Целомудренно

Руслан сидит на диване, неспешно попивая свое пиво. Он наблюдал за тем, как ребята напиваются в хлам и медленно разрушают загородный съемный дом. Он даже немного сочувствовал человеку, который снял его на свой паспорт. Вечеринка идет уже около 2 часов, каждый занимался своим делом. Кто-то выпивал, рассказывая странные истории из собственной жизни и громко смеясь. Кто-то пришел отвлечься от работы и рутины, просто развлекаясь. Где-то зарождалась любовь на одну ночь, а где-то на всю жизнь. А еще есть те, кто активно избегал своих проблем, проваливаясь в алкогольное дно. Руслан относит себя к этому типу. Только его проблема гуляла где-то неподалеку, а он как девственный школьник не мог подойти да поговорить. Еще в первый час тусовки он заметил среди своих друзей и знакомых рыжую макушку, не поверив собственным глазам. Даня всеми способами на протяжении 3 лет избегал его самого и обсуждения этой темы среди собственной аудитории. На любые просьбы прокомментировать сложившуюся ситуацию он говорил, что между ними произошла «личная ссора», и он не собирается просвещать других людей в неё. И он даже не соврал, они действительно поссорились на личной основе, но какой. Они уже достаточно долго знали друг друга, много раз пили вместе, иногда даже общаясь на достаточно личные темы друг с другом, что редко Тушенцов позволял себе с друзьями. Они были в курсе романтических отношений друг друга, которые ни один из них не мог продемонстрировать в интернет. Так что же смогло пойти не так? Это был последний концерт их совместного тура, они решили поселиться в один номер отеля для экономии средств. Они и так уже много потратили на концертах в других городах, у них была традиция после каждого концерта отдыхать в номере, пить и наслаждаться компанией друг друга. Эта ночь не была исключением, они сидели на мягком ковре за маленьким кофейным столом, напиваясь в усмерть водкой с колой. В эту ночь все было не так. Не было откровенных разговоров, не было их обычного физического контакта, который всегда присутствовал на их личных посиделках, Даня вкидывал в себя шот за шотом, не желая рассказывать Руслану причину такого поведения. Лишь печальный взгляд провожал его, пока Руслан отходил на перекур на балкон. Тушенцов ещё тогда заметил, будто Даню что-то гложило, но тот не был готов делиться этим со своим другом. Они сидели так уже час, это был долгий час для Тушенцова. Хоть в моменте Руслан и ощущал нависающую неловкость, но ему со своим другом всегда было комфортно в любой ситуации. Пока Руслан пытался отгадать загадку настроения Дани, Даня встал со своего места и на шатающихся ногах отправился к Тушенцову. Руслан смотрел в глаза Дани, не понимая значение этого взгляда. Кашин сел близко-близко, смотря на лицо своего друга. От него пахло выпитым алкоголем и сигаретным дымом, но в тоже время чем-то сладким и приторным. Чем-то родным. Руслан невольно вдыхает от близости чужого тела, встречаясь с неуверенным взглядом парня рядом. Даня наклоняется ближе, оставляя между ними лишь считанные сантиметры, все также смотря Тушенцову в глаза, будто пытаясь понять о чём тот думает. Переставая давать отчет своим действиям, Руслан устраняет последние сантиметры между ними, соприкасаясь с губами парня напротив. Даня, ждавший именно этого, целомудренно целует в ответ. Поцелуй получался томным и нежным, будто парни пытались передать всю теплоту чувств друг другу, которые они хранили на протяжении долгих лет. Кислорода переставало хватать, Даня немного отстранился, сделав глоток воздуха, чем воспользовался Руслан и проник языком Кашину в рот. Поцелуй переставал быть таким невинным и нежным, чувства перерастали во что-то более страстное и жадное. Задыхающийся Даня зарылся руками в волосы парня, пытаясь отстранить того от себя. Ему сильно не хватало кислорода, но эти губы были такими сладкими и горькими одновременно, от чего хотелось испопробовать их вкус еще сильнее. Пока Даня восполнял запас кислорода в собственных легких, Руслан прижался к его шее, вдыхая аромат его одеколона и яблочного геля для душа. Слегка покусывая кожу на шее, Руслан запустил руки под свитшот своего друга и обхватывает руками мягкие бока. Отстраняясь, Руслан смотрит на Даню, у того зрачки почти скрыли радужку глаз, взлохмачены волосы, а на лице неприкрытое желание о продолжении. Рука Дани тянется к промежности парня напротив, пытаясь расстегнуть ширинку. — Нет. Уйди. Руслан отстраняет руку Дани и слезает с того, садясь чуть поодаль, оставаясь все также за столом. Возбуждение неприятно давит на ширинку, щеки красные, сердце грохочет в груди. Даня поднимается и смотрит на Тушенцова с непониманием, но, увидев что-то во взгляде напротив, поднимается и идет к себе в спальню, оставляя за собой звенящую тишину. Не то, чтобы он не хотел. Просто все должно было произойти не так, по другому. Какой бы ни был образ Руслана на публике, он всегда хотел обычной глупой любви, которая начинается неловким поцелуем, а заканчивается смертью в один день. Да и не может он так поступить с Даней, просто не может. Они были друзьями на протяжении долгих лет, а потом все разрушить только потому, что он член в штанах сдержать не сумел? Они оба пьяны, возможно, Даня даже не вспомнит о том, что случилось, либо не предаст этому значение, также посчитав всю ситуацию ошибкой. Или же он найдет в Тушенцове предателя, который позволил себе воспользоваться им в таком состоянии. В любом из вариантов Тушенцов не останется в выиграше и не найдет той любви «до гроба». Размышляя обо всем, Руслан уснул прямо на том же ковре уже на рассвете. Как оказалось, Данила ничего не забыл. Проснувшись утром, Руслан не увидел своего друга, как и его вещей. На стойке регистрации он узнал, что тот рано утром выселился из отеля. Тушенцов пытался связаться с ним, но Даня заблокировал его везде, даже в ебанных одноклассниках, в которые Руслан не заходил лет так пять. Даня полностью отгородил себя от общения с ним. Руслан еще несколько месяцев пытался выловить его на тусовках у их общих знакомых, но все было тщетно. В таком поиске встречи Руслан провел год. Достаточно тяжело забыть человека, который был тебе дорог длительное время. В интернете Даня старался не комментировать ситуацию, говоря, что это Руслан вытащил всё в интернет, а сам он не имеет к этому никакого отношения. Руслан был в ярости от того, что парень сам его игнорирует, а в интернете позволяет нелестно высказываться в сторону парня, но решил ничего не говорить, чтобы не разогревать интерес людей и не травмировать, если это вообще возможно, Кашина. В конечном итоге, аудитория, поняв, что ничего не получит, успокоилась и парни стали жить сами по себе. Руслан на собственной шкуре понял, что значит «время лечит». Занимаясь музыкой, делая коллабы с разными звездами и найдя себе девушку, он начал забывать обо всей ситуации. Да, были вопросы среди знакомых, ведь их круг общения все также был схож, но получалось отнекиваться и давать невнятные ответы. Все вернулось на круги своя, а рыжий так бессовестно пришел на вечеринку, на которой точно должен был быть Руслан, и он знал это. Знал, что Руслан увидит его. Знал, что может своим приходом дать надежду. Знал, что такие чувства, даже спустя года, не смогут угаснуть. И сейчас Тушенцов сидит и, вместо того, чтобы бежать к своему другу, или кем бы он не был, и признаваться в чистой и многолетней любви, он пьет свое пиво и слушает музыку. Ну, а зачем сейчас брыкаться? Хоть они и не общались, это не значит, что Руслан не следил за Кашиным. Тот, за время их «ссоры», стал еще более конфликтным, чем был. Даже если сейчас Руслан пойдет с ним поговорить, то из этого нормального диалога не выйдет, Даня либо пошлет его, либо будет игнорировать, что он, собственно, и делал все это время. Так что Руслан поудобнее сел на диван, наблюдая за тем, как ребята вливают в себя литры спиртного и расслабляются. Среди всего этого бардака все чаще мелькала рыжая макушка, которую с каждым разом было все сложнее и сложнее игнорировать. Тушенцов не отрываясь следил за тем, что Кашин делает, с кем болтает и сколько пьет, такой взгляд было сложно игнорировать и рыжая макушка, наконец-то, соизволила посмотреть на Тушенцова. Вау, это действительно было последнее, чего он мог ожидать от этой вечеринки, чтобы сам Даня Кашин посмотрел на него и с таким недовольством поднял бровь? Руслан ощутил себя пьянее, чем когда-либо. Он пялился на него, не понимая, почему Даня становится все ближе к месту, где он сидел. — Привет. Что. Тут. Происходит. — Тебя реально было сложно игнорировать, хоть я и пытался. Руслан повернул голову, смотря за себя и рядом. Нет, все-таки разговаривают с ним. — Ты че стебешься? Я с кем говорю? Руслан не поверил своим ушам. Схватив Даню за руку, он потащил того прочь из этого дома, наполненного одними идиотами и алкоголем, который плохо влиял на его печень и разум. Если окажется, что в этом доме не было никакого Кашина, и все это было одной сплошной галлюцинацией, то он точно больше пить не будет. На улице уже давно потемнело и похолодало, но Тушенцову было жарко, как и Дане, судя по его горячей ладони. Он впечатал Кашина к боковой стене дома и встал напротив. В голове было миллион мыслей и миллиард вопросов, которые плавились из-за алкоголя в крови и Кашина, который так покорно стоял у стены. — Ты блять… ты блять че добиваешься, скажи мне? Это единственное, что смог выдавить из себя Тушенцов. На деле, у него была куча вопросов, которая, в конечном итоге, сливалась в один большой: «Какого хуя?». — О боже, оно заговорило. Мне уже в моменте страшно стало, что в тебя бесы вселились, раз ты так тупо глядел на меня, а позже утащил в какую-то помойку. Руслан не нашел, что ответить, ведь все так и было. А что ему говорить? Он привык, что Данечка избегает его как чумы, будто Тушенцов здесь и сейчас опозорит его перед всем миром, а тут Кашин сам в нему подошел и заговорил. Мистика, не иначе. — Чего ты добиваешься? Я думал, мы до конца веков будем в кошки-мышки играть, коль Его Величество Кашин не желает общаться с такой нищетой как я. — Я сделал, как ты хотел. — В плане? — Я ушел, как ты и хотел. Нарочитое спокойствие Кашина треснуло на последней фразе, когда его голос дрогнул, а глаза опустились вниз. Вся маска Дани Кашина треснула в миг. Он согнулся, стараясь казаться меньше. Для него было достаточно одного взгляда Тушенцова, одного слова, чтобы сжаться и перестать чувствовать себя уверенным. Тушенцов отрицательно действовал на него, он давно это понял. Еще тогда, на их самой последней посиделке, где Тушенцов отверг его, это сильно ударило по Дане. Тушенцов не такой. Он любому пидорасу член открутит, так почему Даня решил, что ему — нет? Дышать становилось все труднее, все-таки это было ошибкой. Приходить на эту блядскую тусовку было ошибкой. Один взгляд на Тушенцова пробуждал в Дане все, что, как он считал, давно сдохло. Даня шагнул к Тушенцову, смотря прямо ему в глаза, не скрывая своих намерений. Руслан все понял. Он схватил Даню за свитшот и прижал к стене, стараясь сделать настолько больно, насколько он мог. Вжался ртом в его губы, целовал жёстко. Ему даже в таком грубом поцелуе не передать то, какую ярость он чувствовал к Дане. Губы Дани приоткрылись, пока Руслан вламывался внутрь, прижимая того все сильнее к стене. Кислорода не хватало, ноги Кашина его подводили. Руслан не верил во все то, что с ним происходит. Он не верил, что все то, о чем он грезил, с ним сейчас происходит. — Я не верю в это. Руслан отстранился и смотрел в помутненные глаза Кашина. И что ему с ним делать? Даня скатывается по стене и садиться на асфальт, глупо и радостно глядя на Тушенцова. Диалог не закончен, а в штанах душно. Это самое счастливое и ужасное событие за последние года. Руслан достает пачку сигарет с зажигалкой и закуривает, смотря на звездное небо, понимая, что теперь все будет и, одновременно, не будет как обычно.