「日升北城」

天亮前，我们曾比梦更真实。

пока не рассвело, мы были реальнее, чем сон.

      в девяти случаях из десяти вэн джунхуэй предпочитает не являться на афтерпати, потому что во время основного мероприятия он уже устает достаточно для того, чтобы просто вернуться в отель и, едва раздевшись, упасть на кровать. ни о каких вечеринках и шумных клубах не может идти и речи, лишние часы сна в его и без того плотном графике куда ценнее.       быть актером – это не только посещать закрытые показы, официальные премьеры фильмов и премии, на которых есть шанс получить награду, а вместе с ней и всеобщее признание. это ещё и чтение сценариев в любую свободную минуту и заучивание своих реплик; это изучение дополнительной литературы и прочего, чтобы лучше понять своего персонажа и вжиться в роль; это тренировки в зале с персональным тренером, чтобы оставаться в хорошей форме. и это лишь малая часть.       обобщая, это огромная и очень нелегкая работа. но джуну это нравится, он практически влюблён в то, чем занимается. несмотря на трудности и усталость, он уверен в том, что оно того определенно стоит.       после сегодняшнего закрытого показа нового фильма, что был предназначен для основного каста и съемочной группы, джунхуэй всё же решает поехать на афтерпати. это тот самый один случай из десяти, когда он отдает своё предпочтение темному клубу с громкой музыкой. всё-таки иногда бывает полезно развеяться, и джун решает, что сделать это необходимо именно сегодня.       он выпивает лишь парочку коктейлей, потому что увлекаться алкоголем в его планы не входит. успевает поболтать с несколькими коллегами на не касающиеся работы темы: открытие нового ресторана в шанхае, музыкальный фестиваль в гонконге, выставка искусств здесь, в пекине. наверное, было бы славно посетить хоть что-то из перечисленного, но джун трезво оценивает свое расписание и прекрасно понимает, что в ближайшее время на долгий отдых можно не надеяться.       вскоре разговоры утомляют, и ноги сами несут его на танцпол. выпей джунхуэй куда больше, явно оказался бы в самом центре событий, но сегодня он не в той кондиции. он выбирает место недалеко от диджейского пульта, просто чтобы немного расслабиться под музыку. взгляд его то и дело цепляется за диджея, и нужно сказать, что больно уж он привлекателен. ну, оценивая объективно, конечно же.       у него стильный маллет, цвет волос, к сожалению, джун точно разобрать не может из-за хаотично бегающих разноцветных огней; одет парень в нечто… артхаусное, наверное. если так вообще уместно сказать, джун и в этом не особо уверен. зато уверен в том, что губы у него просто восхитительные, а пальцы рук (вау, у него даже маникюр сделан), переключающие что-то на пульте, длинные и самую малость узловатые. джунхуэй, вообще-то, пришел танцевать, но разве кто-то может винить его в том, что он не может прекратить смотреть на него?       джун далеко не из тех, кто имеет привычку цеплять кого-то на подобных мероприятиях, чтобы вместе провести ночь. ничего такого в его мыслях нет, он готов даже поклясться в этом, но отчего-то появляется непреодолимое желание хотя бы просто поговорить с ним. сделать комплимент будет достаточно, потому что джун считает необходимым говорить людям что-то приятное, если в его голове такая мысль возникает. да, неловко, но от него не убудет, а человеку приятно. все в плюсе, да?       ладно, достаточно мяться. он сейчас же подойдет к этому симпатичному диджею и скажет ему об этом. в смысле, что он симпатичный, а не “смотри, я, вэн джунхуэй, подошел к тебе”. да что вообще в его голове происходит? отставить.       вдох, выдох, пошёл.       – привет! – сквозь пелену музыки здоровается джун. парень поднимает взгляд с пульта на него, впечатленным он явно не выглядит. – я просто хотел сказать, что ты очень красивый.       чуть перегнувнись через аппаратуру, диджей говорит кое-что весьма неожиданное:       – я не буду с тобой спать.       не дождавшись ответа, он возвращается к работе. ого, даже так.       джун врать не будет, его это задевает. неужели невинный и очень даже искренний комплимент из его уст прозвучал как намёк на нечто большее? нет, ему абсолютно не нравится, что у этого незнакомца сложилось такое впечатление о нём.       а не всё ли равно? нет. почему-то нет.       – я и не хочу этого! – кричит ему джун. – это был просто комплимент, ясно? хорошего вечера.       это не должно задевать такого человека, как джун. он уже давно привык к вечным слухам, сплетням и фейковым статьям; научился не обращать на это внимание и не воспринимать всерьез. просто это такая индустрия, вот и все. в случае чего его менеджер обязательно скажет, как быть – как себя вести и что говорить.       однако слова этого парня были сказаны ему прямо в лицо, вот это неприятно. неужто джунхуэй произвел настолько плохое впечатление? он ведь даже практически не пьян! почему нельзя было сказать простое «спасибо» или вовсе проигнорировать? почему он выбрал сказать это?       чёрт возьми, да просто успокойся и веселись дальше.       он пытается заставить себя вернуться к происходящему вокруг него. это не конец света, люди разные бывают, а может этот очаровательный диджей просто сегодня не в духе, и джун попал под горячую руку. вариантов просто море, но ни в одном из них джун не сделал ничего плохого, и это главное. проигнорировать и двигаться дальше – вот, что он должен сделать.       однако танцевать больше не хочется, а пить и подавно, потому джун выбирает просто расположиться на диване в зоне бара и понаблюдать за происходящим вокруг него. кто-то довольно откровенно танцует со своими партнерами, а может, это абсолютные незнакомцы, который они встретили мгновения назад. кстати, некоторые из таких парочек весьма недвусмысленно направляются в сторону уборной. если кому-то интересно мнение джуна, то не самый чистый туалет клуба определенно не лучшее место для плотских утех. но кто он такой, чтобы осуждать, правда?       невольно он всё же время от времени, когда опрокидывающие в себя шоты люди перестают быть интересными, поглядывает в сторону диджейского пульта, чтобы увидеть, как парень вполне невозмутимо продолжает работать. мда, а он как идиот всё сидит и думает о той ситуации. ну не может он пока что взять и выбросить это из головы, позвольте ему немного погрустить, ладно?       так проходит целый час. на самом деле джун уже в первые пятнадцать минут узрел всё, что только можно было, а остальные сорок пять пытался не уснуть. и тут он чувствует, как диван, на котором он всё так же сидит, проминается под чьим-то весом. он незамедлительно поворачивает голову, чтобы увидеть… того самого парня, диджея, который бесцеремонно его отшил, хотя джунхуэй и не пытался даже подкатить.       – я минхао, – слышит он сквозь басы музыки. миксы другого диджея, который, судя по всему, сменил минхао, джуну абсолютно не по душе. – прости, я был слишком грубым.       хочется отмахнуться и сказать, что ничего страшного, всякое бывает. но ведь правда в том, что джунхуэй действительно был задет его словами, а извинение, кажущееся вполне искренним, заставляет его почувствовать себя лучше.       джун вздыхает.       – да, это уж точно, – честно говорит он, – но извинения приняты.       должно быть, минхао действительно сожалеет, потому что на секунду он отводит взгляд, чуть прикусив нижнюю губу, словно о чём-то думая. через мгновение он вновь обращает свой взгляд на джуна.       – я сейчас прозвучу как высокомерный мудак, но я уже привык, что во время моих сетов меня пытаются склеить, и это просто… само по себе вылетело из моего рта. но я действительно сожалею.       для джуна он совершенно не звучит как “высокомерный мудак”. он понимает, ох, просто прекрасно понимает, каково это – когда в тебе видят лишь милое лицо и привлекательное тело. словно ты кусок мяса на витрине мясной лавки, что ждёт не дождётся, когда его наконец-то купят, пока он не стух и не начал разить на всё помещение.       ведь всё-таки они в первую очередь люди. живые люди с реальными чувствами, реальными проблемами, собственным восприятием мира, и… да, ему нужно что-то ответить.       – я понимаю, каково это, – кивает джунхуэй. – и скажу ещё раз, что я правда хотел лишь сделать тебе комплимент, не более.       минхао мысленно благодарит освещение клуба, потому что джуну не видно его буквально горящих щёк.       – спасибо… – с явным смущением отвечает он, а затем: – хочешь уйти отсюда?       джун вопросительно вскидывает одну бровь, глядя на него с изумлением. а не минхао ли не так давно заявил, что спать с ним не будет? он вполне четко обозначил свои границы, так что данное предложение вызывает у джуна как минимум удивление. минхао вдруг понимает, как это прозвучало, так что спешит добавить:       – ну, просто выбраться и пойти куда-нибудь… прогуляться?       джун решает воздержаться от того, чтобы подколоть его, поэтому говорит просто:       – да, было бы неплохо.       и так они оказываются на улицах ночного пекина. джун бывает здесь крайне редко и лишь по работе, так что путеводитель из него никчемный. минхао же приезжает сюда довольно часто и периодами даже живет в съемной квартире недалеко от центра, так что джун без задней мысли доверяет ему. парки, скверы, площади, аутентичные закоулки – всё это не остаётся без их внимания.       минхао признаётся, что почти сразу узнал джуна, но вида не подал. говорит, что смотрел пару картин с его участием, и джуну это страшно льстит, потому что плохо минхао о них не отзывается. вслух, конечно, тоже не хвалит, но по его тону становится понятно, что просмотренное ему понравилось. приятно такого рода признание от обычного зрителя, а не от кинокритиков и авторов статей, что от кинематографа слишком далеки.       дальше они об его карьере не говорят, чему джун действительно рад. хочется хотя бы ненадолго побыть совершенно обычным человеком, не актёром вэн джунхуэем, о котором пишут в громких заголовках, приглашают на интервью в телевидении, а также на съемки для модных журналов. это всё замечательно, и он любит эту часть своей жизни, однако порой он скучает по обычности.       разговоры о повседневных вещах заставляют его поучаствовать себя живым. что любит есть на завтрак, во сколько вообще встает по утрам и сколько будильников приходится для этого откладывать; самое яркое воспоминание из детства и любимый бульон для малатана; увиденные им мертвые карпы в прудах запретного города в самую первую поездку в пекин. и многое, многое другое.       на самом деле говорит он довольно мало, вместо этого выбирает слушать минхао.       историю его пути, как он стал довольно востребованным диджеем, которого нередко приглашают на такие тусовки, как сегодняшняя. о том, что долгое время он занимался брейкдансом, и с командой они даже брали награды на крупных соревнованиях. что в свободное время он любит писать картины и медитировать, хотя порой искусство становится для него своего рода медитацией. что он глубоко чтит традиции чайных церемоний и нередко проводит их просто для самого себя.       сю минхао невероятно интересный человек. он – это куда больше, чем просто симпатичное лицо с притягательными губами, на которые джун всё не может перестать украдкой поглядывать. минхао – это разносторонняя личность, обладающая глубоким внутренним миром, в котором джунхуэй был бы не против утонуть. прямо как те карпы в запретном городе (да, не лучшее сравнение, но его уставший мозг выдаёт лишь такое).       рядом с ним время пролетает незаметно, и вот уже наступает рассвет.       яркое солнце медленно поднимается над пекином, мягкие лучи падают на сонное лицо минхао, и джун впервые в жизни находит кого-то настолько красивым. он встречал немало привлекательных людей, но минхао, он… даже слов не подобрать, каким джун его видит.       – уже поздно, – борясь с зевотой, говорит минхао, – то есть, наоборот, рано.       – это уж точно, – кивает джун в ответ. он и сам уже клюет носом, сидя на скамейке на автобусной остановке.       вокруг ни души, лишь они вдвоем и редко проезжающие машины. даже автобусы ещё не начали ходить.       – мне было приятно провести время с тобой.       – мне тоже.       и вновь тишина, но она вовсе не неловкая, нет. это та самая тишина, которая следует перед расставанием. вероятность того, что их пути вновь пересекутся, мала, но никак не равна нулю. однако джун прекрасно понимает, что со своим рабочим графиком было бы как минимум жестоко обрекать минхао на вечное ожидание. постоянные разъезды, множество съемок, мероприятий и других дел. пока что джун может довольствоваться общением лишь с коллегами.       – я могу вызвать тебе такси? – предлагает через аккуратный вопрос. не настаивает. позволяет отказаться.       – если ты хочешь, – не прямое согласие, но и не отказ.       – хочу, – просто отвечает джун.       достает из кармана телефон, на котором процент заряда уже вопит о том, что ему как можно скорее нужно оказаться в отеле, иначе не сдобровать. минхао берет изнывающий телефон в свои руки, чтобы ввести адрес в приложение такси. он мог бы вбить и номер телефона в контактную книгу, но вбивает в свою сонную голову здравый смысл. сам прекрасно понимает, что это навряд ли к чему-то хорошему приведет.       время ожидания ничтожно мало – всего лишь четыре минуты. так иронично, да? четыре минуты до метафорической смерти их встречи. за это время сказать можно многое, но оба выбирают промолчать.       когда машина подъезжает, минхао нехотя поднимается со скамьи, джун вслед за ним, словно в попытке зацепиться за последний шанс. а шанс для чего? да кто бы знал.       – береги себя, – едва слышно говорит он.       ответом служит полуулыбка минхао, этот пленяющий изгиб его полных губ. джунхуэй прямо здесь и сейчас готов продать душу за самое мимолетное их прикосновение к своим собственным.       ещё мгновение и минхао, сев в машину, удаляется. и с этой тихой улицы, и, вероятно, из жизни джунхуэя.