Дневник. Осень. Ты.

Встретив друзей на вокзале, Юра всю дорогу до дома слушал их смешные и не очень истории о жизни в поселке. —Думаю, скоро и я к вам приеду. Бабушку нужно навестить. —О, тогда мы тоже хорошо погуляем, — обрадовался Лёха. Поднявшись на нужный этаж, Юра первым делом заметил Витю, скучавшего у двери. —О, ты уже тут. Заметив Юру,тот оживился. —Даров. —Это и есть парень, которого ты хотел позвать? — отозвалась Соня. —Да. Знакомьтесь, это Витя. А это Саня, Леха и Соня. Витя увидел перед собой совсем не таких ребят, каких ожидал. Стереотипы о деревенских снова его подвели. Первой бросилась в глаза Соня. Героиновая челка, каскад розовых волос, пирсинг везде, где можно: в брови, губе, носу. На ней был огромный черный свитер и короткая юбка в красную клетку. За руку она держала Леху. Он тоже выглядел ярко: зеленая кнопа волос и проколотая бровь. На нем был синий свитер, будто из времен совка, и коричневая балахонистая куртка. Саня, стоявший рядом, хоть и не имел цветных волос или пирсинга, выделялся сломанным носом. Волосы ёжиком, футболка с его любимой метал-группой «Metallica» и широкие синие джинсы. Витя же был одет в черную олимпийку и штаны «Адидас», а Юра –в темно-синий лонгслив и джинсы. —Приятно познакомиться. Всей гурьбой они завалились в квартиру Юры. На кухне он заварил чай к пирогу, который любезно оставила его мама, узнав о приезде гостей. Завязался разговор на темы, которые обычно поднимают малознакомые люди или родственники, которых видишь раз в пару лет: учеба, оценки, планы на будущее. —Я хочу в юридический, — сказал Леха. —Я в пед собираюсь на учителя русского, — сообщила Соня. —Я, наверное, в Маке буду работать, — отшутился Саня. — Ну, если серьезно, то на завод пойду, на сварщика или слесаря. —А ты, Вить? — спросил Юра. На самом деле, ему был интересен только его ответ. —Я... я хочу ветеринаром быть, — смущенно признался он. —Ой, как круто! — воскликнула Соня. — Ты будешь делать мне скидку, когда я приведу тебе своих будущих кошечек и собачек! Витя лишь усмехнулся. Но он не услышал ответа от человека, ради которого здесь сидел и вел эти нудные разговоры. —А ты чего молчишь? Юра осмотрел всех и четко произнес: —Я хочу в милицию. Лицо Вити заметно изменилось. Он явно не ожидал такого. —Надо оно тебе? — Витя заерзал на стуле, уставившись в кружку. — Мне кажется, оно того не стоит. Все эти убийства расследовать, погони, грязь... А если конченый с ножом или пистолетом бросится? Троица настороженно наблюдала за перепалкой. Леха был готов в любую минуту вступиться за друга. Как и Соня. И Саня. Наверное. —Вить, ты что, обо мне беспокоишься? — лицо Юры озарила игривая улыбка. —Конечно, — Витя повернулся к нему. Его взгляд был абсолютно серьезным, без тени иронии. Солнце красиво падало на его лицо, освещая голубые глаза и фингал под левым глазом. Юрино сердце забилось чаще. «Блять, какой он красивый. Сука, еще и за меня беспокоится...» —Неблагодарная и трудная профессия. Но дело твое, конечно... — Заметив, как Юра пристально на него смотрит, Витя снова отвернулся к кружке. —Я кинологом хочу быть. —Ну, это чуть получше, хотя они тоже во всей этой шляпе участвуют. Твоя жизнь — тебе и решать. —Кхм, — решил прервать беседу Саня. — Юр, твоя мама сделала просто шикарный пирог. —Специально для вас старалась. Жалко, что не осталась, так вас увидеть хотела. Привет передавала кстати. —Спасибо, ей тоже, — улыбнулся Леха, положив руку на Сонину. —А чего не осталась? Ночная же вечером начинается, а сейчас только пол третьего, — уточнил Саня. —Она на кладбище поехала. К Руслану и Рите. —А, блин. —Ой, Рита бы сейчас была в... пятом... восьмом... нет... в седьмом классе. Я бы с ней дружила, плела ей косички на ее рыжие волосы... Эх, скучаю по ним двоим, — вздохнула Соня, сжимая Лешину руку. —Мне советов Руслана не хватает. Помню, мелкий был, он мне всегда объяснял, как лучше самолетик сложить, чтоб дольше летел, как свистульку из листа кабачка сделать... Хороший мужик был. Жизнь несправедлива. —Вы про кого? — спросил Витя. —Точно, нужно пояснить, — легонько хлопнул его по плечу Юра. — Короче, Руслан — двоюродный брат моей мамы, Рита — его дочка. Ну, и жена у него была, Саида. Все жили в нашем поселке. Руслана все знали как приветливого мужика, который легко находил общий язык с детьми. Рита — воспитанная девочка, рыжая, как папа, улыбчивая. Помню, у нее как раз молочные зубы начали выпадать... А потом наступил тот несчастный день. Руслан вел Риту в садик, их на «зебре» сбила машина. Насмерть. Водитель скрылся. Его потом поймали и посадили, но это не вернет тех, кого мы любили. После похорон Саида не смогла жить. Я видел, как она с каждым днем угасала. В итоге... повесилась. А местные бабки сказали, что это грех и ее нельзя хоронить рядом с мужем и дочкой. Ее похоронили во дворе, под тем самым деревом где они и умерла... Участок так и не продали, там до сих пор все их вещи... Вот такая хуйня страшная. —Бля... Чуваки, это пиздец. Примите соболезнования. —Спасибо. —Можно за них выпьем? Пятьдесят грамм всем найдется. Юра, доставай рюмки, — скомандовал Саня, уже доставля из рюкзака бутылку. —Это и есть «бухло, которое спёр у бати»? —Ну, что у него было, то и принес. Извини, что не «Гараж» или еще какая-то хуйня. Юра поставил на стол рюмки. —Ну, немножко можно. Не чокаясь, выпили первую, затем вторую, третью, потом перешли на настойки Сониной бабушки и заканчивали «Ягером», который принес Леха. Самым трезвым остался он сам. —Давайте в «Я никогда не»? — предложила Соня. —Пошлите ко мне в комнату, я хочу полежать, — законючил Юра. Он взял Витю за руку и повел за собой. Тот молчал, видя состояние друга.

***

Витя сидел на кровати, упершись спиной в стену; Юрина голова лежала у него на коленях. Соня, Леха и Саня устроились на полу рядом с бутылкой. —Так, я начну, — вызвалась Соня. — Я никогда не палилась за списыванием. Соня и Саня сделали глоток. —У нашей математички, что ли? — ухмыльнулся Юра. —Я никогда не мечтал уехать из родного города, — сказал Леха и отпил. Юра посмотрел на Витю. Ему стало интересно, есть ли у них шанс за пределами этого города. Он сделал глоток. Витя, немного подумав, тоже отпил. Следом — Соня. Не пил только Саня. —Ты реально хочешь остаться в поселке? — спросила Соня, кладя голову Лёхе на плечо. —Ну да. Не хочу в большой город. Тут тихо, спокойно. Ладно, я щас. Я никогда не... пробовал наркотики. Леха сурово посмотрел на него и отпил. —В свое оправдание скажу, что это было давно и я не зависим сейчас. —Ладно, щас я, — Юра вытянул руку, — Я никогда не бежал от своего пьяного бати по берегу реки и не видел, как он, отстав на несколько метров, падает мордой в песок и засыпает, пока я не тащу его на своей шкуре домой. Саня отпил. —Это был пиздец. Он такой тяжелый... —А чего бежал от него? — спросил Витя. —Да он белку поймал, подумал, что я его водку спёр. Дома все начал крушить, мать напугал. И пошел на меня. Мне в моменте стало страшно, вот я и побежал. Все заржали. Леха добавил, что помогал Сане тащить и укладывать отца, сопровождая рассказ каким-то шутками. —Окей, я никогда не... — Витя на пьяную голову с трудом соображал. — Не был влюблен в человека старше меня на десять или больше лет. Соня отпила. —Это был наш информатик. Мне так нравилось, как он объясняет, шутит... Я была мелкая, так что без осуждений. Ладушки. Я никогда не отправляла нюдсы. На удивление, никто не выпил. —Нифига себе, мы все сознательные, — заметил Саня. —Итак, я никогда не верил в карты Таро, — Леха покосился на Соню и хмыкнул. Та закатила глаза и отпила. —Сколько можно говорить, что мы гадали на тебя с подружками просто по приколу! И вообще, это было давно и неправда. —Ладно, мой черед. Я никогда не встречался с парнем, — Саня бросил на Юру ехидный взгляд. Соня легко и быстро сделала глоток. Она не понимала, почему игра остановилась, пока не взглянула на Юру. Его глаза были широко раскрыты,он смотрел в потолок. Затем медленно перевел взгляд на Саню и прошипел сквозь зубы: —Блять, какой же ты гандон. Но,опустив глаза, сделал глоток. Витя наблюдал за ним, не шелохнувшись. —Ты гей? — тихо спросил он. В его интонации, как показалось Юре было удивление и...радость? Юра не осмелился посмотреть ему в глаза. —Да. Он отвернулся, не желая видеть разочарования на его лице. Ему было бы проще, если бы Витя просто ушел, чем если бы он увидел это своими глазами. Что Витя и сделал. Он поднялся и направился к выходу. —Вить, ты куда?! — Юра резко обернулся. Ответа не последовало. —Вить?! Хлопнула входная дверь. На лице Юры застыла гримаса ужаса, потери и стыда. Глаза наполнились слезами, он спрятал лицо в дрожащих ладонях. Соня тут же обняла его, начиная успокаивать, как делала это всегда. Атмосфера в комнате из веселой и беззаботной стала серой, тяжелой и удушающей. Саня, стоя на коленях перед Юрой, чуть не плача, вымаливал прощение. Леха, всегда сдержанный, молча положил другу руку на плечо. Вдруг послышался звук открывающейся двери. На пороге стоял Витя с бутылкой и пустой рюмкой в руках, смотря на всю эту картину. Все взгляды устремились на него. —Ты... вернулся? — Юра смотрел на него в изумлении, с глазами, полыми слез. —Ну да. У меня рюмка пустая была. Как мне играть дальше? — Он наполнил ее. — Не думал, что признаюсь так, но... ладно. — Голубоглазый выпил залпом. Воцарилась минутная тишина. Глаза Юры готовы были вылезти из орбит. —Ты... ты тоже гей?! —Эээ... — Витя стоял, чеша затылок и глядя в пол. — Ну, типа того. Тревога, сжимавшая Юрино сердце, мгновенно утихла, сменившись шквалом облегчения и радости. Ребята прекратили игру. Витя и Юра вернулись на свои места, и все снова разом заговорили, перебивая друг друга, перескакивая с темы на тему, но теперь атмосфера была наполнена теплом и уютом. Когда все улеглись спать на полу, Юра с Витей вышли на балкон. Витя достал пачку «Мальборо» и протянул одну Юре. —Все-таки не бросил? — спросил Юра, принимая сигарету. —Не получилось, — коротко ответил Витя, стряхивая пепел. Сейчас для них существовали только они вдвоем и целый мир, раскинувшийся за пределами этого серого балкона. Мир, который они хотели узнать вместе. Вместе стоять против всего, защищая друг друга. Поболтав об историях, связанных с их ориентацией, они легли спать. Вдвоем. В обнимку.