моя семья

      Даже тибетский монах бы не выдержал жить со Скарамуччей, именно таким, который был ещё во времена шестого предвестника фатуи, ищущего мести за предательства и потери. Вся его жизненная цель, до встречи с Малой Властительницей Кусанали, заключалась в его собственных желаниях. Не говоря уже о том, что после стольких потерь он и не собирался ни о ком заботиться, чего уж тут.       Но как судьба его привела к тому, что он обзавёлся художником-алхимиком и драконом, который стал человеком в качестве семьи? Даже Алая Ведьма, тётушка блондина была, мягко говоря, поражена таким поворотом, особенно после того, как он стёр себя из Ирминсуля. И раз уж он решился на такой шаг, придётся посоветоваться с Дендро Архонтом, что же дальше ему делать, узнать нужную информацию про второго предвестника, после отправившись в путь. – Побудь с нами ещё немного, мне нужно закончить с докладами, последи за Дурином. – Снимать небольшой дом благодаря тётушке Алисе и временно находиться в Нодкрае втроём с его новой «семьёй» было чем-то, что можно обозначить «уму непостижимо». В этом регионе сейчас где-то расположился доктор, как и его старые знакомые, а какой-то там алхимик из Мондштата просит его забыться и играть в счастливую домохозяйку. – Ты не понимаешь, что моя цель меня ждать не собирается? – Недовольное лицо и руки на бёдрах пытались убедить собеседника, что цель уже выслежена и осталось только свести старые счёты. – Разве ты не говорил, что отправишься в то же время, что и мы к Капитану Варке? – В разговор вмешался Дурин, и почему-то при виде него напряжение в комнате всегда слегка ослабевало. Тяжело сказать, что это было оружием его дорогого Альбедо, но и Дурин сам не мог появляться именно в такие моменты. Где-то они его водят за нос, ну уж точно. – Это да, но… Ладно, тогда Альбедо помогает мне с поисками предвестника. – Хоть какую-то выгоду надо же извлекать, чтобы с носом не остаться. Да и учитывая, что на его участь снова выпал «безумный учёный», то может: «Чтобы переиграть идиота, надо воспользоваться другим таким же». – Конечно, помогу, дорогой. – Все трое ещё не успели привыкнуть к особым отношениям между самим странником и алхимиком, так что последнее звучало как новомодное в Нодкрае слово «кринж». – Мгм, спасибо.       Повезло, что в этом домике, чуть выше основного поселения, имелась веранда. Именно отсюда открывался хороший вид на город. Хотя бы здесь чувствовалось, что все под контролем, а ветер напоминал о свободе, что даровали ему после такого тяжёлого жизненного пути. Теперь-то можно остановиться, выдохнуть, почувствовать, что не обязательно все взваливать на себя одного. – Спасибо, что остался. – Алхимик тоже любил это место, честно говоря, не только место. Скару видеть здесь ближе к ночи ему тоже нравилось. – Пф, не за что. – Одного голоса было достаточно, чтобы понять, кто идёт к нему, так что больше смысла имело укутаться пледом чуть сильнее и переступить с ноги на ногу. – Тут ветрено сверху и прохладно, удивляюсь, как Госпожа Голос Лунного Гимна ходит к нам, – шёпотом прозвучало только: «Хочешь, согрею тебя?» и лёгкое: «Хочу». – Кстати, недавно в перерыве нарисовал тебя, не хочешь взглянуть? – Рисовать Странника в начале отношений было чем-то смущающим и постыдным, пока его «муза» однажды по случаю не увидел всё, что не было убранно… Сделать вид, что он ничего не знает, и готово? Ну, уж нет, потянуло же его что-то остаться рассматривать все эти наброски. Даже если ошеломлённый Альбедо, с упавшей на пол чашкой, стоит у дверного проёма. И вот стоило только признаться, что рисунки вышли неплохими, так в разных местах по дому он теперь находит себя. Обнажённого. Нужно объяснять, что молиться Барбатосу, чтобы Дурин не увидел ни один из этих рисуночков, стоило? – Показывай, раз уж заговорил об этом. – Даже тяжёлый вздох не облегчит его участь, а ещё вернее - совесть. Последние несколько недель на фоне всех этих рисунков Скару стали посещать мысли очень содержательного и интересного характера… Несмотря на то, что они уже стали делить одну кровать, первого раза как таковой так и не было. И причина даже не ясна: то ли работы много, то ли ещё этой особой связи не чувствовалось, однако очень хотелось. – В этот раз я превзошёл сам себя, не так ли? – … П-превзошёл сам себя? Тут же буквально они вдвоём… Без одежды на кровати… – Я не помешаю? – «Дурин! Нет, не смотри, не иди сюда!» Из-за внезапности Скара чуть не выронил такой ценный кусок бумаги, да не дай бог он кому-то из городских достанется… – Нет, всё в порядке, иди к нам. – Альбедо всегда говорил, что Дурину ещё предстоит научиться тактичности, но видимо, сейчас пошёл по совсем другой своей песенке: «Ему нужно приобщаться к людям, для примера делать максимально базовые человеческие дела...» Вот объятий втроём в такой момент ему только не хватало. – Никогда не забуду, как вернулся с экспедиции, а вы среди моих записей в обнимку спите. – Но ты же долго не возвращался, и мы скуча… – Недавно уставший дракончик, расцветая на глазах, подбегает к ним. – Лучше бы забыл. – Да, Дурину стоит больше практиковаться в бытовых разговорах. А то мало ли Алхимик зазнается ещё, будет думать, что дома его ждут, и не сможет сосредоточиться на исследовании? А то они же беспоко... ой, ну то есть досадно будет, да, нельзя допустить, нет. – Ничего, мы с тётей Алисой храним эту фотографию. – Ладно, если бы только Альбедо собственной персоной лицезрел это, так нет же, эта тётя Алиса везде и в «нужное» время… – Зная её, даже у матери Дурина будет храниться это фото. – Скара, уже успевший убрать тот злополучный рисунок подальше в карман, свободной рукой потрепал дракончика по голове. – Т-ты так думаешь? – Старший может и ошибается, но в том, что в своём новом воплощении Дурин стал таким милым, никогда. – Конечно, а теперь, пора спать, завтра кого-то ждёт очень продуктивный день и учёба. – Не исключено, что слова о продуктивном дне были скорее адресованы Алхимику, ведь это он вызвался помогать, не так ли?       Тёплая кровать позволяла наконец-то отвернуться на бочок и, закрыв глаза, думать о хорошем… Вот-вот он прищучит того, кого ненавидит, и всеми силами не допустит того, чтобы ему сладко жилось. Ещё можно подумать о том, какие успехи уже делает Дурин в своём обучении человеческому. Хотя это странная мысль, учитывая, что его наставник Алхимик, своего рода, тоже не совсем-то человек, да и сам Скара... Это всё ладно, всё будет хорошо… А кстати, где Альбедо?       Обычно Алхимик может позволить себе задержаться в лаборатории за работой, но сегодня то что? Разве эта поучительная беседа на веранде не должна была обозначать конец работе - можно отдыхать? – Альбедо? – Повернуться, услышав скрип кровати, было решением, породившим сцену, словно из книг Инадзумских издательств про любовь. Поцелуй, такой нежный, наполненный всем теплом и заботой, что только ему могли предложить. Несмотря на их спонтанное решение начать отношения больше, чем просто знакомые, поцелуи Альбедо всегда сводили с ума.       Чувствовалось, что ему не всё равно, что он хочет быть рядом, не просто рядом, а ближе к сердцу, чем кто-либо другой. Ну как тут не опьянеть от одной мысли, что у тебя есть такой любящий человек? Так уж выходит, что если он днями пропадает в лаборатории, ему важно знать, что Скара всегда будет ждать его рядом. – М? Что такое? – Он ещё спрашивает, наглец. За это можно и притянуть для следующего прилива нежности. На таких реваншах обычно всё и заканчивалось. Но не сейчас. – Прекращай оставлять свои рисунки где попало, специально хочешь, чтобы Дурин на них наткнулся однажды? – Нет, ну не может же это всё быть просто так? Стал бы Альбедо в последние дни специально его так нервировать. – Я просто хочу повторить то, что на них. Абсолютно всё. – Укутанный одеялом, произносящий слова куда-то в подушку, в опасной близости от лица самого Скары, а также его рука, слегка сжимающая бедро. Становилось слегка страшно, ведь мысли начинали утекать, превращаясь во что-то тёплое и отдалённое. Хотелось просто обвить руками, как тогда, в момент, где они озвучили свои чувства друг другу. Всё еще это казалось как сон, как что-то странное. И пока мысли путались, чужая холодная рука уже пробралась сквозь домашние шорты. Наверное, несколько бы дней назад самым разумным решением бы стало побрыкаться, опять перевернуться на бок и под шумный гул мыслей заснуть, однако никто из них даже не шелохнулся. – Не будешь отступать как в прошлый раз? – Даже Альбедо уже свыкся, что каждый раз такие нежности заканчивались именно этим, поэтому и сейчас ожидал что-то подобное. – Ты же сам сказал, что хочешь повторить. Я не против. – Он столько раз это себе представлял, почему же сейчас так нервничает, что даже эти слова ему дались с трудом. – Успокой меня, я так не могу. – Однажды после этих слов последовал очень глупый анекдот, который тот прочитал в письме от одного лесного дозорного в Сумеру, быть может и сейчас это поможет. – Я люблю тебя, моя семья.