Несколько мгновений

Фёдор не осознавал, что его клоны будут немного иными, чем он сам. Ну, первое чем они отличались, так это то, как они видели друг друга. Фёдор видел их разными, хотя прекрасно знал, что они одинаковые для других людей. А ведь определённо все заметили разницу в характере. Тогда, в пятнадцать лет, будучи ленивым школьником, он не понимал насколько большая ответственность на него легла с пробуждением карт. Но вот, теперь он здесь, вынужденный думать над проблемой гнездования, потому что было одно главное отличие от него самого. Клоны были разнополыми. Вторичный пол, который не так сильно был важен в обычной жизни, в гнезде оказался самым важным аспектом. А с тех пор, как он стал жить с ними всеми вместе, это постоянно ему аукалось. Очень больно порой. Он сам был гаммой, в основном чем-то между, часто его принимали за бету, но лишь потому, что его течки и-или гон перепадали на праздники или сезоны гриппа. А он и не подтверждал догадки людей. Благодаря полу и гормонам, все прелести полноценного гона или течки его не коснулись. Были и минусы, например неопределённое состояние между, которое заставляло его напрягаться и в ожидании бедствия. Во время течек он не валялся в гнезде семь дней изнывая от желания или скуля от боли, как некоторые омеги. Но и во время гона он не кидался на других альф или омег, чтобы подраться или, не дай боже, трахнуть. Желания не особо возникало. Порой с ума его сводила интенсивность. Трое суток одного из состояний оканчивались одинаковой измотаностью, честно говоря, он назвал бы это просто усиленным сезоном гриппа, потому что у него слезились глаза, появлялась слабость и желание что-то делать. Как минимум в эти моменты из под его руки выходили самые яркие образы. Бредовые, но яркие. Так вот, гнездование. Фёдор взъерошил волосы, возвращаясь к насущному. Все в последнее время стали сильно бесится, с утра до ночи только и были слышны крики. Это стало самым сложным вопросом. Его клоны разделились на две сущности. Омеги и Альфы. Омегами были валеты, Альфами оказались короли. Тогда он спросил себя: "Почему, чёрт возьми валеты не беты?!", логично было б, будь дамы омегами, не так ли? Карты решили иначе. В пятнадцать лет вопроса о гнездовании не возникало, он выпустил их буквально на один день и всё. Альфы, особенно Пик, настаивали на отдельных гнёздах. Ну да, это же так легко! В двухкомнатной квартире, проще простого. Хотя, Данте казалось, было всё равно. Он был согласен на гнездо самого Фёдора. Он, вообще-то, постоянно там ошивался. Везде были его феромоны. Фёдор мог бы пожаловаться, но странным образом эти нотки его успокаивали. Обычно он не терпел даже бет в своём гнезде, а тут целый альфа. Наверняка от того, что это его клон. Или может сработал ассоциативный ряд? Не важно, пришлось отмахнуться от мысли. У самого Фёдора до ближайшего цикла было ещё пару месяцев, к счастью, он склонялся к омега-фазе. Но это не мешало ему чувствовать усилившиеся феромоны клонов омег. От фантомных запахов голова кружилась, и отнюдь не в хорошем смысле. Он ощущал себя отвратительно. Не удивительно, что Ромео и Пик бесились. Куромаку и Данте справлялись своими методами. Куромаку придумал какую-то игру по определению настроения Валета судя по феромонам, а Данте научился исчезать и неожиданно появляться где угодно кроме дома. Фёдор стал часто находить его вещи в своём гнезде. Да и не только его, кажется каждый из королей успел что-то подкинуть. Куромаку оставил несколько носовых платочков, чистых и покрытых фантомным запахом, Пик кажется просто успел поваляться на подушках. Ромео очень бесстыдно в какой-то момент утащил пару подушек и плед, а затем вернул. Измазанных феромонами. Во-первых, Ромео, фу. Во-вторых: Зачем? Ты даже тут не спишь! Зачем?! Осознание щёлкнуло этим утром. Как гамма он ощущал феромоны и мог определить кто перед ним. Но, да, во всём следовало это замысловатое "но". Гаммы не зря в некоторых культурах считались ущербными наравне с бетами. Никто не любит бет, потому что они не улавливают социальных сигналов, сказал один его знакомый, они к слову больше не общаются. Гаммы тоже считались ущербными, в его голове всегда происходило сравнение, очень некорректное по мнению Куромаку, с расстройством аутистического спектра. Вообще, гаммы были приняты как отдельный вторичный пол лишь несколько столетий назад. До этого они считались либо ущербными омегами, либо ущербными альфами. Смотря к чему больше склонялся гамма... Мысль снова свернулась... Взгляд скользнул гнезду, которое в последнее время было одним из самых безобразных гнёзд на свете. Но тем не менее, он засыпал в нём в два счёта. Именно в такие моменты он начинал понимать те странные тройки-четвёрки-пятёрки или любые другие гаремники. Множество людей могли создать почти идеальное гнездо. Фёдор был гаммой. Это давало минус и плюс, монету с двумя сторонами. Он приглушённо реагировал на феромоны. Ближе к циклам - острее, но всё остальное время почти никак. Беты, как ему известно, даже не ощущали феромонов. Именно поэтому до него так долго доходило что не так с Королями и Валетами. Он понял лишь сегодня с утра, обнаружив ещё несколько новых феромонов королей. А потом вышел в гостиную, и в нос ударил сильный запах омег. Не течный, к счастью, но так близко к этому состоянию. Хаос первое мгновение дезориентировал, потому что он слышал крики, угрозы, и бог свидетель, то ли драки. То ли ещё что-то о чём думать ему не хотелось. Феликс и Вару кричали, пока Вару дрался с Куромаку. Многозадачность, мелькнуло в голове, Ромео пытался удержать Габриэля от... Фёдор посмотрел на это и решил не разбираться с этим. Он просто провёл рукой по лицу, устало, в надежде, что как только откроет глаза, он увидит мирное утро или лучше вообще пустую гостиную. Чистую и пустую. Кажется он забормотал вслух, потому что внезапно воцарилась тишина. Даже когда он просил, такого не бывало. Он поднял взгляд от своей руки и посмотрел на картину застывших клонов. Феликс, Пик и Куромаку одновременно заговорили с объяснениями почему тут такой хаос, Вару вкинул шутку, Габриэль задал вопрос, а Зонтик поднял указательный палец, чтобы что-то сказать, но просто открыл рот и закрыл. Данте приветственно махнул рукой, Ромео отпустил Габриэля, и опустился устало на диван, рядом с Данте. Несмотря на то, что кто-то из них постоянно старался задать позицию лидера, Пик и Куромаку, или даже Вару и Феликс... Всё равно на подсознательном уровне они следовали указам Фёдора. Он не знал с чем это связано, но сейчас это могло помочь как никогда. Первое что он сделал, это просто напросто разделили их, потом спросил у Феликса, какого чёрта, выслушал почти смущённую версию, затем повернулся к Куромаку и выдохнул. Подступающая паника отступила. Лишь течка у валетов. Даже не такая длинная, как у нормальных людей, всего три дня, два из который самый яркие. Решение пришло в голову моментально. Убрать раздражённых альф, уложить в гнездо омег, пойти прогуляться, чтобы выветрить эти проклятые запахи. Он хотел уже без слов приступить к плану, как внезапно понял, что вообще-то мнение клонов тоже нужно узнать. Они придумали, на самом деле Куромаку и Феликс, кое-что получше, чем просто бросить королей в карточный мир и кинуть остальных в гнездо. Они собрали все одеяла и подушки по всей квартире, Габриэль даже сходил за своим одеялом у бабули снизу. Затем они покидали всё это в комнату Фёдора. Его гнездо до этого выглядело довольно сиротливо, три подушки, простыня и два одеяла на матрасе. На полу конечно. Теперь же это был десяток одеял, даже больше, много подушек разных размеров и с разными текстурными ощущениями. И множество мелочей, платочки, ленточки, мягкие игрушки, даже вещи. Почему-то именно это гнездо ощущалось гораздо более родным, чем какое-либо другое. Только при взгляде на него хотелось растечься тряпочкой и улечься. Он не представлял какого остальным, тем более валетам, которые гораздо ближе к своему циклу, чем он к своему. Как только гнездо было поправлено Куромаку и Ромео, они совместно уложили внутрь омег. Некоторые подушки создали идеальную перегородку между полом и кроватью. В течении вечера он с королями таскал им по-мелочи, пришлось два раза сбегать в магазин за выпечкой и конфетами. Налить каждому чая, в бутылки с открывашкой. Руки омег часто превращались в этакие "лапки", было ощущение, что они буквально могли использовать выражение "у меня лапки". Пальцы вообще не держали положение. Фёдор смотрел на то, как короли растирают ладони своих валетов. Температура в комнате уже поднялась, дышать становилось тяжело, но при этом открыть окно и запустить запахи с улицы начало ощущаться кощунством. Усталость в какой-момент заставила его прикрыть глаза. Федя даже не стал выходить обратно в зал, чтобы лечь на кровать. Он прилёг прямо здесь на матрас. И мгновенно уснул. Мысль о том, чтобы убрать альф, задушено дёрнулась в голове. Проснулся он уже на следующее утро, ощущая на себе тяжесть как минимум троих тел. Нужно было по-хорошему встать и убрать королей в карточный мир, чтобы не тревожили омег. Однако вместо этого он лишь протянул руку в сторону одного из заскуливших и мягко провёл по волосам. Когда он открывает глаза, то сразу видит всех восьмерых рядом с ним. Безмятежная улыбка сама собой трогает лицо. Мирное посапывание остальных, смешанные феромоны создают нечто уютное. Почти идеальное. Фёдор чувствует ушедшее раздражение, и заменяющуюся чем-то нежным, он гладит всех, до кого дотягивается. Это не так уж и сложно, учитывая, что они улеглись на него в основном головами и облепили со всех сторон. Зарывшись в волосы, он ощущает сильную разницу обычным гнездом с этим. Так вот чего не хватало.