняли, что он делает и почему. И Дэрил никогда себе не простит, что тогда бросил Рика.       Он никогда, ни за что на свете не простит себя за то, что пытался помешать Рику спасти Нигана, из-за чего они подрались, упали в ту яму и в итоге оказались разделены. Рик взорвал мост, и Дэрилу пришлось жить с мыслью, что его лучший друг погиб.       И если этого было недостаточно, то из-за решений Дэрила Рик на десять лет как минимум оказался в рабстве у CRM. Рика превратили в машину для убийств. И в этом был виноват Дэрил. Даже если Рик его не винил, это было так.       Так что он не имел права винить Сашу за то, что она пришла в ужас. Большинство из них были в ужасе после того, как Рик принял решение спасти Нигана, не посоветовавшись с ними. И Мэгги, боже — они замышляли заговор против Рика. Но теперь Дэрил будет работать не покладая рук, чтобы такого больше никогда не повторилось. Если кто-то попытается пойти против Рика, причинить ему вред, они тут же проиграют. — Вы оставили его в живых, — сказала Саша после долгого молчания, и её голос эхом разнёсся по тюрьме. — В живых — и что, вы с ним подружились? Так оно теперь? Ходите к нему, как к лучшему другу? — Нет, — ответил Дэрил, стиснув зубы. — Ничего такого. Мы с Мэгги и Иисусом придумали заговор, чтобы убить его. Из-за всего этого мы потеряли Рика. А потом мы все просто оставили его там. На шесть лет. Всё это время он был послушным, и не доставлял проблем. А потом он начал болтать с Джудит.       Дэрил позволил этим словам повиснуть в воздухе, наблюдая за тем, как меняется выражение лица Саши. Он понимал, в каком смятении она, должно быть, пребывала, слушая всю эту новую информацию и пытаясь перестроить своё мировоззрение. Дэрил продолжил только тогда, когда она, казалось, взяла себя в руки. — Судя по всему, он с ней подружился. Помогал ей и всё такое. Потом наступила суровая зима, и мы все оказались в опасности. Джудит сбежала, и нам пришлось выпустить Нигана из камеры, иначе он бы замёрз насмерть. Он спас её. — Вы позволили Джудит находиться рядом с Ниганом? — спросила Саша, в её голосе звучало отвращение. — Это не нам решать, — сказал Дэрил. — Девочка сама так решила. Она уже была в том возрасте, когда считала себя достаточно взрослой, чтобы самой принимать решения, вот же маленькая заноза.       Саша сделала паузу, нахмурившись: — Значит, он спас Джудит, а потом что — он просто присоединился к вашей группе?       Кэрол покачала головой. — Нет, — твёрдо сказала она Саше. — Дело было не в этом. Мы просто выпускали его поработать, но ночью он оставался в камере. А потом произошёл один инцидент. Он убил человека — конечно, тогда он пытался защитить другого, но всё равно убил. И это пробудило в нас плохие воспоминания. Совет хотел, чтобы его казнили.       Саша стиснула зубы: — И почему вы не избавились от него? Если он снова убил кого-то, почему бы просто не покончить с ним?       Кэрол улыбнулась слишком мило для их ситуации. Дэрил знал этот взгляд — сейчас Кэрол взяла бразды правления в свои руки, и она прекрасно это понимала. — Не убили, потому что я не дала им такой возможности. Я выпустила Нигана и отправила его разобраться с новой группой, с которой у нас появились проблемы, — Шепчущиеся. Они были, наверное, опаснее Нигана. И Ниган за три дня расправился с их лидером в обмен на то, что его оставят в общине. — И что, Ниган теперь ваш киллер? — недоверчиво спросила Саша. — И это нормально? — Конечно, нет, — ответила Кэрол. — У Мэгги с ним было много проблем — и в каком-то смысле они до сих пор есть. Она много лет относилась к нему враждебно. Но время шло, всё менялось, и её острота сошла на нет. Я не знаю всех подробностей отношений Мэгги и Нигана, но знаю, что он спас её сына. Она никогда его не простит, но в итоге они…стали друзьями.       Саша выглядела так, будто эти слова были для неё словно кислота. Дэрил её не винил — чёрт, если бы кто-то в начале войны сказал ему, каким будет их будущее, он бы рассмеялся ему в лицо. — И Мэгги смогла с этим жить? — Да, — буркнул Дэрил. — Они хорошо сработались. Ниган теперь важная часть нашей группы. Как бы мне ни было неприятно это говорить, но, думаю, Рик теперь считает его своим доверенным лицом. Этот человек не раз рисковал жизнью ради нас. По правде говоря, в какой-то момент мы все поняли, что хороших людей не бывает. В этом мире для них нет места. Главное — выжить. И если для того, чтобы выжить, нужно иметь дело с ужасными людьми, то так тому и быть.       Руки Саши задрожали, когда она опустила взгляд на пол. На неё навалилась тяжесть всего, что они сделали, всего, что произошло после её смерти. Всего того, чего требовало выживание. — Ниган тоже уже не тот, что прежде, — сказала Кэрол Саше. — На этот раз он вернул себе то, что потерял. Свою жену Люсиль.       При упоминании этого имени Саша резко подняла голову и широко раскрыла глаза. Дэрил едва не фыркнул: — Да, чертовски нелепо, Ниган назвал свою биту в честь жены. — Люсиль? — спросила Саша. — Жена? — Да, — сказала Кэрол. — Она очень милая. У неё был рак, но нам удалось организовать операцию до начала эпидемии. Так что мы надеемся, что на этот раз она выживет, и она радует Нигана. Он стал гораздо менее жестоким, чем раньше. — Ага, — признался себе Дэрил. Если честно, сейчас даже Рик казался более жестоким. Но Дэрил не возражал. Рику иногда нужно было выпустить пар, и если этим выходом была жестокость…блять, их враги всё равно так или иначе умрут. Так какая разница? — И это всё? — спросила Саша. — Просто время и перемены? Но зачем ему приходить к вам? Почему именно сюда, если его жена вернулась? Они же здесь не жили. — Ну да. Ниган сам позвонил нам и спросил, можно ли ему стать частью нашего сообщества. По его словам, он уже много лет был его частью, в прошлом. Саймон попытался убить его буквально на следующий день после того, как сам вспомнил, поэтому Нигану было некомфортно оставаться в Вирджинии, где многие из его бывших Спасителей, вероятно, сильно его ненавидят.       Саша сжала челюсти, заскрежетав зубами. Дэрил понимал: это сбивало с толку и остальных. Наконец та выдохнула, сделав долгий, глубокий вдох. — Ладно, — сказала она. — Он жив. И я так, полагаю, он сейчас в старшей школе? Но можно ли ему доверять? — Можно, — пробормотал Дэрил, хоть и ненавидел это признавать. — Он себя уже хорошо показал.       Саша медленно кивнула им: — Ладно. Тогда я поеду с вами в старшую школу. Хочу увидеть всё своими глазами. И хочу поговорить с Риком и со всеми остальными, хочу встретиться лицом к лицу с человеком, который убил Абрахама. Это меньшее, чего я заслуживаю.       Дэрил повернул голову в сторону Кэрол и слегка кивнул. Та кивнула в ответ. — Конечно, поезжай с нами, — ответила Кэрол Саше. — Но нам нужно ехать уже сегодня, иначе Рик примчится сюда, думая, что Дэрил в опасности. Так что собирайся. — Я тоже хочу, — впервые за всё время заговорил Тайриз. — Я не собираюсь встречаться с Ниганом, но я хочу поговорить с Риком и остальными. Узнать, как у них там дела.       Кэрол мягко улыбнулась и протянула руку сквозь прутья решётки, чтобы взять его за руку: — Мы будем рады тебя видеть.       Затем она повернулась к Саше: — Думаешь, Аксель справится с тем, чтобы присмотреть за тюрьмой, пока тебя не будет?       Саша кивнула, всё ещё пребывая в оцепенении. — Хорошо, — сказала Кэрол. — Тогда, думаю, пора уже выпустить нас.       Точно. Они всё так же были заперты за решёткой.