lay all your love on me

Коттедж семьи МакКиннон в Долине Храброго Уоллеса утопал в полуденной дымке. Августовский день выдался жарким, пахло скошенной травой и солнечные лучи играли, скользя по дорожке. Младшие брат и сестра Марлин, Майкл и Лиззи отправились к озеру, и она наслаждалась небольшой передышкой от их перепалок. Она сидела на крыльце и пила лимонад, когда услышала громкий звук, нарушающий умиротворение родных мест. Сначала это был далекий, едва различивый рокот, похожий на рычание голодного зверя. Затем звук нарастал, заполняя собой тишину долины, пока из-за поворота не вырвался огромный черный мотоцикл, который уверенно вел Сириус Блэк. Сириус затормозил, вслед ему тянулось облако пыли, и скинул шлем. Его черные волосы растрепались, а в серых глазах, казалось, горел азартный огонь. Смотрелся Блэк просто потрясающе! Прямо-таки настоящий брутальный байкер! Марлин невольно залюбовался им, стараясь придать лицу спокойное выражение. Мол, внезапный визит однокурсника ее ничуть не удивил. — Привет, МакКиннон, — Сириус улыбнулся, помахав ей рукой. — Салют, Блэк, — кивнула Марлин, поднимаясь. Ее золотистые локоны, заплетенные в небрежную косу, казались желтыми при свете солнца. Она подошла к мотоциклу, провела ладонью по гладкому бензобаку. — Какой красавец, — Марлин оценила мотоцикл и решила воспользоваться возможностью и рассмотреть его поближе. — Ты чертовски права, в такие моменты я начинаю понимать Роджера Тейлора и его песню про машину, — Сириус вдруг протянул ей шлем, — Запрыгивай. Прокачу тебя с ветерком, Марлс. Предложение звучало крайне заманчиво, но Марлин покачала головой, и прядь волос выскользнула из косы, упав на щеку. — Я бы предпочла прокатиться сама, — сказала МакКиннон. После этого заявления Сириус не смог сдержать смеха. — Дорогая моя, не обижайся, — начал Блэк, — Но с мотоциклом не каждый сладит. Марлин нахмурилась, и в лазурных глазах вспыхнул вызов. Она откинула непослушные локоны и поставила руки на бедра. — А ты уверен? — спросила Марлин. — Я умею водить машину, знаешь ли, мой отец разбирается в некоторых магловский изобретениях. И пару раз ездила на байке, — принялась перечислять она, — И, между прочим, летаю лучше, чем ты водишь, Блэк. Это я тебе еще во время квиддича доказала. — Тогда летай себе на здоровье, — невозмутимо отозвался Сириус, добавляя, — На метле. Идея родилась мгновенно, словно искра, и надо было отдать должное Сириусу. Все благодаря его самодовольной фразочке. Лицо МакКиннон озарила хитрая, азартная улыбка. — Давай решим все с помощью пари, — заявила Марлин, — Я полечу на метле, а ты поедешь на своем мотоцикле. Узнаем, кто из нас быстрее и проворнее. Сириус смотрел на нее с плохо скрываемым восхищением и долей азарта. Он обожал в Марлин ее дерзость и готовность бросить вызов всему миру. В такие моменты МакКиннон была одновременно очаровательной и несносной — Ты не шутишь? Мой крутой байк против твоей... — Блэк нарочно сделал паузу, — какая у тебя там метла? — Нимбус Двести Семьдесят, — с гордостью выпалила МакКиннон. — Или ты боишься проиграть девчонке? Это был прямой удар ниже пояса, и он сработал. Сириус прищурился. — Ладно, МакКиннон. Идет. — быстро кивнул он. — И какой приз достанется победителю? — Проигравший выполнит любое желание того, кто одержит победу, — не раздумывая, ответила она. Сириус засмеялся, хлопнув в ладони: — Обожаю твои условия! Идёт!

***

Солнце скрылось за облаком, и небольшая прохлада распространилась по долине Храброго Уоллеса. У старого дуба, неподалеку от озера, на дороге выстроились необычные соперники: Сириус Блэк со своим мотоциклом и Марлин МакКиннон — с метлой. — Готова проигрывать, МакКиннон? —Сириус удобнее устроился на сиденье мотоцикла, и его пальцы уверенно обхватили ручки руля. Марлин уже держала «Нимбус Двести Семьдесят» в боевой готовности, ее волосы развевались на ветру. — Готовься выполнять мое желание, Блэк, — бросила она ему через плечо, ловко перекидывая ногу через древко метлы. Сириус завел мотор — низкий рокот разорвал вечернюю тишину. Он махнул рукой, и они стартовали на счёт три. Мотоцикл с ревом вырвался вперед, поднимая тучи пыли, в то время как метла Марлин бесшумно взмыла в воздух. Первые сто метров создали впечатление, будто Сириусу достанется лёгкая победа. Его железный конь мчался по грунтовой дороге с устрашающей скоростью. Но затем начался подъем к холму. Марлин на метле летела напрямик, огибая вершины деревьев, в то время как Сириусу пришлось сбрасывать скорость на крутом вираже. Она слышала его смех, когда пролетала над ним и не смогла сдержать довольной ухмылки. — Рано ты обрадовался, Блэк! — крикнула она, хотя знала, что он не услышит из-за шума. На спуске мотоцикл вновь показал свою мощь. Сириус, прильнув к рулю, мчался вниз, явно не собираясь тормозить. Ветер свистел в ушах, и Блэк видел, как Марлин на метле пыталась маневрировать между низко свисающими ветвями дубов, теряя драгоценные секунды. Поворот у озера стал решающим. Сириус, используя все свое мастерство, вошел в вираж почти лежа на мотоцикле, чувствуя, как гравитация прижала его к сиденью. Марлин в это же время совершала широкую дугу над водой, теряя скорость из-за более сложной траектории. Финальный рывок к дубу они начали почти одновременно. Мотоцикл ревел, а метла Марлин парила в воздухе. Сириус чувствовал, как задрожал руль в его руках, он не смотрел на соперницу — только на финишную черту, только на победу. И тогда произошло, то что ни Сириус, ни Марлин совсем не ожидали. Их тени одновременно коснулись ствола старого дуба. Наступила тишина, нарушаемая только потрескиванием мотора и тяжелым дыханием спорщиков. Сириус, все еще сидя на мотоцикле, смотрел на Марлин, которая плавно приземлилась рядом. — Ну?— вздохнула она, сгоняя со лба прядь волос. Блэк изучающе взглянул то на МакКиннон, то на следы от шин и воображаемую траекторию полета метлы. Уголки его губ дрогнули. — Ничья, — наконец произнес он. —Хотя, если бы не эти проклятые ветки... — Если бы не тот поворот у озера, — парировала Марлин, ставя метлу на землю. Ее щеки горели румянцем после пережитого полета. Они долго смотрели друг на друга. Сириус по-прежнему сидел на мотоцикле, а Марлин стояла рядом с метлой в руке. И внезапно Блэк с МакКиннон одновременно рассеялись. — Значит, ничья, — Марлин подошла ближе, опираясь на метлу. — Каждый из нас должен исполнить желание. Сириус заглушил мотор и слез с мотоцикла. Он протянул руку, касаясь ее разгоряченной щеки. — Только если твое желание поцеловать тебя прямо сейчас, — усмехнулся он. — Возможно, — она прикрыла глаза, чувствуя, как исчезли всякое напряжение и усталость от безумной гонки. — А твое? — Мое точно такое же, — Сириус склонился к ней. Их поцелуй под раскидистым дубом был подобен вспышке молнии — внезапный, ослепительный, наполняющий каждую клетку и разгоняющий кровь по венам. Когда губы Сириуса коснулись ее губ, Марлин почувствовала, как земля под ногами стала предательски неустойчивой. Он притянул ее к себе так крепко, что она ладонями упёрлась в его кожаную куртку. Блэк точно мазохист, раз и в жару предпочитал не расставаться со своей косухой! Марлин, чувствуя, как дрожало от предвкушения все его тело. Ибо этот поцелуй стал неоспоримым свидетельством того, что за время летних каникул Блэк с МакКиннон успели сильно соскучиться друг по другу. — Ничья, — повторила Марлин, ее пальцы все еще сжимали его куртку, не желая отпускать. — Что теперь? Сириус медленно провел большим пальцем по ее влажной от поцелуя нижней губе. Его серые глаза, обычно такие насмешливые, сейчас казались невероятно серьезными. — Компромисс, — сказал Сириус, — Ты получаешь свой полет. А я — тебя в качестве пассажирки. На моих условиях. Он отпустил ее, и Марлин на мгновение почувствовала холод. Но он лишь отошел к своему мотоциклу, который стоял, дожидаясь хозяина. Сириус вытащил из кармана куртки волшебную палочку. — Сириус... — начала было Марлин, но он обернулся, и его заговорщической взгляд остановил ее. — Я знаю, что делаю, — Блэк подмигнул МакКиннон. Он повернулся к мотоциклу, и его движения были сосредоточены и точны. Палочка описала в воздухе сложную траекторию, и он произнес заклинание так тихо, что Марлин не разобрала слов. Но эффект был мгновенным. Мотоцикл вдруг оторвался от земли на несколько дюймов, зависнув в воздухе с тихим, измененным гулом мотора. Теперь он звучал глубже, с легкой вибрацией магии. Сердце Марлин заколотилось чаще, но на этот раз не от азарта гонки, а от предвкушения чуда. — Ты... модифицировал его? — прошептала она, подходя ближе. — Почти, — он обернулся, и на его лице сияла та самая, особая улыбка, обещающее новое приключение, — Скоро он будет летать с помощью переключателя на руле. Мотоцикл снизился, и Сириус вскочил на сиденье. Затем протянул руку Марлин. Его ладонь была теплой и мазолистой. — Садись. — скомандовал он, — Увидишь Долину новым взглядом с высоты. Марлин приняла приглашение и уселась позади Сириуса. Руки автоматически обхватили его за талию, она прижалась к его спине, чувствуя под щекой жесткую кожу куртки. — Готова? — поинтересовался Сириус.. — Всегда, — бойко отозвалась Марлин. Мотоцикл, все так же тихо гудя, рванул вверх. Резкий толчок заставил Марлин держаться за Сириуса еще сильнее. Они набирали высоту, и ветер, свистевший в ушах, становился все громче, но теперь в нем не было пыли и грубой силы земли. Он был чистым, прохладным и наполненным магией. Под ними расстилалась Долина Храброго Уоллеса, как живая карта. Крошечные коттеджи с игрушечными дымками из труб, лента озера, отражавшая последние лучи солнца, крошечные пятнышки овечьих стад. Дорога, по которой они только что неслись, казалась тонкой прочерченной линией. Мир уменьшился, вернее, упростился. Стал прекрасным и далеким. — ДЕРЖИСЬ! — крикнул Сириус, и его голос был полон безудержного веселья. Он накренил мотоцикл, вписываясь в невидимый вираж, и они понеслись, огибая вершину холма. Полет на метле был знакомым. А полет на мотоцикле воспринимался иначе. Рев мотора, теперь больше похожий на рык грифа, сотрясал Марлин , вибрация проходила через все тело, сливаясь с бешеным стуком сердца. Это была магия, которую сотворил Сириус Блэк благодаря своей вечной тяги к риску и приключениям. Марлин не могла насмотреться, изучающе глядя на знакомые пейзажи. Сириус поднял руку, указав вперед, на приближающуюся стаю птиц, и они, словно подхваченные невидимой волной, плавно обогнули ее. Они летели все выше, туда, где воздух становился холоднее, а небо из оранжевого превращалось в густо-синее. Первые, самые яркие звезды зажигались над их головами, а под ними уже лежали вечерние тени. Сириус и Марлин парили в пространстве между засыпающей землей и пробуждающимся небом — два сердца, бьющиеся в унисон, дух авантюризма и доверие, связавшие их прочнее любого заклинания. Это совместное приключение запомнилось для им надолго. Стало обещанием свободы, которую они могли найти только вместе.