Твое имя на моих губах

      С каждой секундой состояние все хуже. Все тело Занки начинало трясти от нескольких доз яда, который находился внутри него уже приличное время. Ярких галлюцинаций теперь нет, появилась лишь тьма, что давила со всех сторон. Кончики пальцев на ногах и руках похолодели, и этот холод распространялся и обвивал все его мышцы. Голубые глаза прикрыты тяжелыми веками, не было разницы, где он видел эту темноту. Время тянулось мучительно долго, превращаясь в тягучую субстанцию.       Все меняется только когда до парня доходит легкий запах табака. До боли знакомый запах, от которого хотелось прокашляться и от которого становилось спокойнее, зная, что он сейчас рядом. По телу Ниджика пробегаются тысячи мурашек, что несут за собой тянущее тепло, когда он чувствует сначала чье-то теплое, даже обжигающее дыхание на своей шее, а потом невесомый поцелуй на ней. Открыть глаза получается с трудом. Занка разжал губы, которые все это время сжимал от боли. Видя перед собой знакомое лицо, да еще так близко, стало легче.        — Энжин...?        Негромко и даже неуверенно спрашивает парень. Он даже не знал, что хотел сейчас услышать. На лице мужчины растягивается привычная, расслабленная улыбка. А взгляд желтых глаз был направлен только на него одного.        Гляделки длятся всего несколько мгновений, после чего Энжин полностью устраняет маленькое расстояние между их лицами, чтобы соприкоснуться с губами подростка. Нежное и безмолвное прикосновение, дарующее сладкое ощущение близости. Его губы медленно скользили, пробуя на вкус. Занка замирает от неожиданного поцелуя. Но внутри словно все расцветает. А сердце в груди забилось чаще. Но вскоре парень поддаётся нежному напору мужчины. По телу разливается тепло, даже кончики пальцев перестают быть такими холодными.        Когда поцелуй оканчивается, Ниджик словно до сих пор чувствует чужие губы на своих. Подросток слегка вздрагивает, когда Энжин засовывает татуированные руки под его форму уборщика, поглаживая бока и живот. Эти прикосновения обжигают юную кожу, оставляя после себя невиданный горящий след. Парень закрывает глаза от блаженства, ему так нравилось, как к нему сейчас прикасаться. От ощущения губ на шее он поворачивает голову, лишь бы дать мужчине больше пространства для ласк. Юноша громко выдыхает через рот, когда чужая рука спускается по телу вниз, очерчивая талию и проскользая под резинку штанов.        — Энжин... — с губ срывается это имя, как тихий стон.        В какой-то момент ощущения пропадают, а в глаза бьет яркий цвет. Занка жмурится и так закрытые глаза, не желая их открывать. Но через силу открывает. Ярко. Теперь не было и следа тьмы. Под телом чувствовалась мягкость. И было тепло. В глазах все размыто, но немного сфокусировав взгляд, он видит его. Ниджик тянет руки к его лицу, обхватывая щеки, притягивая к себе и соприкасается с чужими губами. Он все так же нежно целует, но взаимности так и не последовало. Лишь быстрое отстранение со стороны Энжина. Подросток с удивлением смотрит на него, на то, как прикрывает рот рукой, и на то, как он шокирован. Занке достаточно лишь несколько секунд до осознания того, что сейчас произошло. Все, что было до этого, была галлюцинация — сладкой ложью, а сейчас реальность, которую он не заметил.        Молчание повисает в воздухе, растягивая время, от чего кажется, что прошли часы. Оно оканчивается, когда мужчина сказал, что вернется позже, и быстро уходит, закрывая за собой дверь. Подростку становится стыдно за случившееся. Хотелось провалиться сквозь землю. Принимая сидячее положение и оглядевшись, он понимает, что находится в палате больницы. Заметив рядом с кроватью свои джинки, он потянул руки и берет его. Занка медленно выдыхает, берет «жезл любви» в обе ладони и прикрывает глаза. Он надеется, что медитация поможет в прочистке разума. Но лишь вспоминая ощущения во время галлюцинаций, на лице сразу появляется улыбка. От чего парень несколько раз стукает себя палкой, приводя мысли в порядок и стараясь забыть об этом.        После почти часовой медитации в палату заваливаются четверо. Сразу становится шумно. Приняв извинения, посмеявшись и успев даже поспорить, но при всем этом он старался не смотреть на Энжина, после случившегося было стыдно. Когда же все ушли, они остались наедине. Мужчина вел себя, как будто ничего и не было. Передал пакет со сладостями. Ниджик чуть ли не расплылся в глупой улыбке от радости, но держал себя в руках и тоже старался делать вид, что ничего не произошло. Старший уборщик сел, а затем лег на соседнюю кровать. Разговор был нейтральным, обсуждали о то и сё. Когда же Энжин затихает, Занка спрашивает, спит ли тот. Этот вопрос повис в воздухе, казалось, что ответа и не настанет.        Но мужчина поднимается с койки и подходит к подростку. Оглядывается, а когда убеждается, что рядом точно никого нет, подносит палец к губам, в знак того, чтобы парнишка вел себя тише. Занка озадаченно смотрит на него, не понимая, что он хочет сделать. А когда Энжин забирается под одеяло, накрываясь им с головой и усаживаясь между ног, юноша замирает и задерживает на несколько секунд дыхание. Он чувствует, как чужие руки ловко подхватывают резинку штанов и стягивают их. Кровь стремительно приливает к лицу. Ниджик протягивает руку, чтобы остановить мужчину, но сам же замирает, когда ощущает горячее дыхание на своем животе. На лице парня растягивается глуповатая улыбка, которую он прикрывает ладонью. Свободной рукой он забирается под одеяло и проводит ею по взъерошенным волосам, поглаживая и массируя голову.        — Энжин.        Единственное, что прерывает тишину в комнате, - это шепот подростка. Он сжимает губы, прикрывает глаза от приятных действий. Старший терся щекой об нежную кожу между бедер, оставляя на ней медленные поцелуи, которые вскоре становятся мокрыми и более настойчивыми. Занка непроизвольно дергается от того, что Энжин подцепляет зубами край боксеров и неторопливо стягивает и их. С губ подростка срывается не сдержанный тихий стон. Он заерзался под мужчиной, одновременно желая уйти, и прильнуть к этим ласкам. Тело бросает в жар, но не отпускает обратно. Все его чувства становятся обострены до предела, сосредоточены только на этих ощущениях. Энжин больше не сдерживается. Его поцелуи становятся грубее, напористее, он оставляет засосы. Пальцы крепко сжимают ягодицы Занки, притягивая ближе, заставляя сильнее прижаться к его лицу. Парню кажется, что он сейчас потеряет сознание. Он судорожно хватает ртом воздух, пытаясь хоть немного охладить разгоряченное тело. Он больше не может сдерживать стоны, они вырываются из его груди тихими, прерывистыми звуками. Все мысли исчезают, оставляя только имя, то, которое хочется произносить снова и снова.