Те, Кто Помнят

      Суббота, 9 октября 2010 года.       День 46.       Когда Рик переступил порог Терминуса, в голове у него было пусто. Он ничего не чувствовал: ни страха, ни колебаний, только отрешённость от собственной человечности.       Мужчина пригнулся, осматривая местность. Он не знал, сколько там врагов и где они находятся, но заметил двоих, стоящих на страже на некотором расстоянии, спиной к нему. Рик крепче сжал клинок в левой руке.       Это был не обычный нож, потому что в таком случае он не располагался бы на одной линии с рукой. Это был метательный кинжал с более длинным, чем обычно, лезвием, и когда Рик сжимал рукоять в кулаке, лезвие выступало между указательным и средним пальцами. Таким образом, лезвие и рука Рика находились на одной линии, прямо как в те времена, когда у него был протез.       Именно поэтому он выбрал кинжал. В конце концов, он неплохо научился драться и левой рукой, вот только особым образом. А поскольку у него не было больше «железного кулака», пришлось импровизировать.       Рик обошёл дозорных, радуясь, что решил сменить ковбойские сапоги на армейские — в них он двигался тише. Он набросился на них раньше, чем те успели моргнуть, схватил первого за лицо правой рукой, а левой вонзил кинжал в затылок. Одно быстрое движение — и мужчина рухнул, словно мокрое полотенце.       Второй дозорный бросился на него с паническим выражением лица, но Рик быстрым движением вонзил ему кинжал в глаз.       Он посмотрел на двух мужчин, лежащих на земле. Слегка наклонил голову, рассматривая их. У них было подходящее снаряжение: за поясом висели винтовки и ножи, но они неловко держали оружие. Они не привыкли ни к нему, ни к вспышке эпидемии, и, похоже, ничего не помнили.       Это было хорошо. Рик понятия не имел, с чем они имеют дело, и любая информация была кстати. Хотя он считал, что эти двое умерли слишком быстро, учитывая, что они напали на место, которое принадлежало Рику.       Он обшарил мужчин в поисках ключей или чего-то подобного, но ничего не нашёл. Поэтому он просто забрал ножи с их поясов и ушёл.       В каком-то смысле Рику не нравилось, насколько большим был Терминус. Много зданий и переулков, где можно было спрятаться. Но на этот раз он знал точную планировку и то, что находится в каждом здании и на каждом складе, и не собирался тратить время на конкретные объекты, например, на склад с его драгоценным 4-6-2.       Поэтому Рик направился прямиком к главному зданию — единственному месту, где были комнаты, где можно было остановиться. Конечно, были ещё склады, где останавливались терминаторы, но Рик предположил, что большинство нападавших были именно там. Но он не стал заходить с парадного входа, через двор. Вместо этого он обошёл здание сзади и уже собирался войти через чёрный ход, когда увидел ещё двух человек, патрулирующих переулок.       Он понимал, что нужно действовать тихо. Мужчина снял с пояса обычный нож и взял его в правую руку, кинжал остался в левой. Мужчины шли спиной к нему, Рик бросился на них, убивая обоих ударами в затылок.       Рик проделал с ними то же самое, что и с предыдущими двумя, — осмотрел. Правда, в этот раз он постарался затащить их за какие-то ящики, валявшиеся рядом, на случай, если кто-то пройдёт мимо.       Разобравшись с мужчинами, Рик прижался ухом к задней двери главного здания и стал прислушиваться. Он слышал голоса — смех, какие-то грубые слова, которые он не мог разобрать, и всхлипы, более высокие.       Рик почувствовал, как в нём поднимается что-то тёмное. Он проверил дверь — не заперта. Очевидно, ни у кого из мужчин не хватило смекалки запереть её. Поэтому Рик приоткрыл дверь и заглянул внутрь.       В главном зале здания, где Рик проводил брифинг с Мэгги и Гленном, теперь были люди. Мужчины и несколько женщин, которых Рик видел во время своего визита на Терминус. Он не узнал никого из мужчин, их было восемь, и три женщины.       Восемь мужчин, ни у одного из которых не было оружия, были заняты тем, что удерживали женщин, стягивая с тех одежду. Женщины явно не были настроены на сотрудничество, но даже когда они пытались сопротивляться, мужчин было слишком много.       Восемь безоружных и занятых мужчин — ничто. Рик мог бы сделать всё тихо, любые лишние звуки можно было бы списать на стоны удовольствия или крики девушек.       Рик полностью распахнул дверь и вошёл. Он тут же шагнул к одному из мужчин, наблюдавших за происходящим, и ударил его ножом в шею, прежде чем тот успел хоть что-то сказать. К тому времени, как остальные поняли, что происходит, ещё один мужчина был уже мёртв.       Он не колебался, пронзил ножом ещё одного человека, наслаждаясь этим процессом, а затем схватил два ножа, которые снял с дозорных, и метнул их в сердца двух других мужчин — не в черепа, он не собирался рисковать, вдруг промахнётся.       Осталось трое, которые, похоже, наконец пришли в себя и бросились на него. Но даже если бы их осталось больше, они так или иначе не были хорошими бойцами. Рик ударил одного из них ножом в лицо, затем метнул кинжал в другого, и когда у него остались только голые руки, он свернул шею последнему.       Когда все мужчины были повержены, а пол обагрила кровь, Рик позволил себе сделать несколько глубоких вдохов, прежде чем подойти и забрать свой кинжал из лица одного из мужчин, а также проткнуть черепа тех двоих, в которых он метнул ножи, вновь забирая их. Он не обращал внимания на всхлипы женщин, разве что оттащил тело, которое упало мёртвым грузом на одну из них, отбрасывая в сторону.       Рик внимательно осмотрел их, проверяя, нет ли серьёзных ран. Ни у одной из них не было крови, они выглядели относительно здоровыми. Поэтому, несмотря на охватившую его ярость, Рик понимал, что сейчас у него нет времени на то, чтобы оказать им более существенную помощь. — Где остальные? — спросил Рик ровным голосом, склонившись над одной из них и стараясь выглядеть как можно менее угрожающе, хотя и знал, что весь в брызгах крови.       Женщина всхлипнула, глядя на него так, словно он был чудовищем, и Рик подумал, что убийство восьми человек — довольно страшное дело. Или, может быть, она считала, что их смерть была слишком лёгкой, и Рик с ней согласился: за то, что они сделали, они заслуживали гораздо худшего.       В конце концов ему ответила другая женщина: — Пятеро из них затащили ещё двоих в комнаты, где раньше жили ваши люди.       Значит, они узнали Рика. Он кивнул и перевёл взгляд на жилые помещения. — Кроме того…кажется, что снаружи, во дворе, их больше. Мы слышали крики, — продолжила она. Рик повернул голову в сторону главного входа, ведущего во двор. Он немного подумал и решил сначала разобраться с пятью мужчинами внутри, чтобы здание было в безопасности и женщины могли там оставаться, а потом уже идти разбираться с теми, кто снаружи.       Рик подошёл к коридору, ведущему к комнатам, в одной из которых они с Дэрилом останавливались на Терминусе во время своего двухдневного визита, хотя большую часть этих двух дней Рик провёл за тем, что одержимо наводил порядок на складе.       Он двигался так, словно у него в голове был чек-лист: каждый упомянутый человек — это одна галочка, которую нужно поставить. Он скользнул в коридор, крепче сжал кинжал и стал внимательно прислушиваться к звукам внутри. В некоторых комнатах было тихо, но в одной из них определённо что-то происходило. Он подошёл к ней, распахнул дверь и набросился на людей раньше, чем те успели моргнуть.       Чёрт, учитывая, что эти животные были уже голые, у них не было ни единого шанса против Рика. Он ударил сидящего ножом в шею, так же поступил с одним из лежащих, но последний…       Рик решил душить его, пока тот не вырубится. Он заметил, как женщина выбежала из комнаты после того, как он расправился с первым мужчиной, и был уверен, что с ней всё в порядке. Может, не в психологическом плане, но, по крайней мере, она могла ходить. Он душил ублюдка, пока тот не закатил глаза и не отключился, испытывая при этом мрачное чувство.       В конце концов, смерть этих людей была слишком лёгкой. Рик посмотрел на мужчину, лежавшего на кровати. У него не было ни верёвки, ни наручников, чтобы его связать, но у него был кинжал. Поэтому Рик перерезал ему сухожилие на ногах, чтобы ходьба причиняла ему невыносимую боль и была практически невозможна.       Но этого было мало. Он хотел, чтобы тот не мог ходить. Поэтому, вспомнив, где находятся основные артерии на ногах и как их не задеть, он вонзил кинжал прямо в колено мужчины, под коленную чашечку, стараясь проткнуть как можно глубже, и поворачивал лезвие до тех пор, пока не услышал хруст сухожилий.       Рику очень хотелось понаблюдать за тем, как этот парень попытается ходить после такого.       Мужчина вышел из комнаты, оставив лежащего без сознания мужчину на кровати с его мёртвым напарником, и отметил, что не хватает ещё двух человек и одной женщины. Поэтому Рик методично шёл по коридору, открывая все двери, пока не нашёл нужную. Там мужчины уже спали — в смысле, действительно просто спали — зажимая между собой женщину, которая, казалось, боялась даже дышать, не то что пошевелиться. Её широко раскрытые глаза встретились с его взглядом в темноте.       Рик подошёл к ним, мгновение смотрел на мужчин, а затем зарезал одного из них. Второй даже не проснулся, и только когда Рик схватил его за шею и начал душить, тот начал сопротивляться. Рик почти не заметил сопротивления. — В главной комнате ещё четыре женщины, — сказал Рик испуганной девушке. — Ступай к ним.       После того как она убежала, Рик проделал с ещё живым мужчиной то же самое, перерезав сухожилия, а затем вышел в главный зал, зная, что его следующая задача — двор. Он до сих пор не видел ни одного из людей Вато, а ещё Мэгги, Гленна или Тайриза, и это начинало его по-настоящему беспокоить, но Рик знал, что не должен поддаваться тревоге. Сохраняя внешнюю невозмутимость, он прошёл по коридору в главную комнату, а затем направился прямо к входной двери и заглянул в маленькое окошко.       От увиденного его гнев достиг предела.       Во дворе, том самом, где Рик убил Гарета и его людей, было около дюжины неизвестных. Кроме них, там были две женщины: одна из них, обнажённая, сжалась на земле, стараясь прикрыться, а другую двое мужчин держали в стороне. Однако не это взбесило Рика больше всего.       Дело было в том, что Гленн тоже был там, он лежал на земле со связанными руками и мрачным выражением лица, а Мэгги была почти в центре, рядом с другой девушкой, свернувшись калачиком в позе эмбриона. Она явно подвергалась издевательствам со стороны человека, которого Рик принял за лидера.       Однако до сих пор не было никаких признаков ни людей Вато, ни Тайриза, ни остальных женщин из Терминуса. Рик расправился уже с семнадцатью нападавшими. С теми, что были во дворе, их стало двадцать девять. Если ещё остались дозорные на других сторонах комплекса и те, кто следил за Вато и остальными женщинами, то, по мнению Рика, общее число могло достигать сорока.       Неудивительно, что они смогли захватить это место, учитывая, что тут было всего двенадцать человек Рика, способных сражаться, и большую часть времени те тратили на то, чтобы держать в узде женщин.       Рик окинул взглядом людей во дворе. В отличие от тех, кто веселился в главном здании, те были вооружены и хотя бы более-менее умело обращались с оружием. Рик предположил, что эти люди — самые доверенные соратники главаря, те, на кого он полагался. Рик склонил голову набок, обдумывая план. Дюжина вооружённых людей, включая главаря, некоторые из них держали оружие на Гленне и Мэгги…       Он не мог рисковать.       Даже несмотря на то, что у него была винтовка и он, вероятно, мог бы прострелить головы тем, кто наставил оружие на Гленна и Мэгги, прежде чем кто-то успеет среагировать, а потом разобраться с остальными, это всё равно было слишком рискованно для его людей.       Всё это нарушало его тщательно выстроенное самообладание, превратив его в безмолвную ярость, которая захлестнула его с головой. Рик должен защитить своих людей, но он не знал как.       Он отодвинулся от окна, осознав всю тяжесть принятого решения. Он понимал, что лобовая атака — самоубийство, не было никакой гарантии, что Мэгги и Гленн не попадут под перекрёстный огонь. Рик выдохнул через нос, размышляя.       Он вспомнил, как Гарет решил защитить Терминус. Его ловушки, баллоны с пропаном, которые он использовал, чтобы заполнить двор газом во время их нападения. После того как Терминус перешёл под их контроль, эти баллоны спрятали в одной из комнат в главном здании, где сейчас и находился Рик.       Мужчина быстро вернулся в коридор, откуда только что вышел, открывая двери, пока не добрался до нужной, и прихватил с собой один из небольших баллонов под давлением, гадая, что он вообще собирается делать. Он точно не собирался заливать им двор, как это сделал Гарет, он не хотел рисковать, чтобы кто-то устроил там взрыв, когда рядом стояли Мэгги и Гленн, но… — Вы пятеро, — позвал Рик женщин, внимательно глядя на каждую из них. — Я хочу, чтобы вы остались здесь. Я выйду. Если кто-то попытается войти через парадную дверь, бегите в комнаты и прячьтесь под кроватями. Это ясно?       Женщины кивнули, у кого-то это получилось более неуверенно, чем у других, и Рик вышел, взвалив цилиндр на плечо, через заднюю дверь. Оказавшись на улице, он быстро зашагал по переулкам Терминуса, пока не добрался до того, что вёл во внутренний двор.       Рик внимательно посмотрел по сторонам, чтобы убедиться, что его никто не видит. Затем он осторожно поставил баллон с пропаном на бетон, снял защитный колпачок и медленно повернул вентиль на баллоне. Он был тугим, но Рик справился и услышал, как газ начал выходить. Газ был бесцветным, но Рик тут же почувствовал запах тухлых яиц.       После этого он отступил назад, позволив газу заполнить часть переулка. Он специально выбрал переулок, по обеим сторонам которого стояли кирпичные здания, а не деревянные, так что даже если бы произошёл взрыв…       Главное, что бак издавал достаточно шума, чтобы его было слышно во дворе. Рик прокрался в одно из зданий, стоявших в тени переулка, и стал ждать.       Он помнил инструкции Гарета: стрельба по самому газу не воспламеняла, а вот стрельба внутри облака газа — да. Поэтому Рик устроился у одного из окон здания, приоткрыв его ровно настолько, чтобы просунуть ствол, но заткнул все щели вокруг своим ремнём, надеясь, что газ не попадёт внутрь.       Мужчина собирался пристрелить этих ублюдков. Но он не станет убивать, он будет стрелять по коленям, потому что они должны видеть, что их ждёт.       Когда первый из мужчин бросился туда, привлечённый звуком, а за ним последовал ещё один. Рик осторожно подождал, пока подойдут ещё двое, и решил, что это всё. Затем, глядя на них через прицел и благодаря несуществующих богов за глушитель на своей винтовке, он выстрелил одному из них в колено.       Мужчина пошатнулся, винтовка выпала из его рук, и все повернулись в сторону здания, в котором находился Рик. Он подстрелил ещё одного мужчину, отметив, что похоже промахнулся и выстрелил чуть выше, кажется, это была бедренная артерия. Жаль.       Но Рик понимал, что не может быть хорош во всем. Это Саша специализировалась на снайперской стрельбе.       Тем не менее, Рику удалось подстрелить ещё одного из них до того, как последний, толстяк, направил пистолет на окно, наконец обнаружил Рика. В этот момент он упал на пол, зажав уши руками, потому что знал, что сейчас произойдёт.       В конце концов, звук взрыва, когда мужчина выстрелил из пистолета, оказался не таким громким, как предполагал Рик. Тем не менее, он был рад, что остался у кирпичной стены, когда почувствовал, как она слегка задрожала от удара, и понял, что к этому моменту все в Терминусе, включая лидера во дворе, наконец поняли, что происходит что-то странное.       Когда шум стих, Рик встал и с лёгким разочарованием посмотрел в окно. Взрыв был совсем не таким, как тот, что устроила Кэрол, когда напала на Терминус в первой временной линии, — ведь она взорвала огромный баллон с пропаном, в то время как тот, что Рик опустошил в переулке, был в разы меньше.       На кирпичных стенах зданий почти не осталось чёрных следов от взрыва, двое мужчин, которым Рик успел выстрелить в колени, были ещё живы, хотя и сильно обгорели и ползали по земле, из их ушей шла кровь. Рик испытал тошнотворное удовлетворение от этого зрелища, как и от вида человека, который произвёл выстрел: его лицо было разорвано в клочья.       А парень, которому Рик прострелил бедро, уже истёк кровью.       Тем не менее, даже увидев, что двое ещё живых мужчин стонут и корчатся на земле, он не сдвинулся с места, снова прильнул к окну, держа винтовку наготове. Такой взрыв наверняка привлечёт ещё больше людей, и он собирался перестрелять их всех, сколько бы их ни было.       Двадцать один готов, осталось ещё.

***

      Гленн понял, что помощь уже близка, как только услышал странное шипение, доносившееся из одного из переулков. Он, конечно, знал, что они придут, и был очень благодарен за то, что они вмешались так быстро.       Хотя Гленн всё равно был вне себя от ярости, потому что тот успел ударить Мэгги. Если этот монстр убил их нерождённого ребёнка, он не знал, что сделает с ним.       Однако даже сама эта мысль натолкнула Гленна на кое-какие другие мысли, которыми он не гордился, но от которых просто не мог избавиться. Теперь он гораздо лучше понимал Рика и то, что тот сделал в том самом дворе всего несколько недель назад. Поскольку Дэрилу угрожали и его чуть не убили, Гленн понял то чувство ярости.       Лидер всё ещё смотрел на неё, и от выражения его лица у Гленна вскипела кровь, как бы он ни старался взять себя в руки.       Мир Гленна сузился до звука взрыва. Это был резкий хлопок, прорезавший воздух. Он был не таким громким, как тот, что когда-то произвела Кэрол, но всё же достаточно громким, чтобы остальные повернулись на звук.       Четверо из дюжины мужчин во дворе уже ушли, когда раздалось шипение. Он проверил, насколько податлива верёвка на его запястье, ощутив грубое прикосновение к коже. Он всё ещё слышал тихий плач Мэгги на земле, но он уже стихал; Гленн понял, что девушка тоже осознала, что помощь пришла.       Мужчины переговаривались между собой, поигрывая оружием и нервничая из-за непривычного шума. Хорошо. Гленн хотел, чтобы они боялись. — Проверьте, — приказал главарь, не сводя глаз с Мэгги, и кивнул в сторону двух своих людей. Они замешкались, один взглянул на главаря, словно надеясь, что тот предложит что-то получше, но в конце концов подчинились. По потрескавшемуся бетону застучали ботинки, мужчины направились в переулок.       У Гленна бешено заколотилось сердце, потому что он знал, что они наконец будут в безопасности. Это должен быть Рик, думал Гленн, потому что этот мужчина никогда бы их не бросил. А зная Рика, можно уже предположить, что к полуночи эти люди будут мертвы.       В отличие от того, что было несколько недель назад, Гленн не испытывал страха. Вместо этого волна облегчения пробилась сквозь пелену, окутывавшую его последние несколько часов. Его руки болели от верёвок, но он почти не чувствовал боли. Он нутром чуял, что каждый из этих монстров умрёт.       Но Гленн не стал полагаться только на чужую помощь, он снова сосредоточился на происходящем во дворе. Теперь, когда ещё двое ушли, во дворе осталось всего шестеро.       Шесть мужчин, рассредоточенных и встревоженных. — Чего вы трясётесь! — рявкнул главарь своим людям, повернувшись к ним лицом. — Я уже говорил вам, что знаю, как тут всё устроено. Пока я здесь, нечего боятся.       Теперь Гленн слышал в его голосе нотки беспокойства. Они теряли уверенность, в воздухе больше не витала та лёгкая жестокость, что была раньше.       Гленн посмотрел на Мэгги, а она поймала его взгляд.       По её лицу текли слёзы, губа была разбита после одного из ударов, но теперь в её взгляде появилось что-то новое — сосредоточенность, блеск зарождающегося плана. Гленн не решался пошевелиться или заговорить, но встретился с ней взглядом и едва заметно кивнул. Этого было достаточно.       Мэгги пошевелилась.       Она бросилась вперёд, быстро и решительно, потянувшись к винтовке, висевшей на плече главаря. Её пальцы нащупали ремень и с силой дёрнули. Тот вскрикнул от неожиданности, но она уже наполовину освободила ремень. Движение выбило его из равновесия, и она смогла полностью стащить винтовку с его плеча.       Мэгги развернулась и выстрелила. Первый выстрел прогремел, словно гром, и мужчина, стоявший ближе всех к Гленну, отшатнулся, его грудь окрасилась кровью. Не успел отзвучать второй выстрел, как рядом с Гленном упал ещё один мужчина.       Клара, что была рядом с Гленном, вскрикнула и пригнулась, закрыв голову руками, но Мэгги уже развернулась и закричала дрожащим от адреналина голосом: — Освободи его!       Клара, хоть и была явно напугана, услышала приказ. Она поползла к Гленну на коленях, нащупывая верёвки на его запястьях. Её руки так сильно дрожали, что она едва могла развязать узлы, а дыхание было прерывистым. Гленн вывернул руки, чтобы помочь ей, и волокна впились в его кожу. — Давай, — прошипел он, обращаясь то ли к ней, то ли к самому себе.       Клара возилась с верёвками несколько секунд, которых у них не было, но в конце концов узлы ослабли настолько, что он смог высвободить руки, и кровь снова хлынула в них. Он почти ничего не почувствовал.       Раздался ещё один выстрел — снова Мэгги, на этот раз ближе. Гленн вовремя поднял голову и увидел, как один из мужчин с криком падает, схватившись за колено.       Осталось трое.       Гленн увидел, как главарь бросился на Мэгги, и на его лице отразилась ярость. Он схватил её за руку, пытаясь выхватить оружие, но она вывернулась, используя его собственный вес против него, и ударила его локтём в рёбра. Мужчина охнул, но не отпустил её.       Парень вскочил на ноги. Один из оставшихся мужчин бросился на Клару, схватил ту за волосы и с рычанием потащил назад. Гленн налетел на него сзади, и они оба рухнули на землю. Мужчина яростно замахнулся, ударив Гленна по скуле, но тот не остановился — он обхватил его шею руками и сжимал до тех пор, пока тот не перестал сопротивляться.       Когда Гленн снова поднял голову, во дворе царил хаос. Мэгги и главарь боролись за винтовку, сжимая её обеими руками и пытаясь вырвать друг у друга. Ещё один мужчина кружил вокруг них с полуподнятым пистолетом, не зная, как бы не попасть по главарю.       Затем главарь вырвал винтовку из рук Мэгги и с силой толкнул её на землю. От удара у неё перехватило дыхание. Он стоял над ней, тяжело дыша, приставив ствол винтовки к её груди. — Стой! — крикнул Гленн, пошатываясь, но он был слишком далеко.       Мужчина ухмыльнулся, его палец сжался на спусковом крючке. Нет, пожалуйста, только не это. — Что, уже не так уверена в себе, а? — насмешливо спросил главарь. — Теперь всё будет гораздо хуже. Думаю, если то, что внутри, ещё живо, я дам ему немного повариться, чтобы потом вскрыть тебя, вытащить его и заставить твоего мужа…       Лайла вдруг одним быстрым движением ударила главаря по лодыжке. На её лице была решимость, она вложила в этот удар всю свою силу.       Командир вскрикнул, дёргаясь в сторону. Винтовка опустилась, но не настолько, чтобы это не стало угрозой для жизни.       Мэгги не колебалась ни секунды.       Гленн видел, как она бросилась вперёд, пытаясь вновь выхватить оружие. На мгновение они оба вцепились в него мёртвой хваткой, их лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Затем Мэгги впечаталась лбом в чужой нос и вырвала винтовку из чужих рук, тут же перекатываясь на одно колено.       Она подняла дуло и направила его прямо в чужое лицо.       Во дворе воцарилась тишина, нарушаемая лишь звуками двух приглушённых выстрелов, доносившихся из одного из переулков, и одним из мужчин, который всё ещё пытался понять, стрелять или нет. Лидер застыл, его грудь тяжело вздымалась, на лице боролись ярость и страх.       Руки Мэгги дрожали, но голос её звучал ровно: — Даже не двигайся.       Гленн наконец вскочил, подбежал к одному из убитых, выхватил его винтовку, выстрелил в колено замешкавшемуся противнику и обезоружил его. В живых остались двое с простреленными коленями, одного из них Гленн вырубил. Остался лишь главарь.       Но с ним пришлось подождать. — Тебе больно? — спросил Гленн Мэгги. Та кивнула, её глаза всё ещё были испуганными, но руки крепко сжимали винтовку. — Живот болит, — тихо сказала она ему. — Вдруг…       Вдруг она потеряла ребёнка. Гленн кивнул, чувствуя, что вот-вот сам расплачется, но он лишь стиснул зубы. — Я пойду за остальными, — сказал ей Гленн, кивнув в сторону переулка, откуда донёсся взрыв. — Освобожу людей из вагонов, потом вернусь сюда, и мы как можно быстрее поедем в школу, к врачу, хорошо?       Мэгги неуверенно кивнула, и Гленн слегка улыбнулся ей. Но как только он развернулся, чтобы пойти в переулок, улыбка его исчезла, вместо неё его охватили отчаяние и ярость.       Когда Гленн добрался до места в переулке, где повсюду валялись трупы и стонущие люди, он понял, что на месте. В воздухе стоял густой запах горелой плоти и дыма. Глядя на трупы, у одного из которых было разорвано лицо, он почувствовал лишь мрачное удовлетворение. То же он испытал при виде ещё живых мужчин, у которых были прострелены колени; двое из них сильно обгорели, кожа местами словно плавилась, из ушей текла кровь.       Гленн издал свисток — один из фирменных звуков его группы. Ответ последовал почти сразу — короткий резкий свист из одного из зданий. Вскоре дверь того здания открылась, и оттуда вышел Рик.       Он выглядел так, будто только что вышел из кошмара: с ног до головы в крови, взмокший, с тем же выражением лица, что и тогда, когда убивал терминаторов. Винтовка безвольно висела в его руке, ствол ещё слегка дымился. — Рик, — выдохнул Гленн, его голос дрогнул.       Тот сначала ничего не ответил — он просто в три шага преодолел разделявшее их расстояние и крепко обнял Гленна. Это не было нежным объятием. Оно было проявлением всех тревог и стресса, которые мужчина явно испытывал.       Гленн удивлялся, почему он когда-то сомневался в человечности Рика. — Она цела? — прохрипел Рик ему в плечо неровным голосом.       Парень тяжело сглотнул и слегка покачал головой, отстраняясь: — Она жива, — ответил он. — Она ранена, но дышит. Но мы не знаем, в порядке ли ребёнок.       Рик замер, сжав челюсти, и на секунду Гленн увидел, как в его глазах собирается буря — та тёмная, тихая ярость, которая означала, что кто-то вот-вот умрёт — и так оно и было. Рик выдохнул через нос, явно пытаясь успокоиться. — Дэрил там, — наконец сказал он, кивнув в сторону внешнего двора. — У него мотоцикл. Я пойду за ним — он отвезёт Мэгги в школу, к акушерке. Он доберётся туда быстрее, чем кто-либо другой.       Рик направился в ту сторону. Терминус был не настолько огромен, чтобы им потребовалось больше минуты, чтобы добраться до забора. Рик успел ещё раз свистнуть, подавая сигнал Дэрилу. Мужчина, едва увидев Рика, перепрыгнул через забор и бросился к нему с арбалетом за спиной. Гленн завороженно наблюдал, как они на мгновение обнялись, а потом поцеловались, Дэрил практически слизал кровь с губ Рика, после чего они снова вернулись к делу. — Мэгги ранена, — серьёзно сказал Рик Дэрилу, его взгляд потемнел. — Нужно как можно скорее отвезти её в школу, к врачу.       Дэрил тут же помрачнел: — Насколько всё плохо? — спросил он.       Гленн сглотнул. — Удар ногой в живот. Ей ничего не угрожает, но ребёнок…       Дэрил, похоже, не нуждался в дополнительных объяснениях и поспешил в ту сторону, откуда пришли Гленн и Рик. Все трое пронеслись мимо четырёх стонущих мужчин и направились во внутренний двор. Гленн заметил, как Дэрил намеренно вырубил ногой одного из них.       Гленн последовал за ними. Его ноги дрожали от усталости, но он не собирался останавливаться. Они снова вышли во двор, в воздухе стоял густой запах крови. Главарь был на коленях, слегка приподняв руки, а Мэгги по-прежнему целилась в него. Она выглядела опустошённой, словно адреналин уже закончился.       Рик поднял винтовку и шагнул вперёд, пока дуло не оказалось на уровне лица главаря. — Иди, — тихо, но твёрдо сказал он Мэгги. — Поезжай с Дэрилом. Он довезёт тебя до школьного врача за час.       Мэгги замешкалась, переводя взгляд с Гленна на Рика, с трупов, усеявших землю, на двух оставшихся в живых женщин, а затем медленно кивнула. Её руки дрожали, когда она перекидывала винтовку через плечо и бросала последний взгляд на Рика, залитого кровью, хотя тот ни на секунду не отвёл глаз с лидера.       Дэрил уже был рядом, осторожно обнимая Мэгги за плечи. — Едем, — услышал Гленн его шёпот. Она не ответила, просто прижалась к нему, и они быстро направились к забору.       Гленн увидел, как Рик осматривает Лилу, лежащую на земле, покрытую синяками, и Клару, которая была цела, но напугана. — Ты, — Рик кивнул Кларе. — Заведи её внутрь. В здании ещё пять женщин, подождите там, пока мы не приведём ещё людей, а потом они отвезут вас к врачу.       Клара кивнула, на мгновение задержав взгляд на лице Рика, а затем подползла к Лиле, помогла ей встать и почти на руках отнесла в главное здание. Лила едва держалась на ногах. Гленн смотрел им вслед, чувствуя, как сжимается его грудь, пока они не скрылись за дверью главного здания.       Рик не опускал оружие. Он подошёл ближе к главарю, и тени, павшие на его лицо, делали кровь на нём чёрной, словно нефть, особенно учитывая, что день уже клонился к закату и солнце только скрылось за горизонтом. — Это сделал ты, — сухо заключил Рик. Лидер открыл рот, но не издал ни звука. Рик слегка наклонил голову. — Ты заплатишь. Но не сейчас.       Наконец он посмотрел на Гленна: — Где остальные? Или мне придётся выбивать информацию из этого ублюдка?       Гленн сглотнул: — Нас держали в тех же вагонах, что и в прошлый раз.       Рик кивнул. Гленн увидел, как он окинул взглядом ещё живых мужчин на земле, прежде чем снова повернуться к нему: — Я справлюсь тут. Можешь пойти и освободить остальных? Кто-то погиб? — Двое Вато. Остальные — нет, по крайней мере, когда я их видел в последний раз.       Рик кивнул: — Ладно. Тогда остальные Вато могут отвезти женщин в школу. — Что ты задумал? — спросил Гленн, прежде чем уходить. В голове у него уже роились идеи. Но когда Рик снова повернулся к нему и надолго задержал взгляд на его лице, Гленн увидел, как тот сглотнул. — Как думаешь, что будет лучше? — осторожно спросил Рик. Точно. Учитывая, как он отреагировал на то, что сделал с терминаторами в прошлый раз, его можно понять, но… — Ниган придёт? — спросил вместо ответа Гленн.       Рик кивнул ему: — Они скоро подъедут, вместе с Сашей.       Гленн кивнул. У него уже была одна идея, но он оставит её, когда все придут. Он без слов пошёл к вагонам, замечая, что Рик обеспокоенно провожает его взглядом.