в свете уличного фонаря.

салон длинного, современного автобуса, что в большинстве случаев и в будние, и в выходные заполнен до краёв куда то вечно торопившимся по своим делам человечками, не смотря на достаточно большое помещение транспорта рассчитанное на несколько десятков человек, сейчас на протяжении уже нескольких оставшихся позади остановок, оставался все таким же практически пустым, и это не так уж и удивительно, когда перед глазами экран телефона, четыре циферки на котором ясно оповещают о приближающимся одиннадцатым часе ночи, а это достаточно позднее время суток даже для такого шумного в дневное время суток, и большого по населению, городка как Калифорния, особенно если учитывать, что глубокой осенью, когда та находится в одном шаге от начала конца осеней хандры и начала атмосферной зимы, сутки ощущаются короче, что оглянутся не успеваешь, как день уже подходит к концу, погружаясь во мрак ночи. где то в углу последних рядов сидений автобуса, летящего по пустым дорогам и оставляющего позади себя пару - тройку редко встречающихся машин, расположилась женщина с несколькими сумками разного цвета и визуального наполнения, что достаточно удобно располагались на ее коленях и под ними. очи девушки расслабленны и прикрыты, вероятно та находится в полудреме или а то и вовсе уже видит десятый счастливый сон, где она не задерживается на работе допоздна. чуть подальше, на мягких сидушках сидений автобуса, расположенных ближе к выходу, оперевшись об небольшой подоконник у окна транспорта, сидел мужчина с морщинами на лбу и серыми глазами, бездумно глядящими в темноту за окном маршрутки, которая заботливо к концу каждого дня укрывала крупный город от всей той шумихи, происходящей при ярком свете лучей солнца, позволяя хотя бы в ночное время суток людям расслабиться, никуда не торопится и отдохнуть от неприятно давящего на грудь напряга обязанностей, многие из которых никто из нас даже не имел возможность выбрать, сразу же после рождения уже став чем либо обязанным как минимум родителям, а там и прочим родственникам, которые для тебя всего лишь незнакомые лица, и даже по прошествию множества дней и лет они могут оставаться чужаками, требующими слишком много. помимо этих двоих в транспорте был еще один, третий и последний человек в этом помещении. в отличии от тех двух, он был невероятно молод и навряд ли по закону мог находится за пределами дома в такое позднее время суток, но кого это волновало, когда улицы Калифорнии в забытом богом районе уже давно практически опустели? хотя, парнишка особо то и не напрягал себя тем, чтобы задумываться, куда вообще идёт этот автобус и до куда он доедет в конце этой поездки. обжигающая разум агрессия и обида оставшаяся неприятным привкусом на языке, перемешались в его голове, овладев разумом и действуя быстрее любой разумной мысли, хотя одна все таки сумела просочится в его светловолосую головушку - стоит уйти, чтобы случайно не сделать своему партнеру больно уже не только морально, но и физически. последний, кого Грейндж хотел бы так или иначе ранить, задев в порыве часто пожирающей его изнутри агрессии - так это уилла. кто угодно, только не этот глупец с вечно добрыми глазами цвета блев.. нет, отзываться о его глазах несуразно даже в мыслях не хочется, не смотря на всю бурлящую в груди уйэна злость. ему давно уже пора избавляться от привычки врать хотя бы самому себе и признаться, что Уилл Байерс имеет для него особую ценность, в иной ситуации выбежал бы Грейндж из квартиры пулей и забежал в первый попавшийся автобус, лишь бы уилл, дурья его бошка, не побежал за ним? при попытках размышлять о своём же поведении, светловолосый чаще всего терпел поражение, утопая в собственных тягучих, как болото, мыслях и в множестве недопониманий своего же поведения: почему он поступил в определённой ситуации так, а не иначе, и что голубоглазым вообще движет, заставляя действовать совершенно необдуманно, хотя блондин всегда был таким: сначала делать, а потом думать, это Уилл повлиял на него так, что Грейндж стал задумываться хоть немного, прежде чем поддаваться эмоциям или первой возникшей у него мысли. недавно, когда Уэйн сбежал с пар чтобы пошататься по району с кейном, тот вновь завел диалог об отношениях Уэйна и Уилла и почему те должны быть вместе даже больше, чем вечность, ведь по словам Кейна, стоит приложить еще немного усилий и у них будут комфортные и здоровые отношения. Грейнджа это невероятно бесило, заставляя впадать в ярость и, если быть честным, невероятно смущало. он и уилл смогут построить идеальные для них обоих отношения? эта мысль привлекала, и в такой ход развития событий хотелось верить, как бы вымышленный демоненок на левом плече блондина не старался склонить ход его мыслей в сторону негатива, нашёптывая о том, как он самонадеян и что уже пора снять розовые очки, едва ли их примерив. а такого же невидимого ангелочка на правом плече Грейнджа забавлял тот факт, что сейчас два партнера ссорятся, словно те самые замужние семьи из низкобюджетных передач, идущих по едва работающему квадратному телевизору у бабушки дома по каждым выходным. возвращаясь к молчаливому уходу уэйна, стоит упомянуть, что такое очевидное беспокойство о ком либо уэйну вприцнипе не присуще, не говоря уже о том, чтобы под влиянием эмоций суметь взять себя под контроль и додуматься о чем то разумном. уход - единственное на что был способен блондин тогда, чтобы, как он искренне считал, обезопасить уилла, но сейчас, когда злость от которой хочется блевать, отошла на задний план, можно и подумать о дальнейших действиях, даже когда с губ все равно продолжают один за другим срываться тяжёлые вздохи, стоит только юноше в очках вспомнить о короткостриженном брюнете, что остался совершенно одиноко сидеть в коридорчике, отделяющего их комнаты в общежитии. механическим звуком работающего автобуса двери его отворились, и голубоглазый мимолетно вылетел из салона автобуса, приземляясь на сухой, и наверняка холодный асфальт, затем принявшись осматривать местность. посчастливилось, или нет, уэйну оказаться конкретно в этом месте - пока непонятно, ведь расклад сложившийся ситуации зависит от того, насколько эта местность парнишке знакома и с какими воспоминаниями может быть связана. сегодняшней ночью удача оказалась на стороне Грейнджа и окружение оказалось ему не то чтобы знакомо: он мог поклятся, что знал здесь все до каждого, даже самого маленького кустика и фонарного столба, рядом с которыми почти всегда заботливо располагались скамьи из дуба. уэйн хмыкнул себе под нос, и под изогнутыми вверх уголками губ показались зубы, выпрямленные брекетами. что может быть приятнее, чем оказаться в старом добром парке, знакомом как собственные пять пальцев, где он впервые в своей никчёмной жизни осмелился кататься на скейте на людях, уже не прячась в лесу возле дома, в котором светволосовый провел все своё детство? на лесных тропинках и кочках все ноги переломаешь, а тут совсем другое дело: ровная асфальтированная дорожка, так и еще и видно, что недавно отремонтирована. сделав шаг вперед и уверенно шагая вглубь парка, уэйн поймал себя на мысли, мол, какая жалость, что под подмышкой нет любимого скейта, на котором можно было бы прокатиться как в былые времена, но эти мысли быстро сменялись другими, более тревожными и угнетающими, когда блондин невольно позволял себе задуматься, как же там поживает уилл. волнуется ли он за уэйна? может, переживает и места себе не находит, наворачивая круги по комнате? но все же блондин невольно ловил себя на мысли, что лучше бы Байерс злился и проклинал его, чем искренне переживал и тратил на него свои нервы, как обычно случалось. и это Уэйна очень раздражало, только укореняя его ненависть к самому себе. внезапно, словно драгоценный кристал в пучине тёмной пещеры, в кустах что то промелькнуло, блестнув под тусклым освещением уличного фонаря. между коварно острых, уже практически голых ветвей неизвестного растения, образующего небольшой кустик, в глубинах этих "когтей" виднелась досточка, отчетливо напоминающая скейт. практически не думая, блондин свернул направо, склонившись над растением и полез руками прямиком в куст, из за чего на ткани его тёмных перчаток, скрывающих голые ладони, проявились едва заметные дырочки, но это мало важно по сравнению с тем, какое же невероятно счастье осенило лицо парнишки, когда предполагаемый скейт наконец оказался в его руках. лучезарная улыбка расцвета на розоватого оттенка, сухих губах юноши и тот тут же крепко - накрепко обхватив рука найденное сокровище прижал к груди. весь потерпанный, грязный и местами сломанный скейт оказался самым любимым и нужным в руках блондина, что тут же покатил его по земле, перед этим убедившись, что у скейта присутствуют все колесики и на нем можно кататься. плевать на его небрежность и грязь, которой он покрыт будто пятнышками во время ветрянки, ведь в руках умелого скейтера любая досточка станет как самый настоящий гоночный автомобиль - убийца прямиком из преувеличенных крутостью детских мультсериалов. два серо - голубых озера в очах Уэйна без преувеличения сверкнули в темноте ночи, загоревшись настоящим огнем, в котором как бумага горели счастье и адреналин, предвкушение перед незабываемой ночной прогулкой. ладони безошибочно отыскали в карманах темно зеленой куртки упаковку с последней в упаковке сигаретой и красной загижалкой. как же все удачно складывается! пальцы ладоней по давно устоявшейся привычке зажигают сигарету, принявшуюся на себя роль чуть ли не единственного огонька света в тёмной и забытой людьми части парка. левая нога на поверхности скейта, а правая уже живет своей жизнью, судорожно скользя подошвой поношенных кроссовок по асфальту и с каждой секундой ускоряясь все быстрее и быстрее. ветер в ушах и блондинистых волосах, запрокидывающих их вверх под порывом прохладного особенного воздуха, задавали свою особенную атмосферу с ощущением морозца на щеках, которую едва ли удастя повторить, и уэйн без стеснения засмеялся во весь голос, после с лучезарной улыбкой на устах еще разок затягиваясь сигаретой. внезапно в темноте ночи уйэн сумел разглядеть очертания силуэта, что казался ему странно знакомым и блондин тут же медленно начал тормозить, желая удостовериться, чью же фигуру на самом деле он увидал в далеке и нет ли тут ошибки. может показалось? предполагаемый им человек точно не может находится конкретно в этом месте, конкретно в это время.. нет, это же и взаправду самый настоящий Уилл Байерс! уэйн не может так глупо ошибиться, это точно он, но смущало не только его присутствие здесь, а и то, что он не один, а в компании двух чужаков. что? кто все эти люди, почему уйэн их не знает? неужели уилл специально скрывал своих новых дружков и теперь грейндж случайно стал свидетелем чего? измены? да неужели? тоесть сразу после ссоры он побежал искать любви к какому то другому парню и девушке, о которых намеренно ничего не рассказывал? складывается ощущение, что уэйн для брюнета все это время совсем ничего и не значил. пустышка и игрушка с которой можно поиграется и выкинуть в ближайшую помойку, так ведь? и что это блять за хуйня? как прикажите уэйну реагировать на этот конченный пиздец? ладонь неуправляемо плотно сжалась в кулак от испытываемой злости, и зажатая в нем сигара моментально потухла, уже через считанные секунды оказываясь забытой на асфальте позади. скейт под подошвой обоих кроссовок блондина замер в полторе метра от группы людей, замирая в тени, имея возможность всмотреться в две фигуры, которые хорошо виднелись при тусклом свете фонарного столба, отбрасывая позади них угрожающие своим размером тени. прошла секунда, пять, десять, но взгляд серо - голубых очей все никак не встречался с тускло зелеными, а с течением времени до блондина четко доходило осознание, что то, что происходит с Уиллом - неправильно, и дело вовсе не в предвзятом отношении уйэна к этой ситуации, тут взправду творится что то не то. Грейндж отчетливо видел, как брюнету некомфортно в компании незнакомых для уэйна лиц, и вскоре он решительно двинулся вперед. голоса незнакомцев стали слышны более отчетливее, а слова понятливее. — ..неужели ты никак не вспомнишь нас, "зомби в теле человека"? - подросток с растрёпанными карими волосами, едва касающихся краешков проколотого уха с черной сережкой, склонив голову чуток вниз и набок, расплылся в противно - наглой улыбке. - а ведь мы учились в одной школе в Хокинсе, какая жалость, что ты так быстро нас позабыл. рядышком с ним, опираясь плечом к плечу, расположилась девушка, чьи длинные черные волосы волнами спадали на плечи недружелюбно улыбающегося брюнета, и сама она так же казалась довольной сложившейся ситуацией, в которой она вместе со своим предполагаемым партнёром занимали роль садистов. — ты и вправду не изменился, зомбик, остался все таким же странным и загадочным, будто не от мира сего. Байерс выставил правую ногу назад, отступая на пол шага от странной парочки, но те в сию же секунду догнали его, развеяв повисшую на мгновение тишину смешками, практически одновременно слетевших с их губ. — не убегай, - девушка с темно - синими глазами, что словно два глубоких и неизведанных моря, заговорила вновь. - то, что мы встретились спустя столько лет не иначе как подарок судьбы. в этот момент и без того тонкая струна терпения Грейнджа лопнула и, не выдержав открывающегося перед ним зрелища, он резко двинулся вперед, вступая в эту "ролевую" игру без приглашения. блондин шагал быстро и решительно, в итоге остановившись перед парнем с сережкой в ухе и крепко сжатая в кулаке ладонь уэйна резко взвыла вверх, со всей силы врезаясь в щеку незнакомца, заставляя его отшатнутся, судорожно выдыхая воздух сквозь сухие губы и поднимая взгляд светло - карих глаз, широко раскрытых от смеси шока и недоумения с искоркой агрессии, промелькнувшей в них. — блять, ты- Уэйн не дает ему сказать и слова, вновь налетая с кулаками, но на этот раз парень с растрёпанными коричневого цвета волосами уже успевает среагировать, теперь полноценно вступая в драку, оставляя роль жертвы позади, как и испуганную темноволосую девушку, с широко выпученными темно синими очами наблюдающей за происходящим. по ее лицу можно было прочитать, что изначально ни она, ни ее партнёр не рассчитывали ввязываться в драку ни как участник, ни как зритель, и сцена состоящая из крови и тяжёлых вздохов, прямо сейчас разворачивающаяся перед ее глазами, не удовлетворяла, а скорее даже пугала длинноволосую. но ступор ее продлился лишь не более пол десятка секунд, прежде чем та вернулась в реальность с волной решимости, словно догоняющей ее со спины, как у берега настоящего бушующего океана, накрывающего ее с головой. резко схватив брюнета с сережкой в ухе за предплечья, впиваясь пальцами обоих ладоней в складки его темных одежд, при этом зажмурившись, молодая девушка с силой потащила его назад, высвобождая из драки, пока та, принявшая уже серьёзный характер, не обострилась до необратимых последствий. подхватив его под талию, темноволосая сумела помочь своему парню твёрдо встать на ноги, и тогда уже парочка в ускоренном порядке скрылась с места небольшого переполоха, практически бесследно исчезая в темноте поддрагивающих и торчащих во все стороны листьев, вызванного дуновением прохладного ночного ветерка, не считая лишь заметной, алой струйки крови, следом тянувшейся за ними из разбитого носа кареглазого. таким образом уилл и уэйн остались лишь вдвоём в безлюдной и будто неживой части парка, все так же освещаемой единственным и то едва ли работающим уличным фонарем, свет излучаемый которым, казалось, становился все тусклее и тусклее с каждой прошедшой минутой. Грейндж медленно, на трясущихся ногах шагнул в сторону зеленоглазого, а после, чуть не потеряв равновесие, резко и крепко вцепился ладонями в плечи Уилла, тем самым не дав самому себе упасть. отчаянно держась окровавленными пальцами за складки светлой ткани одежды его, голубоглазый провел подушечками пальцев вдоль предплечьей темноволосого, а затем, нахмурив карие брови, специально резко, со всей оставшийся после драки силой, пару раз встряхнул Байерса за плечи. — ты что тут делаешь так поздно, долбаеб конченный что ли? - его серые зрачки сузились, а дыхание все еще было сбито, как у человека, пробежавшего многокилометровый марафон. - кто эти люди, тебе меня мало, решил еще кому нибудь мозги выебать?! уилл скользнул взглядом вниз, легонько наклоняя головушку на бок, а после вновь вернул внимание к лицу своего молодого человека. в этих тускло - зелено глазах, каждый из которых выглядел по своему уникально красиво, читалась невысказаная тоска и печаль, а речь брюнета, когда он заговорил, прозвучала медленно, представляя из себя предложение лишь из нескольких коротких слов, при этом имеющих большое значение из за содержания негативных воспоминаний, которые они несли. — уэйн, эти люди из моей школы. выражение лица Грейнджа тут же изменилось, и на нем выявилось четко читаемое отвращение, выраженное губами, сложенными в тонкую линию с опущенными вниз уголками, и прищуренными очами, с ярко выраженной хмуростью бровей, опущенными чуть ниже, чем при выражении естественного спокойствия или невозмутимости. он скорчил недовольную рожу, цокая языком. - и что этим хуесосам понадобилось? серо голубые очи, с каждой секундой повисшего между парнями молчания, сужались все заметнее, а когда оно стало уже совсем невыносим и тяжёлым, Грейндж нарочно шумно выдохнул, склоняя головушку вниз и соприкасаясь блондинистой макушкой к тепло - карего цвета макушке младшего, немного ослабляя силу хватки на его плечах. их практически противоположных друг другу цветов пряди волос соприкасались, растрепавшись и переплетаясь между собой не без помощи дуновения прохладного, ночного ветерка. — можешь не говорить, я понял, - голубоглазый юноша перешел на мягкий шепот, прикрывая глаза и начав бездумно выводить подушечкой большого пальца круговые движения на плече Байерса. - и в следующий раз разобью им ебальники окончательно. брюнет едва слышно хмыкнул, приподняв уголок губы в намеке на улыбку, но даже тот быстро испарился, когда паренек заговорил, сунув обе окоченевшие от холода ладони в карманы своих брюк. — надеюсь следующего раза не будет. на неизвестный промежуток времени между двух юношей повисло абсолютное молчание, не прерываемое даже возможным шёпотом листвы, гулом ветра или звуком мотора редко проезжающих мимо парка машин - всего этого, к удивлению, не было, и в парке стояла даже пугающая своей нерушимостью тишина. — пошли, пора возвращаться домой. - наконец заговорил первым Байерс, выпрямляясь в спине и оставляя после себя с одной стороны тепло, а с другой пустоту, в том месте, где ранее его макушка на протяжении достаточно продолжительного времени накрывала более светлую макушку уэйна. - я купил колу и сырные шарики. с губ Грейнджа слетел приглушённый смешок, и тот в свою очередь тоже выпрямился, заглядывая прямиком в кажущиеся более тёмными ночью лаймового цвета глаза уилла, когда тот шагнул в сторону, покидая зону попадания тусклого света фонарного столба. — ты серьёзно? секунды три вновь повисшего в воздухе молчания, и молодые люди практически одновременно приподняли уголки губ, образуя две совершенно разные улыбки: у уэйна она вызывающая, с ноткой иронии и насмешки, что являлось прямым показателем того, как он редко позволял самому себе проявлять хоть намек на нежность, считая это равным уязвимости. а у уилла же наоборот: противоположно добрая и мягкая, искренняя улыбка - ему по настоящему приятен тот факт, что он входит в тот круг людей, к которым Грейндж считает нужным прислушиваться, и брюнет не намерен скрывать эти эмоции при дорогом ему человеке, части его семьи. — ладно, идем, - Уэйн шагнул вслед за зеленоглазым, как бы невзначай прикоснувшись к его ладони и переплетая их пальцы вместе. - но не думай что я согласился только из за колы и сырных шариков, я же не такой.