Часть 19
4 апреля 2026 г., 20:24
Разрыв с Тсумиги оказался самой неожиданной на свете вещью.
Не в силах уснуть, Куроо решил просто побродить по городу. Без цели. И каким-то образом сердце привело его в знакомый район.
Он задумался, хорошая ли это идея, но уже через пару минут стоял в здании.
Поднялся по лестнице: третий этаж, первая дверь справа.
Изнутри доносился смех. А потом — громкий вздох.
Дверь открылась, и в нос ударил насыщенный запах клубники.
— Куроо! — рыжеволосая буквально повисла на нём, хотя они виделись всего пару часов назад. — Что ты тут делаешь?
— Ну…
— Заходи, заходи… я как раз печенье испекла!
Энни жила с двумя другими девушками — обе из модельной индустрии, конечно, познакомились через Тсумиги.
— Куроо пришёл? Круто! — он узнал голос Эммы. — Рики тоже скоро будет. Смотри, Энни мне ногти красит.
Эмма сдула прядь тёмных волос с лица и показала руку с идеально розовыми ногтями.
— Милота. Очень подходит к твоему австралийскому загару на круглый год, — поддел её Куроо, садясь на диван.
— Хочешь чаю, милый? — спросила Энни, держа чайник.
— Давай, почему нет? На улице жесть как холодно…
— Сейчас принесу, — пропела она.
— Энни? А почему ты нас никогда «милыми» не называешь? — подколола её Эмма, разглядывая ногти на свету лампы.
— Потому что Куроо — мой единственный милый.
Куроо усмехнулся, а Эмма прожгла его взглядом и посмотрела в потолок.
— Нечестно.
В этот момент снова хлопнула входная дверь.
— Девочки, я дома… о, Куроо здесь? — раздался третий голос.
Блондинка с крупными кудрями и чёлкой.
— Да! — ответили обе одновременно, и Куроо рассмеялся.
Они были просто культовым трио.
— Рики, я заварила чай, будешь?
— Отличная идея, дорогая, — кивнула блондинка, направляясь на кухню.
— Видишь, они друг друга ласковыми именами называют, а меня игнорируют! — фыркнула Эмма, скрестив руки.
— Ой, принцесса обиделась… — съязвила первая.
— Что случилось, сахарок? — подхватила Рики, ущипнув её за щёки.
Эмма оттолкнула её руки:
— Они просто надо мной издеваются.
Пять минут в этом месте — и Куроо уже стало легче.
Энни села рядом с ним на диван, чуть прижавшись.
— Что случилось? Ты явно не в порядке…
Она взяла печенье с шоколадом, макнула в чай. Куроо пришлось собраться, обнимая её за плечи.
— Ничего. Просто жизнь сейчас немного дерьмовая. И когда мне нужно прийти в себя — я думаю об этом месте, — усмехнулся он.
— Тсумиги сегодня занята?
Куроо опустил взгляд. Молчание.
— Ох…чёрт, — выдохнула Рики.
— Вы поссорились? С Судзуки-сан? Ты что-то сказал про её обувь? — ахнула Эмма, прикрыв рот.
— Эмма! — Энни пнула её.
— А что? Те каблуки были уродскими! Нельзя сочетать зелёный и фиолетовый!
— Я ничего не говорил про её обувь. Я не хотел умереть молодым, — ухмыльнулся Куроо, но в улыбке была горечь. — Я просто сказал, что не хочу больше её жалости. Это была хорошая передышка, но пора возвращаться к реальности. Нахождение с ней привело к.. неприятной ситуации, которую я бы хотел избежать…
Он сделал глоток чая, даже не обращая внимания на боль в горле.
— Жалости? — переспросила Рики.
— Я никогда не воспринимала это как жалость, — вздохнула Эмма.
— Ты вообще не понял Тсумиги, если думаешь, что это жалость, — резко сказала Энни. — Она просто хороший человек, который хочет помочь.
— Я благодарен за всё, что она сделала, но… я не хочу уходить из этой индустрии, — огрызнулся Куроо.
— Если мадам направила тебя к ней — значит, время пришло, — спокойно сказала Энни, размешивая чай.
— Серьёзно? С чего они решают? Меня всё устраивает. Я не хочу ничего менять.
На него смотрели три пары глаз, но он избегал их.
— Куроо, и что ты будешь делать через тридцать лет? Или сорок? Всё так же спать с людьми за деньги? — поддразнила Энни. — Хотя бы найди одного постоянного!
Грудь Куроо сжалась.
— Это было бы пустой тратой такого человека, как ты, — добавила она. — Ты не видишь, как эта индустрия тебя разрушает?
— Со мной всё нормально, — огрызнулся он, глядя на исчезающий пар.
— Всё это началось после того, как ты встретил того маленького блондина.
— Кого? — оживилась Эмма.
— Ну того…стример был, сейчас владеет кучей компаний…на букву «К».
— А, да! Мой брат его обожает, — сказала Рики. — Ты его знаешь?
— Кенма тут ни при чём, — Куроо снова отпил.
— Да чёрта с два! — вспыхнула Энни. — Очень даже при чём!
— Разве его не обвиняли в чём-то незаконном? — спросила Эмма.
— Кажется, поэтому он и перестал стримить?
— Он в грёбаной мафии, Энни! — рявкнул Куроо.
Две девушки переглянулись и стукнулись кулаками.
— Я знаю! Тсумиги рассказывала. Но она говорила, что он против тех ублюдков, которые убивают людей… и он ведь спас тебя от одного из них, да? — крикнула Энни.
— Ради своего бизнеса! Потому что ему нужно было их посадить! Он… он везде, понимаешь? Я не могу никуда повернуться, чтобы не наткнуться на что-то, связанное с ним. Тсумиги…в первую очередь, — он потёр шею.
— Ты не хочешь, чтобы тебя спас кто-то случайный, — протянула она. — Ни Тсумиги, ни кто-либо ещё…ты хочешь, чтобы это был он.
Куроо замолчал. Он посмотрел на других девушек — но те просто стояли рядом, держась за руки.
— Мне никто не нужен, Энни.
— Я тоже так думала. Пока не упала в обморок прямо на показе. Тсумиги таскала меня по врачам, пока я не поверила ей, — мягко сказала она, беря его за руку. — Иногда нам нужен кто-то, кто вернёт нас в реальность.
Её глаза наполнились слезами. Куроо увидел в них себя.
— Много людей о тебе заботятся. Протянутая рука — это не жалость. Это помощь. Ты сам напоминаешь всем, что мы люди и у всех есть свои слабости…ты что, не такой же?
Давно он не чувствовал желания заплакать. Но здесь было безопасно.
Шесть рук, готовых обнять. Шесть ладоней, чтобы вытереть слёзы.
— Просто период дерьмовый, ясно? — пробормотал он, уткнувшись подбородком в её плечо. Энни гладила его по спине и затылку.
— Да, Куроо… но это не навсегда. Плохие времена всегда проходят.
— Я не хочу терять Тсумиги. Мне нравится её дружба… она понимает меня.
— Тогда иди к ней и скажи это. Объясни всё, как и мне. Она поймёт лучше меня.
— Я так и сделаю, — он улыбнулся, проводя рукой по её мягким волосам с запахом кокоса. — Прости, что испортил вам день.
— Ты ничего не испортил, даже не думай, — она сжала его щёки.
— А что случилось сегодня? — спросила Эмма.
— Ой, я же не рассказывала! Подождите—
Энни вскочила и вернулась с бумагами. На одной был большой розовый кружок.
— Два фунта?! — вскрикнула Рики.
— Это уже шесть?! — добавила Эмма.
Энни кивнула, сияя.
Они обе набросились на неё с объятиями, затянув туда и Куроо.
— А ещё она нашла любовь всей своей жизни… — добавил он.
— Заткнись! — она ударила его по плечу.
— Подробности, — Рики приподняла её за подбородок.
— Сейчас же, — добавила Эмма.
— Горячий. Чуть ниже меня. И… у него, примерно, сантиметров восемнадцать и… — начал Куроо, задумчиво почесав затылок.
— Восемнадцать?!
— Да ладно!
Энни покраснела до ушей.
— Ты труп.
— Он назвал её Венерой. И… они весь день смотрели друг на друга так, что искры летели.
— Я тебя ненавижу.
— Он фотограф. Я говорил, что он горячий?
— Куроо, клянусь—
— Может, накрасим тебе ногти? Тебе пойдёт, — быстро сменила тему Эмма, спасая его от смерти.
— Почему бы и нет? — он сполз на пол перед ними.
«Я убью тебя», — одними губами сказала Энни, с пугающей улыбкой.
